Том 4 · Глава 48. Пролог
Однажды осенним днём, возвращаясь домой из школы.
С пустыми глазами Химеко шла по просёлочной дороге.
«Ах, Химеко-тян. Слышала, что с твоей мамой всё хорошо!»
«Но какое-то время ты останешься одна с братиком. Если будут какие-то сложности, говори».
«...»
Ей выражали беспокойство за мать, которую увезли в больницу, но она никак не реагировала.
Химеко лишь отводила глаза и продолжала идти. С её лица пропали все эмоции.
Этот маленький мир внезапно отобрал у неё нечто важное и куда-то спрятал.
Маму. И Харуки.
Потому она решила не смотреть. Она не хотела больше слышать неприятных вещей, ей казалось, что если сказать, у неё отнимут ещё что-то, потому она вместе с ушами и ртом закрыла ещё и сердце, ведь если ничего не желаешь, то и больно не будет.
Она посмотрела на небо.
Окружённая горами и зеленью со всех сторон, перед ней оказалась огромная дыра, по которой плыли облака.
Она протянула руку к небу.
Но она ничего не смогла схватить.
Куда направляются эти облака?
Куда-то за горы, подальше от Тсукиносе?
Она подумала, что если последовать за облаками, то Химеко попадёт в другой мир, где мама и Харуки.
Она продолжала идти, смотря в небо, за манящими её облаками.
Неуверенно.
Неспешно.
«О-осторожно!»
«?..»
Тут её нерешительно дёрнули за руку.
Обернувшись, она увидела знакомое лицо девочки, которая была её возраста. Она выглядела озадаченно.
Почему эта девочка схватила её за руку?
Она не знала. Химеко просто молча отдёрнула руку и снова пошла за облаками.
«А... Стой, подожди».
«...»
Неуверенно.
Неспешно.
Перейдя через незнакомый мост, раскинувшийся над большой рекой, она шла мимо незнакомых зданий.
А облака всё так же плыли по небу.
А две девочки по земле гнались за облаками.
«... М».
«Т-ты в порядке?!»
Споткнувшись, Химеко упала.
Она ободрала колени, и было больно.
Следовавшая за ней девочка подошла, чтобы помочь, но Химеко лишь смотрела на то, как убегают пушистые облака.
«С-смотри, автобусная остановка! Сядем на скамейку?»
Девочка повела её к скамейке, а наблюдавшая, как облака скрываются за горами, Химеко чувствовала себя бессильной.
«...»
«... М».
Она просто склонила голову и ничего не делала.
Солнце на западе начало окрашивать всё в алый, и на лицо Химеко легла тень.
Прозвучал гудок. А чуть погодя открылась дверь.
Химеко подняла голову и увидела озадаченное лицо водителя автобуса.
«Малышки, вы едете?»
Она не знала, куда едет автобус.
Суда по направляю, туда же, куда скрылись облака.
Вместо ответа, Химеко встала...
«Нет!»
«... М?!»
Прозвучали слова, и её крепко схватили за руку.
«... Хм, возвращайтесь скорее домой»,
Химеко была озадачена.
Она не понимала, почему?
Недовольная, она обернулась, и её глаза широко открылись.
«Если ты уйдёшь, будет одиноко! И грустно! И брату, и мне... У, ува-а-а-а-а!»
«... А».
Её голос дрожал, пока она со слезами в глазах говорила, и слова попали прямо в сердце Химеко.
Она всегда была той, кого оставляли.
Потому Химеко как никто понимала боль тех, кого оставили.
Видя, как девочка плачет, она представила себя.
Эти слёзы послужили катализатором, и чувства, которые Химеко держала в себе, вырвались наружу со слезами.
«Ува-а-а-а-а-а-а!»
«Ва-а-а-а-а-а-а-а!»
Две девочки плакали, держась за руки, пока у них не пересохло в горле.
Горы на западе залило алым.
Химеко, держа девочку за руку, возвращалась в деревню.
Немного неловко она произнесла.
«... Это, я Химеко. Кирисима Химеко».
«А... А, я Саки. Мурао Саки».
«Саки-тян, спасибо за сегодня. И, это, полагаюсь на тебя впредь...»
«М! Э, э-хе-хе, ага! И я на тебя, Химе-тян!»
Две тени раскачивались.
Тут впереди появился грузовичок.
За рулём сидел Ген-сан, а из кузова махал брат.
«Малыш Кирисима, вон малышка Кирисима!»
«Химеко, эй, Химеко!»
«... А».
Химеко вздрогнула. Она вспомнила, как себя вела.
Даже когда к ней обращались, она не отвечала, точно заперлась в раковине.
Переживавший за неё брат проявил большую заботу, чем обычно.
Вот и сегодня по пути домой он рассказывал, что приготовит гамбургер с овощами и грибами, которыми их угостили соседи.
Лицо Химеко исказилось от тревоги.
А брат с беспокойством выпрыгнул из машины и подбежал.
«Химеко, ты где была... Ты поранилась! Всё хорошо?!»
Она сжала края юбки.
Пока брат что-то говорил, она думала, какое выражение натянуть на лицо.
Но стоявшая рядом Саки мягко улыбнулась и мягко подтолкнула её.
«... М»
Перед ней было усталое лицо брата.
Должно быть он отчаянно искал её повсюду.
Она пыталась подобрать слова в ответ на его чувства.
«... Братик».
Только это она и смогла выдавить[∗].
Тут момент. Везде по тексту она называет его «онии», а тут впервые указание на «онии-тян». Обычно она звала его «онии-тян», а тут выдавила только «онии». Как-то обыгрывать это просто нет никаких сил. Считайте, что она братусичку до братика сократила.
Но когда услышал это, он улыбнулся.
«С возвращением! Пошли домой, Химеко».
«... Ага».
Она взяла протянутую руку.
Дедушка Ген рассмеялся.
Думая, что сейчас будут издеваться, он покраснел до ушей, а она следовала за ним.
Небо было алым.
Коленки ободраны.
Одна рука держала другую.
А облака постоянно проплывали мимо.
В этот день.
Под всё тем же осенним небом.
Химеко и Саки стали лучшими подругами, а брат превратился в братика.