Том 1 · Глава 10. 2
К счастью, позади него была кровать, которая не дала ему упасть. Да даже если бы он упал на пол, ему было всё равно.
Шуэль на некоторое время задержал дыхание, потом икнул и поднял голову.
Я остолбенела, увидев явную неприязнь на его лице.
Не... Не оставляй меня в тёмных местах.
Несмотря на то, что голос его был полон слёз, это были первые решительные слова, вырвавшиеся из уст мягкого ребёнка.
Я не понимала, заплачет ли он сейчас, но кивнула в ответ на его слова.
Правда?
Да.
Точно?
...
Шуэль снова и снова спрашивал меня, словно мой ответ никак не мог его успокоить. И только после пятого раза он успокоился, и его лицо разгладилось.
А следом и я немного успокоилась. Глаза Шуэля закатились, и он опрокинулся назад, словно кукла.
!..
Меня будто кипятком обдало, я подскочила к ребёнку.
Обморок?
Хотя обморок даже лучше.
А если он снова не сможет дышать?
В голове стало пусто, я не знала с чего начать.
Первым делом я подставила палец к его носу – пальца коснулось росное и тёплое дыхание.
Он тихо посапывал.
Кажется, всё-таки спит...
Я забыла о всех своих недавних переживаниях и смотрела на спящего ребёнка, меня переполняли чувства.
Маленький негодник, я думала, у меня сердце остановится.
В отличие от моего раскрасневшегося и запыхавшегося лица, лицо Шуэля было мирным, будто он поплакал и оттого слегка побледнел.
Я вздохнула, глядя на покрасневшие нос и глаза спящего Шуэля.
Хорошо, что всё закончилось, но тем временем наступило время обеда.
Даже если я прямо сейчас подготовлюсь и выйду, время уже упущено.
К тому же мне где-то нужно теперь спрятать мальчика.
И я снова будто упёрлась в стену.
Есть ли такое место, где его можно спрятать и чтобы там было не темно?
Стенной шкаф отпадает, под кровать тоже нельзя. Ванная? Её будут убирать горничные – тоже нельзя.
Что же мне делать?
Я растерянно смотрела на спящего Шуэля.
Его лицо было мирным и расслабленным.
Арвен, ты опоздала.
Это всё, что сказала мне мать, когда я вошла в столовую.
Перед моим отцом она не высказывала даже тени презрения, которым она меня постоянно награждает.
Потому что мой отец более всего ненавидел нарушение приличий, хотя сам был воплощением неприличности.
Я стояла перед ним, боясь перевести дыхание. Чтобы хоть немного сократить время опоздания, я бежала, подхватив подол и запыхалась.
Я до последнего момента думала, куда же спрятать Шуэля и в конце концов спрятала его среди кукол.
Я оставила его среди самых мягких кукол и, выбегая из комнаты, крикнула горничным, чтобы не смели трогать моих кукол.
Дорогие, украшенные атласом и драгоценными камнями куклы были роскошью.
Родители купили кукол, чтобы показать, как они прекрасно заботятся о ребёнке, но запретили мне играть с ними, поскольку я могу испачкать их грязными руками.
Я бы и так не стала трогать такие дорогие игрушки, и всё же на всякий случай добавила себе образ жадной аристократки, которая бережет драгоценности пуще собственной жизни.
Простите за опоздание, отец, матушка и...
Я чуть запнулась на этом слове и подняла взгляд.
Я надеялась, что справа от самого почётного места отца никого не будет, но надежда умерла – там сидел хозяин этого места.
Но я, скрыв все чувства, широко улыбнулась.
Старший брат!
При моём радостном приветствии, брат высокомерно вздёрнул нос.
Он никогда не был доволен своей сестрой, которая младше него на три года. И постоянно упрекал меня в глупости.
Болван.
Я подумала так и ещё шире улыбнулась. Встретившись взглядом с отцом, я заняла место возле матери, которая сидела напротив отца.
Даже в столь знаменательный день мой обед был обычный.
Кусок хлеба чуть меньше моей ладони, мясо тушёное с овощами и несколько кусочков фруктов.
Всякий раз, когда я видела эту еду, которой было крайне мало, я ободряюще думала, как хорошо, что у меня большие глаза.
Мне по крайней мере не нужно закапывать белладонну, чтобы расширить зрачок.
Джеф, как тебе этот семестр? Отчего ты так рано вернулся? Порадовал, конечно, матушку!
Я услышала сладкоречивый голос матери.
Мне не было интересно, но я вслед за ней вскинула блестящие глаза на своего брата.
Он раздражённо махнул рукой, разрезая стейк, который заметно отличался от еды в моей тарелке.
Ну, я сдал экзамен и каникулы наступили чуть раньше.
Я чуть не расхохоталась от этих слов, когда жевала свой салат.
Не знаю насчёт ранних экзаменов, но уже точно каникулы не могут начаться раньше. Он совсем тупой?
Вот оно как! Это наш сынок! Лучший!
Моя мать лучезарно улыбнулась и кивнула в ответ на его нелепую историю. Я проглотила усмешку и улыбнулась подобно матери.
Джефри не любил учёбу до скрипа зубов.
Из-за своей непомерной самоуверенности и характера он бросил школу не задумываясь. Но с Академией так не получится.
Он понимает своей глупой головой, что стоит ему так сделать и его мамочка с папочкой, что так возятся с ним, тут же изменят своё отношение.
Однако, если он не бросил школу...
Что же заставило его так рано вернуться?