Том 5 · Глава 854. Так похожи, но всё же так различны [3]

Щёлк…

—Ух… Я пиздец как устал.

Первое, что сделал Рен, вернувшись с работы, – рухнул на мягкий диван в своём доме.

Почувствовав, как тело погружается в подушки, он ощутил, как мышцы медленно расслабляются.

—Да… Вот так и должно быть.

Свет был выключен, и единственным источником освещения оставалась узкая полоска, пробивавшаяся сквозь щёлочку штор слева.

Вокруг царила тишина.

—Эй, братик.

Но эту тишину нарушил тихий детский голос.

На лице Рена появилась мягкая улыбка, когда он посмотрел на маленькую девочку.

—Что такое, Нола?

В её ручке был маленький мячик, который она протянула ему.

—Поиграем?

—Поиграем? В такое время?

Взглянув на часы, он увидел: 21:00. Было довольно поздно, но, заметив жалобный взгляд сестрёнки, он сдался.

—Ну… ладно.

Прихватив куртку, он вышел из дома вместе с Нолой.

Щёлк!

—Лови!

Двое играли в «брось-поймай». Когда один бросал, другой ловил. Самая простая игра.

Незримый ветерок обдувал пустой парк, где они находились, пока воздух наполнялся звонким детским смехом его сестры.

—Ха-ха-ха… Слишком сильно!

Они играли очень долго. Рен потерял счёт времени, полностью растворившись в этом мягком, счастливом хохоте.

—Лов… ой, блин!

Он случайно бросил мяч слишком сильно, и тот улетел за кусты.

—Прости, Нола! — быстро извинился он.

—Всё хорошо, братик!

Но, будучи настоящим маленьким ангелом, Нола лишь мило улыбнулась и побежала туда, куда упал мячик. Её силуэт скрылся за густыми кустами вдалеке.

Рен остался ждать на месте с тёплой улыбкой на лице.

Он ждал неизвестно сколько. Просто стоял там и улыбался, глядя на кусты.

Он не заметил, когда именно это произошло, но мяч внезапно оказался прямо у его ног. Нолы нигде не было видно.

Но он всё так же продолжал стоять… и ждать.

Стоять и отрешённо смотреть на мяч у своих ног.

—Рен! Рен!

И тут до него донеслись крики издалека.

Повернув голову, он увидел две знакомые фигуры.

—Мама, папа, вы тоже пришли поиграть?

—Поиграть?..

Глаза Саманты наполнились слезами, и Рональд положил руку ей на плечо:

—Ради всего святого, Рен! Прошло уже десять лет! Тебе нужно жить дальше! Ты не можешь просто продолжать каждый день после работы приходить сюда и пусто смотреть на этот мяч!

Слёзы градом катились из глаз Саманты, всё её тело дрожало. Глаза опухли и покраснели от боли.

—П-пожалуйста, пора двигаться дальше… Ради себя и ради всех нас… ты должен продолжать жить. Ты не можешь оставаться таким!

—Нет, но…

Тук…

Рен слабо пнул мяч перед собой.

—Вы поверите мне, если я скажу, что это она попросила меня прийти и поиграть с ней? Хотя… — он пожал плечами: — Откуда вам знать? Вы ведь умерли вместе с ней.

Когда он снова повернул голову, всё погрузилось в безмолвие, а фигуры родителей исчезли. Прежде чем он успел осознать это, он вновь остался абсолютно один в пустом парке.

«...»

Тук…

Он ещё раз пнул мяч, прежде чем развернуться и пойти к дому.

—Увидимся завтра.

Я всё ещё помню тот первый раз, когда осознал, что могу перемещаться во времени.

Сначала я был в восторге. Вспоминая лица моих родителей, умирающих на моих глазах, пока я был бессилен им помочь, я чувствовал, как грудь сжимает ледяная тишь.

Я никогда не рождался талантливым, и даже после регрессии ничего не изменилось.

И всё же то, чего нельзя было достичь талантом, можно было купить за деньги. Так… я думал тогда.

Это была наивная, глупая мысль.

Даже когда я стал самым богатым человеком в мире, единственное, к чему это привело, – я снова стал свидетелем гибели своих родителей.

Но всё было в порядке.

Умерев ещё раз, я понял, что снова сохранил воспоминания из прошлой жизни. Как прекрасно, правда?

То, чего я не смог достичь за две предыдущие жизни, я смогу сделать в третьей, верно?

Может, не в третьей, но как насчёт четвёртой?..

И это не сработало? Серьёзно?.. А в пятый раз?

Не продержался даже столько, сколько в прошлые попытки…

Неужели талант действительно был единственным ключом к идеальной концовке? К финалу, где мы переживём катастрофу, и каждый, кто мне дорог, останется жив?

Ладно…

Я не уверен, когда именно, но в какой-то момент у меня действительно появился талант.

[Семя Предела], как он это назвал. Я наткнулся на него после того, как услышал слова Кевина, и мой предел был снят.

Замечательно!

Я пробовал снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова… и снова…

[…]

[…]

[…]

[…]

[…]

[…]

В какой-то момент я потерял осознание того, кто я такой.

Рен Довер? Саманта Довер? Нола Довер? Рональд Довер? Аманда Штерн? Джин Хортон? Эмма Рошфилд? Мелисса Холл?..

Имена, которые когда-то были мне так близки, начали стираться из моей памяти.

Я терял самого себя, и я не хотел этого. Я цеплялся за всё, что от них осталось, лишь бы не потерять ориентир, но…

Чем чаще я умирал и чем больше ужасов видел… тем сильнее немел мой разум.

Я чувствовал, как утекают мои эмоции… как ускользает моё «я», и я начал меняться.

Я был в ужасе от того, во что превращался, но в то же время принял свою новую суть.

Если это поможет мне вырваться из этого ада… пусть будет так.

И тогда я запечатал всё. Мои эмоции и то, что делало меня… мной.

Я… я просто хотел, чтобы всё это наконец закончилось.

Я сбился со счёта, сколько раз убивал тех, кто когда-то был мне дорог.

Я превратился в нечто… в сущность, которой боялся сам Король Демонов, но я никогда этого не хотел. К тому моменту я просто хотел умереть… увидеть конец.

Туннель казался бесконечным, и я не видел в нём ни лучика света.

Я вкушал смерть столько раз, что она стала для меня привычной. Тот короткий миг между смертью и очередной регрессией стал самым мирным и приятным временем во всей моей жизни.

Порой я убивал себя просто ради того, чтобы снова пережить этот миг. Жаль только, они были слишком короткими, чтобы насладиться ими как следует.

Казалось, мне суждено страдать целую вечность… и я почти потерял надежду.

Я пытался, и пытался, и пытался, и пытался, и ни разу даже близко не подбирался к развязке…

Но всё изменилось, когда я прозрел и узнал всё.

Внезапно туннель, казавшийся беспросветно тёмным, вспыхнул ослепительным светом. Я не колебался ни секунды и шагнул к этому свету.

Это был свет, который должен был наконец освободить меня из этого ада.

Чем ближе я подходил, тем сильнее ощущал свободу. И в тот миг, когда я пересёк черту, я обнаружил себя стоящим в пустом мире с белым полом, отражающим меня, словно зеркало.

Предо мной стоял не кто иной, как существо, появившееся благодаря моим действиям.

Ему тоже… пришлось несладко, но он был всем тем, кем я всегда мечтал быть.

Идеальная версия меня, у которой всё ещё были рядом все близкие люди. Версия меня, которая сможет жить так, как я всегда мечтал жить.

—Я… не жалею о том, что сделал, и никогда не буду жалеть.

Именно мои усилия сделали всё это возможным.

—Возможно, меня поглотила моя цель, и то, что я сделал с тобой, невозможно простить, но… я сделал всё это для того, чтобы освободиться от проклятия, связывающего меня долгие годы моей жизни.

Слова сами лились из моего рта, пока я смотрел на своего двойника:

—Я всегда ненавидел то, во что превратился, но никогда не жалел о том, кем стал. Обстоятельства вылепили из меня того, кто я есть, и я принял это. Я не знал бы, что делать, если бы ненавидел ещё и себя, когда и так ненавидел всё и всех вокруг.

К тому моменту я мог бы окончательно сойти с ума и рассыпаться в прах. Во многих случаях я был предельно близок к этому, но каким-то образом всегда удерживал себя.

Пусть и на самом краю.

—И ещё раз…

Мои ноги пришли в движение сами по себе, и вскоре я оказался вплотную к своему другому «я». Подняв руку, я упёрся пальцем в его грудь – точно так же, как он сделал со мной мгновением ранее:

—Я не жалею ни об одном своём шаге. Мне не жаль, я никогда не буду извиняться и я никогда… никогда не пожалею о содеянном.

Я позаботился о том, чтобы выделить эту часть.

Сожаление приходит только к тем, кто испытывает грусть или разочарование от своих поступков. Я же не чувствовал ни печали, ни разочарования.

Я был удовлетворён тем, что сделал.

Он был лучшим тому доказательством.

—Я поступал так, потому что обстоятельства не оставляли мне выбора, но от всех вещей, о которых я жалел в прошлом… я больше не испытываю сожалений. Назови меня сумасшедшим, но, возможно… всё так и должно было быть. Возможно, эта бесконечная пытка, через которую я прошёл… возможно, всё это было ради одного этого мгновения. И ради этого…

Внезапное свечение вырвалось из моего пальца и окутало другую версию меня. Закрыв глаза, я почувствовал, как моё тело становится невероятно лёгким. А когда я снова открыл их, то понял, что моя рука стала полупрозрачной, почти невесомой.

Сделав несколько шагов назад, я почувствовал лёгкость.

Большую лёгкость, чем когда-либо в жизни.

Мне нравилось это чувство. Я ощущал некое освежение… то, чего не испытывал очень и очень давно. И по какой-то причине я почувствовал глубокое облегчение.

«Да… Именно так всё и должно закончиться. Ну и жизнь же у меня была, а?..»

Уголки моих губ сами собой поползли вверх. Переведя взгляд на своё другое «я», погружённое в то, что я ему передал, я снова улыбнулся.

—Да… Именно так всё и должно быть…

Последнее, что я увидел, – крошечные искорки света, поднимающиеся в воздух.

Наконец-то… впервые за долгое время… я обрёл покой.

Мой ад… наконец-то закончился.

Когда я снова открыл глаза, перед моими глазами парили бесчисленные крошечные искорки света, устремлявшиеся ввысь.

Вглядываясь в эти плывущие огоньки, я ощутил целый ураган самых разных эмоций, пронёсшихся в моём разуме. В конце концов всё, что я смог сделать, – просто опустить голову.

—Как бы сильно я тебя ни ненавидел… кажется, теперь я понимаю, через что тебе пришлось пройти.

Вглядываясь в своё отражение, я заметил, что внешне ничуть не изменился. Мои волосы остались прежнего цвета, а глаза хранили тот же глубокий синий оттенок.

Это… разумеется, было единственным, что осталось прежним.

Сжимая и разжимая кулак, я чувствовал, как невероятная сила пульсирует в каждой клетке моего тела. Знания, о которых я прежде и понятия не имел, затопили мой разум, а бурлящая внутри сила начала утихать и упорядочиваться.

Я чувствовал… абсолютную гармонию с самим собой. Никогда прежде я не ощущал такого единения с окружающим миром.

И пусть совсем слабо, но я мог ощущать в воздухе нечто новое.

Оно находилось на расстоянии вытянутой руки, но в то же время всё ещё было так далеко.

«Неужели это та самая сила, которой так одержим Джезебет?»

Хроники… Впервые в жизни я смог ощутить их, и они были ближе, чем когда-либо прежде. Я чувствовал исходящую от них колоссальную мощь и наконец понял, почему Джезебет так отчаянно жаждал их заполучить.

«Пока я не одолею Джезебета…»

Кр… Треск!

Подняв руку, я заставил пространство вокруг разваливаться, обнажая багровый мир снаружи. Сделав шаг вперёд, я изменил окружающее пространство, и передо мной возник знакомый силуэт.

В то же мгновение наши взгляды пересеклись, и мир вокруг прекратил своё движение.