Том 1 · Глава 12. Папа против Оппы (2)
Ч-ч-что вы имеете в виду?.. Не мой папа?!
Возможно, дело было в том, что её впервые уличили в этом напрямую, но Амелия никак не могла вернуть себе самообладание.
Столь подозрительная реакция заставила бы даже постороннего заподозрить неладное.
Всё в порядке, Великая герцогиня. Если бы я хотела кому-то рассказать, то не стала бы говорить об этом сначала с вами двумя.
Точно! Мы ведь тоже уже взрослые! Мы не станем болтать кому попало!
Миа, нам с тобой всего по десять лет.
И всё равно!
Считались они взрослыми или нет, но было очевидно, что девочки развиты не по годам. Вероятно, сказывалось то, что они выросли в Императорском дворце, где из года в год видели немало всякого.
При иных обстоятельствах я бы посочувствовал детям, вынужденным так рано повзрослеть в подобном мире.
...Спасибо за понимание, девочки.
Но сейчас меня переполняла искренняя благодарность. К тому же, когда всё столь легко прояснилось, у меня словно камень с души свалился.
Хотя Амелия, похоже, до сих пор не оправилась от шока.
Хи-хи, пустяки!
Так... как много вы знаете?
Ну, мы слышали, что наш отец — погиб, храбро сражаясь. Сначала мне было очень грустно, но Её Высочество сказала, что об этом не нужно грустить, этим нужно гордиться.
Но сестрёнка сама так сильно плакала всего несколько дней назад!
Помолчи.
Каковы же были намерения принцессы?
В романе её вытеснили на второй план многочисленные безумные главные герои, из-за чего она так и не сыграла важной роли, так что я и сам толком не знал Вивиан Эдельгард. Знал лишь то, что ради трона она пойдёт на всё.
Говорила ли Её Высочество что-то ещё? Требовала ли она чего-то от вас или от меня?
Да нет. Она просто сказала, что хочет предупредить нас заранее, чтобы мы не запутались.
...Хм.
Эта женщина точно не отличалась добротой.
С тех пор как Вивиан нашла меня в подворотне и отправила на Север, прошло всего несколько дней, но её образ успел неизгладимо врезаться мне в память.
Я приготовила для тебя подарок. Тебе нравится?
Тем самым «подарком», что она мне вручила, оказалось отрубленное запястье дворянина, затеявшего со мной ссору. Разумеется, в этом было некое удовлетворение, но неужели она решила, будто сирота из трущоб обязательно окажется столь же жестоким?
Как бы то ни было, с этой женщиной мне связываться явно не хотелось.
И всё же я удивилась. Я правда думала, что отец умер, а вместо него нас ждёт брат...
Но мы сразу всё поняли! Потому что если назвать папу «папой», он злится!
Сложив пальцы задорной викторией, Миа ухмыльнулась.
Я так мучился чувством вины, что даже не подумал о подобных мелочах. Впрочем, родных детей Великого герцога провести оказалось не так-то просто. Проницательные детишки, что и говорить.
Не мог бы ты объяснить, как всё это произошло, брат?
А... точно. Вам тоже стоит подойти, Великая герцогиня.
М-мне тоже?
Да. Как я должен объяснять это без вашего присутствия?
Х-хорошо...
И мы с Амелией устроили долгий вечер откровенных признаний.
Начиная со внезапного известия о визите дальних родичей, подтолкнувшего меня к первому шагу, и заканчивая тем, как я в итоге полностью взял на себя роль Великого герцога.
Произнося всё это вслух, я сам осознал, насколько абсурдной выглядела наша затея. Я почувствовал себя даже менее взрослым, чем стоявшие передо мной девочки.
Мне искренне жаль, юные леди...
Мне тоже... Простите.
Всё в порядке! Играть в Великого герцога
Дурочка. Они идут на благородную жертву ради жителей Севера. Тебе не стоит относиться к этому как к какой-то игре.
Чт... Я не дурочка! Сама ты дура!
Честно говоря, сам я так глубоко над этим не задумывался.
Крепко взяв меня за руку, Тиа произнесла:
Тебе, должно быть, приходится нелегко, брат. Если мы с Миа можем чем-то помочь, мы обязательно поможем. Во-первых... вы ведь планируете и дальше жить как муж и жена, верно?
Приходится. Поворачивать назад уже слишком поздно.
Тогда получается, что ты теперь не брат, а папа? Нам называть тебя папой?
...Разве вам самим не будет от этого неловко? Можете просто называть меня Великим герцогом.
М-мне... мне достаточно и того, что меня называют Великой герцогиней...
Миа не могла скрыть восторга, лепеча, что это похоже на секретную миссию. Будь и она такой же не по годам взрослой, я бы точно лишился сна из-за чувства вины.
Тогда, эм, можно мне попросить об одной услуге?
Нет, Миа. Если мы начнём требовать чего-то взамен за помощь, это лишь обременит их...
Всё в порядке, говори. Я сделаю всё, что в моих силах. И для тебя тоже, Тиа.
Вот! Сестрёнка, ты ведь тоже говорила, что хочешь кое-что сделать, когда увидишь брата! Я хочу покататься на спине!
Не успел я даже ответить, как Миа уже взобралась мне на спину.
Ого. Сестрёнка, у брата такая широкая спина! Такая крепкая!
Что ж, если моего физического присутствия достаточно, чтобы их обрадовать, это уже облегчение. Куда лучше носить их на загривке, чем продолжать лгать десятилетним детям и сгорать от стыда.
Тиа, несмотря на все свои взрослые разговоры, явно смотрела на меня с лёгкой завистью.
Хочешь, я и тебя покатаю, Тиа?
Т-тебе не стоит делать подобное, Великий герцог...
Вообще-то я не Великий герцог, а твой брат. Ты вполне можешь просить своего брата о таких вещах.
Хоть мы и находились в закрытом кабинете, Тиа осторожно огляделась, будто опасалась, что нас кто-нибудь увидит.
И затем, наконец...
Ой...!
Ух ты! Брат такой сильный!
Т-тебе не тяжело? Миа так сильно любит тортики, она наверняка весит целую тонну...
Вы обе лёгкие как пёрышко, не переживайте.
Миа прижалась к моей спине, а Тиа вцепилась в правую руку. И левая рука почему-то показалась мне непривычно пустой.
Потеряв бдительность, я повернулся к Амелии, наблюдающей за нами с тёплой улыбкой, и шутливо спросил:
...Тоже хотите, Великая герцогиня?
Нет, спасибо. Взрослые так не делают.
Точно! К тому же у Великой герцогини очень большая грудь, так что она будет тяжёлой!
Ч-что?! Г-грудь... Надо же такое ляпнуть!
Миа, разве я не говорила тебе не произносить подобных вещей?
Мне не следовало ничего говорить. У меня снова затрещала голова.
Прежде чем Миа успела ляпнуть ещё что-нибудь эдакое, я обратился к Тиа, пока и она не подхватила:
Так чего же ты хотела? Помимо того, чтобы висеть на моей руке.
Это... я просто так сказала. Вы оба так заняты. Забудь.
...? Я вовсе не занят. Великая герцогиня уже уладила все важные дела. Да и сейчас такое время, когда нашествий монстров почти нет, так что мне тоже не придётся отправляться на битву.
...Правда?
Да.
На лице Тиа отразилось недоверие.
Если подумать, разве они не говорили, что Великий герцог всегда пропадал на поле боя, даже в такие спокойные времена? Я где-то слышал, будто он без устали истреблял монстров одного за другим, твёрдо намереваясь искоренить их полностью.
Конечно, в конечном счёте это делалось ради детей и ради Севера, и нельзя сказать, что Великий герцог поступал неправильно.
«Но она ведь всё ещё просто ребёнок.»
Мне не хотелось, чтобы на неё уже сейчас давил такой груз ответственности, из-за которого она не могла делать то, что ей хочется. Как-никак, она была дочерью древнейшего и величайшего рода Севера.
Ну, раз так... есть кое-что, чего мне хотелось бы...
Поэтому я надеялся, что Тиа и Миа смогут вырасти настоящими детьми.
Мы познакомились только сегодня, и, возможно, во мне просто говорило чувство вины. Но эти чувства были совершенно искренними.
Амелия лихорадочно собиралась на прогулку, оглядывая себя в зеркале.
Как насчёт этого, Великая герцогиня?
Н-нет, только не это...
Оно прибыло из её родного поместья, и Амелия очень им дорожила, но для сегодняшнего дня наряд категорически не годился. Платье слишком уж подчёркивало фигуру.
Стыдно переживать из-за ляпнутой ребёнком глупости, но, обратив на это внимание, она уже не могла думать ни о чём другом.
«И зачем он вообще так подшутил!»
Мысленно выражая недовольство, которое всё равно никогда до него не дойдёт, Амелия вспомнила недавнюю сцену: Миа, прижавшаяся к его спине, и Тиа, крепко держащая его за руку. Мужчина, с готовностью несущий на себе обоих детей и смущённо улыбающийся.
И она сама, неловко застывшая в стороне.
«С каких это пор он стал таким ласковым?»
Он, без сомнения, был мужчиной, на которого она могла положиться. И пусть он обращался к ней с нарочитой почтительностью — то и дело повторяя «Великая герцогиня», — каждый его взгляд упрямо выдавал желание подразнить её.
Видя, с какой нежностью этот человек относится к детям, Амелия почувствовала, как в её душе закипает странное чувство.
Я надену вот это, Мэри.
Да. Я мигом всё подготовлю.
Кровные узы. именно они обеспечивали ей нынешнее роскошное положение, но сами по себе никакого иного смысла не имели. Братья и сёстры никогда не проявляли к ней интереса, а родители видели в ней лишь инструмент для политического брака.
Разумеется, в аристократическом обществе это было обычным делом. Настолько обыденным, что у юных аристократок считалось почти неопровержимой истиной: браки по любви не живут дольше трёх лет.
Именно поэтому поведение Дамиана казалось столь необычным. И именно поэтому она чувствовала себя ещё более чужой.
Казалось, в этом тёплом, уютном кругу для неё не было места.
«Не жадничай.»
Для детей Дамиан был и старшим братом, и отцом, но сама Амелия оставалась для него лишь «Великой герцогиней».
Она понимала, как по-детски глупо обижаться на маленькую девочку, и всё же не могла совладать с уколом обиды. Она вновь осознала, что если исчезнет из этих отношений, ровным счётом ничего не изменится.
Всё готово. Вы поистине прекрасны, Великая герцогиня.
Неудивительно, что Великий герцог совершенно очарован!
Я слышала, вы сегодня тоже отправляетесь на пикник с юными леди? Кто бы мог подумать, что он так сильно изменится.
Э-это просто небольшой патруль, ничего больше...
Ложь.
В отношениях, построенных исключительно на лжи, вызывать чужую зависть было совершенно бессмысленно. Ещё горше становилось от мыслей о том, что произойдёт, когда маска будет сорвана.
За Дамианом всегда останется непререкаемый козырь — кровь Великого герцога, тогда как ей достанется лишь клеймо бесполезной чужачки, не способной подарить Северу наследника.
Приятной прогулки, Великая герцогиня!
Дороги сейчас скользкие, так что будьте осторожны, пожалуйста.
Поскольку в последнее время потеплело, возможны оползни, так что не приближайтесь к горам!
Мм, спасибо всем.
Выслушав напутствия горничных, Амелия открыла дверь.
За дверью стояла всё та же дружная семья, спиной к ней.
Спасибо, что исполнили нашу просьбу, Великий герцог.
Я тоже так рада! Обычно он ни за что не отпустил бы нас в такое опасное место!
И всё же, пожалуйста, будьте осторожны, юные леди.
Хи-хи, хорошо!
Да. Спасибо, главный управляющий.
Дети, цепляющиеся за его пояс. Надёжный, защищающий отец.
На мгновение Амелия подумала: убери её из этой сцены — и картина станет идеальной.
И тут...
Что вы там стоите, Великая герцогиня?
Остановившись, Дамиан обернулся к ней.
...Что?
Тепло улыбнувшись, он непринуждённо протянул ей свободную левую руку и добавил, словно это было само собой разумеющимся:
Это ведь семейная прогулка
Семья.
Это непривычное слово, сорвавшись с его губ, эхом отозвалось в ушах Амелии.
Хоть она и твердила себе только что, будто всё происходящее лишь игра... Хоть и прекрасно знала, что за словами Дамиана не стоит ничего искреннего...
Её сердце затопило чувство, которому она не находила объяснения.
И Амелия вдруг с ужасом поняла, что громкий стук её собственного сердца, кажется, отдаётся по всему замку.