Том 1 · Глава 8. Время показать перемены
Время показать перемены
С момента переселения души прошло уже некоторое время, но Лок лишь во второй раз переступал порог покоев лорда.
Если учесть, что его первый визит пришёлся на те дни, когда он ещё совершенно не освоился в новом теле, времени утекло немало.
Фух…
«Он всё-таки нервничает»,
На самом же деле всё обстояло немного иначе. Лок просто настраивался, чтобы без запинки произнести заранее отрепетированные в голове фразы. Настроем он сейчас напоминал начинающего актёра, который ждёт начала спектакля.
Молодой господин Лок прибыл.
Войди.
Сена попыталась приоткрыть перед ним дверь, но не успела она распахнуть её и наполовину, как Лок резко толкнул створку. Это был его собственный способ сразу заявить о себе перед родителями.
Тебе понравился банкет?
Да.
Лок перевёл взгляд с сидящего отца на стоящую рядом мать, после чего выпрямился и расправил плечи.
Сена, можешь идти.
Да, миледи.
Сене пришлось удалиться с самым невозмутимым видом, но на душе у неё вопреки обычному было неспокойно. Перед дверью Лок явно нервничал, однако сейчас он смотрел на графа и графиню слишком уж уверенно.
Проводив взглядом встревоженную служанку, они остались в комнате втроём.
Лок.
Да, отец.
Я всё слышал от командора Элка.
Один из рыцарей проявил к тебе неуважение? Командор обещал наказать его как следует, так что, может, ты просто простишь его?
Ну, даже не знаю.
Что ты сказал?
Лок!
Филип выразился предельно ясно: за оскорбление сына правителя последует наказание, поэтому Локу стоило проявить великодушие и замять дело. Это было разумное компромиссное решение, однако сын отверг его без малейших колебаний.
Тогда обсуди с командором, какое наказание будет подходящим.
На самом деле он не сделал ничего плохого, так что, думаю, лучше оставить всё как есть.
Филип прищурился, пристально глядя на Лока. Подобная дерзость требовала немедленного отпора — и как от лорда, и как от отца.
Ты сейчас издеваешься надо мной?
Я просто честен. Наказывать его ни к чему, и я прошу вас не вмешиваться. К тому же, разве не с ним у меня завтра дуэль?
Мне доложили, что ты сам потребовал поединка, а теперь заявляешь, будто он ни в чём не виноват? Если это не издёвка, то что тогда?
Карен, собиравшаяся как следует отчитать Лока, затаила дыхание и молча наблюдала за перепалкой отца и сына. Почему-то она не находила сил вмешаться и высказать всё, что думает, как делала это обычно.
Отец.
Говори.
Его оскорбления вызваны моим прошлым поведением. В этом поместье все об этом знают, так с чего бы мне злиться?
Он с лёгкостью признал собственное легкомыслие и дурную репутацию в прошлом, при этом заявив, что оскорбивший его человек ни в чём не виноват. Неужели перед ним действительно стоял его прежний сын? Филип едва не выдал своего крайнего изумления.
Чувство, будто собственный сын теснит его в споре, лорд испытывал впервые в жизни.
Тогда зачем ты вызвал его на дуэль?
У меня нет желания наказывать его чужими руками, но как оскорблённый мужчина я не могу просто смолчать. Я должен решить этот вопрос силой, по-мужски.
Да с какой стати тебе…
Отец, завтра я буду сражаться не просто с рыцарем нашего дома.
А с кем же?
Лок сглотнул и сделал короткую паузу.
Филип больше не скрывал, что слова сына полностью увлекли его, да и стоявшая рядом супруга затаила дыхание, боясь пропустить хоть слово.
Я буду сражаться со своим прошлым «я».
С прошлым «я»?
Да. Слуги и рыцари нашего дома смотрят на меня свысока, и завтрашний поединок нужен мне, чтобы это исправить.
Дуэль
В памяти Лока внезапно всплыли слова Алисии.
Все они твердили одно и то же, и желания их мало чем отличались: они лишь надеялись, что он будет меняться постепенно, шаг за шагом. Это было несложно. Даже если бы он снизил планку требований к себе вдвое, он легко бы справился. Однако идти по простому пути Лок не собирался.
Я не слаб. Лишь снова взяв в руки меч, я понял, что способен на гораздо большее, чем думал.
Лок произнёс это с лёгкой улыбкой. Супругам нечего было возразить на столь наглую и непоколебимую уверенность.
Почему ты настаиваешь на настоящих мечах?
Я понял, что люди растут, лишь сталкиваясь со страхом лицом к лицу. Мой противник тоже всю жизнь держит в руках оружие, так что это вполне справедливо.
Эх… У меня нет выбора.
Филип признал своё поражение.
Д-дорогой…
Разговор подошёл к концу. Карен, вынужденная отпустить сына навстречу такой опасности, растерялась и не находила нужных слов.
Я пойду. Мне нужно как следует подготовиться к завтрашнему дню.
Сражайтесь на деревянных мечах, а не на настоящих. Что бы ни случилось, я не допущу кровопролития в мирном замке Дунбарен. Пожалуйста, уступи отцу хотя бы в этом.
Хорошо. Но взамен мы будем биться до тех пор, пока один из нас не сможет подняться.
Идёт.
Тогда я пойду.
Сделка состоялась. Лок слегка поклонился родителям и развернулся. Впрочем, этот поклон был чистой формальностью. Супруги так никогда и не узнают, что за этой холодностью скрывалось лишь то, что Локу по-прежнему было неловко общаться с ними.
Я разбит наголову.
Филип лишь опустошённо усмехнулся. Он впервые уступил собственному сыну и даже представить не мог, что тот сможет так легко им манипулировать.
Я поговорю с ним, как-нибудь…
Карен порывалась броситься вслед за сыном, чтобы остановить его. У неё не было чёткого плана или готовых слов, но материнское сердце подсказывало, что оставлять всё так нельзя.
Дорогая, оставь Лока в покое до завтрашнего дня.
Но дорогой!
Пожалуйста.
Какая разница, деревянные мечи или нет? Биться, пока один не упадёт? Если Лок проиграет на глазах у всех этих людей, он не сможет подняться не то что завтра
Дорогая…
Филип бережно взял Карен за руку и заглянул в глаза своей любимой жене. Прошло уже больше двадцати лет с тех пор, как он влюбился в неё с первого взгляда, но его взгляд оставался прежним.
На самом деле, как только я увидел нашего сына сегодня, я почувствовал, что он изменился. Лок впервые смотрел на меня с такой уверенностью. Пусть это безответственно с моей стороны, но в этот раз я хочу просто довериться нашему мальчику.
Любимый…
Если с Локом что-то случится, можешь ненавидеть меня до конца моих дней.
По крайней мере сегодня отец и сын были в чём-то похожи: оба говорили искренне, от самого сердца. От этих проникновенных слов мужа Карен едва сдержала слёзы. Она понимала, как тяжело далось это обещание человеку, который любил Лока ничуть не меньше, чем она сама.
Разве я могу винить своего мужа?
Ты у меня единственный.
Филип признал поражение перед Локом, а Карен — перед Филипом.
Сена, видишь это?
О чём вы, молодой господин?
Кажется, даже небо сегодня на моей стороне.
Сена слегка наморщила носик.
Вы уверены, что сегодня хорошо себя чувствуете?
Большинство собравшихся мечтает увидеть мой позор, так что мне приходится искать союзников во всём, даже в погоде.
Впрочем, Сена уже привыкла к подобным странным речам Лока и больше не терялась.
Но кроме неба, на моей стороне отец, мама и ты.
И я тоже?
А разве нет? Только не говори, что ты болеешь за того парня.
Я за него не болею.
Тогда болей за меня. Это ведь совсем несложно.
…Хорошо, буду болеть за вас.
Спасибо.
Приняв её слова как должное, Лок в чистой тренировочной одежде направился к тренировочной площадке. Сена сопровождала его, но по прибытии сразу отошла к другим служанкам — на самом плацу прислуге находиться не полагалось.
Сена, ты пришла вместе с молодым господином?
Служанки поместья тоже собрались поглазеть на поединок. Мужские драки всегда были одним из самых захватывающих зрелищ для женщин, особенно когда дрались молодые и крепкие парни.
Сегодня его ждёт полный позор. Я-то думала, лорд вернётся и сразу всё отменит.
Вот-вот!
Небось вчера на коленях умолял родителей всё прекратить?
Молодые служанки захихикали, и Сене это почему-то показалось крайне неприятным.
Вы сами это видели?
Что?
Если не видели своими глазами, не стоит болтать попусту. Служанкам графского дома не пристало вести себя так вульгарно, вам не кажется?
Вульгарно? Да как ты смеешь…
Тихо, тихо, успокойся.
Самая голосистая из служанок злобно уставилась на Сену, но остальные поспешили её удержать. В замке все прекрасно знали, что графиня души не чает в Сене.
«Какая же она раздражающая…»
Сена вечно приковывала к себе взгляды молодых парней, но больше всего бесило то, с каким равнодушием она принимала это внимание. Наверняка просто притворяется. На людях строит из себя недотрогу, а наедине с собой наверняка упивается собственной привлекательностью.
Проигнорировав косые взгляды, Сена устремила взор на тренировочную площадку.
Надеюсь, обойдётся без происшествий.
Хватит болтать ерунду, просто начинайте.
Лок небрежно отмахнулся от слов Элка, которому волею судеб пришлось руководить сегодняшним поединком. Сын лорда разговаривал с ним даже более бесцеремонно, чем сам граф, но командора это сейчас мало заботило. Он лишь молился, чтобы всё закончилось без лишнего шума.
Разумеется, Элк подстраховался и заранее предупредил Питера: если молодой господин сегодня серьёзно пострадает, рыцарю несдобровать. К счастью, дуэль на боевых мечах отменили, так что отрубленные конечности или смерть от потери крови им не грозили.
Тем не менее рыцари, овладевшие маной, обладали поистине сверхчеловеческой силой. Даже во время обычной тренировки, не говоря уже о дуэли, из-за плохого контроля силы или слабой защиты противника можно было запросто сделать его калекой, проломив череп.
Питер, лучший боец ордена, против Лока, зелёного юнца — при одной мысли об этом становилось не по себе. Молодого господина ждал сокрушительный позор, но Элк велел Питеру обойтись без тяжёлых травм, и оставалось лишь надеяться, что тот выполнит приказ.
«Сегодня мне может немного достаться».
Каким бы непревзойдённым мастером меча он ни был в прошлой жизни, его нынешнее тело оставалось слабым, а ману, эту особую силу, приходилось развивать с самого нуля.
Победа казалась маловероятной? Лок и не рассчитывал на лёгкий триумф — он лишь хотел избежать позорного разгрома. Сейчас ему нужно было просто показать, насколько он изменился. Когда дело касалось его собственной безопасности, Лок никогда не искал лёгких путей и не готовил путей к отступлению.
Будь он из тех, кто всегда перестраховывается, он бы не участвовал в смертельно опасных рейдах втрое чаще остальных. Он привык бросаться прямо в пекло, а о выходе думать уже по ходу дела.
«Надо же, действительно пришёл».
Мало того что этот слабак посмел вызвать его, так ещё и не подумал сбежать. Питеру перемены в молодом господине казались любопытными, но сейчас тот был для него лишь соперником, которого нужно втоптать в грязь.
Не обижайся на меня. Мне нужно сохранить своё место в ордене.
Питер, если ты не докажешь мне свою полезность, будущего у тебя здесь нет.
Эх…
Придётся терпеть, даже если это унизительно. Питер попытался взять себя в руки и успокоиться.
Начали!
Вассалы и слуги обступили площадку. Празднование вчерашнего возвращения лорда плавно перетекло в сегодняшнее зрелище. При крике Элка Карен крепко сжала руку Филипа, беззвучно молясь, чтобы её сын не пострадал.
Ха-а-а!
Питер решил закончить всё одним махом. Он намеревался продемонстрировать подавляющее превосходство в силе и заставить соперника сдаться. Так он и себя покажет с лучшей стороны, и не покалечит молодого господина, который тут же подожмёт хвост.
Рыцарь стремительно сократил дистанцию и нанёс размашистый удар сверху вниз, метя в голову. Такую атаку было легко заблокировать, но сокрушительная мощь удара должна была напугать юношу. В худшем случае тот просто выронит оружие, и на этом всё закончится.
А если молодой господин замешкается и пропустит удар? Что ж, любой дурак поймёт, что виноват сам защищающийся.
«Я и так поддаюсь, так что изволь защищаться нормально».
Лязг!
«Что за?..»
Что-то пошло не так.
Лок плавно сместился в сторону и встречным движением снизу вверх легко парировал выпад Питера. Это не была судорожная попытка защититься — его манёвр изначально предполагал мгновенную контратаку.
Удар пришёл в пустоту, а инерция широкого замаха потянула Питера вперёд, нарушая его равновесие. Центр тяжести рыцаря сместился вверх.
Бах!
А-а-ах!
Мощный пинок Лока пришёлся прямо в живот Питера. Рыцарь с криком отлетел назад и с трудом удержался на одном колене, едва не рухнув на землю.
Кха… кха…
Боль была невыносимой. Получал ли он когда-нибудь подобные удары? Живот скрутило так, что хотелось просто растянуться на земле и не двигаться.
Эй.
Вы что творите?
…Что?
Хоть удар Питера и казался мощным, Лок сразу понял, что тот бил вполсилы, рассчитывая на его защиту. От опытного взгляда Охотника это не могло укрыться.
Вот оно как.
Лок перевёл взгляд с Питера на Элка, руководившего поединком. Внутри него закипала глухая, яростная злость. И рыцарь, и командор невольно поёжились, ощутив исходящую от юноши жуткую жажду убийства.
Вы решили посмеяться надо мной?
У него не было времени размышлять о том, как его слабое тело так легко справилось с атакой опытного рыцаря. Лока переполнял лишь гнев на этих двоих, посмевших испортить сцену, которую он так тщательно готовил.