Том 2 · Глава 8. Столь далёкая теперь мечта (А) [побратимы]

Магия транспортировки не настолько удобна, как может показаться на первый взгляд. Два удалённых друг от друга места соединяются магическим каналом с помощью особого ритуала, открывая нечто вроде межпространственного туннеля, через который перемещаются грузы. Таким образом можно во много раз ускорить процесс перемещения людей и грузов туда, куда обычными средствами пришлось бы добираться месяцами. Ну, само по себе это и правда звучит просто как мечта. Пик технологического прогресса человечества.

Но, разумеется, в реальности ничего не даётся просто так. Место проведения ритуала зависит от положения солнца и луны. Чтобы ритуал возымел эффект, участвующие в нём маги должны выкладываться в полную силу, а сам процесс переноса крайне опасен для живых существ. В общем, за фасадом этой прекрасной мечты прячется неприглядная, жестокая действительность.

Из-за этого лишь некоторым категориям жителей этих земель приходится пользоваться удобством магии транспортировки. Это посланники, несущие крайне важные и срочные сообщения, лучшие из лучших героев, способные переломить ход целой битвы и искатели приключений.

Окраины Округа Тифуана, заброшенная избушка в горах , неподалёку от границы территорий Империи.

—Мы же вроде договорились встретиться в полдень?!

В избушке собрались трое. Виллем устало осмотрел комнату, однако сколько бы он не озирался, внутри, включая него, по-прежнему всего трое. Подсчёт по головам показал недостачу ещё четверых.

—Остальные опаздывают, что ли? Лентяи...

—Эй-эй-эй, погоди-ка. Кто бы говорил! Ты сам-то заявился лишь на закате!

—Ну, если вы двое не разболтаете, остальные и не узнают.

—И с чего бы это вдруг нам прикрывать тебя, а?! Это не изменит реальности, и что самое главное, нам совершенно незачем это делать!

—Ладно, ладно, я понял, не кричи так, Соувон . Меня забросили с другого конца континента, голова до сих пор болит.

—И кто в этом виноват, по-твоему, а?! — снова выкрикнул молодой чародей, и обессиленно выдохнул.

Его непослушные пушистые светлые волосы и голубые глаза, а также вполне приятное лицо и стройная фигура наверняка могли бы обеспечить ему популярность у противоположного пола, но, в общем, неважно когда и где, он постоянно носил свой великоватый белоснежно-белый плащ. Полы плаща постоянно волочились по земле за его спиной, и, как бы то ни было, результат был жалок более чем в одном смысле.

—С тобой вечно всё так. Никто другой не обладает таким даром выводить меня из себя как ты, Мечник Чёрного Агата.

—Сколько раз просил: хватит называть меня этим прозвищем.

—Опять эти твои глупости. Оно так круто звучит, что тебя не устраивает? Ну, впрочем, и близко не так круто, как моё — "Чародей Полярной Звезды". Но я просто-напросто намного лучше тебя, так что это неизбежно.

—Так, по-моему, тебе пора заткнуться. Моя головная боль начинает усиливаться, и магическая транспортировка тут, кажется, уже ни при чём.

—Эй, ты на что намекаешь?!

Соувон продолжал возмущаться, но Виллем, больше не обращая на него внимания, обернулся к третьему присутствующему в комнате человеку. Точнее, к третьей.

—Значит, пришла всё-таки, а? Лилия.

—Хм? Фы фо фём(ты о чем)? — девушка, не прекращая жевать бисквит, подняла глаза от книги и промычала что-то неразборчивое. Её волосы цвета обожжённого кирпича слегка колыхнулись.

—Я же говорил, что можно просто сбежать, помнишь?

—А, офяфь пфо эфо (опять про это), — дожевав последний кусок, она продолжила: — Но другого выхода ведь нет... Если не я, то кто?

—Я.

—Снова ты за своё. Ты же знаешь, тебе это не под силу.

Виллем замолчал. Ответить на эту простую, неприукрашенную истину ему было нечем.

—Ну прости уж, что иду в бой как ни в чём не бывало. Просто, ну ты знаешь, я же юное дарование, несравненный талант, — саркастично проговорила Лилия и хихикнула.

Виллем, не находя слов, но всё же чувствуя себя уязвлённым, простонал.

—Как всегда, ты...

—"Ты"? Пусть моя страна и разрушена, но я всё же королевской крови, забыл? Изволь проявить уважение.

—Ладно, ладно. Как всегда, Ваше Высочество не устаёт поражать меня своим насквозь прогнившим характером.

—А, ну, может, это просто гниль от тебя перекинулась на меня? Видимо, правду говорят: друзей нужно выбирать с осторожностью.

—О, вот как? Что ж, в таком случае этого тебе не нужно, — сказал Виллем, вынув из кармана пакет с печеньем и помахивая им перед лицом Лилии. — Алмария заставила меня взять это, сказав разделить со всеми, но делиться с теми, кто мне не друг, я не обязан.

—Печенье Алли?! — Лилия прыгнула вперёд. — Мы же друзья — не разлей вода, правда, Виллем?!

—Начиная с характера и заканчивая практически всем остальным, похвалить в тебе совершенно нечего, но мне остаётся лишь восхищаться тем, как быстро ты меняешь своё поведение.

—Раз ты так восхищаешься мной, то, может, отдашь мне эту свою Дочь, а, Отец?

—Не позволю какому-то проходимцу-Герою забрать моего ребёнка.

—Хмф, ну, ничего не поделаешь.

И Лилия выхватила пакет из рук Виллема, высыпав всё печенье в коробку.

—Это для всех, оставь что-нибудь Эми и остальным.

—Знаю, знаю, — отозвалась Лилия и принялась набивать рот печеньем. Долей секунды спустя Соувон, завопив: "Нечестно!", последовал её примеру.

—Вы двое... — их обычная дружеская перепалка. — ...И всё же...

—Хм?

—Почему ты сражаешься, Лилия?

—Снова этот вопрос? Это не имеет значения, так ведь? Люди выходят на бой, не имея на то особенных причин, и, обладая умениями и навыками, достойно сражаются. По-моему, большего и не надо.

—Ну, если ты и правда так считаешь, то, конечно, этого достаточно. Я не согласен с этим рассуждением, но могу его принять. Но судя по тому, как ты это говоришь...

—Кажется, что я вру? В чём же?

Если бы Виллем знал ответ, то и в вопросе бы не было нужды.

—Вот видишь? — с самодовольным выражением лица сказала Лилия, видя, что он не в силах ответить. — Всё, что нужно делать тебе, так это молча следовать за мной. Ну и можешь заниматься техобслуживанием Сеньориса, и тот твой массаж бывает очень полезен. Твоё существование всё равно не стоит почти ничего сверх этого, так что не задирай нос и занимайся тем, что тебе действительно под силу, — она ухмыльнулась, закончив свою речь.

Виллем не смог ничего ей возразить, хотя сказать хотел многое. Например, что вечно ухмыляющееся лицо Лилии выглядит так, словно она вот-вот заплачет – но он не знал, почему, так что не мог указать ей на это. Неважно, сколько бы времени они не проводили вместе, сражаясь плечом к плечу или валяя дурака как только что, ему никогда не удавалось понять, о чём она думает.

—И всё же...

—Хм? Что ещё?

—Всё-таки ты и правда не слишком-то мне нравишься.

—А, — Лилия расплылась в широкой улыбке, — я знаю! — воскликнула она со странной гордостью в голосе.

Виллему так и не представилось шанса узнать, о чём тогда думала Лилия или что она скрывала.