Том 1 · Глава 182. Встретившись вновь сложно убивать

В этот раз Мишá вновь пригласил Тянь Чжи Синь’я поужинать с ним, однако Тянь Чжи Синь отказался.

Вернувшись в свою палатку, Тянь Чжи Синь приказал адъютанту:

—Внимательно следите за движением внутри провинции Мин. К тому же, отправь кого-нибудь присматривать за Мишόй, чтобы узнать нет ли странностей в его поведении, — Тянь Чжи Синь окончательно начал подозревать Мишý, однако из-за того, что Мишá был учеником острова Пэн Лай, он не мог начать действовать, пока у него на руках не окажется весомых доказательств.

«Однако, каким бы ни был результат, после рассвета мы нападём на город!»

Всю ночь Мишá был погружён в воспоминания об И Лянь. А рано утром с городской башни, находящейся возле ворот, донёсся мелодичный звук цитры. Ворота, как и вчера, были открыты. Несколько стариков подметали землю, а люди в городе начинали новый день.

Су Юэ ехала верхом на лошади и несла коробку с едой в которой была сладкая картофельная каша, кукурузные гнёзда и два маринованных блюда. Всё, что любил есть Мишá.

—Молодой господин, приятного аппетита!

—Возвращайся и поблагодари её…

—Хорошо!

Су Юэ садилась на лошадь, когда группа солдат окружила её.

—Схватить её! — приказал Тянь Чжи Синь.

Дюжина солдат кинулась на Су Юэ. Всё произошло так быстро, что Мишá не успел остановить их.

—Тц-тц-тц…

«Нет ни каких причин щадить жертв, которые сами кидаются на тебя,» — усмехнулась Су Юэ. В её руке появилась серебряная цепочка, на верхней части которой висел круглый нож размером с ладонь.

Не успев ничего понять, солдаты услышали странный звук и десять голов упали на землю. Окровавленные головы несколько раз прокатились по земле и, испачкавшись в жёлтом песке, выглядели особенно злобно.

—Ты! — Тянь Чжи Синь не ожидал, что Су Юэ, такая миниатюрная женщина, окажется такой порочной. В солнечном свете с круглого кинжала, висевшего на цепи в руке Су Юэ, капала кровь, создавая странный искрящийся свет.

—Я любезно принесла вам завтрак, а вы отплатили мне подобным образом? — Су Юэ не убегала, а уверенно сидела на лошади. Она покачивала серебряной цепью в левой руке, заставляя кровь капать на землю. — Что? Не смирились? Тогда давайте продолжим!

Тянь Чжи Синь поднял руку, чтобы отдать команду атаковать, однако Мишá остановил его:

—Стой! Пусть она уходит!

«Как я и ожидал, Мишá открыл рот. Естественно у него есть отношения с Фэн Ци Ци, иначе он не стал бы так помогать человеку Бэй Чжоу.»

—Пусть уходит…

—Спасибо! — Су Юэ хлестнула лошадь и вернулась в провинцию Мин.

Когда её фигура исчезла, Тянь Чжи Синь подошёл к Мишé:

—Господин Мишá, вы можете дать мне разумное объяснение вашему приказу? Почему вы отпустили её? Какие отношения между вами и Фэн Ци Ци? Почему она так заботиться о вас? На чьей вы стороне? Вы помогаете нашему Дун Лу или у вас есть другие планы?!

—Наглец! — громко выругалась Ся Сюэ, увидев, что Тянь Чжи Синь так обращается с Мишόй. — Наш молодой господин — верховный главнокомандующий, его действия не подлежат обсуждению!

Такая «дерзость» Ся Сюэ заставила Тянь Чжи Синь’я фыркнуть:

—Хоть господин и ученик острова Пэн Лай, однако это дело связано с жизнями пяти тысяч солдат. Может ли Господин взять всё на себя?!

—Значит, ты боишься, что я окажусь на одной стороне с Фэн Ци Ци и обману тебя? — понял вдруг Мишá.

Он был погружён в прекрасные воспоминания о И Лянь, и у него не было времени подумать о том, почему она так поступает. Сейчас, когда Тянь Чжи Синь сказал это, Мишá вдруг всё понял.

«И Лянь, ты знаешь, как использовать людей. Кажется, я слишком легкомысленно относился к тебе! Я не видел тебя столько дней, что мне следовало сесть и обратить на это внимание!»

—Разве это не так?

—Хахахаха, — рассмеялся Мишá. — Генерал, не позволяйте хитрости сеять раздоры. Я признаю, что знаю Фэн Ци Ци, однако я не шпион Бэй Чжоу, а также не делал ничего, что могло бы навредить интересам Дун Лу. Прошу генерала поверить мне!

—Поверить вам? — у Тянь Чжи Синь’я в сердце пылал огонь.

«Как я могу поверить твоей “односторонней истории” ?!»

—Поверить вам, хорошо! Если вы сейчас позволите нам напасть на город, я поверю вам!

В глазах Мишú просьба Тянь Чжи Синь’я прозвучала несколько «решительно». Он уже насквозь увидел хитрость Фэн Ци Ци, желающую посеять раздор, но его стратегия состояла в том, чтобы осаждать её, заставив взять инициативу в свои руки и молить его о пощаде. Поэтому просьба Тянь Чжи Синь’я была совершенно против воли Мишú. Он тут же покачал головой, отвергая просьбу Тянь Чжи Синь’я.

—Господин, вы не хотите нападать на город. Могу ли я считать, что ваши слова и поступки расходятся? На самом деле… вы шпион Бэй Чжоу?!

Тянь Чжи Синь отдал приказ, и группа солдат окружила Мишý и Ся Сюэ. Все они смотрели на Мишý в инвалидном кресле, как тигр смотрит на свою добычу. Казалось, стоит только Тянь Чжи Синь’ю отдать приказ, и они выйдут вперёд и заберут голову Мишú.

—Вы бесстрашные! — Ся Сюэ достала печать Мишú. — Эта печать, которую Великая Вдовствующая Императрица Дун Лу лично вручила нашему молодому господину. Может быть, вы и этим недовольны?

Печать в руке Ся Сюэ не пугала этих людей. Армия Бэй Чжоу резала словно горячий нож по маслу, и заняла так много территорий Дун Лу. Сейчас города вокруг провинции Мин также были заняты людьми Бэй Чжоу. Мишá медлил, не желая нападать и это не могло не вызвать подозрений у людей. Ведь если он ждал подкрепления Бэй Чжоу, то одним махом уничтожит эти пять тысяч солдат.

«Никто не хочет умирать! Если бы не Мишá, выдвинувший этот проклятый совет, мы бы не забрались так глубоко в брюхо врага и не столкнулись бы с подобным количеством пугающих опасностей. В этот раз, Мишá так прямо отверг предложение генерала Тянь Чжи Синь’я, как после этого мы можем доверять ему?!»

—Убить его!

—Он шпион Бэй Чжоу! Убьём его!

—Да! Убьём его. Ворвёмся в город и убьём Фэн Ци Ци!

Голоса становились всё громче и громче. Солдаты шаг за шагом приближались к Мишé, окружая его.

В это время ворота провинции Мин закрылись. Фэн Ци Ци стояла на городской башни и смотрела на прекрасную сцену, развернувшуюся под воротами городской башни.

—Мисс, а как вы узнали, что Мишá не позволит им напасть на город? — Су Мэй стояла рядом с Фэн Ци Ци и с удивлением смотрела на происходящее.

—Потому что я знаю его характер, — Ци Ци посмотрела на горизонт. — Скоро прибудет подкрепление Налань Синь’я, пусть наши люди приготовятся. Пришло время, внутреннему начать координироваться с внешним.

—Есть! — выслушав Фэн Ци Ци, Су Мэй очень взволновалась. Она спустилась вниз и приказала людям приготовиться.

Под воротами городской башни Мишá смотрел на людей, что словно тигры приближались к нему и хоть его выражение лица не изменилось, в глубине души он восхищался Фэн Ци Ци.

«И Лянь, ты хорошо использовала хитрость, посеяв раздор. Прислала всего три коробки с едой, а уже заставила всех поменяться местами, встав против меня. Не знаю, наблюдаешь ли ты сейчас за этим, но всё идёт в соответствии с твоим желанием. И Лянь, должно быть, ты очень горда этим!»

—Я передумал! — сказал Мишá, прежде чем солдаты напали на него. — Раз Генерал не верит мне, тогда атакуйте город!

Мишá сбавил тон, оставив Тянь Чжи Синь’я в некотором недоумении.

«Я думал, Мишá будет держаться до конца. Не ожидал, что этот сопляк умеет смотреть за ветром и ставить штурвал.»

Смотреть за ветром и ставить штурвал – быть гибким и пользоваться ситуацией.

—Присмотреть за ним! — из-за особой личности Мишú, Тянь Чжи Синь не хотел убивать его, поэтому лишь приказал солдатам присматривать за Мишόй и Ся Сюэ.

Раздался звук горна и пять тысяч человек начали атаку на город.

—Мисс… — внезапная перемена под воротами башни заставила Су Юэ несколько напрячься.

«Согласно плану Мисс, Тянь Чжи Синь и Мишá должны были воевать между собой. Когда они бы сцепились, прибыло бы подкрепление Налань Синь’я. Так можно было бы решить опасное положение провинции Мин. Однако мы не ожидали, что враги придут к соглашению и не знаем, когда точно прибудет подкрепление Налань Синь’я. Что же нам делать?»

—Не нервничай… пусть все стоят спокойно! — Фэн Ци Ци коснулась нижней части своего живота.

«Лянь Шэн, ты научился идти на компромисс! Похоже, ты раскусил мою хитрость о раздоре. Ты так быстро пошёл на компромисс, а это и правда уже не твой характер!»

Фэн Ци Ци выглядела так, словно у неё была карта в рукаве и это заставило Су Мэй и Су Юэ успокоиться и ожидать приказов своей Мисс.

Естественно, длинные когти не успели закрепиться на стене, как издалека показалось облако жёлтой пыли. Оно на большой скорости приближалось всё ближе и ближе.

—Генерал, плохо! Приближается подкрепление Бэй Чжоу! — адъютант бросился к Тянь Чжи Синь’ю. — Генерал, что же нам делать?

—К чему паника?! — внешне Тянь Чжи Синь отругал адъютанта, однако его сердце то падало, то подскакивало в горло. — Сколько человек? Ты чётко видишь?

—Предположительно, предположительно, их больше десяти тысяч! — адъютант также не видел, сколько людей приближалось к ним. Он просто видел большое пыльное облако. Когда адъютант думал об этом, то понимал, что это определённо армия Бэй Чжоу, которая идёт сюда. — Генерал, смотря на их скорость и чёрные доспехи… Генерал, это может быть орлиный отряд!

—Орлиный отряд?! — закричал Тянь Чжи Синь. Желчь застряла в его горле, не поднимаясь вверх, но и не опускаясь, доставляя сильное неудобство. — Быстро, быстро отступаем!

«Орлиный отряд, отряд, который в одиночку поднял Фэн Цан. Испытав на себе железные требования Фэн Се и Фэн Цан’а, орлиный отряд стал самой мощной армией этого материка. Если это и правда орлиный отряд, даже пятьсот солдат из этого отряда, заставят уйти нас навсегда, не говоря уже о десяти тысяч орлиных солдат!»

—Быстрее! Отступаем! Отступаем! — Тянь Чжи Синь первым вскочил на лошадь, бросил подкову и сбежал.

Все увидели, что генерал сбежал и ни у кого более не осталось желания нападать на город. Солдаты вскочили на лошадей и помчались вслед за Тянь Чжи Синь’ем. Через мгновение шум возле городских ворот затих, остались лишь Мишá и Ся Сюэ.

—Молодой, молодой господин… — смотря на приближающееся густое облако пыли, Ся Сюэ загородила собой Мишý, чтобы защитить его.

Когда пыльное облако подошло ближе, Ся Сюэ увидела, что так называемые десять тысяч орлиных солдат были всего лишь сотней человек. Просто к хвосту каждой лошади была привязана ветка и присутствие десяти тысяч солдат было создано этими ветками, скользящими по песку.

—Хахахаха! — рассмеялся Мишá, когда люди на лошадях окружили его. — Гениальный замысел принцессы! Лишь несколько веток отпугнули всех этих солдат!

—Точно! Принцесса и правда удивительна! — губы Ся Сюэ сжались в тонкую линию. Если в начале её понимание Фэн Ци Ци сводилось к привязанности Мишú к И Лянь, то сейчас, пережив это, она наконец поняла, почему её молодой мастер был так влюблён в И Лянь.

—Молодой господин, что же нам делать? — смотря на людей, что окружали их, ладони Ся Сюэ вспотели.

«Сбегая Тянь Чжи Синь создал хаос, наш экипаж и лошадей забрали. Остались лишь я и молодой господин. Нас окружают сотни человек. Возможно ли, что сегодня мы здесь умрём?»

В сравнении с паникой Ся Сюэ, Мишá был очень спокоен.

«Хорошая отвлекающая тактика, лишь сотня человек отпугнула пять тысяч воинов Тянь Чжи Синь’я! Если бы стратегии и тактики И Лянь были широко распространены, они, несомненно, были бы записаны и передавались из поколения в поколение. Я не видел её уже шесть лет, и, похоже, моя И Лянь выросла!»

—Наша принцесса приглашает вас! — один человек вышел вперёд и поманил их рукой.

Увидев это, Мишá горько рассмеялся.

«Похоже, сегодня я уже не смогу уйти!»

После того, как Мишá и Ся Сюэ вошли в провинцию Мин, их под конвоем сопроводили к Фэн Ци Ци. С первого же взгляда Мишá увидел слегка выпуклый живот Фэн Ци Ци. Печаль охватила его сердце.

«Моя И Лянь стала чужой женой и ждёт от него ребёнка!» — Мишá сжал кулак и его ногти глубоко впились в ладонь.

—И Лянь, давно не виделись, — хоть он и имел статус «заключённого», Мишá всё ещё сохранял невинную улыбку.

—Не произноси моего имени! Отвратительно! — в глазах Фэн Ци Ци улыбка Мишú была особенной занозой.

«В прошлой жизни этот человек использовал улыбку, чтобы обманывать приёмного отца и меня саму. Как он может сейчас не чувствовать ни малейшей вины и продолжать так бессердечно улыбаться? Неужели он никогда не сожалел о том, что случилось в прошлом?»

Слова Фэн Ци Ци сильно задели Мишý.

«Вчера я и правда думал, что ты простила меня и даёшь нам возможность пожать друг другу руки и помириться. И Лянь, не ожидал, что твоя ненависть действительно доходит до крайности.»

—В прошлой жизни я покончил с собой и отплатил тебе жизнью, а сейчас я здесь. Забери мою жизнь в качестве выкупа за приёмного отца! — Мишá закрыл глаза, поднял голову и показал гладкую шею. У него был такой вид, словно он спокойно смотрит в лицо смерти. В этот раз он принял поражение от рук Фэн Ци Ци.

«Раньше я думал, что используя любые способы я смогу заполучить тебя, И Лянь, заставлю остаться рядом с собой. Но если я не могу сделать это, то пусть всё будет так, как сейчас, пусть я умру от твоих рук, заглушив глубокую ненависть в твоём сердце.»

—Нет, нет! — увидев действия Мишú, Ся Сюэ обняла его и крепко прижала к себе. — Госпожа И Лянь, хоть я не знаю, какие обиды существуют между вами и моим молодым господином, но мой молодой господин действительно вас любит! Я прошу вас отпустить моего молодого господина, если вы хотите убить, то убейте меня! Я умру вместо моего молодого господина! Умоляю вас!

—Пошла прочь! — Мишá оттолкнул Ся Сюэ. — Это касается только её и меня. Это не имеет никакого отношения к тебе, мелкой рабыне. И Лянь, это всё моя вина. Просто убей меня!

—Молодой господин!

—Пошла ∗∗∗… чем дальше ты уйдёшь, тем лучше! Это из-за тебя меня поймали, бесполезная вещь!

Мишá так яростно ругал Ся Сюэ, что она остолбенела.

—Молодой господин, вы прогоняете меня! Молодой господин больше не нуждается в Ся Сюэ, чтобы служить вам?

—Мне не нужен такой никчёмный человек, как ты! Бесполезный мусор! К чёрту всё это!

Слова Мишú были очень некрасивыми и сердце Ся Сюэ разрывалось от боли.

—Даже если молодой господин не любит меня и ненавидит, но я рабыня молодого господина. Защищать молодого господина — мой долг! — Ся Сюэ опустилась на колени перед Фэн Ци Ци, поклонилась и взмолилась. — Госпожа И Лянь, даже если это нужно для того, чтобы накопить добродетель для ребёнка в вашем чреве, отпустите моего молодого господина, хорошо?! Он любит вас всем своим сердцем. Возможно, он использовал неправильные методы, однако нет ничего плохого в том, чтобы любить кого-то! Госпожа И Лянь, умоляю вас! Умоляю вас!

—Пошла прочь! Я не нуждаюсь в твоих мольбах…

—Хлоп, хлоп… — увидев эту сцену, Фэн Ци Ци тихо захлопала в ладоши. — Конечно, хозяин и слуга питают друг к другу глубокие чувства. Лянь Шэн, у тебя есть желание спасти её, так зачем же использовать такие злые слова, чтобы причинить ей боль?!

Когда Фэн Ци Ци указала ему на его мысли, лицо Мишú Это не так! покраснело, и он тут же стал оправдываться:

—Это не так! Я действительно ненавижу её! И Лянь, та, кого ты хочешь убить — это я. Всё, что она делала, было приказано мной. Не усложняй ей жизнь!

—Не усложнять? Ха-ха, если бы ты этого не сказал, у меня бы и не появилось таких мыслей. Сейчас, когда ты упомянул об этом, я и правда хочу усложнить ей жизнь, — Фэн Ци Ци бросила в Мишý маленькую бутылочку. — Твоя жизнь — то, что ты должен мне. Я могу подумать о том, чтобы отпустить её, однако ты должен принять эту пилюлю. Лянь Шэн, ты слишком многим мне обязан. Я не хочу, чтобы ты так легко умер, это было бы слишком хорошо для тебя. Съешь эту пилюлю, и я буду смотреть, как медленно ты умираешь у меня на глазах…

—Отлично! Я съем её! — Мишá горько рассмеялся.

«Ты и правда ненавидишь меня до мозга костей!»

—Молодой господин, не надо! — Ся Сюэ хотела остановить Мишý, однако Су Мэй и Су Юэ удержали её и Ся Сюэ оставалось лишь смотреть, как Мишá ест яд.

—Кхе-кхе… — увидев красную кровь на своей ладони, Мишá весело рассмеялся. — И Лянь, я очень рад, что могу умереть от твоей руки. Насколько бы было здорово, если время можно было бы повернуть вспять и вернуться в прошлое?!

—Молодой господин, нет… — смотря на бледное лицо Мишú и то, как он кашлял кровью, Ся Сюэ вырвалась из рук Су Мэй и Су Юэ, и подбежала к Мишé. — Молодой господин, как вы можете быть таким глупым?! Она не любит вас, но я люблю вас! Молодой господин, почему вы не хотите посмотреть на меня? Я всегда была рядом с вами!

—Ся Сюэ… — взгляд Мишú стал расфокусированным, и он не мог чётко видеть Ся Сюэ. Мишá смог лишь протянуть руку и коснуться лица девушки. — Уходи! Я поступал с тобой неправильно! В моём сердце есть лишь И Лянь, ты не можешь войти в него! Уходи…

—Нет! Я хочу остаться с молодым господином! Куда бы ни пошёл молодой господин, я хочу остаться с молодым господином!

—Глупая женщина! — рассмеялся Мишá, его рот был полон крови.

«Оказывается, смерть — именно такая! Я буду медленно умирать, выплёвывая кровь из своего тела… И Лянь, ты и правда так сильно ненавидишь меня? Почему ты не можешь простить меня?» — Мишá ощутил, что его тело холодеет. Боль в его груди становилась всё сильнее. Такая боль, которую трудно было описать словами. «Кажется, словно моя душа внезапно начала отделяться от плоти и крови…»

—И Лянь… — Мишá с трудом держась, посмотрел в сторону Фэн Ци Ци. Только взгляд его был затуманен, и он видел лишь белый туман. — И Лянь… Когда я умру, ты сможешь избавиться от этой ненависти…

—И Лянь… — Мишá ещё несколько раз позвал её по имени, но ему никто не ответил.

—Молодой господин, госпожа И Лянь уже ушла… –рядом с Мишόй всхлипнула Ся Сюэ.

«Ушла? Разве она не ненавидит меня очень сильно и не хочет своими глазами увидеть, как я медленно умираю? Почему она больше не смотрит? Наверное, потому, что сейчас я выгляжу очень некрасиво. Поэтому, она ощутила отвращение, смотря на меня!»

Не понятно, сколько прошло времени, но тело Мишú постепенно остывало в руках Ся Сюэ.

—Молодой господин! — Ся Сюэ плакала так, что у неё разрывалось сердце и трещали лёгкие. Её слёзы капали на лицо Мишú. — Молодой господин, подождите немного, Ся Сюэ придёт, чтобы сопровождать вас! Молодой господин, Ся Сюэ не позволит вам быть одиноким на пути в преисподнюю!

Когда кинжал Ся Сюэ уже был готов вонзиться ей в живот, камень попал по её руке.

Смотря на подошедшую Фэн Ци Ци, глаза Ся Сюэ видели лишь красное пятно.

—Зачем ты вернулась? Хочешь посмотреть, умер ли он? Молодой господин умер! Он умер! Теперь ты довольна? Я никогда не видела такой бессердечной женщины, как ты! В чём провинился молодой господин? Его единственной ошибкой было то, что он влюбился в тебя. Он не должен был влюбляться в такую бессердечную и хладнокровную женщину, как ты! И Лянь, я ненавижу тебя! Даже если я превращусь в приведение, я не отпущу тебя!

Не дожидаясь, пока Ся Сюэ выплеснет всё своё горе, Су Мэй ударила её ладонью по шее. Ся Сюэ вздрогнула, а затем медленно сползла на землю, держа на руках Мишý. До самого конца её руки крепко держали Мишý и не отпускали его.

—Мисс, вы хорошо всё обдумали? И правда хотите отпустить их? Если мы позволим тигру вернуться в горы, в будущем это будет крайне неприятно, — тихо сказала Су Юэ, смотря на Ся Сюэ и Мишý, лежащих на земле.

—Ся Сюэ была права. Примите это как накопление добродетели для моего ребёнка! Более того… он больше никогда меня не вспомнит. Отошлите их прочь!

Когда Ся Сюэ проснулась, она оказалась в общем доме.

«Я не умерла? Я думала, что умерла!»

Лишь поднявшись с постели, Ся Сюэ вспомнила последнюю сцену, произошедшую перед тем, как она закрыла глаза.

—Молодой господин! Молодой господин! — Ся Сюэ выбежала наружу и увидела знакомую фигуру, сидящую там. — Молодой господин…

Ся Сюэ не смела поверить своим глазам. Лишь приблизившись, она обнаружила, что человек был настоящим. Это был Мишá.

Мишá сидел с закрытыми глазами, прислонившись к инвалидному креслу. Кровь в уголках его губ уже засохла, а кровь на теле почернела. Казалось, что этот человек давно мёртв.

—Молодой господин, молодой господин! — увидев Мишý, Ся Сюэ очень опечалилась. Она забралась к нему на голени и заплакала.

—Молодой господин, это вина Ся Сюэ. Ся Сюэ плохо заботилась о вас! Молодой господин, не оставляйте Ся Сюэ, хорошо?! — грустно воскликнула Ся Сюэ.

Внезапно чья-то рука коснулась лица Ся Сюэ:

—Ся Сюэ, почему ты плачешь? Что случилось? Почему мне так плохо?

Услышав знакомый голос, Ся Сюэ некоторое время никак не реагировала, сидя в оцепенении. Посмотрев ещё раз на Мишý, она увидела, что он открыл правый глаз и смотрит на неё. Это повергло Ся Сюэ в шок.

—Молодой господин, вы не умерли? Так здорово! Молодой господин не умер?!

—Ся Сюэ, о каких глупостях ты говоришь? Почему я должен умереть? — Мишá выглядел озадаченным. Дотронувшись до уголка своих губ и увидев следы крови на своём теле, он закричал. — Почему на мне кровь? Ся Сюэ, где мы? Почему мы здесь?

Мишá задал сразу так много вопросов, что Ся Сюэ не знала, с чего и начать. Сейчас сердце Ся Сюэ было переполнено чем-то, что называлось счастьем.

«Мой молодой хозяин не умер. Мишá всё ещё жив!»

Ся Сюэ не догадывалась, почему они оказались в таком странном месте, однако была уверена, что Фэн Ци Ци отпустила их.

—Молодой господин, это Госпожа И Лян. Она…

—И Лянь? Кто такая И Лянь? — услышав это имя, Мишá нахмурился. — Ся Сюэ, я спрашиваю тебя, почему мы здесь. Почему ты говоришь, о малозначимых людях?

Ответ Мишú крайне ошарашил Ся Сюэ:

—Молодой господин, вы больше не помните Госпожу И Лянь?

—Я точно её не знаю, — покачал головой Мишá. — Этот человек очень важен?

—Нет, не важен. Она не имеет к нам никакого отношения, — Ся Сюэ сильно прикусила губу, с трудом сдерживая слёзы. Наконец-то она поняла, в чём дело.

«Фэн Ци Ци отпустила нас, но заставила Молодого господина навсегда забыть её. Пожалуй, это лучший исход для них двоих!»

—Молодой господин, вы голодны? Я приготовлю для вас еду! — Ся Сюэ вытерла уголки глаз, а её сердце разрывалось от волнения.

«Раньше я ненавидела Фэн Ци Ци за то, что она занимала это место в сердце молодого господина. Но сейчас я благодарна этой щедрой женщине. Фэн Ци Ци не только подарила Молодому господину новую жизнь, по и дала мне новый старт!»

—Голодный. Ся Сюэ, я хочу лапшу…

—Хорошо, хорошо! Я приготовлю лапшу для молодого господина! — Ся Сюэ с радостью отправилась на кухню.

Мишá толкнул коляску и последовал за ней. Когда перед ним поставили приготовленную лапшу, Мишá не захотел пользоваться палочками для еды и настоял на том, чтобы Ся Сюэ накормила его.

—Молодой господин всё больше и больше похож на ребёнка! — хоть Ся Сюэ и жаловалась, но на душе у неё было очень сладко.

«Неважно, какой молодой господин, пока он может забыть Фэн Ци Ци, я готова остаться с ним, даже если он станет дураком!»

Су Мэй посмотрела на двух людей во дворе и медленно отступила. Когда она вернулась в провинцию Мин и рассказала Фэн Ци Ци всё о Мишé и Ся Сюэ, Ци Ци вздохнула.

—Мисс, разве вы не счастливы? Если вы недовольны, эта подчинённая пойдёт и убьёт их!

—Нет необходимости, — услышав слова Су Мэй, Фэн Ци Ци покачала головой. — Как сказал Лянь Шэн, в прошлой жизни от отплатил мне жизнью. Он также принял яд и однажды умер. Он также отплатил жизнью приёмному отцу. Более того, после приёма моей пилюлю разум Лянь Шэн’а постепенно деградирует. В итоге, он станет невинным ребёнком и больше не сможет причинять боль людям. Теперь мы квиты! — Фэн Ци Ци подняла голову и посмотрела на далёкое небо.

«Приёмный отец, была ли я права, сделав это? Хоть я и правда хотела убить его, чтобы отомстить за тебя, но ты на небесах не хотел бы, чтобы мы убивали друг друга!»

Разобравшись с делом Мишú, Ци Ци ощутила, что мрачность, таившаяся в её сердце, исчезла. Мишá стал кем-то из прошлого.

«С таким преданным человеком, как Ся Сюэ рядом с Мишόй, они смогут начать всё сначала.»

С исчезновение опасности и обиды Мишú, Фэн Ци Ци этой ночью спала очень хорошо и глубоко.

Это была очень тихая ночь. Серебряный лунный свет проникал внутрь и растекался по телу Фэн Ци, накрывая её всю.

—Кто это? — Су Юэ, нёсшая вахту, услышала, как кто-то приближается. Она вышла проверить, а увидев, человека, который спрыгнул вниз, очень удивилась. — Гу… Гуйэ?!

«Разве Фэн Ца не на юге в десяти тысяч милях отсюда? Почему он здесь?» — после такого сюрприза Су Юэ была очень взволнована. Она хотела пойти и рассказать об этом Фэн Ци Ци, однако Фэн Цан остановил её.

—Тсс! — Фэн Цан, покрытый пылью, выглядел немного виноватым. Однако даже волосы, в беспорядке лежащие на его лбу, не заставляли его терять очки привлекательности, даже наоборот, это добавляло ему героической ауры. — Где Цин Цин?

—Мисс уже спит…

—Я понял, позволь мне! Ты можешь идти отдыхать!

Фэн Цан легко вошёл в комнату. Когда он увидел девушку на крови, которая поймала его душу в ловушку, и потревожила его сны, Фэн Цан с трудом смог удержать себя от желания поцеловать её. Смотря на Фэн Ци Ци, спящую так сладко, Фэн Цан осторожно снял доспехи и также осторожно подошёл к кровати.