Глава 25. Темный маг — (3)
Как приручить мерзкую Святую · Том 1 · 0% · ещё ~8 мин

Том 1 · Глава 25. Темный маг — (3)

Сперва я подумал, что у меня галлюцинации.

Но даже когда я зажмурился и снова открыл глаза, передо мной, без сомнения, стояла Святая Офелия.

В голове вспыхнул рой вопросов.

Я осторожно позвал ее по имени:

...Офелия?

∗Шмыг∗.

«Какого черта она здесь делает?..»

Я был совершенно сбит с толку. Почему девушка, которой полагалось находиться в Священной Столице, оказалась в этой глуши?

Не успел я озвучить этот вопрос, как Офелия с размаху врезала мне кулаком прямо в кадык. За годы фехтования ее удары стали куда свирепее.

У меня перехватило дыхание.

Кхгх!..

Умри, ублюдок! Умри! Просто сдохни!

Продолжая осыпать меня проклятиями, она нанесла еще несколько ударов, а затем внезапно низко опустила голову.

Прозрачная слеза упала на ее колено.

Это показалось мне странным.

Офелия, почему ты плачешь?

Я... не плачу!

Больно-то мне. Почему плачешь ты?

Хотя я и говорил с сарказмом, Офелия ничего не ответила.

Может быть, из-за меня...

Вовсе нет, идиот!

Бам! Она снова ввалила мне по кадыку.

Когда девушка наконец подняла голову, ее лицо пылало не хуже редиски. Сжав кулак и стиснув зубы, она пригрозила свернуть мне шею, если я скажу хоть слово.

Стоило мне замолчать, как Офелия заговорила гнусавым от слез голосом:

Мне просто... песок в глаз попал.

Песок? Мы в лесу, не убедительнее ли было соврать про пыльцу?

...Ты правда хочешь умереть?

Я и так чуть не отдал концы. Теперь не жалко.

Хотя я пошутил, глаза Офелии задрожали.

Если ты... еще хоть раз так пошутишь, я сама тебя убью.

Тогда я, должно быть, уже сотни раз сгинул от твоих рук.

В таком случае я освою некромантию и поднятию тебя зомби! Ты... обязан исполнить Гейс! Ты для меня залог!

Подобные речи явно не подобали Святой, но я ни на секунду не сомневался, что Офелия способна и не на такое.

Усмехнувшись, я пожал плечами:

Понимаю. Я попал в лапы к жуткому человеку.

Вот именно. Тебе крышка.

Офелия хищно ухмыльнулась.

Я медленно положил руку ей на голову.

В отличие от прошлых раз, Офелия не стала ее сбрасывать. Лишь шмыгнула носом.

Как долго я был без чувств?

Десять дней. Честно говоря, я уже думала, ты кончился. Даже Юред не сумел поставить диагноз. Этот сумасшедший ублюдок сегодня опять ушел молиться о твоем исцелении.

Угх...

Десять дней... Дольше, чем я рассчитывал.

Впрочем, приняв на себя такой взрыв, глупо было надеяться на скорое восстановление. К счастью, я успел окутать тело маной и сгладить удар, иначе давно бы отправился к праотцам. Но и без священной магии Офелии я бы вряд ли выкарабкался.

Похоже, в момент спасения я висел на волоске от гибели. Это отчасти объясняло ее слезы.

Кстати... что с тем эльфом, который был со мной? Он не должен был сильно пострадать.

С тем странным типом? Он даже достал для тебя исцеляющий эликсир. Я щедро отсыпала ему денег и отослала. Раз уж он вытащил тебя из пещеры, то заслужил награду.

В глубине души я проникся уважением к Вузменду.

А он оказался верным товарищем.

А что насчет Темных эльфов?

Едва узнав, кто перед ними, они сразу пошли на попятную. Это жилище тоже их рук дело.

«Что ж, как бы сильно они ни презирали людей, поднять руку на Святую не осмелятся», — подумал я.

Значит, мы в Нуа Диль. Слишком далеко для Святой из Священной Столицы.

Как ты вообще очутилась в этой глуши?

Пошла за тобой, естественно. Юред вел меня.

И как тебе удалось уломать Юреда?

Оправдала все истреблением еретиков.

А что сказала в Священной Столице?

Ничего.

Его Святейшество Папа в курсе?

Знай он, меня бы не выпустили.

Разумно.

Значит, побег. Она оказалась почти в том же положении, что и я — стала дезертиром.

Вернись она в Священную Столицу, ее ждал бы суровый трибунал. Впрочем, если Юред приведет убедительные оправдания, все может и обойтись.

Наверное.

Итак, — подала голос Офелия. — Как ты себя чувствуешь?

Все в порядке. Благодаря твоей священной магии.

Хм-хм!

Едва сдерживая довольную ухмылку, Офелия прочистила горло. Я поднял перебинтованную руку. Хотя суставы норовили застрять после долгого покоя, а боль разливалась по телу, жить было можно.

В бытность наемником мне доводилось схватывать раны и пострашнее.

Твоя месть... окончена? — осторожно спросила Офелия.

Месть, значит? Оуэн твердил о том же, так что оба они заблуждались.

Впрочем, я не стал их переубеждать.

В конце концов, я действительно явился сюда, чтобы карать убийцу Героя.

...Окончена.

Проблема заключалась в другом: последние слова того ублюдка оказались слишком шокирующими.

Переселенцы были призваны Владыкой Демонов.

Клейменные, словно марионетки, они тайком прокладывали путь к победе воинства Владыки Демонов.

Тогда кто, черт возьми, я такой?

Я — переселенец. Это несомненно. Мои воспоминания о Земле врать не станут.

Но почему тогда я не служу армии Владыки Демонов и почему на мне нет клейма?

«...»

Мои мозги были не в том состоянии, чтобы переваривать это сейчас. Голова шла кругом.

Разберусь позже. Сейчас нужно было разобраться с текущими делами.

А теперь ответь мне, — внезапно заговорила Офелия, пырясь на меня с глубокой обидой.

О чем ты?

Ты мой рыцарь. Ты дал Гейс, поклявшись отдать за меня жизнь! Так или нет?!

Так.

И ты, мой защитник, сбежал от меня ради какой-то вшивой мести?! Ты совсем из ума выжил?..

Ее плечи мелко дрожали. Я подумал, что она взбешена до предела.

Но я ошибался. Офелия с силой трахнула кулаком по кровати и возопила:

Скажи ты мне раньше, я бы помогла! Как бы паршиво я к тебе ни относилась, я не настолько черствая дрянь, чтобы отказать в мести!

...

Я бы снарядила с тобой Юреда, а потребовались бы священные рыцари — выбила бы и их! И... и Д-Дик... Дик...

Диктус.

Вот именно! В общем, я бы и этого Дик-как-бишь-его отправила с тобой! А ты вместо этого испарился, гаркнув, что справишься сам, и приволокся назад полутрупом?! Ты правда законченный идиот?!

Хм.

Ты не имеешь права звать меня стервой! Ты... ты сам редчайший ублюдок...

Эмоции захлестнули ее через край, и Офелия вновь уткнулась носом в колени.

Моя рука соскользнула с ее головы.

Я тихо опустил взгляд:

Прости.

Мало!

Мне искренне жаль. Я недооценил великодушие Офелии и поступил опрометчиво.

Еще!

Э-э... спасибо?

Вот именно!

Значит, ей требовалась благодарность, а не извинения. Офелия аж горделиво курносик задрала.

Усмехнувшись, я попытался встать. Девушка вздрогнула и кинулась меня удерживать, но я проигнорировал ее попытки.

Спустив ноги с койки, я выпрямил спину. По позвоночнику прокатилась колючая волна боли.

Эй, эй! Полежи еще! В таком состоянии ты только загнешься!

Если я проваляюсь тут еще дольше, то с содроганием боюсь думать, чем нам аукнется возвращение в Священную Столицу.

К тому же строить планы на будущее куда сподручнее в Священной Столице, где я пробыл больше трех лет, нежели ютиться в хмурой чащобе.

«Переселение. Владыка Демонов. Клеймо. Раб», — хаотичный вихрь терминов кружился в голове.

Нахмурившись, я стал сматывать бинты со своего тела.

И-иик!

Раздался неожиданный пронзительный визг.

На секунду я решил, что где-то заверещала чужая девица. Но сколько бы я ни оглядывался, в хижине мы находились одни.

Офелия судорожно закрывала лицо ладонями. Впрочем, сквозь щели между пальцами откровенно блестели зеленые глазища.

...Офелия, этот писк издала ты?

...У-гу.

Что ж... отнесусь с уважением. Всякое бывает.

Покраснев до кончиков ушей, Офелия от всей души пнула меня по голени:

Заткнись! Ты сам тут ненормальный — раздеваться перед невинной девушкой! Ты кто, бесстыдник? Извращенец?! Быстро оденься!

Так у меня одежды нет.

Я принесу что-нибудь, просто надень...

Офелия осеклась на полуслове.

Она ошеломленно уставилась на меня. Точнее, на мою руку, с которой я только что сдернул бинты.

Что такое?.. — спросил я и проследил за ее взглядом.

«...»

Я невольно онемел.

На тыльной стороне моей обнаженной кисти, скрывавшейся до этого под бинтами, красовался отчетливый выжженный след в виде перевернутого меча.

Эй... — выдохнула побледневшая Офелия. — Это ведь...

Я знал.

И не только я. Пожалуй, большая часть обитателей континента признала бы этот знак.

Ведь это было самое известное Клеймо в этом мире.

...Клеймо Героя, — пробормотала Офелия.

Я лишь тяжело сглотнул.