Том 1. Глава 101

Глава 101.

Задкиил, держащий за руку священницу Рамису, выглядел всё более беспокойным.

Спящая главная священница молчал.

Тогда.

—Господин священник! По, пожалуйста, выйдете! Чудо, чудо действительно свершилось!

Задкиил вскочил на ноги, услышав слова рыдающего ребёнка, помогающего по хозяйству.

И поспешно выбежал, несколько раз спотыкаясь от шока.

—Боже мой, что это такое!

—Эй, ты тоже в порядке?

—Я даже говорить не могла, но теперь ничего не заметно потому, как я разговариваю с тобой? Ха-ха-ха-ха!

—Чудо и правда произошло!

—Мой ребёнок! Ты в порядке? Тебе больше не больно?

Глаза Задкиила расширились.

Словно чудо действительно произошло, все больные, которые не могли спать и терпеливо ждали смерти, сейчас встали.

Те, кто не мог контролировать свои тела, сейчас улыбались и говорили с умиротворёнными лицами.

—А.

И правда, чудо свершилось.

Бог явил чудо.

—Боже, матушка, — Задкиил поспешил обратно в комнату главной священницы Рамисы.

Спавшая женщина сейчас сидела.

—Ма, матушка! Вы в порядке?

—Зэки… — главная священница, не веря своим глазам, проверила горло и грудь, делая несколько вдохов и выдохов. И тут же на её глазах собрались слёзы. — Да, я чувствую это. Бог даровал мне часть чуда…

—А-а, — пошатываясь, Задкиил рухнул на пол у кровати главной священницы. И разрыдался словно ребёнок.

Это правда. Бог и правда совершил чудо, обещанное госпожой принцессой, – мальчик подумал о Лирис.

У неё была улыбка, чистая и прекрасная как у ребёнка-ангела.

Может она и есть настоящий ангел?

Да, возможно, она посланник Бога, посланный охранять это место, – вот как думал Задкиил.

—Спасибо, госпожа принцесса. Спасибо, Бог…

Хм, теперь и господин священник сможет спать спокойно?

Юному Задкиилу тоже, скорее всего, пришлось пережить многое.

И всё же он выстоял, сдержав обещание, данное мне, – Лирис верила в это, но всё равно была благодарна.

Человек, являющийся лучом света в этом безумном мире…

Может он настоящий ангел? – девочка улыбнулась, вспоминая её встречу с Задкиилом двухнедельной давности.

В тот самый день.

—Ви, видели Бога во сне?

—Да!

—Это откровение! Госпожа принцесса, это. Это благословление от Бога, даруемое лишь самым верным и добрым верующим! — Задкиил восторженно улыбнулся. — Бог всё ещё находится с нами!

Нет, прыгать…

—Причина отсутствий откровений до сих пор заключалась в том, что верующим не хватает веры и они не взращивают доброту в глубине своих сердцах, — сказал Задкиил, крепко сжимая ладонь Лирис. — Однако, поскольку госпожа принцесса добрый и верующий человек, Бог пришёл к вам и дал откровение. Примите огромную благодарность за ваше рождение. Правда.

—Н, нет, правда…

Добрый человек, которого так глубоко тронули слова 7-летнего ребёнка.

Поистине тяжело лгать ему… – сделав вид, что она не замечает укола совести, Лирис огляделась по сторонам и взяла палку:

—Господин священник! Тогда я запишу всё, что запомнила!

—Да!

Притоптывая ногой по земле, Лирис задумалась, напрягая голову.

Настало время раскрыть таланты бывшего выпускника университета!

Для справки, её основной специальностью была история, а дополнительной корейская литература.

Должно звучать правдоподобно. И реально. Так, чтобы было понятно, что я получила истинное откровение, которое семилетний ребёнок не может выдумать.

Восстань, дума студента корейской литературы!

<Вера моих верных слуг достигла Храма на небесах.

Я благословляю слуг Серафима, которые молчаливо хранили мою волю, несмотря на гонения.

Когда после моего визита на небе взойдёт полная луна.

Все больные, о которых заботятся слуги Серафим, одновременно исцелятся, словно омывшись и поднимутся с постелей.>

В тот момент, когда он прочитал импровизированное, надуманное лжеоткровение Лирис, Задкиил замер:

—Не, невозможно.

—Бог сказал, что исцелит всех~ здешних больных!

—А-а, — мальчик, прикрыв рот, пошатнувшись рухнул на землю и разрыдался как ребёнок.

—Гос, господин священник? Пожалуйста, не плачьте…

—Спа, хнык, спасибо. Госпожа принцесса, огромное спасибо… — Задкиил обнял Лирис за талию и ещё некоторое время рыдал.

Было слышно, как он что-то бормотал про матушку. Отсюда становилось понятно, что выздоровление главной священницы было для него самым драгоценным событием.

—Это, но. Господин священник, вы можете… пообещать одну вещь?

—Хнык. Какую? — спросил Задкиил, наконец прекращая лить слёзы, но шмыгая носом.

—Мне нужно сохранить своё сон в тайне… — пробормотала Лирис, изображая смущение.

—А? Почему? Получение откровения — это благословление, которое случается раз в жизни. Госпожа принцесса должны пойти в храм Павиль, где проживает Первосвященник и рассказать о полученном откровении, — мальчик, взяв Лирис за руку, ярко улыбался. — Тогда все будут любить и почитать госпожу принцессу, избранную Богом.

—Хо! Нет, нет! Этого не нужно! Это, сон, пусть господин священник скажет, что он его!

—…что? — Задкиил, застывший на месте, внезапно энергично замахал руками. — Ни в ко, ем случае! Это невозможно! Как я, неспособный даже достучаться до Бога, посмею забрать откровение, пришедшее к принцессе?!

Лирис знала, что он так скажет.

Только жадный Первосвященник был способен на такое.

А Задкиил точно был не тем человеком, который легко мог принять откровение от 7-летнего ребёнка размером с фасолину.

Поэтому Лирис наклонила голову и добавила:

—О? Но Бог сказал мне сделать так… он велел рассказать об этом священнику Задкиилу из храма Серафим…?

Ну, уже сбившемуся с пути можно продать Бога и сто раз, не так ли?

—Что? Эт, это правда? — невинный Задкиил шокировано посмотрел на Лирис.

—Да-а. Он сказал, что я должна сохранить свой сон в тайне. Если я не сделаю это, то он не даст своё благословление и даже накажет меня.

—О, почему же.

—Господин священник, вы же сохраните мою тайну? — спросила Лирис, хватая Задкиила за руку и подталкивая его.

—…… — мальчик, всегда веривший ей, вдруг заподозрил что-то неладное.

На самом деле, заподозрить неладное следовало уже давно.

Если бы Бог и правда хотел дать откровение, то он явился бы во сне к самому Задкиилу.

И не заставил бы лгать ради благословления.

Однако.

Посмотрите на откровение, оно поразительное! Как такие слова могут исходить из уст маленького ребёнка?

Взгляд Задкиила был направлен на слова, написанные на земле.

Как и ожидалось, он думает, что это выше уровня семилетнего ребёнка, поскольку его глаза наполняются странной уверенностью.

Этого достаточно!

—Господин священник? — Лирис вновь принялась канючить. — Тайна…

—А-а, да! Конечно! Госпожа принцесса не попадёт в беду, я сохраню это в тайне. Однако я, я не могу осмелиться перехватить откровение Бога…

—Вы не перехватите! Бог же специально выбрал священника Задкиила и сказал мне передать содержание сна ему?

Задкиил прикусил губу, вновь задумываясь.

И, словно приняв окончательное решение, мальчик кивнул с решительным выражением лица:

—Да, госпожа принцесса. Тогда я так и поступлю.

Пусть он и сказала так, это всё равно, скорее всего, было трудно.

Он не получал откровение, но и не мог сказать правду потому, что я просила сохранить её в тайне…

А ведь вооружённые паладины появлялись при каждом удобном случае, угрожая арестовать его в случае лжи!

«Не слишком ли поспешно поверил словам семилетнего ребёнка?» такие сомнения должны были терзать его…

Спасибо, что сдержали обещание, господин священник! – Лирис мысленно поклонилась и закрыла глаза, но тут же заметила, что Энох всё ещё ворочается, не в силах уснуть.

—Папа.

—Да.

Вздрогнувший Энох повернулся. И уже через несколько секунд Лирис увидела его лицо.

—Ох. Если не можешь уснуть, что будешь делать завтра? Нужно поехать посмотреть, поправились ли все больные.

—Угу, и пора спать. Тебе мешает, что папа ворочается? Прости. Принцессе тоже нужно спать.

—Нет. И, папа, не волнуйся, — Лирис прижалась к отцу. — Господин священник хороший человек, это значит, что Бог и правда послал ему чудо. Поэтому не волнуйся и спи спокойно, а завтра мы поедем к господину священнику.

—…… — Энох, молчавший какое-то время, слабо улыбнулся и крепко обнял дочь. — Да, так и сделаем.

Следующий день.

С губ императора Николаса не сходила улыбка.

Скоро с докладом должен был явиться Энох, назначенный инквизитором.

Его гордое лицо, всегда полное возвышенных слов, будет бледным и искажённым от отвращения.

Он точно не сможет просто стоять и смотреть, как этих мерзких ублюдков сжигают на костре.

Скорее всего, он попытается договориться о сохранении им жизней.

—Тогда я буду милосерден, — Николас громко рассмеялся, запрокидывая голову назад.

Либо Энох будет у меня в долгу из-за спасения нескольких жизней, которые ничего не стоят, либо они сдохнут…

Это была сделка, в которой Император ничего не терял.

В этот момент.

—Ва, Ваше, Ваше Величество! — его секретарь Рамон был в таком отчаянии, что распахнул дверь кабинета без разрешения и ворвался внутрь.

—Что? — нахмурившись спросил Император, поднимаясь.

Лицо Рамона исказилось.

В тот же мир, как он увидел это, Николас инстинктивно понял, что что-то пошло не так.

—Что––

Тук-тук.

Только не успел Рамон снова открыть рот, как в распахнутую дверь кабинета постучали.

Энох.

Почему…

Выражение его лица было совершенно не тем, которое десятки раз представлял себе Император.

Он всегда представлял, как исчезнет это гордое выражение, когда Энох откроет дверь и войдёт.

Только герцог Рубинштейн неторопливо улыбнулся, слегка кивая:

—Ваше Величество

.

.

.

—Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –