Том 1 · Глава 64. Отпуск (3)
Дом Соны.
Сона торопливо подбежала к одной из женщин, работавших в доме.
Аджумма Хёнсук! К-капсула, которая стояла у меня в комнате! Игровая капсула! Её правда выбросили?
А… госпожа, простите. Пока вас не было, председатель её нашёл, страшно разозлился и приказал немедленно вынести. Мы ничего не могли сделать…
К-когда? Когда это было?
Кажется, уже больше месяца назад.
Если капсулу выбросили больше месяца назад, вернуть её не было ни малейшего шанса. Сона изо всех сил давила поднимавшееся раздражение и старалась говорить спокойно.
Папа… рылся у меня в комнате?
Да… Сказал, что хочет проверить, действительно ли вы всё это время хорошо учились, вошёл и увидел её… Вы же знаете характер председателя.
Будь на его месте кто-нибудь другой, Сона уже разразилась бы отборной бранью.
Именно чтобы не видеть такого, она держала всё в секрете от отца: едва уговорила мать доставить игровую капсулу в часы, когда его не было дома, и даже о подаче заявки в профессиональную команду ничего ему не сказала.
…Когда папа вернётся?
В последнее время он очень занят. Но если узнает, что вы приехали, наверное, хотя бы на день вернётся пораньше. Думаю, завтра или около того…
Понятно.
Отец Соны приехал домой только через два дня, вечером.
Председатель, добро пожаловать!
Работники дома хором поприветствовали своего работодателя, хозяина особняка и отца Соны.
Его строгий, чуть высокомерный и безупречно собранный вид словно отражал всю прожитую жизнь. Мужчина был уже немного старше среднего возраста, и седины в волосах прибавилось. Сняв пальто, он естественным жестом передал его одному из выстроившихся сотрудников.
Ким Сону, председатель одной из крупнейших корпоративных групп страны — SA Group, заметил младшую дочь, спускавшуюся по лестнице, но выражение его лица почти не изменилось.
Сона. Давно не виделись.
…Ага.
Хорошо попутешествовала?
Сону был уверен, что младшая дочь всё это время ездила за границей. Сона, её мать и близкие к семье работники заранее договорились скрыть от него её попытку стать профессиональным игроком.
Хотя шёл учебный семестр, он разрешил поездку, когда дочь заявила, что хочет посмотреть мир и расширить кругозор. Проблемы с посещаемостью и оценками тоже не казались серьёзными: через жену можно было перечислить школе немного денег под видом поддержки, и там сами всё уладят.
Ага.
Сначала поужинаем. Я ещё не ел. Есть что-нибудь, чего тебе хочется?
Мне всё равно.
Тогда передайте на кухню: три порции стейка. Мне
Да, председатель.
Когда прислуга ушла, Сону, его жена и Сона сели за овальный стол, боковые стенки которого были густо покрыты тонкой золотой резьбой. За столом собралась семья из трёх человек, но воздух был настолько неловким, что почти душил.
Ну и в каких странах побывала?
…В разных.
Не знаю, добралась ли до Чехии. В Праге прекрасные астрономические часы. А Старе-Место за Влтавой
Пап.
Сона быстро оборвала его.
Что такое?
…Это ты приказал выбросить мою игровую капсулу?
Сону встретил её прямой взгляд, поднял стоявший перед ним бокал вина и сделал глоток. Мать Соны тревожно переводила глаза с мужа на дочь.
Опустив бокал, он совершенно спокойно ответил:
Да.
Зачем?
И ты ещё спрашиваешь? Тебе, как и твоим старшим братьям и сёстрам, со временем предстоит занять ответственную должность в SA Group. А ты увязла в какой-то детской ерунде. Попутешествовала
А кто сказал, что я вообще туда хочу?
Если хочешь и дальше жить спокойно и не думать о деньгах, слушай отца. Ты ведь не хочешь закончить как люди из этих трущоб
Я уверена, что смогу устроить свою жизнь, даже если буду заниматься тем, что люблю.
Ты говоришь так, потому что не знаешь общества. Я всё это говорю ради твоей жизни. Слушай отца.
От его непробиваемого тона у Соны на лбу почти проступила жилка. Голос становился всё громче.
А, правда? Ради моей жизни? Поэтому ты запретил мне играть с друзьями, потому что они якобы «не моего уровня», и перевёл меня из начальной школы? Отправил в школу для богатеньких барышень, где все целыми днями рассказывали, какие у них великие семьи, и подлизывались ко мне из-за нашего дома? Ты знаешь, как я там задыхалась? Я наконец нашла игру, которая мне нравится, а ты, пока меня не было, залез в комнату и даже капсулу выкинул! И это
Ким Сона! Я не позволю дочери председателя SA Group тратить время на игры, в которых зависают жалкие неудачники! Есть лишнее время
Лицо Соны застыло. Взгляд на отца стал холодным.
…Ты вообще не знаешь, что мне нравится.
…
Мне уличные токкочи вкуснее американского стейка прайм-класса. Мне друзья, с которыми я играю и смеюсь, нравятся больше ровесников из этой напыщенной школы для барышень. Из-за тебя я с детства потеряла всех близких друзей, целыми днями сидела на репетиторах и улыбалась среди людей, с которыми даже дружить не хотела, делая вид, будто я такая же утончённая!
В жизни нельзя заниматься только тем, что хочется. Ты ещё молода и ничего не понимаешь. Нормальный человек не тратит золотое время на игры.
А навязывать восемнадцатилетней дочери всю жизнь, рассказывая про «так устроен мир»,
Сона, цени, как тебе повезло. Люди без денег не могут нормально делать даже то, что им хочется, всю жизнь пресмыкаются и живут как мусор. Раз уж родилась в богатой семье, должна жить на соответствующем уровне…
Да я сама всю жизнь не могла нормально делать ни одной вещи, которую хотела! Я тоже жила, пресмыкаясь, как мусор! Чем я от них отличаюсь?!
Сона ударила ладонью по столу и вскочила. В глазах стояли слёзы.
Меня всё это достало. Твоё вечное «деньги, деньги», будто у тех, у кого их нет, и человеческого достоинства нет. Твои правила, от которых мне дышать нечем. Эти «ответственные должности» и «жизнь по статусу» уже есть у моих братьев и сестёр
Не дождавшись даже ужина, Сона вытерла слёзы, развернулась и ушла.
Ким Сона! Немедленно вернись!
Она проигнорировала крик отца и скрылась в своей комнате. В погрузившейся в молчание столовой только мать тревожно переводила взгляд с раздражённого мужа на место, где только что сидела дочь.
А на следующий день Сона ушла из дома.
Прошло десять дней из двухнедельного отпуска.
Я отложил анализ и специальные тренировки, как следует отдохнул, встретился с друзьями, поговорил с родителями и понемногу начал собираться обратно раньше остальных.
Юсон, уже уезжаешь?
Мама спросила, увидев, как я складываю вещи.
Ага. Нагулялся достаточно. Пора возвращаться и заранее готовиться к работе.
Ой, совсем взрослый стал. А ещё в прошлом году в день тестов проспал как сурок.
Мам, это было в прошлом году. Я тогда и я сейчас
Да-да, молодец, сынок. Твои друзья ещё в университете учатся, а ты уже прилично работаешь и деньги зарабатываешь. Кто бы подумал.
Она с гордостью пару раз хлопнула меня по заднице. Я вообще-то уже взрослый мужчина.
Если ты уже сейчас так гордишься, что дальше делать будешь? Я ещё во второй дивизион выйду, потом в первый и начну зарабатывать десятки миллионов, сотни миллионов.
Ой, языком молоть ты умеешь. Не строй воздушных замков, сначала разберись с тем, что перед носом!
Не переживай. Поверь сыну.
Ладно. Только всегда береги себя. Не перенапрягайся и отдыхай, когда можно. Отдых
Понял. Когда папа вернётся, скажи, что я уже уехал обратно в команду.
Хорошо. Доберись осторожно!
Я сел на метро и поехал в общежитие. Свободных мест как назло не было, и всю дорогу пришлось стоять, так что к концу я вымотался.
Только выйдя на станции возле общежития, я наконец освободился из человеческой давки и смог нормально вдохнуть.
Уф… ноги отваливаются. Накоплю денег
Права у меня были, водить я умел хорошо, а машины не было — вот и возвращался на метро. Я решил, что первым делом, как только появятся деньги, куплю автомобиль, и после десяти дней отсутствия вошёл в общежитие.
До зимнего сезона было ещё далеко, но составить тренировочный план на межсезонье и разобрать соперников — работа не быстрая.
К тому же скоро начнётся TIC. По этим матчам можно будет подсмотреть стратегии и тактики, которые пригодятся нашей команде.
Я разобрал вещи в своей комнате рядом с тренировочным залом, немного отдохнул и пошёл в зал.
После десяти дней отсутствия это здание уже казалось привычнее собственного дома.
Хотя до регрессии я тоже жил так, что тренировочная база была роднее дома.
Я собирался воспользоваться тишиной, ведь никого здесь быть не должно, и с головой уйти в анализ матчей…
Почему свет включён?
Стоило открыть электронный замок, как свет из зала падал даже в прихожую.
Игроков быть не должно, уборщицы в такой поздний час тоже не приходят. Что такое?
Через несколько секунд до меня дошёл резкий запах.
Алкоголь.
В нос ударил густой пивной дух.
Кто здесь?
Я снял обувь, вошёл и увидел человека, лежавшего лицом на кухонном столе.
Рядом валялось несколько пустых банок пива. Лицо было повернуто в другую сторону, но короткие чёрные волосы я узнал сразу. Среди девушек, которые могли войти сюда, такая стрижка была только у одной.
ЛИ ХАЁН!
Я подбежал к ней. Алкоголем от неё разило так, будто она купалась в нём.
Ты совсем с ума сошла? Ты школьница, какое ещё пиво?! Где ты его вообще взяла? Погоди…
Я распахнул холодильник. Обычно там стояли кола, газировка и соки для девушек, а ещё несколько банок пива для меня и Юны. Теперь часть пива исчезла. Куда — вопроса не было.
Ли Хаён! Ты что творишь?! Кто разрешил тебе тайком пить? Несовершеннолетняя совсем мозги потеряла…
Хотя, если подумать, Ынджэ совершенно открыто курит. Понятия не имею, где она постоянно добывает сигареты, но алкоголь и табак в этом смысле одинаковы. Ругать только за сам факт было как-то странно.
Ладно. Что ты здесь делаешь? Посмотри на меня и объясни.
Я взял её за плечи и приподнял. Хаён простонала и уставилась на меня мутным расфокусированным взглядом. Похоже, выпила намного больше, чем могла выдержать.
О-о? Тренер… Нет… Юсон-оппа? А? Вы што, один и тот же челофек?.. Хи-хи… Я выпила-а.
Это и так видно. Кто разрешил столько пить? Отпуск ещё не закончился
Хаён, у которой язык едва ворочался, несколько секунд смотрела на меня с открытым ртом, потом наклонила голову.
Отпуск…?
Да. Ещё четыре дня осталось.
Она с глуповатым выражением попыталась что-то вспомнить, потом вдруг произнесла «а!» — и тут же разрыдалась.
Х-хык… У-а-а-а-а!
Эй, ты чего ещё ревёшь?!
Я… я не хачу отпуск…! И работать не хачу…! Я… я бедная, и Чинук… Чинук… У-а-а! Он меня бросил! А-а-а! Што мне делать! Ик… Я… я лучше умру…
Пошатываясь, Хаён поднялась и направилась к окну с выходом на балкон, хотя даже прямо идти не могла.
Эй! ЭЙ! Ты рехнулась?! Что это ещё за мерзкая пьяная привычка?!
Я схватил её, не дав открыть балконную дверь, и уложил на диван. Она продолжала рыдать и кричала, чтобы я отпустил, а я прижал её за плечи и не давал подняться, чтобы она не натворила глупостей.
Немного посопротивлявшись, Хаён, похоже, почувствовала мягкость дивана и постепенно затихла. Глядя на неё, всё ещё пахнущую алкоголем и всхлипывающую, я понял по крайней мере одно.
Сегодня анализ матчей отменяется.