Том 1 · Глава 13. Имитация

Время завтрака.

Брат и сестра приготовили для гостей огромные порции лапши с жареными яйцами.

Супруги Ван и пятеро членов группы собрались за одним столом.

Если не считать Эдварда и Хань Дуна, остальные в той или иной степени выглядели подавленными...

Отодвинув пустую миску, старуха Ван заговорила:

—Ритуал «Отдача долга» назначен на конец часа Змеи, он пройдет в комнате Чэнь Ли. Мне нужно подготовиться и обустроить место для проведения... Как придет время, я позову вас наверх. Пока идет подготовка, входить запрещено всем, кроме моего старика. Ваша неосторожность может спугнуть куклу-заместителя, ясно?

—Поняли.

До начала ритуала оставалось больше двух часов.

Эдвард предложил потратить это время на разведку Доступной зоны перемещения.

Учитывая, что в этом доме обитала 【Одержимая Чэнь Ли】, в дальнейшем он мог превратиться в зону смертельной опасности.

К тому же система четко ограничила радиус передвижения пятьюстами метрами.

Им было жизненно необходимо изучить местность и составить подробную карту.

Газетчик Герберт признался, что помимо продажи газет он учился у отца картографии, и если территория невелика, ему достаточно пройтись по ней один раз, чтобы набросать точный план.

—Капитан... Мне что-то нездоровится, — подал голос Хань Дун.

Эдвард посмотрел на его болезненное, худущее тело с желтоватой кожей и приветливо улыбнулся:

—Тогда оставайся в комнате, отдохни. А составление карты предоставь нам.

—Спасибо.

Хань Дун выполнял в группе незаменимую роль переводчика.

Никто не стал в открытую возмущаться его желанием отлежаться.

Как только отряд во главе с Эдвардом покинул дом, Хань Дун глубоко вздохнул, приступая к осуществлению собственного плана.

Политика невмешательства, предложенная Эдвардом, на первый взгляд казалась безупречной. Настоящая стратегия выживания: сидеть тихо и не рисковать.

Однако в ней крылся один критический изъян.

Можно ли было всецело доверять самому Эдварду?

В инцидентах с чудовищно высокой смертностью глупо сидеть сложа руки, не имея собственных идей, запасного плана и тузов в рукаве, лишь пассивно дожидаясь неминуемой угрозы.

В этом Хань Дун был отчасти похож на лысого Дериона.

Он с самого начала никому не верил. В ситуации на грани жизни и смерти Хань Дун не собирался полагаться на взаимовыручку кучки незнакомцев.

—Дядюшка Лю, куда направляетесь? — Хань Дун столкнулся со спускающимся по лестнице мужем старухи Ван.

—В городок схожу, куплю кое-что для твоей тётушки... Для обряда нужны всякие мелочи. Дело это тонкое, тебе всё равно не понять.

—Хорошо.

Вернувшись в свою комнату, Хань Дун достал из рюкзака заранее заготовленный реквизит.

Остальные члены группы потратили выданные системой пятьсот юаней на базовые средства для выживания.

Хань Дун же выделил часть суммы на покупку нескольких комплектов деревенской одежды, один из которых точь-в-точь повторял наряд дядюшки Лю.

Одной из способностей 【Головы Безликого】 была Имитация.

Голова настолько виртуозно воссоздала прижизненный облик самого Хань Дуна, что он, глядя в зеркало, не мог найти отличий от оригинала. Это служило лучшим доказательством безупречности навыка.

Закончив приготовления, Хань Дун превратился в точную копию дядюшки Лю и направился в комнату для ритуала.

—Старый Ван, чего ты там бродишь? Если делать нечего, иди сюда, помоги обустроить всё.

Наедине со своим мужем старуха Ван моментально растеряла весь свой мистический ореол «провидицы».

Сейчас она сидела на краю кровати, ковыряясь в мобильном телефоне... На самом деле готовить почти ничего не требовалось: пара подношений на деревянном столе, а пресловутая бумажная кукла-заместитель и вовсе валялась небрежно брошенной в углу.

—Так пойдет? — Хань Дун принялся расставлять фрукты на столе.

—Ставь ровно, да и всё, какие тут правила... Сделаем как обычно: попозже подмешаешь Чэнь Ли снотворное. У неё здоровье ни к чёрту, так что хватит и двух третей дозы. Противоядие у меня готово. Закончим дело и распилим деньги: шестьдесят процентов мне, сорок тебе.

Услышав это, Хань Дун мгновенно разгадал секрет исцелений столь прославленной старухи Ван.

—Замётано...

Хань Дун тут же развернулся и ушёл к себе. Переодевшись в другую куртку, он сымитировал облик юноши Дацина.

Хань Дун заранее выяснил, что настоящий Дацин уехал на мотоцикле за продуктами в город, находившийся в двух часах езды. Как-никак, к обеду нужно было накормить как минимум семерых человек.

Закончив маскировку, Хань Дун попытался вжиться в роль простоватого парня... Впрочем, эта вылазка кардинально отличалась от предыдущей.

Риск был запредельным.

【Одержимая Чэнь Ли】 с огромной долей вероятности являлась тем самым злым духом этого инцидента.

Скрип.

Он толкнул полуоткрытую деревянную дверь гостиной.

Чэнь Ли с отсутствующим выражением лица сидела на диване.

При свете дня она не сильно отличалась от обычного человека, вот только на столе прямо перед ней лежал острый тесак, которым она недавно резала овощи... Лезвие зловеще поблескивало металлом.

—Сестра, ты как?

—Закрой дверь, — глухо бросила Чэнь Ли.

Хань Дун сохранял ледяное спокойствие. Развернувшись, он захлопнул створку... и сделал глубокий вдох, готовясь к бою.

—Ты разве не уехал за продуктами? — раздался из-за спины леденящий душу голос.

Обернувшись, он увидел, что Чэнь Ли уже сжимает в руке тесак... Её тело подалось вперёд, она словно готовилась к прыжку.

Хань Дун обуздал колотящееся сердце и постарался максимально скопировать манеру речи Дацина:

—Рынок никуда не денется. Я просто волнуюсь, пройдет ли гладко наше дело.

Фраза была выверена до мелочей.

Под словами «наше дело» можно было понимать ритуал... но если у брата с сестрой имелся некий тайный сговор, эта наживка заставила бы её раскрыть карты.

Кто бы мог подумать.

Чэнь Ли промолчала.

Она медленно поднялась на ноги, поигрывая ножом... Густые волосы спали на лицо, скрывая глаза, видимыми остались лишь бледные губы.

Она приблизилась к Хань Дуну...

Вжух!

Лезвие рухнуло вниз.

Ослепительно сверкнув, острый металл вонзился в стену в миллиметрах от виска Хань Дуна... Теперь их лица разделяло не более спичечного коробка, и он отчетливо видел её налитые кровью безумные глаза.

—Эта кучка студентов, увязавшаяся за ними — большая проблема... Но мы слишком долго готовились, это наш единственный шанс отомстить. Продолжаем по плану. Твоя задача — вывести из строя минивэн старухи Ван, а я найду способ распугать этих сопляков из универа.

Фух...

Услышав такой ответ, Хань Дун мысленно выдохнул.

В момент, когда Чэнь Ли занесла тесак, его мышцы окаменели... Лишь опыт уже пережитой однажды смерти позволил ему подавить панический ужас от дыхания костлявой.

«Как я и думал, понимание местных реалий оказалось крайне полезным, — пронеслось в голове Хань Дуна. — В Государстве Девяти Провинций цензура жестко карает за пропаганду феодальных суеверий... Вся чертовщина в их фильмах ужасов обычно имеет рациональное, человеческое объяснение».

Когда Система объявила, что «Одержимость» — фильм из Государства Девяти Провинций, Хань Дун предположил, что настоящих призраков в этой истории может и не быть.

Именно поэтому он рискнул пойти на прямой контакт с Чэнь Ли в одиночку.

Правда... мгновение назад ему пришлось несладко. Ладони всё ещё были мокрыми от холодного пота.

Теперь всё встало на свои места.

Роли персонажей были кристально ясны.

Старуха Ван оказалась обыкновенной шарлатанкой. Очевидно, в прошлом её обман привел к трагедии, заронившей зерно ненависти в сердца брата и сестры.

Чэнь Ли и Дацин просто заманили супругов Ван в эту глухомань, чтобы свершить кровавую месть.

Но возникал закономерный вопрос.

Где же тогда злой дух?

Внезапно в разуме Хань Дуна раздался одинокий голос Системы: