Том 1 · Глава 42. Спасти ведьму (4)

Если подумать, у Шарлотты действительно было много странностей.

Несмотря на то, что она была девушкой, ее тело было на удивление крепким, а раны затягивались очень быстро.

И не только это: как я убедился в недавнем бою, ее познания в магитехе оказались поразительно обширными.

Кроме того, она пыталась скрыть от меня то, что увидела во время Испытания страхом.

«Но одного этого мало, чтобы считать ее подозрительной».

Если рождаются люди со слабым телосложением вроде меня, то вполне могут существовать и те, кто, подобно Шарлотте, наделен на удивление крепким телом.

Что касается ее обширных познаний в магитехе, то Шарлотта была из тех горничных, что читали самые разные книги, так что в этом был смысл.

К тому же я и сам скрыл то, что увидел во время Испытания страхом.

«Но почему вообще целью стала именно она?»

По словам Катарины, Шарлотта была наследием королевства Дрейлин, павшего пятьсот лет назад.

Однако я совершенно не понимал, что она имела в виду под «наследием», и почему здесь вдруг всплыло королевство Дрейлин.

Но, судя по словам Катарины, существовал кое-кто, на кого ему следовало бы злиться гораздо сильнее.

Если он считает себя Последним королем Дрейлина, то сильнее всего должен ненавидеть меня — того, кто вырезал королевскую семью Дрейлина, бросив первую искру в пожар, уничтоживший их страну.

Теперь я наконец понял, что имела в виду Юстина, говоря, что «снаружи полно врагов».

И все же его нынешней целью был не я, а Шарлотта.

«Я до сих пор не могу понять, почему Шарлотта — ключевая фигура для возрождения королевства Дрейлин».

Мне, конечно, было любопытно, почему за ней охотятся.

Но сейчас, по крайней мере в данный момент, было не время размышлять об этом.

Не поздно будет обсудить все с Эльфин или Юстиной, когда все закончится.

Они даже не знали, что я реинкарнировал, так что мне в любом случае пока ничего не угрожало.

А значит, прямо сейчас... пришло время сосредоточиться на Катарине.

Пока что я согласился со словами Катарины, но на самом деле вовсе не собирался целиться исключительно в устройство жизнеобеспечения.

Даже если выхода не видно, даже если ситуация кажется безвыходной, стоит лишь наблюдать и ждать — и все как-нибудь устроится.

Эту скромную истину я постиг за свою жизнь.

«Хотя легко точно не будет».

Конечно, пока в моей голове крутились эти мысли, наяву мне по-прежнему приходилось сражаться с «ведьмой», а вовсе не с Катариной.

Ведьма, обрушивавшая на меня не только метели, но и всевозможные заклинания магии льда, не шла ни в какое сравнение с жалкими противниками вроде змееподобного монстра или Банды Хамптона.

Я едва поспевал за ней, даже несмотря на то, что мои чувства были обостранены магией благословения.

Становилось бы немного легче, получай я предупреждения о выпадах ведьмы от Катарины через Слух разума, но битва все равно оставалась невероятно тяжелой.

«Было бы проще, если бы я целился в устройство жизнеобеспечения?»

Но порой приходится выбирать трудный путь.

Я занес меч над ведьмой, чей разум был полностью порабощен ошейником, из-за чего она демонстрировала практически всю сокрушительную мощь пятисотлетнего мага Катарины.

Выжав последние капли из своего Ядра маны, я с трудом высвободил золотистую ауру меча и окутал себя финальным благословением тела.

Приготовления были идеальными — теперь настал поистине последний шанс.

—Все, кроме цели, будут уничтожены! Хе-хе-хе-хе! Не мешайся под ногами и превратись в ледышку, мальчишка!

—Я не мальчишка, но спорить не стану, учитывая, что моей сопернице перевалило за пятьсот.

И почему вокруг меня вечно крутится столько старух?

С мысленным вздохом я крепче перехватил рукоять меча обеими руками и с силой оттолкнулся от земли.

Ледяной ветер бурана обжигал до костей, а застывшие в воздухе крупицы льда раздражали, но мне было плевать.

Превратившись в стремительный золотой вихрь, я рванулся вперед с мечом и без колебаний нанес колющий удар.

Я сосредоточил все внимание на ногах и уловил момент, когда начали подниматься ледяные копья.

Если бы я заботился лишь о собственной безопасности, уклонение здесь было бы самым правильным решением.

Однако вместо того, чтобы отступить и избежать ледяных копий, поднимающихся в указанном Катариной месте, я извернулся в воздухе, волоча свой длинный меч по земле.

А затем использовал поднимающееся ледяное копье как опору, чтобы совершить еще один прыжок.

Топ!

Нога едва не соскользнула, но мое невероятное чувство равновесия не обмануло ожиданий.

—Ке-ке-ке-ке-ке! Т-тогда как тебе такое!

Ведьма беспрепятственно управляла переполнявшей тело Катарины маной.

Сотканное из льда оружие материализовалось прямо в воздухе, раз за разом целясь в мои жизненно важные органы, а со всех сторон извергались холодные ледяные кристаллы.

Тем не менее, я либо отражал ледяную магию своей излучающей жар аурой меча, либо полностью плавил ее, продолжая заносить клинок над ведьмой.

Мое Ядро маны было почти пусто, но энергии все еще хватало, чтобы высвобождать ауру меча.

А те атаки, которые я не мог нейтрализовать аурой меча, я просто избегал с помощью Теневого шага.

Разумеется, уклоняться или отражать удары было совсем не трудно.

Ведь голос в моей голове предупреждал обо всем.

Находясь в самых глубинах сознания ведьмы, Катарина знала, куда та целится, и любезно сообщала мне о каждом шаблоне атаки заранее.

Поначалу это было непривычно, но неужели я уже адаптировался за время боя?

Я чувствовал, как все больше привыкаю к бою с использованием Слуха разума.

Зона поражения, которую показала мне Катарина, была довольно обширной.

Успею ли я выбраться из нее до того, как ведьма подготовит заклинание?

Даже с благословением тела моей скорости для этого не хватит.

Поняв, что сбежать не удастся, теперь моим единственным вариантом было сбить ведьме концентрацию и прервать заклинание.

—Кья-а-а-ах!

Меч, который я обрушил со всей силы, с треском наткнулся на ледяной щит.

Сквозь прозрачный бледный лед ведьма, хихикающая с лицом и голосом Катарины, без остановки завершала чтение заклинания.

Дело плохо. Я высвободил яркую ауру меча, чтобы заблокировать хотя бы часть пронизывающего до костей холода, но знал, что это бесполезно.

Но именно в этот миг я услышал голос того, кого никак не ожидал.

—Молодой господин! Вы в порядке?!

Поскольку барьер еще не исчез, никто другой не мог сюда прийти.

Да и вообще, разве в этой Академии был кто-то еще, кроме Шарлотты, кто называл бы меня Молодым господином?

Шарлотта, в которую ранее угодила сосулька, но, похоже, не нанесла ей серьезных повреждений, звала меня откуда-то сзади, будучи в полном порядке.

Поскольку ведьма прекратила метель, когда сосредоточилась на другой магии, видимость тоже была отличной.

—Шарлотта?!

Это определенно была Шарлотта.

Внезапное появление Шарлотты напомнило мне о том, что Катарина говорила через Слух разума: Шарлотта — наследие королевства Дрейлин и истинная цель Последнего короля.

Именно поэтому ей ни в коем случае нельзя было приближаться к этому месту.

Если холод охватит эту область, Шарлотту определенно зацепит, и она погибнет.

—Назад! Сейчас здесь все взорвется от холода, и вся эта область...

—Я не допущу этого!

Но Шарлотта тоже была настоящим магом.

Хоть я и не знал, какое именно заклинание она использует, она, похоже, почувствовала мощный вихрь маны и поняла, что ведьма что-то замышляет.

Собрав воедино те крохи маны, что едва успели восстановиться за время отдыха, она сумела создать барьер, достаточный для защиты моего тела.

—Это...

—Не умирайте, Молодой господин!

Тонкая пелена, созданная Шарлоттой, тепло окутала мое тело, словно материнские объятия, и в тот же миг, стоило защитной магии завершиться, холод вырвался наружу.

—Фью-у-у-ух!

—Кхгх!

Холод, который ведьма высвободила на пике своих сил, был поистине чудовищным.

Даже несмотря на жар моей ауры меча и тепло барьера Шарлотты, мне казалось, будто моя кожа и даже кости промерзнут насквозь.

Без барьера Шарлотты моя кровь застыла бы, а тело лопнуло бы с треском.

Но, к счастью, я выжил, и хоть мне было холодно, я все еще мог двигаться.

Топ!

Пш-ш-ш... — изо рта вырвалось облачко белого пара.

«Сейчас мой шанс».

Магам после сотворения столь масштабных заклинаний неизбежно требуется короткая передышка.

Непрерывно обрушивать колоссальные заклинания без отдыха — привилегия, доступная лишь драконам, но никак не людям.

Даже ведьма, полностью захвативная тело Катарины через магитех-ошейник для подчинения разума, не могла преодолеть пределы человеческого тела.

А это означало следующее:

Из-за того, что огромное количество маны испарился из ее тела в одно мгновение, оставив ее на миг обессиленной, у ведьмы прямо сейчас не оставалось сил сопротивляться моему мечу.

—Кья, кья-а-а-ах?!

Я устал.

Силы покидают все мое тело, суставы со скрипом сопротивляются.

Но даже зная, что моя выносливость почти на исходе, я не остановился.

У меня больше не осталось маны на благословение тела.

Подобравшись вплотную к ведьме после того, как барьер Шарлотты окончательно рассеялся, я взмахнул мечом, выжимая из себя все до последней капли сил.

Моей целью была шея.

Не сердце, не ноги, не руки — только шея.

Я чисто срежу этот ошейник и подарю Катарине свободу.

В этом и заключалась истинная причина, по которой я сейчас сражался.

Вжух!

Мой меч, окутанный золотой аурой, описал полукруг.

Взмахивая им, я ожидал одного из двух исходов:

Либо мой меч не сможет разрубить ошейник Катарины, либо магитех-ошейник для подчинения разума будет уничтожен, разлетевшись надвое.

Я широко распахнул глаза, услышав внезапно раздавшийся голос Катарины.

Услышав этот голос, я все понял.

—Эй...

Оба исхода, которые я предвидел, оказались неверными.

Золотая аура меча так и не коснулась ошейника Катарины.

Не потому, что мне не хватило сил или мощь ауры была недостаточной.

Мой меч изначально даже не коснулся магитех-ошейника Катарины.

Но и жизни в результате контратаки я не лишился.

Ведьма рухнула на землю, словно марионетка с перерезанными нитями.

—Что за...

Пробормотал я дрожащим голосом, убирая меч в ножны.

Больше не было нужды сражаться. Все закончилось.

Ведьма... нет, Катарина была мертва. Она умирала.

Мой меч уничтожил устройство жизнеобеспечения.

—...Почему?

Когда я в растерянности прошептал этот вопрос, ведьма... нет, вновь обретшая себя Катарина ответила вместо этого:

—Я так и знала. Ты ни за что не выполнил бы мою просьбу добровольно.

Голос Катарины, звучавший в Слухе разума, и ее настоящий голос сейчас разительно отличались.

Он был гораздо старше, хриплым и наполненным металлическим скрежетом.

Но все это уже не имело никакого значения.

Я хотел знать лишь одно: я до последнего целился в ошейник, так почему же ведьма в самый последний миг извернулась всем телом, подставив под удар моего клинка устройство жизнеобеспечения?

—...Я копила силы.

—Силы?

—Раз уж ты до победного вознамерился бить только по ошейнику, мне пришлось приложить немного усилий. Я думала вмешаться еще во время взрыва холода, но ты отлично справился сам, так что теперь я могу спокойно умереть.

—Так это была ты? Ты намеренно подставила устройство жизнеобеспечения под удар?

—Да. Я же говорила тебе, что хочу умереть.

Мои веки дрогнули от слов Катарины.

Я пытался разрубить ошейник, чтобы освободить Катарину.

Но для Катарины истинную свободу нельзя было обрести, просто сняв ошейник — ее можно было получить только со смертью.

Она искренне жаждала смерти, и я подарил ее ей.

—И все же под конец... кха, я рада, что смогла умереть самой собой.

—Но почему, зачем ты сделала такой выбор? Ты ведь могла жить дальше, почему...

—Я же говорила. Человек не способен вынести пятьсот лет. Я всего лишь призрак, который умер сотни лет назад.

Дыхание Катарины становилось все более прерывистым и тяжелым.

Она была существом, бросившим вызов законам природы и пределам человеческой жизни.

Это был сигнал о том, что ей пора отправиться туда, где она изначально должна была находиться, а не оставаться здесь.

И, как ни жестоко, я ничего не мог поделать.

С уничтожением устройства жизнеобеспечения Катарина оказалась на пороге смерти.

Ее тело, превысившее пределы человеческой жизни, начало разрушаться.

Кожа гнила, кровь высыхала, сердце плавилось, оставляя лишь кости.

Глядя на то, как мирно уходит моя старая соратница Катарина, я до самого конца продолжал звать ее через Слух разума.

Напоследок она указала на первопричину всего.

Слова Катарины постепенно замедлялись.

Свет угасал в глазах Катарины.

Я продолжал смотреть, пока дыхание Катарины не остановилось, слушая через Слух разума ее последние слова.

Дыхание Катарины остановилось.

Плащ превратился в лохмотья, устройство жизнеобеспечения было разрушено.

Магитех-ошейник для подчинения разума потерял всякий смысл теперь, когда жизнь его носительницы подошла к концу.

Ощущая холод трупа, остывающего в моих руках, я прикусил губу.

—Обязательно встреться с ним и передай дяде привет от меня.

В момент смерти Катарины барьер тоже исчез.

Издалека бежали Эльфин и Юстина.

Кроме того, я чувствовал, как ко мне, пошатываясь, приближается Шарлотта, которая исчерпала всю свою ману и была полностью истощена.

Почему целью стала именно Шарлотта?

Что замышляет этот «Последний король»?

Нужно было обсудить еще целую гору вопросов, но мои веки налились свинцовой тяжестью.

—Дайте мне сначала немного поспать...

Бум.

—Кья-а-а-ах! Молодой господин?! Что же нам делать!

—Ты в порядке, Денеб?! С-скорее, исцеляющую магию...

—Замолчите обе и немедленно несите его в замок! И почему здесь тоже так холодно?! Раз уж я профессор, я сама понесу его на руках, так что поторапливайтесь...

—П-погодите! Почему это вы его обнимаете?! Несите на спине!

Ощущая тепло тел Шарлотты, Эльфин и Юстины, которые подбежали и подхватили меня, я погрузился в сон.