Том 2 · Глава 24. Сорано Кёко

†

Огромные двери церкви распахнулись, и Кохару в свадебном платье вместе с отцом склонились в почтительном поклоне.

Под торжественные звуки органа они медленно зашагали по ярко-красной ковровой дорожке.

В этом наряде девочка походила на истинного ангела, сошедшего с небес.

После моего развода Какэру улыбался лишь из вежливости.

Он превратился в ребенка, постоянно заглядывающего людям в глаза, держащего дистанцию и прячущего глубоко внутри свои истинные чувства.

Конечно, материнскому сердцу было больно на это смотреть. Я винила во всем себя. Пыталась быть с сыном предельно откровенной, но Какэру так и не открыл мне душу.

Когда он объявил о желании поступить в токийский университет, я, родная мать, не осмелилась спросить о настоящих причинах. «Наверное, просто хочет уехать из нашего города», — догадалась я, и от этой мысли стало невыносимо одиноко. А его заботливое: «Мам, я постараюсь не быть тебе обузой», — тяжким камнем легло на сердце, добив окончательно.

В день отъезда, по пути в аэропорт Китакюсю, мы заговорили о будущем. «Наверное, я найду работу в Токио», — обронил Какэру, и я поняла: он уходит насовсем. Острая тоска отступила, сменившись философским спокойствием. Сын вырос, пусть живет так, как считает нужным.

Маша вслед Какэру, скрывающемуся за выходом на посадку, я чувствовала себя так, словно мы прощаемся навсегда.

Сердце щемило от мысли, как многого я недодала ему как мать.

«Хотя бы позабочусь, чтобы он не знал нужды в деньгах».