Том 1. Глава 336
Может, тут нужна не мана, а святая сила?
Я вытянула энергию из окружающих меня звёзд и влила её в Мастера, но, к сожалению, это не помогло.
Звёзды что-то возмущённо твердили мне, но...
Сами виноваты, кто просил вас убегать?
Это тоже ваша карма.
Я придержала маной и святой силой звёзды, которые снова пытались тихонько улизнуть, ворча на меня, и погрузилась в раздумья.
Вроде бы Мастер ничем не больна...
Пусть я и не специализировалась на целительной магии, но перепробовала все известные мне заклинания, и раз они не дали эффекта, значит, дело точно не в обычном недуге.
«Не знаю, в чём причина, но для восстановления было бы неплохо перенести Мастера в её область...»
Что-то продолжало меня беспокоить.
Я пыталась понять, что именно, и вдруг осознала: это пространство резонирует с телом Мастера.
А также то, что исходящая от неё власть связывает Небесную башню с областью великого мага и поддерживает их существование.
Странно. Разве я чувствовала такое раньше? Или это из-за того, что я разделила с ней её ранг?
«Скорее, изменилось что-то фундаментальное».
Точнее, возникло ощущение, будто что-то, что было во мне всё это время, но не могло выйти наружу, наконец освободилось...
А.
Может, поэтому?
Поэтому я почувствовала изменения в теле Мастера, даже не обращая внимания на то, что мои руки коченели от холода.
Что-то очень крошечное понемногу высасывало её силу.
И именно поэтому тело Мастера медленно умирало.
«Но Мастер не может умереть».
Мастер — существо, для которого само понятие смерти не существует, пока существует магия.
Поэтому клетки, разрушенные холодом, постоянно возрождались, а сердце, которое билось медленно, то замирало, то снова начинало отчаянно колотиться.
Словно нечто неведомое постоянно заставляло её жить вопреки всему.
В этот момент я осознала неприятную правду.
Дзынь!
Великий маг Марседес по неким причинам потеряла сознание. Вы случайно обнаружили пространство, в котором Великий маг Марседес изолировала себя, и саму её, лежащую там без чувств. Теперь только вы можете спасти Великого мага Марседес.
Спасите Великого мага Марседес.
В случае успеха: получение доли главного героя.
В случае неудачи: ■■ Великого мага Марседес.
Тем временем, дворец наследного принца.
...
Песион, погребённый под горами документов, просматривал отчёты холодным, пронзительным взглядом.
В настоящее время власть в Альбрехте перестраивалась вокруг Песиона.
Это стало результатом совпадения давнего желания императора Эдварда поскорее передать трон и жить спокойной жизнью с императрицей Аджени, и интересов Песиона, которому нужна была власть, чтобы защитить Арелин, когда он её вернёт.
И первое, что сделал Песион, получив эту власть...
Значит, всё ещё есть те, кто пытается подобраться к Арелин?
Он решил отсечь всех назойливых мух, вьющихся вокруг неё.
В конце концов, она единственная дочь великого герцога Хальберна и его единственная наследница...
...Да, похоже, слетаются мотыльки, надеющиеся, что если им удастся хотя бы привлечь её внимание, то получится завязать некое подобие любовной связи.
Разумеется, такие безумцы находились и у Песиона.
Песион считал, что с появлением Арелин всё кончено, но светское общество — это мир, где слабые не выживают.
Леди, претендовавшие на место «законной супруги» Песиона, отсеялись, но те, кто метил в «любовницы» или «подруги на одну ночь», продолжали кружить вокруг него.
То есть те, кто лез к Арелин, были из того же теста.
Они что, все жить надоели?
У них что, жизней по две штуки?
Из-за этого после дебюта Арелин в светском обществе Песион стал только занятее.
Конечно, вряд ли кто-то мог пробить стальную оборону Арелин, но Песион не был тем, кто полагается на удачу.
Проведите с ними воспитательную беседу, чтобы им даже в голову не приходило приближаться к Арелин.
Слушаюсь.
Песион цокнул языком.
Абсурд. За кого они принимают меня и Арелин?
Ему было противно думать, что люди считают, будто любовь между мужчиной и женщиной не может длиться долго и в конце концов оба начнут смотреть по сторонам.
Впрочем, это были те же отбросы, которые даже когда Арелин была лишь «мертвой первой любовью» — недосягаемым фантастическим образом, — жалко пытались подражать ей и смели оскорблять его чувства. От них не стоило ждать ничего хорошего.
Песион, содрогаясь от отвращения к людям, накопившегося за время разлуки с Арелин, снова сосредоточился на самом важном деле.
Кстати говоря, есть у кого-нибудь хорошие идеи?
...
...
В кабинете на мгновение воцарилась тишина.
Харун, которого ни свет ни заря вытащили сюда, моргнул и поднял руку.
Какие идеи?
Я собираюсь сделать Арелин предложение.
А.
Песион, сцепивший руки и погружённый в глубокие думы, выглядел как благородный наследный принц, беспокоящийся о государственных делах и будущем империи.
Хотя на самом деле его мысли были заняты совсем другим.
Я совершенно не представляю, как сделать предложение. Если у вас есть хорошие идеи, высказывайтесь без утайки.
...
Все снова замолчали.
Их вызвали, сказав, что случилось нечто серьёзное, они собрались, терзаясь всякими опасениями, и вот тебе на!
«Предложение?»
Нет, это, конечно, тоже важное дело, но...
Это вообще нормально?
Как бы подчинённые ни переглядывались, стоило им встретиться взглядом с Песионом, как они теряли дар речи.
В этой комнате не нашлось бы смельчака, способного спросить: «О чём вы вообще говорите?» глядя в эти благородно сияющие глаза. Наверное.
Тем временем Харун всё ещё не понимал, почему он здесь оказался.
Почему я...
Почему я здесь...?
Всё это было из-за того, что Песион был готов ухватиться за любую помощь, но Харун об этом не догадывался.
Разве нельзя просто сделать предложение?
Весь Альбрехт знает, что вы любите друг друга!
«Тут же и так всё ясно».
Разве не достаточно нанять подходящего посредника, обменяться брачными предложениями между домами и просто следовать свадебному протоколу?
Зачем Песиону «обязательно» нужно совершать этот лишний шаг и лично делать предложение Арелин?
Словно прочитав мысли Харуна, Песион ответил:
Это будет выглядеть так, будто не я делаю предложение Арелин, а императорский дом Аллерман предлагает брак Хальбернам.
Песиону это не нравилось.
Я хочу получить согласие лично от Арелин.
Даже после этих слов собравшиеся мужчины не понимали, в чём разница.
Когда Песион уже начал слегка хмуриться из-за этой неловкой атмосферы...
Как вы можете так не понимать чувств леди!
Вот поэтому вы и не умеете строить отношения!
Сэр Харун, так нельзя!
Боясь, что гнев принца падёт на них, помощники поспешили разрядить обстановку.
Это же событие всей жизни! Для леди это очень важно.
Да-да, в любом случае, для Л.Е.Д.И. это важно!
Отгородившись от темы тем, что это тонкие проблемы леди, которые им, грубым мужикам, не понять, помощники начали подгонять остальных, требуя поскорее выдать идеи для предложения.
Они тоже не понимали, зачем нужен этот лишний шаг, но разве не важно то, что это считает важным их начальник?
Похоже, их рьяная поддержка удовлетворила Песиона, и он кивнул.
Я хочу сделать Арелин предложение, которое она запомнит на всю жизнь. Такое, чтобы она расплакалась от избытка чувств.
...?
Та самая Арелин...?
Расплачется от избытка чувств...?
Не слишком ли высокая планка?
Помимо серьёзных амбиций Песиона, все сглотнули от такой завышенной планки.
Нет, ну как заставить леди Арелин плакать? Разве вы не видели великого герцога Хальберна, который стоял на страже леди Арелин?
А не казнит ли нас всех великий герцог Хальберн после этого?
Если не справимся, нас казнит Его Высочество наследный принц.
Такова трагедия подчинённых: приходится делать то, что велят.
Они начали ломать голову.
Хорошая идея всегда начинается с большого размаха.
Устроить грандиозное мероприятие и сделать предложение на глазах у всей страны...
Попросить Магическую башню организовать прямую трансляцию на весь мир...
Нанять магов, чтобы они с помощью иллюзий устроили вот так...
Пока планировались грандиозные события, от которых Арелин, услышь она их, пришла бы в ужас и потребовала немедленно прекратить, Харун, невольно ставший свидетелем всего этого, подумал:
«А это вообще хорошая идея?»
Трансляция на весь мир... Арелин от такого характера, скорее всего, захочет провалиться сквозь землю.
«Может, отговорить его?»