Том 1. Глава 208
Глава 2-53 (206)
Мучительный стон Джареда, пробившийся сквозь тряпичный кляп, резанул Медею по ушам.
Шурх. Шурх.
Раздался глухой шорох — по каменному полу волокли что-то тяжелое.
Принцесса зажмурилась до цветных пятен. Словно послушный ребенок, вознамерившийся свято исполнить приказ.
Кх-х… Кх-х-х-мф…
Даже когда из-за алтаря донесся влажный хруст ломающихся костей. Даже когда сдавленные хрипы ублюдка стихли окончательно.
Глухой стук.
Даже когда обмякшая туша повалилась на пол.
…
Она не открывала глаз. Вскоре на часовню опустилась мертвая тишина.
Медея разомкнула веки. Медленно опустив голову, она безучастно уставилась на свои ладони.
Будто пыталась разглядеть на них последние следы чужой оборванной жизни.
Шаг. Другой.
Тяжелая поступь, приближавшаяся к ней, внезапно замерла на полпути.
…Вот незадача.
В низком голосе проскользнула досада, а ноздрей коснулся густой, железистый запах крови.
Медея подняла взгляд и увидела Чезаре — с ног до головы залитого алым. Похоже, мужчина и сам лишь сейчас осознал, в каком жутком виде предстал перед ней.
Дай мне минуту.
Он развернулся.
Тяжелые шаги. Скрип петель.
Мужчина скрылся за узкой дверью, ведущей в подсобное помещение.
А-а-ак! Ы-а-а-а!
Душераздирающий вопль пришедшего в себя священника разорвал тишину. Полный первобытного ужаса крик гулким эхом заметался под сводами часовни.
Сюда! Звук шел отсюда!
Снаружи послышался торопливый топот множества ног. В этой суете явно сквозили тревога и лихорадочная спешка.
Х-ха… М-мертв! Он мертв! А-а-а-а!
Медея, словно сквозь вату, слушала истеричные вопли перепуганного до смерти священника.
Зрение постепенно фокусировалось, выхватывая из полумрака изуродованный труп Джареда.
Вокруг него уже натекла широкая багровая лужа, похожая на топкое болото.
Он лежал прямо на алтаре, где совсем недавно собирался принести брачный обет. С закрытыми глазами и благоговейно сложенными на груди руками ублюдок походил на кающегося Святого.
Правда… он правда мертв.
Медея.
Ощутив, как чья-то рука с силой сжала ее предплечье, принцесса вскинула голову.
Перед ней, покрывшись испариной, стоял Ясон.
Ясон со всех ног мчался сквозь лесную чащу.
«Только бы не опоздать. Пожалуйста, пожалуйста…»
Он подумать не мог, что Джаред самовольно изменит координаты магического круга.
Организованная слежка оказалась совершенно бесполезной. Пелей с Агемами сбились с ног, пытаясь отследить точку перемещения.
Если бы Ясон не приставил клинок к горлу одного из старших черных магов, угрожая скорой расправой, то тоже ни за что бы не успел.
Однако, ворвавшись в часовню — на роковой шаг позже нужного, — он лишь болезненно скривился.
Зажженные свечи. Разорванная фата. Помешавшийся от ужаса священник.
Больной ублюдок…
Ясон в полной мере осознал, чего добивался Джаред.
Он намеревался силой принудить Медею к браку.
Жалкое ничтожество, недостойное даже стоять в ее тени, осмелилось посягнуть на возвышенную, недосягаемую женщину, к которой сам Ясон не позволял себе притронуться и пальцем.
Жажда крови захлестнула с головой. Мужчина поудобнее перехватил рукоять меча.
С того самого дня, три года назад, он не пропустил ни единой тренировки. А значит, он непременно разрубит эту мразь на куски…
…Ваше высочество.
Сделав шаг к алтарю, Ясон вдруг заметил смертельно бледную Медею. Он тут же бросился к ней.
Мужчина мог поклясться: никогда прежде в жизни столь короткое расстояние не казалось ему таким бесконечно долгим.
Медея.
Она жива. Невредима. Огромная волна облегчения захлестнула его.
«Слава богам, благодарю»,
…
Девичье предплечье, за которое он ухватился, оказалось ледяным. Сердце ухнуло куда-то вниз.
Вы целы? Узнаете меня?
Медея реагировала слишком заторможенно, словно душа покинула тело. Ясон никогда прежде не видел ее в подобном состоянии.
Стоило ему заглянуть в эти безжизненные изумрудные глаза, отрешенно уставившиеся на Джареда — будто принцесса совершенно не слышала чужого голоса, — как Ясон почувствовал, словно его собственное сердце пронзили клинком.
Вскоре взгляд Ясона выхватил из полумрака раны Медеи, пропитанное кровью платье, а затем остановился на Джареде, лежавшем с закрытыми глазами.
«Проклятье. Опоздал».
Заметив порванный брачный контракт и брошенное на пол золотое кольцо, Ясон болезненно скривился.
…Я, я все улажу.
Но в то же мгновение холодный рассудок подсказал: «Пора».
Вот он — идеальный шанс привязать к себе женщину, до которой иначе было бы просто не дотянуться.
Медея, выбери меня. Тогда я спасу тебя от этого брака.
Изумрудные глаза медленно обратились к Ясону. Он повторил с нажимом:
Дядя не спустит это с рук. Он заставит тебя заплатить сполна. Неужели ты хочешь оказаться связанной с таким ублюдком, как Джаред, заложив ему всю свою жизнь?
…
Я защищу тебя. И от дяди, и от этого мерзавца… стоит лишь выбрать меня…
Ясон.
Собственное имя, сорвавшееся с ее губ, показалось ему сладким.
В ваших предложениях всегда кроется условие.
Голос прозвучал абсолютно спокойно и отстраненно.
Именно так она всегда отвергала его и отталкивала. Даже теперь, оказавшись загнанной в угол, эта женщина ничуть не изменилась.
Красивое лицо Ясона исказилось, стоило ему прочесть смысл, скрытый за этим холодным тоном.
Настолько ненавидишь меня? Я кажусь тебе омерзительнее, чем это грязное ничтожество?!
…
Скажи, что это не так, Медея. Ты ведь даже не представляешь, чего мне стоило сюда добраться…
Она не представляет. Ей неведомо, что ради нее он предал даже последних оставшихся на его стороне черных магов.
Будь со мной, и я вынесу все. Ситуацию с Джаредом я тоже возьму на себя…
В торгах нет нужды, Ясон.
В этот миг, откинув тяжелый полог, из подсобного помещения вышел мужчина.
На его безупречно чистом лице, так диссонирующем с кровавым месивом вокруг, хищно блеснули золотые глаза.
Точеные черты были тщательно оттерты от крови, вот только ткань на груди потемнела от впитавшейся влаги.
Лишь один нестертый багровый мазок под резкой линией челюсти придавал его облику леденящую душу жестокость.
Это моя работа.
Надменный красавец смерил Ясона уничижительным взглядом и кивнул в сторону алтаря. Его непоколебимое, прирожденное благородство почему-то до боли напоминало одного человека.
Ты…
Ясон в ужасе распахнул рот.
Он не мог осмыслить ни почему Чезаре оказался здесь, ни его слова о том, что это сделал он.
Вернее, рассудок попросту отказывался воспринимать реальность.
Брат, если уж вознамерился навязать сделку, стоило для начала проверить, кому принадлежит товар.
Не успел Чезаре бросить эту издевательскую фразу, как часовня огласилась гвалтом.
Ваше высочество! Принцесса!
За спинами людей, бежавших к Медее, виднелись груды тел, сваленных прямо у входа.
Дея!
Это был Пелей.
Брат сгреб ее в крепкие, теплые объятия, однако от него по-прежнему исходил едва уловимый металлический запах крови.
Я думал, что снова потерял тебя. Думал… что потерял и тебя.
По судорожно вздымающейся груди Пелея Медея в полной мере осознала то отчаяние, которое ему пришлось пережить.
Ваше высочество, по пути мы подверглись нападению… Простите. Простите меня, ваше высочество…
Рука Нерил, без остановки бормотавшей извинения, была насквозь пропитана кровью.
Теневые покровители Раджу, организовавшие эту западню, оказались отнюдь не простыми противниками.
Воспользовавшись моментом, когда все внимание Пелея было приковано к поискам сестры, они бросили в бой наемных убийц.
Каждый из нападавших мастерски владел черной магией, поэтому на их устранение ушло драгоценное время, что сильно замедлило поиски принцессы.
Однако люди императорского дома Валдины оказались не единственными, кто прибыл к часовне.
Мертв.
Главный камергер императора Пердикаса Второго, осмотрев труп Джареда, брезгливо вытер руки белоснежным платком.
Затем его взгляд поочередно скользнул по замершим на месте Ясону и Чезаре.
Ваши высочества…
Главный камергер, в допросе нет нужды. Его убил я.
Медея вскинула голову, уставившись на Чезаре.
Старик, единственный, кто до этого момента сохранял абсолютную невозмутимость посреди царящего хаоса, впервые изменился в лице — казалось, он просто не поверил собственным ушам.
Ваше высочество 1 принц, вы сейчас признаетесь в убийстве генерала Джареда?
Именно.
В его четком, спокойном ответе не прозвучало ни тени сомнения.
Его убил я. Вам ведь прекрасно известно, насколько сильно этот тип меня раздражал.
…Ваше высочество.
Пораженный подобной бесстыдной непринужденностью, главный камергер попросту лишился дара речи.
Выдержав паузу, он тяжело вздохнул.
Здесь присутствовали представители императорской семьи Валдины. Если бы 1 принц не сделал чистосердечного признания, ситуацию еще можно было бы как-то замять…
Но теперь скандал приобрел катастрофические масштабы. Дело окончательно вышло из-под контроля.