Глава 148. Воссоединение семьи
В последнее время Ким Юджин была невероятно занята управлением огромной корпорацией — фармацевтической компанией «Досан», которую её сын так безответственно ей поручил.
Она уже успела сменить бренд «Досан» на «Хайникс Фармасьютикал». Хотя само название «Досан» было довольно ценным, она решилась на этот шаг, чтобы объединить обе компании под общим именем «Хайникс».
При этом она не ограничилась лишь сменой вывески, но и полностью перестроила внутреннюю структуру. Ким Юджин провела массовые увольнения среди руководящего состава — тех, кто годами ничего не делал, а лишь потихоньку проедал свои зарплаты.
Конечно, бывшие руководители «Досана» взбунтовались. Они немедленно подбили профсоюз на протесты и даже обратились на телевидение, во всеуслышание заявляя о «жестокости» Ким Юджин.
Профсоюз и так пребывал в тревоге из-за внезапной смены владельца, опасаясь массовых сокращений, а тут ещё бывшие управленцы начали подливать масла в огонь, подталкивая людей к активным действиям.
В ответ на это Ким Юджин немедленно передала в прокуратуру собранные материалы о коррупции бывших топ-менеджеров и подала на них в суд. Те были в полном шоке. В глубине души они ни во что не ставили её лишь потому, что она женщина, и строили свои козни, даже в страшном сне не предполагая, что она настолько тщательно расследует их грязные делишки.
За время управления развлекательной компанией Ким Юджин накопила немалый опыт и, предвидя подобные шаги, заранее подготовила компромат. Разумеется, расследование она поручила сыну. Раз уж он заставил её так мучиться, пусть хоть в этом поможет.
Поначалу сын порывался разобраться со всем сам, но она остановила его, попросив лишь предоставить доказательства коррупции.
В итоге Чинха, как и просила мать, провёл расследование и передал ей документы, в которых не было упущено ни единого прегрешения.
На основании этих данных коррупционеров немедленно арестовали. Профсоюз, осознав, что их нагло обманули, замер в тревожном ожидании. Люди боялись, что теперь, в качестве мести, последуют те самые массовые увольнения.
Однако никаких сокращений не случилось. Напротив, тех, кто работал на временных контрактах, перевели в основной штат. Более того, был объявлен новый набор сотрудников для подготовки к запуску производства синего лекарства.
Честно говоря, в заводе как таковом нужды не было, ведь Чинха мог производить его самостоятельно. Но ради создания рабочих мест Ким Юджин настояла на строительстве полноценного предприятия.
По просьбе матери Чинха составил формулу, необходимую для производства. Однако, поскольку синее лекарство могло быть завершено только при наличии источника его силы, он создал Лазурную сферу и передал её матери. С этой Лазурной сферой завод мог бесперебойно выпускать синее лекарство как минимум сто лет.
Ким Юджин осталась довольна и немедленно направила все силы на расширение производственных мощностей.
Так, благодаря «Хайникс Фармасьютикал» и «Хайникс Энтертейнмент», сформировалась структура группы компаний. Ким Юджин, управляя ими обеими, проводила дни в заботах.
В данный момент Ким Юджин находилась в небольшом конференц-зале, где проводила совещание с пятью руководителями: трое представляли фармацевтическое направление, двое — индустрию развлечений.
Получены официальные результаты клинических испытаний синего лекарства. В продажу оно поступит не позднее января следующего года.
Ким Юджин удовлетворённо кивнула. Следом заговорил менеджер Кон со стороны развлекательного подразделения:
В нашем секторе тоже всё идёт гладко. На волне Халлю по всему миру с огромным успехом прошли масштабные концерты айдол-групп нашего агентства.
Услышав слова менеджера Кона, Ким Юджин окончательно убедилась, что дела идут как нельзя лучше.
На этом закончим собрание. Прошу всех и впредь работать с полной отдачей.
В ответ на её слова пятеро руководителей склонили головы и хором ответили:
Слушаемся, госпожа Председатель!
Ким Юджин почувствовала легкое смущение от обращения «Председатель».
Когда она вышла из зала, следом за ней двинулся господин Чан. К ней также присоединилась личный секретарь — с вступлением в должность председателя у неё появился штатный помощник.
Госпожа Председатель, в следующем пункте вашего графика...
В тот момент, когда секретарь собиралась зачитать расписание, смартфон Ким Юджин завибрировал. Она подняла руку, прерывая помощницу, и взглянула на экран, чтобы узнать, кто звонит.
Номер не знаком.
Решив, что это спам, она сбросила вызов. Секретарь снова открыла рот, но смартфон завибрировал опять. На этот раз пришло сообщение.
Ким Юджин вновь жестом остановила секретаря и прочитала текст.
«Вас беспокоит секретариат Группы Чхонджо. Наш председатель хотел бы встретиться с вами. Просим Ким Юджин-ним выйти на связь».
Группа Чхонджо? Зачем я им понадобилась?
Она была в недоумении: с чего бы председателю Группы Чхонджо, с которым она никогда не встречалась, искать встречи? Между тем секретарь, услышав название компании, была потрясена. Группа Чхонджо — это гигант, занимающий второе место в деловом мире Кореи. То, что глава такой корпорации ищет встречи с её начальницей, заставляло секретаря смотреть на Юджин с ещё большим восхищением.
Немного поразмыслив, Ким Юджин решила, что всё прояснится при встрече, и велела секретарю уточнить место. Та немедленно связалась с коллегами из Группы Чхонджо.
Обычно секретариат крупных корпораций ведёт себя высокомерно с представителями малых фирм, но в этот раз всё было иначе: им вежливо и любезно сообщили адрес.
Местом встречи оказался тихий элитный ресторан. Когда автомобиль Ким Юджин подъехал к входу, она увидела вокруг множество телохранителей в чёрных костюмах.
Она сразу поняла, что это охрана Группы Чхонджо.
Охранники у входа, завидев машину, хотели было сами открыть дверь, но путь им преградили. Господин Чан мгновенно вышел из-за руля и встал между ними.
Телохранители на мгновение оторопели, глядя на двухметровый рост господина Чана и его внушительные мускулы. Впрочем, они и сами были мастерами боевых искусств, так что вид гиганта их не пугал. Хотя, если бы дело дошло до драки, их бы разнесли в пух и прах.
Господин Чан сам открыл дверь, и из машины вышла Ким Юджин. Собираясь на встречу с главой такой корпорации, она решила соблюсти этикет и надела дорогой женский костюм.
Как только телохранители увидели её, на их лицах отразилось узнавание. Охраняя своего председателя, они уже были в курсе некоторых обстоятельств. Конечно, виду они не подали — всё-таки они были профессионалами.
Ким Юджин уловила странное выражение на их лицах. Она не могла подобрать слов, но их взгляды напоминали те, какими смотрят на глубоко уважаемого члена семьи.
Почувствовав неладное, Ким Юджин тем не менее спросила:
Куда мне идти?
Из-за спин охранников вышел мужчина средних лет — личный секретарь председателя Чхон Чжохёка.
Прошу за мной.
Когда Ким Юджин сделала шаг, господин Чан последовал за ней. Охранники попытались преградить ему путь, но господин Чан мгновенно их нейтрализовал. Раздалось несколько глухих ударов, и трое здоровяков, преграждавших ему дорогу, повалились на землю.
Ч-что?!
Ким Юджин, увидев это, поспешила остановить его:
Довольно.
Господин Чан, собиравшийся уложить остальных, замер. Ким Юджин повернулась к мужчине, который должен был её сопровождать.
Что всё это значит?
Под её взглядом секретарь невольно оробел. В глазах Ким Юджин было нечто такое, что заставляло людей сжиматься. Подумав про себя, что она — истинная дочь Чхон Чжохёка, секретарь поспешно извинился:
Простите, вышло недоразумение. Председатель хотел видеть только Ким Юджин-ним, поэтому охрана попыталась остановить вашего сопровождающего.
Выслушав сбивчивые объяснения, Ким Юджин кивнула и обратилась к господину Чану:
Ждите здесь.
Слушаюсь.
По приказу Ким Юджин господин Чан замер на месте, не двигаясь ни на миллиметр.
Удовлетворившись этим, она вновь посмотрела на секретаря, и тот поспешно повёл её внутрь.
Когда они зашли в ресторан, снаружи остались лишь господин Чан и охрана Группы Чхонджо. Охранники помогали подняться своим товарищам, то и дело поглядывая на неподвижного гиганта. «Кто же этот человек?» — гадали они. Им хотелось заговорить, но при виде каменного лица господина Чана желание пропадало само собой.
Внутри ресторана было пусто — председатель Чхон Чжохёк выкупил всё заведение на сегодня.
Вам сюда,
Теперь её и председателя Чхон Чжохёка разделяла только дверь.
Ким Юджин, всё ещё не понимая сути происходящего, решила, что пора во всём разобраться. Она толкнула дверь и вошла.
Председатель Чхон Чжохёк ждал её с замиранием сердца. Как отреагирует дочь? Не впадёт ли в ярость? Не станет ли проклинать его? От этих мыслей у него пересохло в горле.
Он только успел поднести стакан с водой к губам, как услышал звук открывающейся двери и от неожиданности поперхнулся.
Кха! Кха-кха!
Вошедшая Ким Юджин испугалась, увидев, как председатель заходится в кашле. Видя, что ему совсем худо, она подошла и легонько постучала его по спине.
Вы в порядке? Вам не плохо?
Чхон Чжохёку стало невыносимо стыдно. Он совсем не так планировал их первую встречу, а в итоге выставил себя в нелепом свете перед собственной дочерью.
Пх... в порядке... кхм!
Наконец, справившись с кашлем, он смог рассмотреть её лицо.
Она была точь-в-точь такой же, какой он видел её весной. Теперь он понял, почему не мог отвести от неё взгляд. Она была невероятно похожа на ту женщину.
Как же ты похожа...
Простите?
Когда Ким Юджин недоуменно посмотрела на него, он заметил, что на глазах председателя выступили слёзы. Она окончательно растерялась. Сначала этот человек вызывает её на встречу, потом едва не задыхается от кашля, а теперь и вовсе плачет. Она невольно подумала: «Может, у него деменция?».
Чхон Чжохёк, поймав её взгляд, взял себя в руки, глубоко вдохнул и вытащил из внутреннего кармана конверт.
П-прочти это...
Его голос дрожал. Ким Юджин посчитала ситуацию странной, но, видя мольбу в его глазах, взяла письмо. Бумага была старой и пожелтевшей от времени.
Она начала читать, недоумевая, зачем ей это нужно. Но чем дальше она читала, тем сильнее менялось её лицо. Когда она дошла до упоминания приюта «Надежда», её взгляд замер. «Этого... этого не может быть...» Ким Юджин пыталась отогнать эту мысль, но дочитала до конца, и когда в финале увидела собственное имя, её руки задрожали.
Она подняла глаза. Председатель Чхон Чжохёк стоял перед ней, кивая и не скрывая слез.
Что... что всё это значит?..
Голос Юджин сорвался. Тогда Чхон Чжохёк, едва сдерживая рыдания, заговорил:
Именно так... Я... я твой отец.