Глава 47

Сады самого роскошного отеля сети Лу, конечно, были прекрасны.

Ночью в саду включали тёплые фонари, создающие уютную атмосферу, а откуда-то лилась спокойная инструментальная музыка и окутывала весь цветочный мир.

Сегодня сад был закрыт для посетителей, и кроме них там никого не было.

Цзи Лин снова и снова повторяла пьяному Мин Сюаню, что они не в доме Цзи, и цветы рвать нельзя. Тот в основном слушался, но иногда, увидев особенно красивый цветок, не мог удержаться и тянулся к нему рукой.

В такие моменты Цзи Лин стоило лишь разжать пальцы, и он тут же отпускал едва не пострадавший стебель, поворачиваясь к ней. В темноте он, похоже, чувствовал себя неуверенно.

Именно поэтому Цзи Лин до сих пор не могла от него избавиться — стоило ей отпустить его руку, как он либо хватал её снова, либо бросался к ней в объятия. Взвесив все за и против, она больше не пыталась высвободить руку.

Её прохладные пальцы постепенно согревались теплом другого человека, и Цзи Лин ощущала, будто держит не руку, а мягкую грелку. После получаса прогулки по саду ладони уже покрылись испариной.

Цзи Лин была этим крайне недовольна.

Она попыталась слегка разжать пальцы, чтобы дать руке подышать, но, видимо, из-за её предыдущих попыток вырваться, Мин Сюань тут же хватал её руку обеими руками, даже если до этого копался в земле.

В итоге рука не только не просохла, но и оказалась испачкана комком грязи, что лишь усилило её раздражение.

Не зная, на что ещё способен пьяный юноша, Цзи Лин решила не рисковать и позволила ему таскать себя по саду. То он хотел фотографироваться, то играть в дочки-матери.

Цзи Лин, попеременно выступая то в роли фотографа, то «жены», устало следовала за ним и начала подсчитывать, когда же он наконец уйдёт...

Ло Си пришёл в себя быстрее, чем ожидалось. Пролежав в ванной без сознания минут десять, он почувствовал себя значительно лучше. Он погрузился в воду целиком и чувствовал, как она омывает каждую клеточку его тела.

Почему-то вода казалась ему невероятно мягкой — хотя она была холодной, эффект напоминал успокаивающие горячие источники.

Но он не придал этому значения, вспомнив, что у богатых вода для ванн проходит специальную обработку, поэтому и ощущения другие.

Раскалённая шея остыла, и феромоны перестали бушевать. В ванной ещё чувствовались их остатки, но уже не так сильно, как вначале. Он провёл там ещё минут десять, пока тело полностью не успокоилось, и только тогда вышел.

Рубашка уже не скрывала ничего — тонкая ткань прилипла к телу и отчётливо обрисовывала каждый мускул. Промокшие брюки болтались на бёдрах, и с них стекали капли воды.

Ло Си взглянул на своё отражение: бледное лицо, покрасневшие глаза, жалкий вид...

По мере того как адреналин отступал, боль на языке становилась всё ощутимее. Вспоминая произошедшее, Ло Си был рад своему выбору.

Хотя тогда ему в голову пришла абсурдная мысль, но именно она заставила его действовать быстро и правильно.

Затем он задумался: а действительно ли он видел Цзи Лин? Или это была галлюцинация, вызванная предобморочным состоянием? Он был настолько охвачен феромонами, что уже готов был на всё, поэтому видение её не казалось чем-то необычным.

Ло Си попытался найти подтверждение в мелочах. Он вышел из ванной и осмотрел комнату.

В комнате не было никаких следов присутствия другого человека, и он не уловил в воздухе ничего, кроме собственных феромонов.

Значит, так и есть.

Он остановился у входа и испытывал непонятные чувства, которые не хотел называть разочарованием.

Приведя в порядок одежду в ванной и собственные мысли, он посмотрел в зеркало — в его янтарных глазах вновь загорелся твёрдый огонь.

Хорошо, что он всегда мог спасти себя от беды.

У входа в отель собралась группа швейцаров.

Подошедший в спешке менеджер отеля нахмурился при виде этого зрелища и отругал их:

—Что за безобразие? Вы что, на рынке собрались?

Швейцары тут же разошлись.

Менеджер хотел продолжить, но его остановила подбежавшая администратор.

—Господин менеджер, подождите ругать их. Лучше взгляните на машину в тени деревьев.

Менеджер посмотрел в указанном направлении и увидел чёрный спортивный автомобиль, припаркованный в тени неподалёку от отеля. Машина отличалась сдержанным и элегантным дизайном, а её кузов поблёскивал серебристыми бликами в полумраке.

Учитывая уровень отеля, здесь обслуживали только представителей высшего общества, и все сотрудники — от уборщиц до руководства — прекрасно разбирались в luxury-автомобилях.

Обычно швейцары сами подходили к гостям и предлагали помощь с парковкой, но эта машина была особенной — никто из присутствующих раньше такого не видел.

Менеджер тоже не видел, но кое-что слышал:

—Это... разве не машина господина Мо?

В салоне автомобиля, о котором все говорили, чёрноволосый юноша сидел за рулём, его взгляд, обычно такой сосредоточенный, сейчас был рассеянным, а родинка у глаза скрывалась в тени.

Внезапно в тишине раздался звонок.

Он взглянул на имя звонящего и отклонил вызов.

Через несколько секунд перед ним появился голографический экран. На нём возник изысканно одетый мужчина.

—Хэй Чао сказал, что ты уехал на Наэле. Я уже подумал, что ты наконец одумался, — Мо Чэнъюй приподнял бровь, окидывая взглядом знакомый интерьер салона.

—Просто тестировал систему двигателя, — ответил Мо Син, глядя сквозь экран на вход в отель, где толпились швейцары, перешёптываясь и поглядывая в его сторону.

Он знал, что мужчина мог отслеживать машину в реальном времени и его отговорка не сработает, но всё равно не хотел признаваться.

Мо Чэнъюй проигнорировал его упрямство и спросил:

—Не собираешься зайти?

Мо Син промолчал.

—Говорят, сегодня она пришла с кавалером, и они вели себя довольно близко, — продолжил Мо Чэнъюй, наблюдая за его реакцией.

Мо Син поднял на него взгляд, сохраняя невозмутимость, но пальцы под рулём сжались.

—Ты видел этого кузена? Кажется, он первый омега в её окружении? — Он сделал особый акцент на слове «первый». — Что думаешь по этому поводу?

—Не видел. Без комментариев, — холодно ответил Мо Син и уже собирался отключить связь.