Том 2 · Глава 43. Глава первая: Я просто хотел догнать свою сестрёнку (5)

—Прошу прощения. Эта юная особа опоздала, но она — невероятно преданная поклонница. Очень хочу подписать ей книгу, не могли бы вы уделить нам ещё пару минут? — низко кланяюсь, понимая всю неловкость своей просьбы.

—Если таково ваше желание, то мы только за. Пожалуйста, мы благодарны вам за такую отзывчивость.

К моему удивлению, персонал охотно идёт навстречу. Возвращаюсь к девушке и приглашаю её к столу.

—Пройдёмте, подпишу вам книгу.

—А? Что вы имеете в виду?

—То, что вы всё же получите свой автограф.

—Но... кто же его оставит?

—Само собой, я.

—Ох... Благодарю за сочувствие к несчастной Сакуре, но мне нужен автограф Товано-сэнсэя, а не ваш... Ой! Вовсе не хотела вас обидеть! Вы были так добры ко мне, просто!..

«Ах, точно, я же так и не представился.»

—Прошу прощения, совсем забыл сказать. Я и есть Товано Тикай.

—... Что? — девушка замирает с неописуемым выражением лица. — Э-э-э-э-э-э-э?! — спустя мгновение её оглушительный крик разносится по всему залу. Сила её голоса поистине поражает. — Н-неужели... и вправду... тот самый Товано-сэнсэй?!

—Ну... в некотором роде,.— отвечаю я, мысленно добавляя «всего лишь посредник».

—П-п-простите! — девушка в изумлении распахивает глаза, но затем, спохватившись, начинает тараторить. — Сакура просто лишилась дара речи от такого поворота событий! Пожалуйста, распишитесь вот здесь! — дрожащими руками протягивает мне новенький второй том.

—Благодарю вас за покупку.

—Нет-нет-нет! Это Сакура должна вас благодарить! После первого тома вы написали такое потрясающее продолжение, что у меня просто слов нет, чтобы выразить восторг! — буквально светится от счастья.

—Скажите, а как мне вас называть? То есть, чьё имя вписать в автограф?

—Ой! П-простите, Сакура совсем забыла представиться! П-простите, что веду себя так неподобающе перед самим сэнсэем!..

—Послушайте, всё в порядке! Не стоит так переживать! — восклицает я, стараясь её успокоить.

—Позвольте представиться ещё раз: меня зовут Миназуки Сакура! Надеюсь на ваше благосклонное отношение!

—Миназуки... Сакура, значит. Хм... — повторяю это имя про себя, и вдруг в голове проскакивает искра. — Погодите-ка...

«Что-то здесь не так. Имя 'Миназуки Сакура' кажется мне до странности знакомым, будто я уже где-то его встречал. Однако мгновенный поиск в чертогах памяти выдаёт неутешительный результат: совпадений не найдено. Не то чтобы этим гордился, но число моих знакомых женского пола можно пересчитать по пальцам одной руки, отчего отсутствие мгновенной догадки кажется делом вполне естественным.»

—Простите за бестактность, но не встречались ли мы с вами прежде? — задаю вопрос, который со стороны звучит как самая нелепая попытка завязать знакомство.

«Разумеется, у меня и в мыслях нет ничего подобного!»

—Вовсе нет, мы с сэнсэем сегодня видимся впервые. — отвечает она с мягкой улыбкой.

—И то верно. Прошу прощения, мне на мгновение показалось, будто имя знакомое, но, видимо, просто обознался.

—Ах, неужели сэнсэй тоже смотрит «Ютопия»?! — её глаза внезапно вспыхивают восторгом.

—«Ютопия»?.. Если вы об аниме, то имеете в виду идущую сейчас трансляцию «Моя любимая Ютопия»?

—Именно! Я тоже принимаю участие в этом проекте, так что, если моё имя вам знакомо, то наверняка оттуда! — Миназуки-сан прикрывает ладонями густо покрасневшие щёки, смущённо лепеча о том, как ей неловко от мысли, что сам сэнсэй может наблюдать за её работой, но мне сейчас вовсе не до её стеснения.

«Она участвует в 'Ютопие'... И зовут её Миназуки Сакура... Неужели... Не может быть!»

—Вы... вы та самая Миназуки Сакура, актриса озвучивания?! — выпаливаю я, едва сдерживая дрожь в голосе.

—Да! Я именно та Сакура! — звучит бодрый, лучезарный ответ, от которого я окончательно теряю дар речи.

«Если говорить о Миназуки Сакуре, то сия особа — истинная восходящая звезда мира сэйю: будучи новичком, в прошлом сезоне внезапно получила роль главной героини и завоевала бешеную популярность, а в нынешнем и вовсе озвучивает центрального персонажа в самом рейтинговом сериале. Обладая притягательным голосом и филигранным актерским мастерством, она, без тени преувеличения, является самой востребованной фигурой в индустрии на текущий момент.

—Ой? Учитель, что с вами?

—А, н-нет... просто никак не ожидал встретить здесь профессионала, да ещё и столь популярную актрису...

—Ну что вы, я всего лишь начинающая исполнительница, едва дебютировавшая в профессии, к тому же пока не показываю своё лицо в средствах массовой информации, оттого мне вдвойне приятно, что вы так быстро меня узнали. Спасибо вам, учитель!

Слушая её скромные ответы, в которых нет и капли гордыни, чувствую, как моё сердце начинает биться в каком-то ненормальном, тревожном ритме.

—Учитель? Ваша рука замерла, перестали подписывать книгу...

—А! Да! П-простите. Просто немного опешил, узнав, что профессиональная сэйю является поклонницей моего творчества...

—Не стоит удивляться! В нашей индустрии очень много почитателей ваших талантов! Более того, когда пошли слухи о возможной экранизации, все буквально загорелись желанием получить роль! Но ни за что и никому не отдам роль Юки-тян, младшей сестрёнки. Клянусь, обязательно-обязательно-обязательно её заполучу!

—Какое... поразительное рвение. — только и могу вымолвить, ошарашенный таким напором.

—Это естественно! Я просто обожаю младшую сестрёнку из вашего произведения! Да что там говорить, без ума от от семейного дуэта брата и сестры, они мне безумно, невыносимо нравятся! Как вам вообще удалось создать нечто подобное? Это же идеальный образ! Ах, если бы мой настоящий брат был таким же...

—Настоящий?

—Ой, нет, забудьте, это неважно. Куда значимее то, что настолько влюбилась в этот образ, что уже невольно отождествляю себя с Юкой-тян! В последнее время мне даже кажется, будто я и есть та самая сестрёнка!

—Даже так?!

—Именно поэтому очень прошу вас, сэнсэй: зовите меня просто Юкой!

—Нет-нет-нет! Это уже как-то чересчур, вам не кажется?!

—Ах, совсем забыла! У Юки есть для вас кое-что особенное. — произносит она...

... и замечаю, что её манера речи мгновенно преобразилась.

«Она уже перешла на первое лицо от имени персонажа?!» — мелькает у меня в голове, пока я пытаюсь осознать сию метаморфозу. Тем временем Миназуки-сан извлекает на свет USB-накопитель.

—И что это такое?

—Здесь записаны аудиофайлы, где озвучила реплики сестрёнки из первого тома. Мне очень хотелось, чтобы вы их послушали!

—О-озвучили?.. Вы зашли так далеко?..

—Разумеется! Ведь я и сестрёнка — единое целое, следовательно, в моем поступке нет ничего необычного, понимаете?

От этой её уверенности в собственной правоте мне становится по-настоящему жутко! Не знаю, в чём причина, но больше не могу видеть в ней просто искреннюю и увлечённую фанатку.

—Кстати, в этом файле сохранена двадцать третья попытка записи.

—Как тяжело! Кожей ощущаю невероятную тяжесть этих данных! — восклицаю я, едва не содрогаясь.

—К слову, сэнсэй, ведь вы же сами послужили прототипом для старшего брата в романе, верно?

—В-вовсе нет, это не совсем так...

—Ой, не лгите. Чем больше общаемся, тем яснее вижу, что вы — вылитый старший брат из книги.

«Май и Дабл-пис уже говорили мне нечто подобное, но ведь вовсе не такой крутой и замечательный брат, как мой герой! Отчего все так заблуждаются на мой счёт?»

—Вот так и получается, что с этого момента буду называть вас братиком. Вы не против?

—Из чего вообще последовал такой вывод?!

—Ну как же? Если сэнсэй — это брат из книги, а я — сестрёнка, того же произведения, то уравнение становится решеным!

—Прошу вас, не нужно так самовольно всё решать и двигать разговор в это русло!

«Ох... ну что за человек. Чувствую её колоссальную любовь к книжной сестрёнке, в этом нет сомнений, но почему же за всем этим мне видится какая-то неописуемая, пугающая одержимость?!»

—Послушайте, братик?

—Вы решили просто игнорировать мои возражения и переть напролом?!

—... Знаете, тут подумала. Раз уж называю вас братиком, то мы должны быть родственниками не на словах, а по-настоящему.

—Нет, совсем не это имел в виду...

—Послушайте, я бы хотела начать процедуру оформления удочерения, так что не могли бы вы познакомить меня со своими родителями?

—Умоляю, не говорите такие вещи с настолько серьёзным лицом!

«Страшно! Мне правда страшно! Миназуки-сан смеётся и твердит, что это шутка, но её глаза при этом остаются пугающе искренними!»

—В-в общем, вот ваш автограф, закончил! Держите!

—Эх, а я-то надеялась, что вместо «Миназуки Сакуре» вы напишете «Моей сестрёнке Юке»...

—Не могу писать столь безрассудные вещи!

—Ну вот, братик опять вредничает...

«Черт возьми! Для любого поклонника услышать такое от самой Миназуки Сакуры было бы невообразимой удачей, но сейчас не способен ощутить и капли радости: вэтот момент в моей голове внезапно всплывает один вопрос. Помнится, Миназуки Сакура дебютировала, когда я был на третьем году средней школы... И тогда её представляли как действующую актрису-старшеклассницу.»

—Погодите-ка... Раз вы называете меня братиком, выходит, Миназуки-сан старше ме...

—И о чём же таком ты сейчас думаешь, а-а, братик? — её улыбка кажется ослепительной, однако за девичьей спиной явственно вижу клубящуюся тёмную ауру, отчего невольно вжимаю голову в плечи и безмолвно молю о пощаде. — Огромное спасибо за сегодняшний день! Обязательно докажу, что достойна роли сестрёнки, так что и вы, сэнсэй, болейте за меня!

После долгих уговоров удалось выпросить временное перемирие: она согласилась не называть меня братиком до тех пор, пока официально не получит роль. С одной стороны, искренне желаю, чтобы такая популярная сэйю озвучила героиню, но с другой — бросает в дрожь от мысли, что её состояние может усугубиться, если добьётся своего. Впрочем, сейчас об этом лучше не думать. Когда девушка уходит, я ещё некоторое время бессильно откидываюсь на спинку стула, чувствуя полное опустошение, но затем всё же нахожу в себе силы подняться и покидаю зал, направляясь в сторону уборной. Прежде чем искать Синозаки-сана, мне необходимо хотя бы умыться и привести мысли в порядок. Однако...

—...И чем это вы тут занимались, братик? — еа полпути окликает Сузука, появившаяся весьма своевременно, и я невольно вздрагиваю. Её голос звучит непривычно холодно, буквально пробирая до костей. И перешла на «вы», недобрый звоночек.

—О, привет. А где остальные? — спрашиваю я, пытаясь создать хоть какую-то паузу.

—Без понятия. Разошлись по своим делам. — отвечает она, глядя на меня с явным раздражением, после чего сразу переходит к главному. — Кто была та женщина? Почему вы вели себя так фамильярно?

—Д-да нет же, это просто фанатка! Опоздала на встречу, и мне пришлось уделить ей немного времени, только и всего.

—Вот как? Поступок благородный, не спорю, но почему же эта фанатка называла моего брата «братиком»?

—Т-ты слышала?! Послушай, тут такое дело! Она актриса озвучивания, Миназуки Сакура, и, кажется, слишком сильно вжилась в роль сестрёнки из книги...

—И впрямь, красавица. К тому же, у неё большая грудь — как раз в вашем вкусе. Значит, позволяли такой поклоннице называть себя братиком и расплывались в довольной улыбке?

—С-Сузука?.. Ты меня вообще слушаешь?..

—... Просто невероятно, почему всегда так... вокруг брата вечно собираются одни красавицы... А я ведь так старалась работать вместе, чтобы стали ближе... — бормочет она себе под нос.

—Ага, ясно. Значит, не слушаешь... — понуро опускаю плечи, наблюдая за бормочущей сестрой.

—И грудь у неё была большая... Неужели это решающий фактор?.. Грудь... чертовые молочные бидончики... — окруженная мрачной, почти призрачной аурой, начинает совершать странные движения руками у своей груди, будто взвешивая пустоту.

«Звук рассекаемого воздуха кажется мне до странности печальным... Хотя сейчас явно не время для меланхолии.»

—В общем, раз всё закончилось благополучно, сейчас ищу редактора Синозаки. Интересно, куда подевалась? Может, нам уже можно идти домой?

—О том, насколько всё закончилось благополучно, предметно поговорим дома во время «работы над ошибками». У меня накопилось к вам немало вопросов. — выносит беспощадный приговор.

«А ведь мне казалось, что я неплохо справился... Что же пошло не так?»

—Ладно, в любом случае нужно найти кураторшу, чтобы уточнить планы.

—Согласна. Мне лучше не попадаться ей на глаза, так что пока пойду в дамскую комнату, приведу себя в порядок. — бросив напоследок «увидимся», удаляется.

Едва она исчезает за поворотом, как появляется Май.