Том 1. Глава 128
У-у-уэ-э-э-э!
Пока наглотавшийся черной воды старик мучился от надрывных рвотных позывов, я процедил сквозь зубы:
Убери свои грязные лапы.
И, выхватив меч, нанес удар.
Вжух!
Кха-а-а-аргх!
Отрезанные кисти рук, сжимавшие плечи Лили, взмыли в воздух. Лишившийся запястий Берк рухнул на колени, истошно завыв от боли.
Вы в порядке?
К счастью, на ее аккуратных губах не осталось следов черной жижи.
К-кто вы?..
Как кто? Тот, кто пришел спасти вас, госпожа Лили. Уходите отсюда скорее, держитесь поближе к тому парню.
С этими словами я подтолкнул Лили в сторону Дюрана, который молча наблюдал за происходящим.
Да ты... ты хоть знаешь, кто мы такие?! Как ты смеешь!..
Наблюдавший за этим кардинал Баол брызгал слюной, его глаза налились кровью от ярости.
Я повернул голову. Все тело Баола окутывала зловещая черная дымка.
Ах ты, паршивец!
Я перевел взгляд. Берк уже поднимался на ноги, ощупывая заново отросшие уродливые руки, а рядом, пуская пену, корчился Терос.
Думаешь, тебе это сойдет с рук?!
Потемневший от скверны Берк бросился на меня.
Отдай... отдай Святую!..
Потерявший рассудок кардинал Баол швырнул в меня несколько сфер, сотканных из демонической энергии.
Я отчетливо ощутил густую демоническую энергию, окутавшую двуручный меч Берка и наполнявшую летящие в меня сферы.
«Они поддались порче гораздо раньше, чем я думал...»
Когда я играл, то не обращал на это внимания, поэтому и не знал. Но теперь, увидев все своими глазами, я был уверен.
Судя по силе и плотности их демонической энергии, они поддались порче не меньше двадцати лет назад.
А значит, все эти двадцать лет они безнаказанно творили бесчинства.
Не знаю, какие именно зверства они совершали, но, судя по скопившейся в них скверне, на их руках кровь множества невинных и благочестивых людей.
Стоило мне об этом подумать, как в голове созрело простое решение.
Вы даже говорить не достойны.
Щелк.
Я щелкнул пальцем по гарде Меча добра и зла, висевшего у меня на левом бедре.
Хрясь!
Кха!
Взметнувшееся навершие Меча добра и зла с треском врезалось Берку в челюсть, и от отдачи оружие вернулось в исходное положение. Перехватив рукоять ладонью, я оттолкнулся от земли и взмыл в воздух.
Вжух!
Легкий взмах клинка — и шесть черных сфер разлетелись надвое, а мое тело, подобно пущенной стреле, в мгновение ока оказалось прямо перед Баолом.
По... погоди!..
Хрен тебе.
Чавк!
Меч добра и зла насквозь пробил правое плечо Баола.
А-а-а-а-ах!!!
Хлебай давай.
Схватив извивающегося от боли Баола за волосы, я с силой окунул его лицом прямо в огромную чашу.
Плюх!
М-мм!.. Пха-а!
Уродливая физиономия, пробыв под водой приличное время, вынырнула наружу, судорожно глотая воздух.
Ишь, раздышался. Только кислород зря переводишь.
Хрясь!
К-ха-а-а!..
Я с силой впечатал его лицо в каменный пол и наступил сверху, вдавливая подошву в затылок. Затем подобрал валявшийся кубок, зачерпнул им черную жижу из чаши до самых краев и повернулся в сторону Берка.
Я думал, этот трус уже вовсю улепетывает.
Но то ли он решил, что с заложником шансов выжить больше, то ли просто лишился ума — Берк мчался прямиком к Лили.
Глядя на это, я лишь усмехнулся и недоуменно покачал головой.
Он что, совсем идиот?
Ведь прямо рядом с Лили стоял Дюран, который уже обнажил клинок и готовился встретить врага. Ну и дурак. Бежал бы без оглядки — глядишь, и уцелел бы.
Лязг!
Меч Дюрана с грохотом столкнулся с черным двуручником Берка.
Этот стиль... Д-дюран?! Как ты смеешь!..
Это я в вас разочарован, ублюдок вы эдакий,
Выдав на редкость пафосную реплику, он эффектно парировал удар тяжелого клинка и тут же обрушил на противника шквал ударов. Его меч сиял ослепительно-белым светом.
Бах! Бах! Бах!
Божественная сила и демоническая скверна сталкивались с оглушительным грохотом.
«А парень-то хорош. Кажется, мне даже вмешиваться не придется».
Любуясь отточенными движениями Дюрана, безупречно владевшего искусством святого меча, я решил не спеша подойти поближе.
Хрясь!
Кха!
Но не тут-то было. Один из них, не выдержав сокрушительного удара, отлетел назад, врезался затылком в стену и мешком повалился на пол, потеряв сознание.
Ну, этого я никак не ожидал...
Глядя на распластавшегося без чувств Дюрана, чье лицо все еще скрывала маска, я невольно прижал ладонь к лицу.
Хе-хе-хе... Святая... Святая!..
Похоже, от переизбытка скверны Берк окончательно лишился рассудка.
Одолев Дюрана, он с безумным оскалом и капающей изо рта слюной бросился к Лили.
Мерзкий ублюдок.
Я мгновенно сократил дистанцию и с разворота впечатал ногу ему в голову.
Хрясь!
Кха-а!
От мощного пинка Берк кубарем покатился по полу и намертво впечатался в стену. Я же подошел к распластанному Дюрану, бесцеремонно взвалил его на плечо и вышвырнул за дверь.
Вы ведь... господин Карамель?
Наблюдавшая за мной Лили слегка склонила голову набок и робко спросила.
«Она наверняка до смерти напугана...»
Но выглядела Лили на удивление спокойно. Более того, сейчас она казалась еще прекраснее, чем обычно.
Госпожа Лили, я вам позже все объясню. Не могли бы вы подождать снаружи вместе с ним?
Но...
Если останетесь здесь, вам придется увидеть то, от чего глаза могут лопнуть. Давайте, поспешите.
С этими словами я мягко выпроводил колеблющуюся Лили за дверь и запер замок.
Убедившись, что засов щелкнул, я тут же подошел к Берку, схватил его за ногу и швырнул на пол — прямо туда, где корчились Терос и Баол.
Скрестив руки на груди, я молча наблюдал за копошащимся клубком из трех тел, ожидая, когда они придут в себя.
Прошло совсем немного времени.
О-ох... — Хе... хе-хе-хе...
Три зверя с остекленевшими глазами, полностью поддавшись непреодолимой похоти, уставились друг на друга и начали судорожно двигаться.
Они хватали друг друга, с треском разрывали одежду... Тьфу, ублюдки, какая же мерзость.
Конец, конечно, как раз для вас...
У меня было две причины заставить их выпить черную воду.
Во-первых, я хотел, чтобы их кончина была максимально жалкой и позорной. Эти твари совершили бесчисленное множество грехов, но при жизни пользовались всеобщим уважением. Мне хотелось, чтобы даже после смерти люди плевали на их могилы.
Во-вторых, нужно было дать их смерти правдоподобное оправдание. Как бы мне ни претило это признавать, они занимали высокие посты. Не просто какой-то кардинал и крестоносец, а официальные сопровождающие в паломничестве Святой.
Если бы я просто убил их без веского, очевидного для всех повода, это повлекло бы за собой огромные проблемы. Поэтому мне требовалось обставить все так, чтобы их гибель казалась окружающим закономерным и единственно возможным исходом.
Но до чего же это омерзительно.
Да, я сам срежиссировал эту сцену именно ради такого финала, но...
Наблюдать за этим зрелищем повторно не возникло бы желания даже под дулом пистолета. С трудом подавив рвотный позыв, я потянулся к мечу.
Чавк! Чавк! Чавк!
Оборвав жизни этих троих ублюдков, слившихся в единый омерзительный клубок, я брезгливо поморщился. Затем достал из их одежд кое-какие вещи и положил каждому на лицо.
Это были неопровержимые улики. Доказательства того, что эти грязные твари являлись адептами Культа Хаоса и заслужили столь бесславную смерть.
Выйдя из комнаты, где остались лежать переплетенные трупы, я подробно изложил Лили суть происходящего и свой дальнейший план.
Если все так, как вы говорите, господин Карамель, то люди в той комнате... друг друга...
По ходу моего рассказа Лили разок деликатно сдержала рвотный позыв, но это была сущая мелочь. В целом она держалась на удивление стойко, безоговорочно мне поверила и согласилась следовать плану.
Скажите... а то, что Дюран потерял сознание, тоже входило в ваши расчеты? Чтобы придать больше драматизма и выставить его главным спасителем?
Я действительно хотел выставить его героем, но его обморок в мои планы точно не входил.
Я прислонился к стене и со вздохом посмотрел на мирно спавшего без чувств Дюрана. Мне было искренне его жаль.
По моей задумке, я должен был зачистить сцену, а Дюрана — будущего Святого — сделать главным триумфатором, создав безупречную картину для остальных.
«Но я и подумать не мог, что его вырубят до того, как он успеет хоть что-то показать».
Честно говоря, это казалось полным абсурдом. Дюран обучался у самого Святого, и его мастерство владения мечом превосходило все, на что был способен Берк.
Может, он не совладал с эмоциями и совершил глупую ошибку? Или банально расслабился в неподходящий момент? Как бы я ни ломал голову, истинной причины мне было не узнать.
Ну да ладно. Скоро сюда прибудут люди, и все разрешится само собой. Любой здравомыслящий человек решит, что с этой грязной троицей расправился именно Дюран, который сейчас лежит здесь без сознания.
Выходит, хоть все пошло и не по плану, результат все равно на пользу.
Именно. Ну что, пора действовать. Для всех остальных госпожа Лили все это время мирно находилась в своих покоях и ничего не знала о случившемся.
Господин Карамель, но...
Я уже собирался развернуться, чтобы проводить ее до комнат, как вдруг почувствовал робкое прикосновение к своему рукаву.
Я опустил взгляд. Лили крепко сжимала ткань пальчиками. Ее лицо залил густой румянец, и она смущенно опустила голову.
Я... я, кажется, подвернула ногу. Боюсь, идти тихо у меня не получится...
И когда только успела? Взглянув на ее изящную, слегка припухшую лодыжку, я почувствовал укол совести. Увлекшись расправой над предателями, я совсем позабыл позаботиться о ее самочувствии.
Ой!.. Мамочки!
В знак безмолвного извинения я подхватил ее на руки. Смутившись, Лили спрятала лицо в ладонях и тихонько пискнула.
Пора было отнести ее в безопасное место.
Твит, наблюдавшая за происходящим из своего теплого и мягкого убежища, видела все предельно ясно.
Она видела, как в тот самый миг, когда заключивший с ним контракт Камель впечатал голову старого самца в пол, в рот нежно-сиреневой самочки скользнула крошечная капля черной воды.
А еще она отчетливо ощутила кое-что другое.
Стоило дверному замку щелкнуть, как нежно-сиреневая самочка неведомой силой мгновенно погрузила её в глубокий сон.
Все произошло в одно мгновение.