Том 1 · Глава 188. «Стол угасания душ» (13)
Ступив внутрь летучей махины, я невольно поморщился от представшего перед моими глазами омерзительного зрелища.
Покрытые глубокими складками стены то раздувались, то опадали, словно совершая мерные вдохи и выдохи. На этой живой поверхности повсюду налипли куски плоти самых разных цветов и текстур. То тут, то там хлюпали лужи черной жижи и багровой крови.
Как бы это выразиться... Изнутри махина походила на внутренности какого-то чудовищного зверя, только что набившего брюхо. Это было жутко и противоестественно.
Но на этом кошмарное зрелище не заканчивалось.
Пройдя немного глубже, я оказался в просторной пещере, где моему взору предстало то, чего я меньше всего хотел видеть.
Тук-тук. Тук-тук.
Нечто с глухим, утробным стуком то раздувалось, то сжималось.
Это были коконы размером с человека, а некоторые и того больше. С первого взгляда их здесь казалось не меньше нескольких тысяч.
...Твою мать.
При виде этого зрелища у меня внутри все перевернулось, и ругательство сорвалось с губ само собой.
Лязг.
Я рефлекторно обнажил оба клинка. И в тот самый миг, когда я уже готов был одним махом изрубить эти тысячи коконов...
Вжих!
...сбоку в меня внезапно полетел сгусток черной демонической энергии.
Вжих!
Я рассек его Мечом добра и зла. Черный сгусток распался надвое, но сквозь него я увидел, как на меня несутся еще десятки таких же снарядов.
Вжих!
Несколькими быстрыми взмахами уничтожив их все, я повернулся в ту сторону, откуда они прилетели.
Кхи-хи-хи-хи!
Там стояла какая-то сумасшедшая баба. Она противно хохотала, то и дело облизывая губы.
Ты еще кто такая?
Волосы из щупалец, лицо, испещренное черными венами, костяные крылья, жуткая мертвенная кожа и почти полностью обнаженное тело.
Ты что, Керриган?
Это сосуд, которого жаждет Он!
Убить его! Убить!
Послышались омерзительные голоса. Они раздавались со всех сторон. Оглядевшись, я увидел существ, которые когда-то были людьми, но теперь выглядели совершенно безумными, словно зараженные зомби.
А-а, понятно.
Одного взгляда на них хватило, чтобы понять: эти лишившиеся рассудка твари и есть члены «Стола угасания душ».
От этой мысли мои губы сами собой расплылись в хищной улыбке. Меня охватило предвкушение от осознания того, что сейчас я одним махом выкошу весь этот бесполезный мусор, от которого миру нет никакого проку.
Но стоило мне замахнуться...
Погодите-ка.
Внезапно вспомнив об одном человеке, я опустил оружие и принялся внимательно вглядываться в лица тех, кто предположительно состоял в «Столе угасания душ».
Профессор Джикел, о котором давно не было вестей... Говорили, что он оказался втянут в «Стол угасания душ» против собственной воли.
Если вдруг профессор Джикел окажется среди этого сброда, я намеревался пощадить его и вытащить отсюда. Ведь если случится чудо и небеса смилостивятся, возможно, нам удастся вернуть ему человеческий облик.
Нет его...
Однако, как бы я ни вглядывался, среди предателей не было никого, кто походил бы на профессора Джикела. Я просто не мог его проглядеть. Как бы он ни изменился, эту раздражающую физиономию я узнал бы из тысячи.
...
Значит, скорее всего, он уже мертв.
Придя к этому горькому выводу, я молча взмахнул мечами, чтобы хоть немного выместить нахлынувшую злость.
Хильда, сотворившая уже несколько масштабных заклинаний для поддержки рыцарей, растерянно моргнула и огляделась.
Надо же...
На ее губах появилась опустошенная усмешка. И немудрено: куда бы она ни посмотрела, все воины вокруг нее лежали без движения, погруженные в глубокий сон.
Когда это началось?
И как такое вообще возможно?
Это точно была не магия. Будь это заклинанием, она, великий маг, ни за что не упустила бы его след. Никаких колебаний маны не ощущалось. К тому же эти люди не просто спали — их разум был погружен в иллюзию сна.
...
Значит, здесь действовала иная сила, не имеющая отношения к мане. И Хильда знала лишь одного человека, способного на подобное.
Джикел... Неужели это ты?
Хильда тихо прикрыла глаза, призывая своего бывшего ученика и коллегу. Больше всего на свете она желала ошибиться, молясь, чтобы никто не ответил ей. Но, увы, ее надеждам не суждено было сбыться.
Да. Это я.
Раздался хриплый, скрежещущий голос. Но Хильда мгновенно узнала его. Как бы он ни изменился, этот голос она слышала слишком долго, чтобы не узнать.
Подавив подступившую к горлу горечь, Хильда медленно открыла глаза.
Перед ней стоял Джикел. В его облике не осталось ничего прежнего, кроме сухих, растрепанных золотистых волос.
Не нужно смотреть на меня с такой жалостью. Моя прошлая жизнь была настолько жалкой, что нынешнее положение кажется мне весьма недурным. Посмотрите сами. Разве прежде я мог так легко уложить на лопатки столько людей?
Да... Прежний ты определенно не смог бы этого сделать. Как и стоять передо мной, источая демоническую энергию.
Что поделать. Раз уж я стал Грехом.
Грехом, значит...
Хильда прикусила губу, но внезапно почувствовала неладное и прервала свою речь, устремив взор вдаль. На побережье все еще бушевала яростная битва с семью Грехами.
Должно быть, вы в замешательстве. Там, впереди, сражаются семь Грехов, но я тоже называю себя Грехом.
...
Тот, кто сотворил меня, сказал: «Отныне ты мое восьмое дитя
Джикел горько усмехнулся и закончил:
...мне придется забрать это у вас.
Лицо Хильды мгновенно потемнело от гнева.
Сколько же времени я махал мечами? Осознав, что вокруг больше не осталось никого, кого можно было бы изрубить, я убрал оба клинка в ножны.
Уф...
Я перевел дыхание и огляделся.
Повсюду валялись куски разрубленной плоти, а под ногами хлюпала поднявшаяся до самых щиколоток черная жижа, смешанная с багровой кровью.
Как же это осточертело.
Сколько еще мне придется созерцать подобные картины? Сколько еще терпеть это липкое, омерзительное ощущение на коже?
Одно я знал наверняка: пока мы не сотрем эту шваль с лица земли, этот кошмар будет повторяться снова и снова. А значит, их нужно уничтожить. И самый быстрый способ сделать это — стереть в порошок того, кто стоит во главе всей этой мерзости.
Очень надеюсь, что это будешь ты.
Приблизившись к самому центру махины и почувствовав исходящую оттуда колоссальную, зловещую ауру, я вновь обнажил мечи.
Пройдя еще немного вперед, я увидел вдали нечто, пульсирующее подобно огромному сердцу. Мне не нужно было объяснять: это и есть ядро «Стола угасания душ».
Но самое главное...
Пришел-таки.
Мужчина, небрежно поглаживающий поверхность этого ядра, излучал силу столь сокрушительную, с какой я еще никогда в жизни не сталкивался. Он повернул ко мне голову, и его глаза вспыхнули алым пламенем.
Стоило его взгляду коснуться меня, как все мое тело сковало оцепенение. Сердце замедлило свой ход, а разум начал погружаться в туманную дымку.
И в этот миг, когда мои чувства начали угасать...
Ты и представить себе не можешь, как долго я тебя ждал. Намного дольше, чем ты думаешь.
Он произнес это негромко, весомо. Сказал, что ждал меня очень давно.
Меня пронзило недоумение. Я ведь видел этого ублюдка только через экран монитора. С какой стати он заявляет, что ждал меня целую вечность?
И тебе не понять, какую Радость испытало мое прежнее «я», когда я вновь узрел твою чистейшую, белоснежную душу, о которой так долго грезил.
При виде его ухмылки в моей памяти внезапно всплыл день вступительного экзамена. Тот самый момент, когда я положил руку на хрустальный шар, призывающий иллюзии, и меня внезапно окутала тьма, а в голове раздался зловещий шепот.
Дитя, что привело нас...
И этот голос звучал прямо сейчас, передо мной.
...к погибели.
Он приближался ко мне, источая бурю противоречивых эмоций.
Наконец-то...
Злой бог, принявший облик героя прошлого, в мгновение ока оказался прямо передо мной и с широкой улыбкой потянулся рукой к моей голове.
...я нашел тебя.
Хруст.
В глубине его багровых глаз хищно блеснули черные зрачки. Невидимая сила попыталась сковать мое тело, а лавина чужих эмоций — подчинить мой разум.
Но воспоминание о вступительном экзамене помогло мне мгновенно осознать, кто именно стоит передо мной и разглагольствует.
Ах, вот оно что.
Ко мне внезапно вернулся голос. Оцепенение спало, и тело, казавшееся парализованным, вновь обрело подвижность.
Не знаю всех твоих бредней...
Все навязанные эмоции мгновенно испарились из моей души, уступив место одной-единственной, кристально чистой мысли, которую я и озвучил:
...но сегодня ты точно сдохнешь.
Я выхватил мечи.
Вжих!
И нанес удар со скоростью молнии.