Том 5 · Глава 853. Так похожи, но всё же так различны [2]

Солнце стояло высоко в небе, озаряя всё сущее внизу, когда жуткий, зловещий треск расколол небесный свод.

Кр… Треск!

Всё началось с тонкой, как волос, трещины, но она стремительно разрасталась, разрывая саму ткань реальности и излучая жуткое, потустороннее свечение.

Вздохи трепета и ужаса эхом пронеслись по всей земле: разлом расширялся, и по планете волной прокатилась сокрушительная, леденящая душу энергия.

—Что происходит?..

—Ч-что-то приближается?!

Битвы, кипевшие внизу, мгновенно затихли. Каждые глаза устремились вверх в предельном нервном напряжении и страхе.

Из самых глубин разлома выступила внушительная фигура, ступившая на Землю с аурой абсолютного, непререкаемого величия.

Появившись в небесах, Джезебет излучал ауру чистейшей тьмы. Его глаза горели злобным ало-красным огнём, пронзающим мир подобно раскалённым углям.

Его кожа была пепельно-серой, испещрённой зловещими рунами, пульсирующими демонической энергией. Острые, угловатые черты лица исказила лёгкая улыбка, источавшая безграничную уверенность.

Его рваный плащ, казалось, состоял из самих теней: он развевался, кружился и извивался, словно живой. Доспехи представляли собой жуть жуткую – слияние металла и ядер, блекло блестевших зловещим светом.

Каждый его шаг отзывался дрожью по всей округе, заставляя саму землю содрагаться в страхе.

Полностью выйдя из небесной трещины, Джезебет свысока оглядел земли под собой.

Он возвращался на Землю уже во второй раз. И когда он думал, что окончательно положил всему конец, всё приняло неожиданный оборот, и его вышвырнуло прочь.

Возможно, чтобы выиграть время, а возможно, ради чего-то ещё… Для Джезебета это больше не имело значения.

И всё же: зачем «он» решил вытащить его наружу, прекрасно зная, что их столкновение способно уничтожить всю планету?

—Хм… Надеюсь, я не слишком опоздал.

Присутствие Джезебета было осязаемым: он излучал настолько подавляющую силу и тьму, что сам воздух вокруг казался удушающим.

Окружающая флора вяла и умирала под его стопами, а температура резко упала, оставляя в воздухе лютый мороз.

Появление Джезебета отозвалось шоковыми волнами по всей планете, посеяв среди членов альянса первобытный ужас и панику.

—Ха… ха… он… он здесь…

—А… И к-как нам вообще победить такое?..

Некоторые падали на колени, не в силах вынести тяжесть его присутствия. Другие с трудом пытались сплотиться, пусть их решимость и дрожала, как пламя на ветру.

Небеса окрасились в кроваво-красный цвет, а земля без конца содрогалась.

И пока взгляды всех были прикованы к Королю Демонов, одна пара сероватых глаз точно так же поднялась к небу.

Они принадлежали Рену, который сейчас лежал на островке зелёной травы, совершенно не способный шевельнуться. Из уголка его рта струилась кровь, а тело время от времени сотрясала крупная дрожь.

—Время вышло…

Пробормотал он едва слышно.

Он сделал всё возможное, чтобы отсрочить неизбежное.

Всматриваясь в силуэт Джезебета, он увидел, как тот повернул голову, и их взгляды пересеклись.

Джезебет улыбнулся. И хотя Рен не мог видеть отчётливо, ему показалось, что тот беззвучно произнёс губами: «Я вижу тебя».

Сделав глубокий вдох, Рен почувствовал, как его грудь высоко поднялась, а глаза медленно сомкнулись.

Когда он снова их открыл, весь мир вокруг изменился.

Он больше не лежал на траве. Напротив, он стоял в пустынном мире под безоблачным синим небом, а белый гладкий пол под ногами отражал его собственный силуэт, словно зеркало.

Подняв голову, он обнаружил перед собой стоящую фигуру.

—Ты ведь всё это спланировал, верно?

Перед ним стоял тот, с кем он был знаком слишком хорошо. Он выглядел разительно похожим на него, если не считать глаз и волос другого цвета.

—Снова… и снова ты проворачиваешь подобного рода трюки, будто всё это для тебя — какая-то глупая игра.

В его голосе звучала отчётливая эмоция. Закрыв глаза, Рен просто позволил ему высказаться. Что бы тот ни говорил, в его словах была доля правды.

—Если хочешь выпустить пар — выпускай. Но сразу предупреждаю: времени у нас в обрез.

—Ты просто…

Открыв глаза, Рен увидел, как его двойник покачал головой. Тот выглядел так, словно хотел сказать невероятно много вещей. Но заставил себя сдержаться.

—Я удовлетворю твоё любопытство. — произнёс Рен, сфокусировав взгляд на своём альтер-эго: — Да… Я действительно знал обо всём, что должно было произойти. Да, я намеренно отправил тебя сначала к Столпу Зависти. Да, я знал, что Смоллснейк жив, и специально направил его к Столпу Похоти, и да… Я знал, что наш отец погибнет…

Сделав паузу, он добавил:

—И я сделал всё, чтобы эта последняя часть точно случилась.

После его слов воцарилась гробовая тишина.

В его действиях прослеживался чёткий порядок. Было несложно предугадать, к какому из Столпов Рен отправится первым – к Столпу Зависти. Всё имело свою последовательность, и Рен знал, что его двойник пойдёт именно по ней.

Смерть… как бы печально это ни звучало… была сильнейшим мотивом, способным сломать человека и заставить его без оглядки идти к цели.

Беспокоиться о том, насколько сильно его действия навредят тем, кто находился внутри Столпов, и тратить время на то, чтобы придумывать способы кого-то убить – Рен не мог себе этого позволить.

Время играло решающую роль, и чтобы план сработал, кто-то должен был уйти.

Размышляя над этим, он пришёл к выводу, что самым подходящим выбором был не кто иной, как их отец.

Человек, чья смерть произведёт наибольший эффект.

Отправка Смоллснейка к последнему Столпу тоже не была случайностью. Он был его гарантом.

Гарантией того, что его альтер-эго никогда не станет таким, как он сам.

Всё было распланировано с самого начала, и сам факт того, что тот стоял перед ним, доказывал: план сработал.

—Полагаю, ты и сам понимаешь, почему я так поступил, верно?

Его слова еще какое-то время висели в воздухе, пока тишина продолжала властвовать над пространством.

—Ты…

—«Слишком эмоционален и мягок», да?

То, что его перебили на полуслове, оставило неприятный осадок у Рена, но он всё же кивнул:

—По крайней мере, ты осознаёшь это.

—Я всё понял.

На удивление, его альтер-эго, похоже, принял эти обстоятельства. Глядя на него, Рен видел в нём пугающее, глубокое спокойствие. Это было странно, но в то же время приятно видеть.

—Ты злишься?

—На что?

—На то, что я сделал.

Хотя Рен и не испытывал сожалений о содеянном, такое спокойствие казалось ему необычным. Но следующие слова двойника ошеломили его ещё сильнее:

—С чего бы мне злиться?

—Разве я не…

—Я уже тебя раскусил.

Рена снова перебили. Горький осадок усилился, но он вновь оставил это без внимания. Куда больше его заинтриговала сама фраза.

—Раскусил меня?

—Угу.

Кивнув, двойник Рена сделал несколько шагов в его сторону.

Так. Так.

В пустом пространстве раздавался лишь ритмичный стук его приближающихся шагов, пока он не остановился в паре метров.

—Наш отец ведь на самом деле не мёртв, верно? То чувство, которое я испытал перед отправкой остальных на Имморру… Когда моё сердце внезапно сжалось от тревоги? Это ведь были твои рук дело, да?

—А?

Внезапный вопрос выбил Рена из колеи, но не успел он и слова вымолвить, как его другая версия продолжить говорить:

—Глубоко внутри… Ты вовсе не так бесчуственен, каким пытаешься себя показать. Если подумать, в конечном счёте ты — это всё ещё я. А себя я знаю лучше, чем кто-либо другой. Особенно учитывая тот факт, что тебе с самого начала вовсе не обязательно было так поступать. Захоти ты — и смог бы одолеть Джезебета без моей помощи, и мне не пришлось бы делать всё то, что я сделал. Ты явно пытался к чему-то меня подготовить.

Ощутив прикосновение к своей груди, Рен опустил взгляд и увидел упёршийся в него палец.

—Ты никогда не терял эмоций… Они всегда были внутри тебя, ты просто запечатал их, чтобы приглушить ту боль, которую испытывал. Если бы ты действительно был настолько чёрств и бездушен, какими пытаешься казаться, зачем вообще устроил всё это? У тебя была возможность покончить с собой, но ты этого не сделал… Что-то заставило сработать то, что ты запечатал, и именно поэтому ты стал помогать. Всё, что ты сделал, было ради цели… Возможно, я не был готов к тому, что ты задумывал, и ты заставил меня поглотить все Законы, скрытые в семи главах, чтобы подготовить к твоему плану. Но зная себя слишком хорошо, я уверен: ты бы никогда не позволил моему… нет, нашему отцу умереть.

Впервые за очень долгое время Рен обнаружил, что абсолютно не знает, что ответить, и в конце концов опустил голову. Постепенно его губы изогнулись, и он покачал головой:

—Ты действительно…

—Действительно что? А? Не очень-то приятно, да?

—Не очень, — Рен качнул головой и едва не усмехнулся.

«Так вот что он чувствовал каждый раз, когда я видел его насквозь? Дерьмовое ощущение…»

Он наконец понял, каково это – быть прочитанным как открытая книга, и вынужден был признать: это ощущение ему очень не нравилось.

—Рад, что до тебя наконец дошло.

Чувствуя, как палец отстранился от его груди, Рен поднял голову и встретился взглядом со своим альтер-эго. Вглядываясь прямо в его глаза, он видел в них собственное отражение.

Они были так похожи, но так разительно отличались. Возможно, это и было истинным отражением того, кем они являлись. Два человека с одинаковой внешностью, но прошедшие совершенно разные пути.

Он… был результатом всего того, что могло пойти не так. А «он»… был результатом всего того, что сложилось правильно.

Так похожи, но всё же так различны.