Том 1 · Глава 250. Послесловие — Подготовка к путешествию
Тайное убежище Красной башни — Дворец Огненной Души.
Это место, окружённое бесчисленными барьерами, принадлежало лично главе Красной башни. Круглый зал был выдержан в насыщенных красных тонах, а посреди него стояла одна-единственная кровать: другую мебель здесь всё равно не держали — через несколько дней она превращалась в пепел.
На огромной кровати лежала Вермиллион. Алые волосы лениво колыхались, на коже то и дело самопроизвольно вспыхивал и гас огонь. Наверное, именно так выглядело бы пламя, если бы однажды обрело жизнь.
СКРИ-И-ИП.
Вермиллион повернула взгляд к единственной двери. Та осторожно приоткрылась, и в зал вошла девушка с такими же красными волосами.
Маг Красной башни Сельвиер приветствует главу Башни.
Ну надо же. Наша ученица наконец пришла к учителю. Я дала тебе билет желания, ты его использовала, так что теперь пора исполнять обязанности ученицы, верно?
Я…
Как раз нужен толковый ребёнок, который будет обслуживать магические круги. Лет десять поработаешь
Глаза Вермиллион весело сузились. Она прекрасно понимала, к чему клонит Сельвиер: наконец нашла друга детства и теперь хочет сорваться с места, чтобы прилипнуть к нему хвостиком. Значит, собирается отказаться от места ученицы главы Красной башни.
Вот только ученики Вермиллион должны помогать ей воплотить великую мечту, и покидать башню им не разрешалось. В прищуренных глазах вспыхнула почти детская вредность. Как кошка, подталкивающая лапой загнанную в угол мышь, Вермиллион добавила:
Я подобрала никому не нужную деревенскую девчонку и вырастила из неё настоящего мага. Я ведь не благотворительница. Как думаешь, зачем я это сделала?
Ради вашей великой цели.
Правильно. Умница. Для моей цели нужно очень много талантливых людей, особенно магов с таким потенциалом, которые уже добрались до Преображения. Так что…
ФШ-Ш-Ш.
Пламя вокруг неё поднялось волной, а невидимое давление стиснуло Сельвиер со всех сторон.
Почему я должна тебя отпустить?
Сельвиер молчала. Нельзя брать только то, что хочется, а потом уходить, когда стало удобно. Такое позволено лишь тем, кто достаточно силён, чтобы никто не смог его остановить, — а Сельвиер пока к таким не относилась.
Вот Вермиллион и захотелось немного её помучить. Когда кто-то слабее начинает вести себя слишком вольно, так и тянет напомнить ему о реальности. Красный взгляд словно резал Сельвиер на части, по затылку стекал холодный пот.
Ш-Ш-Ш.
Капля коснулась пола и мгновенно испарилась. Сельвиер с трудом заставила пересохшие губы шевельнуться.
Потому что в итоге это принесёт вам больше пользы.
Отпустить исследовательскую рабочую силу
Это не отпуск. Это учёба за границей, глава Башни.
О-о?
Вермиллион улыбнулась, приглашая продолжать. Если ответ не понравится, она ещё немного поиздевается. Если понравится — всё равно поиздевается.
Интересно, чем Сельвиер попытается её убедить? Скажет, что изучит магию Пурпурной башни и создаст гибрид красной и пурпурной школ? Настолько сомнительно, что уже смешно. Или пообещает странствовать по миру, набраться боевого опыта и вернуться сильнее? Тогда Вермиллион сама предложит стать спарринг-партнёром и посмотрит, какую новую отговорку придумает девочка.
Но ответ Сельвиер оказался неожиданнее.
Оппа
А-ха-ха-ха-ха!
Вермиллион расхохоталась.
Ты правда говоришь это мне в лицо? Откуда столько смелости? Ты ведь знаешь, какой у меня характер.
Знаю. Но ещё знаю, что исполнение вашей мечты для вас важнее характера. Поэтому верю, что вы отпустите меня к оппе.
У-ху-ху. А ты умеешь выбирать правильную верёвочку. Я и так собиралась тебя отпустить, Сельвиер. Если взамен смогу один раз попросить помощи у нашего милого, это уже выгодная сделка.
Ради такой возможности Сельвиер вполне можно выпустить из клетки. Хорошая инвестиция.
Вермиллион лениво махнула рукой.
Иди. Живи рядом со своим «оппой», прилипни к нему как пиявка. Но не забывай, что многим обязана Красной башне. Если я однажды действительно обижусь, одной обидой дело не закончится.
Спасибо, глава Башни.
Сельвиер тихо выдохнула и повернулась к выходу. Получилось. Стоило напряжению отпустить, как задрожали ноги, а от жары стало тяжело даже думать. Но она добилась своего: теперь сможет жить рядом с оппой.
Сельвиер уже почти вышла из Дворца Огненной Души, когда внезапно остановилась и обернулась.
Эм…
Да? Ещё что-то?
Глава Башни… Вы случайно не можете достать протез руки? Я готова заплатить всё, что успела накопить.
А-а. Один я когда-то получила от главы Золотой башни. Только он очень, очень дорогой.
Он и правда оказался безумно дорогим. Сельвиер отдала все накопления, но денег всё равно не хватило. Вермиллион великодушно дала ей беспроцентную ссуду.
Так Сельвиер стала должницей.
ЛЯЗГ. ЩЁЛК.
Металл ударился о металл.
Вот.
А?
Я повернул голову. Сельвиер протягивала мне роскошный металлический протез руки. По необычному лунному блеску сразу было видно: вещь первоклассная. На корпусе даже стоял золотой знак сертификации Золотой башни.
Я раньше изучал подобное оборудование для проекта бронированной голограммы, так что цену представлял отлично. Эта штука стоила чертовски дорого. Даже я, распоряжаясь бюджетом целой башни, задумался бы перед покупкой.
Если Сельвиер достала её на собственные деньги…
Чего смотрите? Не берёте?
Сельвиер… А куда делись ожерелье и кольцо, которые ты обычно носила?
Неужели правда вложила вообще всё? Я машинально просканировал её. Украшений не было, роба стала заметно дешевле, а вместо нормального рюкзака появился старый, весь в катышках.
Сельвиер заметила мой взгляд и махнула рукой.
Всё равно мешали. Продала. Не смотрите на это, просто возьмите.
И тут меня пробрало холодом. Я ведь так и не сказал ей, что потеря руки была спектаклем.
БУМ.
На совесть рухнула гиря размером с метеорит. Пока я спокойно жил дальше, Сельвиер считала, что из-за неё я лишился руки, переживала, а потом вытряхнула все накопления, чтобы купить мне протез.
Глаза забегали. Что делать? Правда отрезать руку и до конца жизни ходить с протезом?
Нет. Надо честно признаться и бить челом. Она же всё это время считала, что я искалечен из-за неё.
Я встал на колени прямо на диване.
Сельвиер, только выслушай меня и не сердись.
Почему вы вдруг так странно заговорили?
Посмотри на мою руку. Хоп!
Ш-Ш-Ш.
Я восстановил сохранённые данные, и рука мгновенно выросла обратно, как бамбуковый побег.
Сельвиер распахнула глаза, потом посмотрела на моё виновато опущенное лицо — и всё поняла без слов. В её глазах медленно зажглись два огонька.
Что это значит?
Голос стал холоднее ледяной магии.
Я опустил голову ещё ниже.
На самом деле руку мне никогда не отрывало.
Тогда почему вы не сказали после боя?
Она мне не мешала, и я забыл…
Эй.
Я осторожно поднял глаза.
Передо мной сидел разъярённый призрак.
Температура поползла вверх, в воздухе заплясали искры. От груди Сельвиер к моей протянулся луч света.
Это же условие активации её Преображения.
П-погоди, Сельвиер. Давай словами.
Преображение
Я же извинился! Я деньги верну! Доберусь до Пурпурной башни, возьму из исследовательского бюджета…
Сейчас вообще не в деньгах дело! Ты знаешь, как я переживала?!
ФШ-Ш-Ш!
ПИ-ПИ-ПИ-ПИ!
В тот же миг, когда Сельвиер превратилась в человека из огня, башенный термометр показал сорок градусов и завыл тревогой.
Я тут же прыгнул в распахнутое окно и попытался скрыться с помощью «Псевдоиллюзии — Марево».
А ну стой!
Точно… Мы же связаны, и ты меня видишь!
В итоге меня поймали. Пламя Сельвиер не причиняло мне вреда: даже когда я катался прямо по огромному костру, созданному ею, ожогов не было. Наоборот, чувствовалась чистая любовь.
Но жарко. Очень жарко. Жар пробивался даже сквозь огненную устойчивость.
Жа-арко…
Не отпущу, пока нормально не раскаетесь.
Если представить, что меня обнимает тёплое сердце Сельвиер, даже приятно.
Я сказала раскаиваться!
Через тридцать минут меня простили.
Протез я аккуратно сохранил.
Дела в Красной башне были закончены — пора отправляться дальше. Сельвиер совершенно естественно присоединилась к путешествию: по её словам, она договорилась с Вермиллион и получила бессрочное разрешение находиться вне башни.
Первым делом я передал Юне сообщение через главу Красной башни. Теперь рядом со мной есть ещё один боец уровня Преображения, так что приезжать за мной не нужно. Лучше сосредоточиться на сборе моих фрагментов данных: они оказались опаснее, чем я рассчитывал.
План путешествия теперь выглядел так.
Один модуль «А мне-то что?» уже перевернул целый город. Значит, оставлять куски Мимы валяться где попало нельзя.
Фрагменты с собственным «я» меня почти не тревожат. Как ни режь, это всё ещё я, так что в откровенную дичь они, скорее всего, не полезут. Проблема — куски без собственного «я» или с едва сформировавшимся сознанием. Если такой фрагмент попадёт в руки мерзавцев, будет новая катастрофа.
Поэтому по дороге к Пурпурной башне я буду собирать все близкие фрагменты. Слишком далёкие пока оставим Юне и Юри, а после воссоединения доберём остальные вместе. Даже «только близкие» могут занять немало времени: никто не знает, что успел натворить каждый кусок.
Значит, и подготовиться к дороге надо вдвое серьёзнее.
Мы с Сельвиер вместе собирали вещи и закупали всё необходимое в соседнем городе. Путь предстоял длинный.
Этот вяленый кусок вкусный. Возьмём?
Дорого. Давайте лучше вот этот, тут больше и дешевле.
Тогда эта верёвка?
У неё тоже плохое соотношение цены и качества. Вот эта выгоднее.
Сельвиер превратилась в скрягу. Я уже хотел спросить, не слишком ли она экономит, но вовремя представил ответ: «А из-за кого, по-вашему, я теперь считаю каждую монету?» — а заодно и возможный кулак «Пламенного ангела».
Промолчал. Кажется, путешествие у нас выйдет весьма бюджетным.
К счастью, помогли друзья, которых я успел завести в Красной башне. Они скинулись и подарили нам повозку с двумя лошадьми.
Прекрасные люди. Ещё немного — и пришлось бы идти пешком.
Архиепископ огненных похорон… Я никогда не забуду время, проведённое рядом с вами!
Это было значимое время, брат.
После короткого прощания я забрался на козлы.
Ближайшей точкой оказался южный город Элфирис. Говорят, природа там невероятно красивая, а совсем рядом начинается Великий эльфийский лес.
Я прожил в этом мире уже около двадцати лет. Эльфов и зверолюдей видел, а вот настоящих диких эльфов — ни разу. Ходят слухи, что в отличие от эльфов, живущих среди людей, лесные делают одежду прямо из листьев.
Интересно, правда ли? Если удастся снять модель и добавить в коллекцию — будет замечательно.
ЦОК-ЦОК. ФР-Р-Р.
Я тронул поводья. Лошади пошли лёгкой рысью, и Красная башня постепенно исчезла за спиной. Сельвиер долго смотрела туда, словно перебирая воспоминания.
Когда дорога окончательно вошла в лес, она повернулась ко мне.
Расскажите о себе. О том, чего я не знаю. Если можно.
Сельвиер прямо давала понять, что хочет стать ближе. Всё просто: я ей нравился, и она хотела узнать меня получше.
А вот что я сам к ней чувствовал, пока не понимал. Но отдаляться или отталкивать её тоже не хотелось. Я немного подумал и решил вести себя как обычно.
Будешь звать меня оппой
Лицо Сельвиер мгновенно покраснело.
Она сердито сжала пальцы на коленях и всё-таки выдавила:
Х-хочу услышать историю оппы.
Если назовёшь мужем, расскажу ещё больше… Ай!
Знайте меру!
Так, переругиваясь, мы перевалили через холм. Повозка скрылась за горизонтом, а позади разливался закат.
Это был первый шаг по дороге домой.
Север. Земля лютых морозов.
Холод и голод давно поселили зиму не только на улицах, но и в людских сердцах. В одном из уголков этой суровой земли стояло поместье великого герцога Юлиуса, правителя северян.
После устроенной герцогом резни атмосфера в доме стала холоднее льда. Слуги боялись хозяина: ради власти этот человек вздёрнул даже труп собственного отца. Что для него тогда жизнь простого слуги?
Все сделали молчание добродетелью и следили за каждым движением. Тихо. Холодно. Так было раньше, так оставалось сейчас и, казалось, так будет всегда.
Но не сегодня. Сегодня дом великого герцога неожиданно раскалился.
Я сказала: не смейте вешаться на моего мужа!
Госпожа, простите, но я на него не вешалась. Мы с Дейзи связаны исключительно дружбой…
Жаром любовной ссоры.