Том 1. Глава 105
Если коротко:
Они случайно столкнулись прямо перед тем, как провалиться в этот мир, поэтому ни имени ребёнка, ни его точного возраста мы не знаем, но говорят, что он ровесник Чан Соа.
...
Штаны никто не запомнил, но это был мальчик в белой футболке, а рядом с ним находился взрослый. Впрочем, по словам учительницы Ли Юнбёль, доверия тот мужчина не внушал. Мало того что выглядел подозрительно, так ещё и явно имел проблемы с головой и элементарным здравым смыслом...
Ли Джэхон опешил ровно по трём причинам.
«С какого хера ты мне веришь?»
Судя по тому, как детектив то и дело косился на главного героя и ещё парочку типов, его внутренний радар работал исправно. Но почему эта чёртова интуиция ни капли не реагировала на Ли Джэхона, который за свою прошлую жизнь перебил десятки тысяч людей?! Джэхон знал, что все его планы пошли наперекосяк, но уж никак не ожидал, что у Хон Гёнджуна напрочь сломается чутьё.
И во-вторых:
«Какого чёрта именно беззащитные?»
Он и так изначально был токсичным злодеем-начальником, а вспомнив прошлую жизнь, превратился в отборную мразь. Но как раз в силу этого Ли Джэхон всегда с подчёркнутым уважением относился к старикам, женщинам и детям. Сколько ни прокручивай в голове сценарии при любых вводных данных, стоило власть имущему тронуть слабых и беззащитных – и в какой-то момент он неизбежно летел на самое дно.
И надо же было такому случиться, что в глуши застрял именно ребёнок, а детектив при этом сверлил Джэхона взглядом, полным абсурдной уверенности: «Уж ты-то наверняка поможешь спасти этого малыша». Непонятно, откуда вообще взялась эта слепая вера, но теперь Джэхон никак не мог дать заднюю.
И в-третьих:
«В романе вообще не было такого ребёнка».
В оригинальном романе о выживании в Изнанке единственным появившимся ребёнком была маленькая Чан Соа, которая прямо сейчас копошилась пальчиками в объятиях учительницы Ли Юнбёль. А теперь вдруг оказывается, что есть ещё один сопляк? Да в придачу с ним ещё и взрослый?
«Я, конечно, знатно раскатал снежный ком последствий, но не чересчур ли это?..»
Ли Джэхон прекрасно отдавал себе отчёт в своих возможностях. Конечно, говорят, что взмах крыла бабочки может вызвать бурю, но разве обычный мотылёк на такое способен?
Если они и находились в Изнанке, но в романе не упоминались, значит, погибли. Однако то, что он, сам того не ведая, сохранил жизнь двум людям, которые должны были умереть, не поддавалось никакому разумному объяснению. В голове царил полнейший хаос.
«Да и вообще, было ли в тексте хоть какое-то упоминание детского трупа?»
Монстры Изнанки, если только не заглатывали жертву целиком, почти всегда оставляли тела. Главный герой, будучи рассказчиком и поборником добродетели, явно испытал бы тяжелейший шок, наткнись он на мёртвого ребёнка. Но вплоть до самого финала новеллы, сколько бы они ни скитались, ни о каких детских останках и речи не было. За исключением разве что Чан Соа.
Ну хотя... чёрт с ним. Наломал он дров предостаточно, так что совсем уж невозможным такой поворот не назовёшь, но всё же...
...В таком случае, разве не стоит начать поиски прямо сейчас?
Ли Джэхон мигом нацепил на лицо выражение неподдельной, слегка грубоватой тревоги.
Плевать на сорванные планы, плевать на раздражение. Как бы там ни развивался оригинальный сюжет, Джэхону в любом случае нужно было выжить. Раз уж всё зашло так далеко, он не мог вдруг выдать: «Вообще-то я потенциальный уголовник! Конченый ублюдок, готовый в любой момент прирезать человека!»
«Пусть настороженность в них всё равно придётся посеять заново, но сейчас явно не лучший момент».
Он успел выстроить определённый образ, и этот образ свято чтил слабых и беззащитных. В сложившейся обстановке выбор его действий был крайне ограничен.
Детектив воспринял такую реакцию Ли Джэхона как нечто само собой разумеющееся.
Ваши слова верны, однако видимость почти нулевая, к тому же среди нас много раненых.
Тогда я хотя бы осмотрюсь поблизости...
Не думаю, что человеку с самыми тяжёлыми ранениями среди всех присутствующих стоит такое предлагать.
...
«Блядь, нахрена ты мне тогда вообще об этом рассказал?»
Ли Джэхон опешил. По его мнению, из всех собравшихся здесь выживших наибольшую пользу мог принести только он сам. Поэтому он резонно решил, что Хон Гёнджун поделился информацией именно ради совместных действий.
Однако кое-что Ли Джэхон всё-таки упустил.
Я слышал от бабушки, что ваше состояние крайне тяжёлое. Ким Ёну-сси подтвердила, что за это время ран у вас только прибавилось. Особенно... на шее.
...
Вы говорили, на вас внезапно напал монстр и группа разделилась? Должно быть, вы выбились из сил, пока разыскивали их. Поэтому, если возможно, я бы не хотел обременять вас просьбами о помощи.
Хех.
Честно говоря, это слегка задело его самолюбие.
«Будь при мне мои прежние силы, со мной бы так не церемонились».
Проще говоря, его задело: «Ты смеешь отказываться от моей помощи?» Разумеется, самому Джэхону вовсе не горело рваться в бой, но факт того, что ему отказали первому, заставил почувствовать, будто его полезность ни во что не ставят. В общем, было неприятно.
Впрочем, Джэхон быстро взял себя в руки.
«Этот гад ведь наверняка сказал это без злого умысла».
Каким бы копом тот ни был, он всё равно оставался ещё неоперившимся птенцом, так что, как ни странно, наверняка говорил это из лучших побуждений.
Джэхон-то знал пределы своих возможностей, а вот остальные цыплята – нет. Он был уверен, что даже в нынешнем полумёртвом состоянии справится лучше любого из здешних здоровых недотёп, но детектив просто не понимал этого. По меркам прошлой жизни такое отношение сошло бы за пренебрежение или насмешку, но здесь были совсем другие реалии.
Но тогда зачем вообще было заводить этот разговор?
И всё же причина, по которой я вам это рассказал... Прозвучит бестактно, но мне хотелось бы, чтобы вы не предпринимали безрассудных действий.
...Что? Безрассудных действий?
Не уверен, стоит ли говорить это вслух, но, господин Ли Джэхон... хм.
Инспектор Хон Гёнджун, вызывая глухое раздражение, замялся с ответом.
Кажется... у вас начисто отсутствует чувство самосохранения.
...Чего?..
Учитывая его прошлую жизнь, Ли Джэхон прекрасно знал, что такое пренебрежение безопасностью. Разве это не неспособность осознавать угрозу несчастных случаев? Но у него-то с этим всё было в полном порядке!
«Блядь, да кто вообще чует опасность лучше меня?»
До сих пор Джэхон получал раны вовсе не потому, что не замечал угрозы, а потому, что сам бросался решать проблемы. Если человек, обязанный выискивать ловушки и вести за собой группу, страдает беспечностью, это прямая дорога в могилу.
Поэтому слова детектива Хона взбесили Джэхона именно потому, что тот усомнился в его чутье выживальщика. Заметив его недовольство, Хон Гёнджун, кажется, догадался о ходе его мыслей и смущённо скривился.
Разумеется, благодаря вам ваши спутники успешно выжили. Насколько я слышал, остальные почти не пострадали.
Естественно.
Но то... пренебрежение безопасностью, о котором я говорю. Иными словами...
Поколебавшись, детектив подобрал слова:
Речь идёт о вашей собственной персоне. Дело не в том, насколько хорошо вы чуете опасность, а в том, что вы, кажется, совершенно не осознаёте, какой колоссальный урон наносите самому себе.
...
Доказательство тому
Тут уж крыть было нечем.
«...В этом он, сука, прав».
Пусть из-за суматохи его образ и летел ко всем чертям, сам Джэхон не мог не понимать плачевности своего положения. Поначалу он ещё старался сверяться со здравым смыслом этой реальности, но чем дольше длилось пребывание в Изнанке, тем сильнее притуплялось восприятие боли и урона.
В прошлой жизни Джэхон обладал регенерацией, близкой к абсолютной, но в этом мире её не было. Честно говоря, испытывать непрерывную физическую боль от ранений было в новинку даже для него. Пожалуй, лишь опыт перенесённых в прошлом проклятий и ядов позволял ему хоть как-то закрывать на это глаза.
Пока он хранил молчание, детектив Хон Гёнджун тяжело вздохнул и продолжил:
...Не знаю, как вы привыкли решать дела раньше, но это дурная привычка. Неужели окружающие вам ничего не говорили?
А с чего бы им... хм.
...
Нет, спасибо за совет.
Брови детектива Хона дёрнулись от удивления, но Джэхон этого не заметил. Всё его внимание привлекла одна из желторотых подопечных, которая робко топталась внутри защитного купола и поглядывала в их сторону.
Так зачем вы всё-таки сообщили мне эту информацию?
Как я и сказал: чтобы вы по максимуму сдерживали себя. Зная вашу проницательность, вы бы всё равно быстро поняли, что что-то не так...
...
И с высокой вероятностью ринулись бы действовать. Поэтому я счёл за лучшее предупредить заранее. Очень надеюсь, что в спасении ребёнка вы, если возможно, участвовать не будете.
...Ха.
Просто поразительно.
«Да на что ты вообще надеешься, задвигая мне такое?»
Иными словами: «Ты ведь добряк, узнав о пропаже ребёнка, сразу кинешься на выручку, не жалея себя, так что придержи коней». Смешно слышать такое Ли Джэхону, чьей единственной мечтой было сидеть на горе золота и купаться в роскоши.
Тут Джэхон даже засомневался. С детективом Хоном они виделись от силы второй раз. Времени вместе провели – кот наплакал, и почему-то на Джэхона его радар в упор не реагировал. Ладно бы детектор вообще сдох, так ведь остальных типов он подозревает по полной программе!
И почему, чёрт возьми, именно меня это обошло?
«Это же не укладывается ни в какую логику».
Выражаясь его языком – не было никакого обоснуя. Совершенно! Он так тщательно выстраивал все планы, полагаясь на это чутьё копа, а теперь выясняется, что в одном конкретном секторе оно дало сбой?!
В этот момент Ли Джэхона осенила одна догадка.
...
Простите, если мои слова прозвучали грубо, но ваше состояние действительно внушает опасения.
...Ничуть не грубо.
Если в реальности происходит нечто, лишённое логики, значит, за этим кроется скрытый фактор.
Вы ведь просто просите меня поберечь себя.
К тому же это был довольно избитый троп.
«Проекция».
В Изнанке подобному удивляться не приходилось.
Нередко случается так, что человек накладывает образ кого-то из своего прошлого на другого и подсознательно игнорирует любые нестыковки. Он видит в собеседнике ровно того, кого помнит.
Вот только загвоздка была в одном...
В таком случае я рад.
...
Ли Джэхон ничего не знал о прошлом детектива Хон Гёнджуна.
«Они с главным героем не были настолько близки, чтобы изливать друг другу душу».
В романе всё повествование велось от лица протагониста, и всё, чего тот не знал или превратно понимал, подавалось читателю именно через призму его заблуждений. Обычно это служило писательским трюком в моменты, когда герой ловил галлюцинации и терял рассудок.
По той же причине главный герой не вёл задушевных бесед с инспектором Хоном. А значит, ни о его прошлом, ни о пережитых им драмах и старых связях в книге не было ни слова.
Следовательно, не знал этого и Ли Джэхон.
...
«Блядь, да кого ты во мне разглядел-то?»
Ситуация была абсурдной, но Ли Джэхон с максимально невозмутимым видом продолжил разговор. Его раздражало это робкое, желторотое создание, которое мёрзло в стороне, не решаясь подойти, и встревоженно переминалось с ноги на ногу.
И всё же... я не могу сидеть сложа руки. Часть нашей группы отбилась, и только я знаю, где они находятся. К тому же ещё один человек пропал неизвестно где.
А, я слышал. С вами был врач.
У него ранение в живот. До сих пор он держался молодцом, но кто знает, что случится, останься он один. Медлить нельзя.
Ваша правда, однако...
Поколебавшись, детектив Хон Гёнджун всё же кивнул:
Когда вы планируете выдвигаться?
Как только появится хоть какая-то видимость.
До тех пор постарайтесь отдохнуть как следует, господин Ли Джэхон. Повторюсь: то, что вы сейчас говорите и стоите на ногах
Я уже сыт этим по горло.
Простите, что приходится повторяться.
Взгляд.
Мазнув взглядом по шатенке-птенцу, детектив Хон коротко кивнул и отошёл.
«...Кого же он, сука, во мне видит, раз начисто лишился бдительности?»
Когда планы рушатся в таком масштабе, невольно задумаешься: как теперь вообще заставить их снова бояться и остерегаться себя?
Конечно, как только он выполнит сделку с монстром из тины, настороженность вернётся сама собой, но Джэхон опасался, что его резкая перемена покажется им слишком внезапной и неправдоподобной.
Тяжело вздохнув, Ли Джэхон обратился к коричневоволосому цыплёнку:
Чего вам?
...
...А, тьфу ты.
Это же сотрудница Квон Ёнхи.
Что такое? Все спят, а ты тут бродишь туда-сюда.
...Так ведь и вы, начальник, не спите...
Не моя вина, что сон не идёт.
Ну... не сказать чтобы совсем уж не ваша?.. Наверное?
Да что с вами со всеми в последнее время творится?
Непонятно, с чего вдруг эти сопляки прониклись к нему такой тёплой душевной близостью, но субординацию в последнее время они нарушали с завидной регулярностью. Для Ли Джэхона, чья душа оставалась душой третьесортного начальника-подонка, это было поистине прискорбным и печальным зрелищем.
И всё же её вздрагивающие среди ночи плечи явно намекали на то, что ей есть что сказать.
...Подойди.
...
Поговорим, Квон Ёнхи-сси.
Ли Джэхон просто обязан был её окликнуть.
Хоть она и пыталась держаться, но кукуха у этой бедолаги сейчас трещала по швам.