Том 1 · Глава 5. Побег из компании
Изнанка – это мир, отражающий человеческие мысли и эмоции.
Впрочем, такая формулировка звучит слишком расплывчато. Сложно же понять, о каких именно мыслях идёт речь и что конкретно находит в ней своё воплощение. Поэтому в романе главный герой описывал Изнанку просто: «погибший мир, кишащий чудовищами».
И хотя топография и здания повторяли очертания привычного мира, общая атмосфера и сама суть окружения настолько отличались, что иного определения подобрать было невозможно.
Ли Джэхон смахнул толстый слой пыли со стола и медленно моргнул.
«Всё в точности как в романе».
Видимо, из-за того, что их офис стал эпицентром искажения, именно здание компании сохранило наибольшее сходство с реальностью. На первый взгляд всё осталось прежним, если не считать того, что помещение выглядело чудовищно ветхим и полуразрушенным.
Хотя само по себе это «ветхое и полуразрушенное» уже внушало ужас.
Когда место, где ты только что спокойно сидел, за долю секунды превращается в руины сорокалетней давности, даже у самого хладнокровного человека мороз пойдёт по коже. Даже главный герой в романе поначалу впал в полный ступор, когда его впервые затянуло на Изнанку.
Где мы?.. Нет, это же наш офис. Вы хоть что-нибудь понимаете? Почему это произошло?..
...
Глядя на запаниковавшего Чон Инхо, Ли Джэхон мысленно тяжело вздохнул. В самом начале истории его выдержка явно оставляла желать лучшего.
«Впрочем, ничего удивительного: в этом мире рассудок тает от одного только дыхания».
Изнанка ни капли не благосклонна к поглощённым ею жертвам: на этих бескрайних пустошах выжившие постоянно подвергаются проверке на человечность, а их внутренние травмы безжалостно вскрываются. Сама способность выжить здесь служила лучшим доказательством несокрушимой воли.
И Чон Инхо среди всех выживших – то есть в будущей группе протагониста – обладал самым крепким рассудком. Должно быть, сказывалось чувство ответственности, ведь он оказался единственным взрослым мужчиной в их компании. Остальные – двое школьников, владелица цветочного магазина, ни разу в жизни не занимавшаяся спортом, да пожилой человек.
Но в романе Чон Инхо окончательно взял себя в руки лишь после того, как выбрался из офиса и встретил остальных людей в парке неподалёку.
Проще говоря, вплоть до выхода из здания он пребывал в состоянии шока.
Вспомнив об этом, Ли Джэхон подавил раздражение и обратился к герою:
Чон Инхо-сси.
...А? Да?
Видимо, намёк, заложенный в обращении «Чон Инхо-сси», прочно засел у того в голове – судя по тому, как его безумно мечущийся взгляд тут же сфокусировался на начальнике.
Джэхон указал пальцем в сторону служебной кухни:
Пошарь в ящиках на кухне, там должны быть инструменты. Забери их, а заодно прихватите бутылки с водой и печенье. Затем возвращайся сюда.
...
Понятно?
Когда человек в панике, чёткий приказ действует куда лучше любых уговоров. Конечно, следовало делать поправку на стойкость психики, но, судя по роману, запас прочности у главного героя был достаточным, чтобы не сломаться от пары резких поручений.
Расчёт оказался верным: Чон Инхо растерянно посмотрел на него, кивнул и бросился выполнять указание. Бежать он не бежал, но спешный шаг выдавал крайнюю степень тревоги.
Тревога... Да, этот мир одним своим присутствием сводил с ума.
...
Ли Джэхон остался на месте и оглядел офис.
Большинство коллег пребывали в прострации, бессвязно бормоча в пустоту, а кое-кто и вовсе забился в угол, свернувшись калачиком и мелко дрожа. Влияние Изнанки напрочь вышибло у них почву из-под ног.
На их фоне недавнее замешательство протагониста казалось сущим пустяком. Тех, кто хоть как-то сохранял рассудок, набралось от силы пара человек.
Неторопливо сжав и разжав кулак, Ли Джэхон ухватился за кусок трубы, торчавший прямо из разрушенной стены.
...Фу-ух.
Хрясь!
С силой надавив, он с корнем выломал металлический обломок.
Трудно сказать, откуда в капитальной перегородке взялась труба, но то была Изнанка. Проросшая сквозь стену коммуникация из другого крыла здания здесь считалась делом обыденным.
«Даже к лучшему, что я вспомнил прошлую жизнь».
Точнее, к лучшему, что его тело теперь способно использовать прежние боевые навыки. Настоящий Ли Джэхон не сумел бы оторвать эту трубу, будь она хоть трижды ржавой и ветхой. Потому-то в романе он и прибегал к тем подлым трюкам, чтобы уцелеть.
Несколько раз проверив прочность импровизированного оружия, Ли Джэхон повернул голову на звук шагов.
...
Из кухни возвращался Чон Инхо.
Сжимая трубу в руке, Джэхон обратился к запыхавшемуся подчинённому, который задыхался, даже не переходя на бег:
Ну что, полегчало?
...Вроде.
Эй, зам Чон, что за манера речи? Совсем субординацию потерял?
От этого окрика окаменевшее лицо героя слегка расслабилось. Наверное, потому что он увидел не порождение Изнанки, а привычного «начальника Ли» из реального мира. Это помогло хоть немного заглушить удушающий страх изоляции. Трюк, к которому протагонист не раз прибегал на страницах книги ради душевного равновесия.
Правда, то, что этой связующей нитью с реальностью оказалась ненавистная тирания босса, вызывало у Чон Инхо сложные чувства, но церемониться с ним Ли Джэхон не собирался. Дел и без того невпроворот.
Ли Джэхон спокойно восстановил в памяти события книги.
«В оригинале главный герой забрал с собой нескольких вменяемых коллег и покинул здание».
В первые минуты после поглощения на улице ещё стоял день, а само здание офиса, служившее отправной точкой, исказилось меньше всего. С прицелом на будущее скорейший уход из компании был единственно верным решением.
Все оставшиеся сотрудники в итоге сгинули в пасти Изнанки, но наивно полагать, будто герой заранее просчитал их гибель: он ведь сам ничего не знал об этом месте. Чон Инхо просто пытался разобраться в происходящем кошмаре и взял с собой тех немногих, кто мог связно говорить.
И если придерживаться выстроенной им легенды, сейчас Ли Джэхону следовало подать голос.
Ловко перехватив трубу, он скомандовал:
Для начала надо осмотреться. Зам Чон, тащи сюда тех, кто ещё не растерял мозги. Надо оценить обстановку.
Почему... вы так спокойны?
Блять, ну если со стороны кажется, что я спокоен, значит, всё просто охуенно.
И это была чистая правда. До единого матерного слова.
Но в то же время и тонкий расчёт.
«В такой ситуации сохранять ледяное спокойствие было бы верхом подозрительности».
Тем более что в момент перемещения герой прямо спросил: «Что происходит?». Понял ли Чон Инхо интуитивно, что начальник был готов к катастрофе, или нет, но прояви Джэхон невозмутимость, и нелепых подозрений не оберёшься.
Однако для успешного старта на Изнанке требовался хоть кто-то собранный, способный довести группу хотя бы до парка напротив. Ждать этого от рядовых сотрудников или пребывающего в шоке протагониста не приходилось; роль лидера выпадала Ли Джэхону, а значит, нужно было хотя бы делать вид, что он держится исключительно на голом упрямстве и нервах.
Да, сейчас Ли Джэхон якобы до смерти напуган происходящим. Он в шоке, в тревоге и панике, но благодаря годам деспотичного руководства и вчерашней таинственной легенде изо всех сил держит лицо.
А передать это внутреннее напряжение без ущерба для репутации лучше всего через слова, а не через действия. А что передаёт накал эмоций лучше отборного мата?
Расчёт оправдался: подозрительность, начавшая проступать во взгляде героя, заметно угасла.
Прошу прощения.
...
«Ну и скользкий же тип».
Он явно не отбросил сомнения до конца, но к этому Джэхон был готов. Учитывая их изначально отвратительные отношения, такой результат можно было считать успехом.
Дойдя до эмоционального предела, человек всегда ищет, на кого свалить вину. Если рядом оказывается давний недруг, он становится идеальной мишенью. Изнанка с лёгкостью сводит с ума, и с пошатнувшимся рассудком Чон Инхо вполне мог сделать начальника козлом отпущения даже без всяких доказательств.
До мысли, будто эту катастрофу подстроил сам Ли Джэхон, герой, конечно, не дошёл. По его собственному мнению, у начальника Ли кишка тонка для таких масштабов, но вот странная привычность Джэхона к кризису вызывала закономерные вопросы.
Ли Джэхон лениво моргнул, глядя, как Чон Инхо ведёт за собой стажёра и старшего специалиста.
Кажется, только эти двое способны соображать, начальник Ли.
...Специалист Кан Мина, а это... стажёр Но Ёнсок, верно?
Впереди ждало немало испытаний, и создавать себе помехи на самом старте не имело смысла.
«Пока всё идёт по сюжету книги».
Именно этих двоих протагонист в романе взял с собой на разведку. По пути они наткнулись на сотрудника из другого отдела и группой из пяти человек обследовали здание, причём тогда Чон Инхо послушно следовал за спортивным стажёром Но Ёнсоком.
Иными словами, до событий в парке главный герой вовсе не был лидером. Вот только их изначальной целью была разведка, а не побег, и главное – живыми из компании выбрались лишь четверо.
Ли Джэхон скользнул взглядом по Кан Мине.
«Если использовать этот повод...»
...можно надолго заставить этого приставучего гада отвести подозрения.
С этой мыслью он посмотрел на Чон Инхо, который тут же заслонил собой коллегу от его взгляда. Он вступился за неё, вспомнив прежние самодурские замашки босса.
Движение вышло настолько естественным, что даже бесило. Но тратить нервы на такую ерунду Джэхон не собирался; к тому же для грядущих событий было полезно поддерживать в герое этот благородный порыв. Ведь его несгибаемый дух был признан самим каноном.
Одобрительно кивнув поступку Чон Инхо, Ли Джэхон произнёс:
Случилось чёрт-те что, а вменяемыми остались только вы. Надо выйти и осмотреться, так что за мной.
А... д-да.
Стажёр Но Ёнсок. Слышал, ты спортом увлекаешься?
От этого вопроса парень растерялся. Ещё бы: начальник, раньше ни в грош не ставивший стажёров, вдруг знает о его хобби.
Д-да, верно...
Вот и отлично.
Ли Джэхон, даже не глядя на протагониста, почувствовал, как тот нахмурился.
В романе Но Ёнсок шёл впереди до самого выхода, ибо начальник Ли выставил его вперёд как самого физически крепкого. Причём с издевательской угрозой: «Ослушаешься – забудь о постоянном контракте».
Вот только тогда никто из них не понимал сути Изнанки и истинного масштаба угрозы. Скованные офисной иерархией, они послушно пустили парня первым по указке босса.
Само собой, в глазах главного героя ценность начальника после этого пробила очередное дно. Но сейчас повторять эту глупость Ли Джэхон не собирался и невозмутимо добавил:
Я иду первым, ты замыкающим.
...Что?
С первого раза не доходит? При ходьбе прикрываешь тыл. Зам Чон и специалист Кан, встаньте в середину в любом порядке.
И дело было не только в попытке выслужиться перед героем. Такой строй был жизненно необходим. Ли Джэхон помнил об опасностях Изнанки из прошлой жизни, но даже неосведомлённые спутники инстинктивно чувствовали угрозу. Их животное чутьё било тревогу.
«По словам героя в романе, казалось, будто монстры вот-вот сожрут их заживо».
И это было чистой правдой. Оказавшись в пасти чужого измерения, где им суждено было стать добычей чудовищ, они в полной мере ощутили первобытный страх.
Благодаря этому даже в столь безумной обстановке они подчинились приказу босса. Повторюсь: лучший способ справиться с паникой – отдать чёткое распоряжение. Ощутив нависшую угрозу, они мгновенно осознали разумность построения.
Убедившись, что остальные коллеги невменяемы, троица собралась с духом, и Ли Джэхон, выждав нужный момент, толкнул дверь офиса.
А затем тихо выдохнул:
...Ох-хо.
Коридор здания закручивался в причудливый лабиринт.
Ч-ч-что... это?..
...Это точно наш офис?..
Как такое...
Сотрудники, до этого застывшие в ступоре, тревожно загалдели. Те, кто не мог прийти в себя, истошно завопили или рухнули на колени; лица остальных стали белее мела.
Искажения Изнанки одним своим видом неумолимо разъедали рассудок людей, выросших в мирное время. Это давило и на Ли Джэхона: он крепко прикусил губу и перехватил трубу поудобнее.
Кошмары прошлой жизни тёмным пятном растекались в сознании. И страх, порождённый ими, Джэхон даже не пытался скрывать.
...Начальник Ли, идём?
...Надо.
Ведь ему требовалось показать протагонисту: «Я такая же жертва обстоятельств, как и вы».
Ли Джэхон шагнул за порог офиса.
Раскрошившийся бетон хрустнул под подошвой туфель, и в неестественно расширившемся, похожем на пещеру коридоре этот тихий звук отозвался гулким эхом. От одного этого шага волосы на затылке встали дыбом. Звук впивался в уши, словно ползучая сороконожка, но крика Джэхон не издал.
...
В конце концов, всё происходило в точности как в книге. Он попытался хладнокровно понять, чего именно боится.
Если смерти – то для него она была бы скорее избавлением; если вечного скитания по Изнанке – вероятность такого исхода ничтожно мала.
Пока рядом находился главный герой, вариантов оставалось всего два: либо сгинуть на Изнанке, либо вернуться живым в реальный мир.
Третьего не дано, так что ломать голову над другими сценариями не имело смысла – выбора у него попросту не было.
А значит, худшего исхода для него не существовало.
У кого-нибудь есть перманентный маркер?
Ведь самый страшный кошмар уже случился в тот миг, когда к нему вернулась память о прошлой жизни.
✕-✕-✕-
Чон Инхо молча и неотрывно наблюдал за начальником.
...Кажется, у меня на столе лежал.
Тащи сюда. Желательно побольше.
Сейчас.
В его тёмных глазах застыло глубокое недоумение.