Том 10 · Глава 879. Творение
Из груди Хань Дуна вылез лысый мужчина с циркулярными пилами, вживленными в череп.
Его глаза, затянутые черной демонической пеленой, и черное кожаное одеяние в адском стиле идеально вписывались в эстетику Черной воды... Хотя на самом деле он не имел к ней ни малейшего отношения. Это был Тогу.
После путешествия во Внутренний Дерри и посещения монастыря Тогу вернул свои утраченные силы и претерпел качественную эволюцию.
【Внутренний Дерри】 бывший Восьмой демон — «Тогу Гонсалес»
Фоновая локация: Стены монастыря, усеянные лицами, искаженными от боли
Тип: Монах Чистилища (Сила)
Базовая информация: 【Мужской пол】, 【Рост 190 см】, 【Вес 500 кг (из которых 420 кг весят Первородные цепи)】.
Религиозные убеждения: Сатанизм
Место рождения: Седьмой круг Ада — Монастырь боли Вингнеми
Отчет о мониторинге физического состояния в городке Дерри:
【Сила】: A+
【Стойкость】: A-
【Магическая сила】: B+
【Ловкость】: B
【Божественность】: C (Монахи Чистилища — это особая группа, получившая прямое признание 【Левиафана】, и каждый монах, прошедший испытание, носит в себе толику крови Левиафана.)
Особые способности:
【Тело страданий】: S-
Тогу Гонсалес — фанатичный искатель истины, стремящийся к бесконечной боли. Помимо того, что он прошел сложнейшие испытания для монахов, он сумел выжить в пыточных муках «Ада Левиафана» (особого сектора преисподней) и закалил свой организм до состояния идеального инструмента для перенесения страданий. Боль для него давно перестала быть просто источником наслаждения.
Получая урон, Тогу накапливает «Показатель боли».
Когда «Показатель боли» равен 0, его защита увеличивается на 1000%.
Каждые 10 очков «Показателя боли» увеличивают наносимый им урон на 10% и снижают защиту на 100%.
При достижении 100 очков (максимума), Тогу переходит в ≮Форму Левиафана≯.
Форма Левиафана: Базовые характеристики значительно повышаются, уровень адских навыков возрастает, а параметр 【Божественность】 повышается до A.
【Адская система】: B (Адаптация)
Обладает соответствующими адскими характеристиками, способен изучать и применять адскую магию.
Врожденное снаряжение (не может выпасть, может принадлежать только соответствующему Обитателю Внутреннего слоя):
«Цепь боли»
Класс: A
Тип: Встроенное в плоть сокровище
Дистанция: 0~5 (Максимальная дальность захвата цели — пятьдесят метров)
Происхождение: Создано в Монастыре Чистилища (Штаб-квартира).
Эссенция боли, собираемая в различных филиалах, регулярно отправляется в штаб-квартиру и сливается в «Озеро боли», одно лишь приближение к которому способно убить обычного демона от болевого шока.
Монах, успешно прошедший испытание, может подать прошение на ковку цепей. Для этого он должен отослать фрагмент собственного позвоночника, в который затем введут эссенцию из «Озера боли». Если кости не рассыплются в прах от перегрузки, монах признается достойным носить это оружие. Штаб-квартира бесплатно кует идеальную Цепь боли: пропитанный эссенцией позвоночник стирают в порошок и добавляют в процесс плавки «Адской демонической стали».
В итоге выкованная «Цепь боли» полностью заменяет монаху скелет, сливаясь с его плотью. После этого статус монаха в иерархии повышается.
Эффект:
1. При использовании Цепи боли для защиты накапливается «Показатель боли».
2. При использовании Цепи боли для атаки на цель накладываются эффекты «Уязвимость» и «Острая боль».
3. Цепь является основой жизни. Пока она не разрушена полностью, монаха Чистилища невозможно убить.
«Кожаное одеяние монаха Чистилища»
Оценка: C
Тип: Усиливающее защитное снаряжение
Эффект: на себя
Происхождение: Неофиты, вступающие в монастырь, проходят множество жестоких проверок, и одна из них — обязательное снятие кожи. Содранную кожу собирают, а затем с помощью передовых адских технологий прессуют и сплетают воедино не менее ста лоскутов, создавая черное одеяние.
Эффект: Увеличивает количество «Показателя боли», получаемого при каждой атаке врага.
...
Именно таким был обновленный арсенал способностей Тогу, вновь ставшего Восьмым демоном. Хань Дун всё это время прятал его внутри себя, приберегая как козырь.
Оказавшись в самом сердце вражеского логова, где мирные переговоры зашли в тупик, приходилось искать нестандартные пути к спасению. Судя по размерам купола, счет врагов шел как минимум на тысячи. К тому же, египтянин-ученый сам по себе был опасным противником. Пробиваться с боем означало бы понести катастрофические потери... Раз уж местный фанатик так одержим идеей создания божественной твари для прохода в Божественную столицу, Хань Дун решил подыграть ему и принял Жидкость творения.
Надо признать, результат его немного разочаровал.
Он думал, что высококачественная Черная вода, полученная египтянином путем долгих экспериментов, окажется по-настоящему мощной, но встроенный диагностический стенд оценил её «чистоту» как «низкую». Выпитая жидкость даже не коснулась органов Хань Дуна — она мгновенно телепортировалась в хранилище лаборатории в голове.
Все те жуткие конвульсии и мучения были лишь актерской игрой, виртуозно скопированной Хань Дуном из сцен фильма «Чужой». Благодаря Туловищу с черным водоворотом ему не составило труда картинно сломать пару собственных рёбер, чтобы Тогу мог эффектно появиться на свет.
И этот спектакль удался на славу. Все эти крики и кровь нужны были лишь для одного — легализовать появление Тогу.
Теперь египтянин и все монстры в куполе будут воспринимать его как новорожденное существо, наделенное божественностью. А раз так, то Тогу автоматически встает выше их всех в местной иерархии... И остальные твари не посмеют вмешаться в их противостояние.
Если Тогу убьет создателя, он автоматически станет новым хозяином этого места.
Увидев «рождение» Тогу, египетский потомок, усыпанный черными кристаллами, засиял от восторга. Мечта, к которой он шел сотни лет, наконец сбылась.
Это мой пропуск в Божественную столицу... Триста лет! Триста долгих лет я ждал, и вот наконец...
Договорить он не успел.
Стальная цепь с хрустом пробила ему череп, разнеся в пыль вживленный в лоб черный кристалл. Цепь не только нанесла физический урон, но и наложила эффект Уязвимости (увеличивающий получаемый урон на 30%).
Печать взрывного демона.
На ладони Тогу вспыхнула алая гексаграмма. Он сжал пальцы, захватывая голову египтянина в тиски.
Хрясь!
Черная слизь брызнула во все стороны. Обезглавленное тело рухнуло на пол.
Но Тогу лишь удивленно приподнял бровь... Цель была еще жива. Обезглавленный труп начал хаотично биться в конвульсиях. Черные кристаллы на его теле замерцали ярким светом...
Хань Дун тихо хмыкнул:
Надо же, не сдох... Похоже, он и впрямь давно перестал быть человеком. «Прометей»
Хань Дун перевел взгляд на три оставшихся сосуда с Черной водой в углублении каменного языка.