Том 1 · Глава 20. (25). Неразрешимая проблема

Кайри вернулась домой после встречи с Лором Лешо и столкнулась с Натаниелем в прихожей. Он играл в шахматы сам с собой, за спиной тенью стояла бледная Мари-Энн.

—Ты опоздала, — встретил её холодный голос.

Кайри нахмурилась, увидев горничную, которая, похоже, провела на ногах достаточно времени, а затем привычным движением скинула заснеженный плащ, отдавая его Мари-Энн.

—В прихожей сегодня неожиданно людно, — Натаниель не удостоил её ответом, а лишь сделал ход слоном. — Мари-Энн, не могла бы ты приготовить мне ванну?

—Но госпожа…

—Ш-ш, иди и сделай мне ванну, — Кайри проводила маленькую горничную глазами. Служанка бросила на Натаниеля испуганный взгляд, будто ожидая его одобрения. — Ты вызвал Мари-Энн?

—Да, вызвал, — он не удостоил собеседницу объяснением, которого та явно ждала. Даже не посмотрел в её сторону и не наградил её и более развёрнутым ответом. — Как видишь.

—Прошу тебя, оставь Мари-Энн в покое. Я умоляю тебя. Она слишком боится тебя, Натаниель.

—Если бы ты знала, что задумал этот милый лесной зверёк, то не говорила бы так.

—Мари-Энн не имеет ничего общего с лесными зверями. Чтобы она не сделала, факта того, что она боится тебя до дрожи в коленках, это не изменит, Натаниель.

—Меня?

Кайри молча посмотрела своё отражение в зеркале трюмо. От снега и ветра макияж потускнел и немного поплыл, отрывая искусанные губы и шрам на щеке. Она позволила волосам упасть на лицо, закрывая след, затем глубоко вздохнула, собираясь с силами, подошла ближе и вежливо обратилась к Натаниелю:

—У меня был тяжёлый день, мы могли бы…

—Сядь, — в голосе слышался треск льда, который не оставлял и шанса на возражение.

Он редко позволял себе прервать кого-то на середине фразы. Кайри села напротив него вполоборота, стараясь скрыть шрам, который не хотела, чтобы он видел. За окном валил снег. Повисла неловкая пауза. Натаниель, освещённый мягким лунным светом, выглядел нереальным. Все его внимание было сосредоточено, фигурке коня, поднятой над шахматной доской.

Кайри нарушила тишину:

—Тебе есть что сказать мне?

—Да, — однообразные, несколько неуверенные реплики были не похожи на обычную манеру Натаниеля. Не сделав хода, он поставил коня на место и подпёр подбородок рукой.

Кайри разглядывала расслабленную фигуру мужчины, с которого можно было писать картины. Он был прекрасен, как смертный грех, но при этом излучал ауру опасности и разврата с лёгким оттенком печали. Под её изучающим восхищённым взглядом длинные, изогнутые ресницы дрогнули, она была вынуждена посмотреть ему в глаза. Натаниель поймал её.

—Почему ты избегаешь меня? — сердце Кайри пропустило удар, а затем заметалось в груди как бешеная птица. — Я ведь не ошибся, не так ли?

«Ложь с ним, боюсь, не сработает», — она попыталась спрятаться от пронизывающего взгляда, её ресницы дрожали. Натаниель никогда не лгал. Девушка не могла найти в себе мужества соврать ему.

—Прости, — Кайри опустила голову.

—Я ненавижу повторять, но я задал вопрос «Почему», — она в панике пыталась найти ответ. — Не заставляй меня спрашивать третий раз.

—Натаниель, наши отношения…

—Я не думаю, что Лешо в чём-то лучше меня.

—Как… — Кайри вздрогнула. Защитник уверил её в том, что Натаниель не узнает о встрече.

—У него никогда не было таланта к магии, — пробормотал Натаниель и взял фигурку королевы. Руки почти нежно, осторожно сделали ход, изучая позицию белых на доске.

—И как же твоё «как» объясняет ситуацию? — в его голосе звучало презрение, заменившее обычную для него спокойную, сдержанную манеру вести беседу.

—Это не то, что ты подумал… — Кайри не могла найти ни одного подходящего ответа.

Обычная маска сильной, циничной и уверенной в себе Кайри Бьюкенен дала трещину, являя миру испуганную девочку. Знал ли Натаниель, каково, пытаться отрицать все слабости, как будто их не существует, как это раз за разом приходилось делать ей? Он просил её признать свою слабость, но Кайри чувствовала, что лучше умереть, чем открыться ему. Разозлившись, она моментально приняла решение.

Быть гордой. Не притворятся.

Ледяной тон Кайри ни в чём не уступал Натаниелю, услышав её, он практически обратился в статую:

—Наше путешествие в Арельяно закончено. Мы достигли своей цели. Теперь, когда вы благополучно добрались до столицы, я полагаю, мы более не нуждаемся в обществе друг друга. Время от времени будем встречаться при дворе, напоминая друг другу о том, что я повинна в нарушении запрета основателя Валлабриги.

«Это было по-настоящему захватывающее путешествие. Я давно не была так счастлива, с этой чёртовой помолвки и возникновения на горизонте Рубинии. Натаниель, который ни во что не ставит статус, кристально честный, цинично-равнодушный к миру, стал глотком свежего воздуха после напыщенных снобов высшего света. Хотела бы я быть такой, как он. Слишком совершенен, чтобы позволить ему увидеть мою слабость. Мне было хорошо рядом с ним. Сказка закончилась так быстро… Что ж пришло время вернуться в реальность», — подумала она, но вслух лишь равнодушно продолжила:

—Надеюсь, поездка доставила вам такое же удовольствие, как и мне.

Кайри видела непонимание в глазах Натаниеля. Обычно льдисто-голубые, радужки его зрачков потемнели и стали тёмно-синими, приобретя цвет бескрайней морской бездны. Она первый раз увидела его таким, по тону глаз невозможно было угадать, что это было: раздражение, гнев или разочарование. В голосе Натаниеля обычно мелодично-оживлённом появились странно тяжёлые обертоны:

—Что рассказал тебе Лешо?

—Это не имеет значения.

—Будь добра поведать, что же такого «не имеющего значения» он тебе рассказал.

—Не хочу.

—Кайри Бьюкенен.

—Луна этой ночью поразительна, — Кайри смотрела в окно, она вспоминала своё ощущение от разговора с Лешо.

—Кайри, — Натаниель позвал её лишь по имени, что заставило девушку внутренне содрогнуться.

Только сейчас она поняла, что на самом деле означали слова Лешо, о том, что она «особенная» для Натаниеля. Этот голос, зовущий её по имени, заставлял мурашки бежать по хребту. Попытки притвориться равнодушной в исполнении Кайри были слишком очевидными, но она не чувствовала сил прекратить спектакль.

«Один раз меня уже бросили. Я не могу позволить себе такую роскошь, как попасться в одну и ту же ловушку дважды. Император хитра. Она пожелает использовать Натаниеля в своих интересах. Я буду для него лишь обузой, буду его слабостью», — девушка печально улыбнулась своим мыслям, спросив:

—Ты собираешься мстить правящей семье?

—Посмотрим.

—Есть шансы остановить тебя?

—Лешо, похоже, питает странные иллюзии.

—Он был не прав как минимум в двух вещах: полагая, что я что-то значу для тебя, и что между нами есть связь… — сказала Кайри тихо, как будто убеждая себя. — Нас ничего не объединяет, нет ничего, что сближало бы нас. Лучшим решением будет попрощаться сейчас.

«Я должна уйти в сторону, чтобы никто не смог надавить на тебя», — добавила она про себя.

Долгое молчание становилось оглушающим. Натаниель, казалось, совсем прекратил дышать. Кайри смотрела в окно, избегая его взгляда. В её глазах он был чересчур непреклонен, слишком прямодушен и честен, чтобы видеть, как через неё им будут манипулировать алчные и жадные люди. Он был существом, которое заслуживало свободно парить в небесах, а не быть прикованным цепями к земле.

Она не хотела стать его цепью.

Натаниель медленно моргнул, рассматривая Кайри, облокотившуюся на спинку кресла и прерывисто дышавшую. Конь, которого он неосознанно крутил, вернулся на доску. Он бросил взгляд в окно, поигрывая чёрной тростью, возникшей в руках. Снаружи завывала метель и валил снег. Ветер был столь силён, что казалось, за окном воет стая адских волков. Голос Натаниеля был лишь едва различим в оглушающем буйстве метели:

—Да… не важна.

Услышав его, Кайри ощутила болезненный укол в сердце. Натаниель в этот момент выглядел невероятно одиноким, таким же, как в тот день, когда смотрел на зимний лес. Взмахом ресниц позже, на месте печального Натаниеля возник Владыка Зимы, более не связанный ничем с этой землёй, чей тихий голос был похож на ломающийся лёд:

—Уходи.

Проснувшись утром, Кайри не ощутила и следа Натаниеля. Он растворился как снег на солнце, так словно его никогда не было.

Арельяно бурлил восторгом. В честь празднования помолвки Его Высочества наследного принца. Император Джинджер Орвенбридж организовала торжества по всей столице.

Кайри встретилась с Лаурой во время очередной примерки бальных платьев. Масштаб гуляний поражал больше, чем предстоящий бал.

—Привет, Кайри! Что думаешь насчёт того, чтобы пройтись по городу, когда кончится официальная часть?

—После полуночи, не поздно для прогулки?

—Что может случиться! В толпе народу нас вряд ли кто-то узнает. Мы должны насладиться шумихой в городе!

—Странно, почему уличные гулянья не отменили…

—Да. Ты права.

Снег шёл так, словно в небе образовалась нескончаемая чёрная дыра.

—Снегопады как на Крайнем Севере континента. С ума сойти можно! До весны всего ничего! Хотя благодаря этому тарифы на перевозку увеличились втрое, — Лаура много чего имела сказать о погоде.

—Боюсь, это моя вина, — вздохнула Кайри.

—С чего бы это? Мать-природа, похоже, перепутала времена года!

Кайри рассмеялась, избегая ответа, прекрасно понимая, почему валит снег. С момента их ссоры с Натаниелем снегопады становились сильнее день ото дня. Она подозревала, что он, должно быть, зол на неё. Мерзкий червячок самоуничижения заставлял думать, что она считает свою персону слишком значимой. Вряд ли ему первый раз в жизни дали от ворот поворот. Он уже был заперт в ледяной тюрьме, был предан Орвенбриджем… Не особенно верилось в то, что он считал людей достойными доверия.

—Кайри! Очнись, о чём задумалась? — Лаура коснулась плеча, смотревшей на небо подруги.

—А? Извини, о чём ты спрашивала?

—Вечеринка. С кем ты идёшь на бал? — повторила вопрос Лаура, кружась перед зеркалом.

—С отцом, как всегда. Вариантов немного.

—Я бы пошла на бал с твоим братом, но негодник пропадает где-то. Ты, случаем, не в курсе, куда он запропастился?

—Пусть делает, что захочет, меня это не касается, — Кайри сдержала готовый вырваться всхлип, уговаривая себя, что всё действительно хорошо.

—Эй, ты чего? Он-то здесь при чём? Что вы как не родные, Кайри? Что случилось?

—Ничего. Всё в порядке, не о чем беспокоиться. Просто… у каждого из нас своя жизнь и своя роль, — Кайри попыталась успокоить тревогу подруги. К счастью, Лаура не заметила ничего подозрительного в её голосе и беззаботно продолжила:

—Как тебе платье? Не слишком откровенно?

—Оно не чересчур лёгкое?

—Скоро весна, да и в бальном зале будет жарко.

—Захвати накидку из лисьего меха и точно не замёрзнешь, а если что её можно будет всегда снять. — «Весна может не наступить», — пронеслось в голове у спокойно рассуждающей Кайри.

—Отлично! Давай сделаем это! Это всего лишь бал.

Подруги покинули ателье, закончив с подготовкой платьев. Ветер и снег испортили причёску Лауры, о чём она не забыла посетовать:

—Сколько можно! На улицу не выйти от этого снега.

Кайри встревоженно посмотрела на небо размышляя:

«Решит ли Натаниель действительно мстить правящей семье? Сможет ли Лорд Покровитель остановить его? Что случиться со страной?» — в голове были только вопросы, без ответов.

Ничего не могло замедлить бег безжалостного времени. Наступил день официального бала в честь помолвки Его Высочества наследного принца Идена Орвенбриджа и баронессы Рубинии Кесснер.