Том 1 · Глава 14. Углубляющаяся дружба (3)

Когда мисс Пендлтон спустилась, они с мистером Далтоном сразу отправились на прогулку.

Небо над Лондоном, обычно хмурое и унылое, в тот день будто решило порадовать жителей долгожданным солнечным светом. Возможно, именно поэтому улицы были полны джентльменов в чёрных цилиндрах и леди в нарядных платьях.

Матери с колясками, юные барышни, идущие парами, влюблённые пары, неспешно прогуливающиеся, взявшись под руку…

Среди них мистер Далтон и мисс Пендлтон шли рядом — на почтительном расстоянии, как и подобает добрым знакомым. Между ними не было лишних слов, но витало ощущение спокойной, естественной близости.

—Вам нравится Лондон, мистер Далтон?

—Гораздо больше, чем я ожидал.

—Это радует. Как ваш лондонский друг, я бы чувствовала себя неловко, если бы вам тут наскучило.

—Не стоит беспокоиться. Благодаря вам я уже вкусил всё лучшее, что может предложить этот город. К примеру, ужин у супругов Мортон.

Несколько дней назад Лора пригласила его на званый ужин к Элизабет и Эдварду Мортон, и они вместе посетили их новый дом.

—Прекрасная пара, — заметила она.

—И, по-моему, удивительно гармоничная. Порой кажется, что они заполняют друг в друге то, чего каждому не хватало.

—Вы и вправду так считаете?

—Да. Прежде мистер Мортон казался мне человеком молчаливым, почти холодным. Но миссис Мортон так ловко вовлекает его в разговор, что он и сам не замечает, как начинает говорить. Благодаря ей я услышал из первых уст рассказ о морском сражении — удивительный опыт. А он, в свою очередь, каждый раз, когда она пыталась налить себе лишнего вина, незаметно подменял бокал на стакан с водой.

Лора рассмеялась:

—Он делал это так естественно, будто просто перепутал посуду. Элизабет, должно быть, не меньше четырёх раз удивлялась, откуда у неё снова вода.

—Она, вероятно, была слишком увлечена разговором. Насколько помню, с юных лет она отличалась исключительной сосредоточенностью.

Лора, боясь, что простодушие подруги может показаться глупостью, попыталась её оправдать, но, в конце концов, не сдержала улыбку. Они оба засмеялись — легко и по-доброму.

—Они и правда замечательная пара. Искренне рад за них.

—И я.

—Вам, должно быть, приятно осознавать, что вы сыграли в их судьбе не последнюю роль.

Лора удивлённо посмотрела на него.

—Простите?

—В курительной комнате мистер Мортон сказал, что если бы не вы, он, вероятно, никогда бы не женился на мисс Элизабет.

Щёки Лоры вспыхнули.

—Он, должно быть, преувеличил. Просто они часто бывали на моих чайных вечерах и… со временем сблизились.

—Я не замечал за мистером Мортоном склонности к преувеличениям. А ещё — обратил внимание на его взгляд, когда он говорил о вас. В нём были уважение и доверие. Таким взглядом не одаривают человека, которому просто благодарны. Это взгляд на настоящего друга.

Лора замолчала, смущённо опустив глаза.

Далтон смотрел на неё. Она всегда так реагировала на похвалу — с лёгким замешательством, которое, возможно, выдавало врождённую скромность.

Обычный джентльмен, заметив, как ей неловко, перевёл бы разговор на другую тему. Но мистер Далтон не считал себя образцом джентльменства — и становиться им не стремился.

Он сказал прямо:

—От мистера Мортона я также узнал, что вы не раз помогали своим друзьям устроить счастливую семейную жизнь. Это поистине достойное дело. Мне кажется, в каком-то смысле даже более ценное, чем труд политика или военного. Вы объединяете людей и помогаете им найти друг друга — это и есть подлинное благо.

—Не знаю, с чего такая высокая оценка. Всё, что я сделала, — уступила место, когда разговор между ними начал складываться. Разве это сравнимо с государственными или военными делами?

—Политики и военные зачастую, увлёкшись целью, забывают, ради кого действуют. А вы, мисс Пендлтон, смотрите на людей с вниманием, которое редко встречается. Благодаря этому вы создаёте пары, в которых действительно возможна гармония.

Он взглянул ей прямо в глаза. Его тёмный, прямой взгляд был далёк от условной вежливости — но именно в этом и заключалась его искренность.

—Я убеждён: мудрое посредничество в делах любви — это настоящее искусство. Ежедневно в Англии десятки мужчин и женщин соединяются узами брака, будучи совершенно чужими друг другу. А потом всю жизнь живут, несчастные, прикованные к выбору, который не был их судьбой. — Подобные нелепые браки стали настолько обыденными, что люди и вовсе перестали замечать в них проблему. Женщины буквально продают себя в несчастливый союз — ради состояния или приданого. И вот на фоне этой печальной действительности добрые намерения мисс Пендлтон становятся по-настоящему бесценными.

Мисс Пендлтон вспыхнула до самых ушей. Мистер Далтон с вызывающим спокойствием смотрел на её пылающее лицо. Более того — он даже позволил себе едва заметную улыбку.

Он чувствовал почти постыдное восхищение. Вся её смущённость, неловкость, растерянность — всё это было удивительно мило. А особенно то, как искренне она старалась это скрыть.

Если бы он ограничился дежурным комплиментом — о красоте, голосе, манерах — она, как и положено даме, отшутилась бы с достоинством. В этом Лора была опытна — на подобных любезностях выросла вся её светская жизнь.

Но он говорил не ради красного словца. И, кажется, попадал точно в цель. Она чувствовала это — и терялась. Смущение выходило на поверхность, будто через тонкую трещину в фарфоре.

И всякий раз, когда её идеально выдержанный облик давал такую трещину, Далтон вдруг ощущал себя втянутым. Он хотел видеть это вновь. Хотел вызвать ту же эмоцию — и полюбоваться ею.

Лора, разумеется, замечала его интерес. И потому — в попытке сбежать от новой подначки — поспешила заговорить:

—Только не подумайте, будто я мечтательница. Я — такая же практичная, как любой банкир. И если кому-то из друзей я и советую вступить в брак, то только с полной уверенностью, что союз будет прочным. Ведь стоит любви столкнуться с нищетой — и она, как должник от ростовщика, улизнёт через заднюю дверь. Так что прошу вас, умоляю — хватит меня хвалить!

Она уже сама не помнила, где начала и на чём закончила. Мысли путались — и потому следующая пришла словно спасение:

—На самом деле, я… я ведь даже пыталась вас сосватать. Всё это было ошибкой — я думала, что вы приехали в Лондон именно с намерением найти себе жену. Поэтому на балу я вызвалась научить вас танцевать вальс — лишь бы потом вы могли потанцевать с одной из моих подруг. Признайтесь, разве теперь я кажусь вам мудрой посредницей?

Но вместо удивления или досады мистер Далтон лишь шире улыбнулся. И Лора, уловив выражение его лица, ахнула:

—Вы знали?! Вы знали с самого начала!

Он не ответил. Просто громко рассмеялся. И Лора покраснела ещё сильнее.

Наконец он справился с собой и, всё ещё улыбаясь, произнёс:

—Простите. Просто… вы…

Он чуть качнул головой:

—Вы тронули меня своей простотой. Надеюсь, вы не сердитесь?

Лора не ответила — лишь отвернулась. Ей не хотелось, чтобы он продолжал смотреть на её красное лицо. Она сделала глубокий вдох и пошла дальше.

Пока они беседовали, прогулка незаметно довела их до Гросвенор-сквер, а оттуда — в Хайд-парк. Под кронами деревьев гуляло куда больше джентльменов и леди, чем на городских улицах. По Роттен-роу проезжали открытые экипажи — лёгкие, изящные, с парными лошадьми.

Мисс Пендлтон дышала глубже, вбирая свежий воздух, и постепенно возвращалась к обычному, уравновешенному тону.

—Надеюсь, мой заговор вас не обидел?

—Обидел? Вовсе нет. Я даже благодарен. Вы хотели помочь — в том, что мне самому никак не удавалось.

—Но ведь вы не собирались жениться.

—Не собирался. Хотя… Я пробовал влюбиться. В Уайтфилде. И не раз. Но понял: чувствами нельзя управлять. Чем больше стараешься — тем яснее, что стараешься впустую.

—Значит, просто… не встречали ту, кто могла бы тронуть сердце?

—Именно так. Сердце не открылось. Или, если быть точным, не было рядом никого, ради кого хотелось бы его открыть.

—Но ведь у каждого человека есть достоинства, стоит только захотеть их разглядеть. К тому же о дамах Йоркшира я слышала только хорошее.

—Поверьте, это были достойные барышни. Из благородных домов, воспитанные, образованные. Но… не моё. Не из-за внешности. Не по вине характера. Просто не то. И я ничего не мог с собой поделать.

Лора вспомнила, как мистер Фэрфакс однажды сказал, что Иан Далтон — из тех, кто верит в судьбу.

—Простите, но… вы что, правда ждёте ту самую — женщину судьбы?

—Забавно. Прямо как Уильям. Разве он и вам говорил что-то подобное?

Он усмехнулся и покачал головой.

—Нет. В судьбу, в романтическом смысле, я не особенно верю. Но думаю… где-то есть та, которая мне подходит. Как пара к перчатке. И если так — я её встречу. Без усилий. Без интриг. Без плана. Может, это и есть то, что называют судьбой.

Лора засмеялась — легко, чуть-чуть склонив голову.

—Что ж… Может, стоит поискать её всё же здесь, в Лондоне? А я уж постараюсь — обещаю — найти вам ту самую пару.

Далтон остановился, посмотрел на неё с лёгкой улыбкой — и отрицательно покачал головой.

—Почему же? Боитесь, что я испорчу вашу судьбу?

—Нет. Просто… она уже не требует вмешательства.

Лора ничего не ответила. Но его последние слова остались в её памяти.

Не требует вмешательства?..

Что же он имел в виду?

Что решил больше не искать?

Или… что уже нашёл?