Том 1 · Глава 121. Три снеговика.

—Цие, а зачем ты попросил Крутыша меня охранять? — шепотом спросил Байли Панпан, притеревшись к плечу Линь Цие на темной улице.

—В нынешней ситуации мы оба — ходячие мишени. Если я буду постоянно находиться рядом с тобой, это только добавит риска. А Цао Юань, когда впадает в неистовство, вообще не отличает своих от чужих… Короче говоря, тебе нужен кто-то адекватный, да к тому же сильный боец.

Панпан выслушал его, и его осенило: — Да ты просто гений!

Плетущийся позади всех Шэнь Цинчжу шел, засунув руки в карманы, и отрешенно разглядывал звезды на ночном небе, погруженный в свои мысли. Вдруг он резко замер.

—Эй, толстяк, — окликнул он.

Байли Панпан обернулся и скривился: — Вообще-то я теперь твой работодатель. Мог бы и повежливее обращаться.

—…Байли Тумин, — Шэнь Цинчжу глубоко вздохнул и неохотно произнес: — Дело есть. Выдай мне аванс за один день.

Панпан удивленно приподнял бровь: — Зачем это тебе?

—Не твое дело. Просто скажи: дашь или нет?

Байли Панпан вопросительно взглянул на Линь Цие, и тот едва заметно кивнул.

—Но у меня с собой нет налички… — почесал затылок Панпан.

—У меня есть триста юаней, хватит? — неожиданно подал голос стоявший рядом Цао Юань.

—Вполне. Давай сюда, — Шэнь Цинчжу согласно закивал.

Цао Юань достал из кошелька последние триста юаней и протянул Шэнь Цинчжу. Тот взял деньги и развернулся обратно к лапшичной. В тусклом свете уличных фонарей троица проводила его взглядом: он вернулся в ту самую невзрачную забегаловку.

Он о чем-то переговорил с хозяином, добавил в миски трем своим оставшимся парням по сочному свиному ребрышку и яйцу, а затем отдал все оставшиеся деньги Дэн Вэю. Сказав пару напутственных слов, он поспешил обратно.

—Идем, — ровным тоном бросил Шэнь Цинчжу, поравнявшись с ними.

Линь Цие, Панпан и Цао Юань переглянулись и понимающе промолчали, после чего все вместе направились к выходу из переулка.

—Отель взлетел на воздух… Где нам теперь ночевать? — уныло завел волынку Байли Панпан.

Цао Юань, прижимая к себе клинок, предложил: — Может, найдем какой-нибудь храм и перекантуемся там до утра?

—…Мы вообще-то в современном городе. Где я тебе посреди ночи храм найду?

—Тоже верно.

Линь Цие немного подумал и сказал: — Я знаю одно место. Идите за мной.

Троица последовала за Линь Цие. Пропетляв по нескольким безлюдным улочкам, они наконец остановились перед обшарпанным зданием захолустной гостиницы.

Из окон лился характерный розово-пурпурный свет, падая на покосившуюся входную дверь. Четверо парней замерли на пороге, задрав головы к кричащей, выцветшей вывеске…

«Сон бабочки… Почасовой отель для свиданий?!»

Увидев эти иероглифы, Байли Панпан почувствовал, как у него все сжалось внутри от дурного предчувствия: — Цие… ты это сейчас серьезно?

—В Цаннани не так много мест, где можно заселиться без документов, и это еще самый приличный вариант, — Линь Цие иронично приподнял бровь. — Если не нравится, можем пойти спать под мост.

—…Ладно, давай сюда.

Они толкнули дверь и вошли. Все оказалось именно так, как говорил Линь Цие: никаких паспортов не потребовали, да и свободных мест хватало. Но стоило Панпану потянуться за кошельком, чтобы снять три отдельных номера, как Шэнь Цинчжу резко его остановил:

—Я буду в одном номере с тобой.

—Чего?! — вылупился Панпан.

—Раз уж я подвязался охранять тебя лично, разделяться слишком рискованно. Занимай кровать, а я могу и на полу поспать, — абсолютно серьезно отрезал Шэнь Цинчжу.

Байли Панпан потерял дар речи.

—Раз такое дело, я тоже к вам подселюсь, — спокойно добавил Цао Юань. — Втроем как раз сможем перекинуться в «Дурака».

—Эй, постойте…

—Вот и договорились.

Не дав Панпану вставить ни слова, Цао Юань и Шэнь Цинчжу уже выбрали комнату. Парни начали подниматься по лестнице, и половицы под их ногами жалобно и громко скрипели.

Стоило им подняться на второй этаж, как до их ушей донеслись глухие… весьма недвусмысленные звуки из соседних номеров.

Шэнь Цинчжу на секунду опешил, его щеки слегка порозовели, но он тут же нацепил маску невозмутимости и гордо зашагал дальше с высоко поднятой головой.

Цао Юань смиренно опустил глаза и едва слышно пробормотал буддийскую молитву: «Амитабха».

Байли Панпан с крайним изумлением посмотрел на этих двоих, и на его лице отразилось полное недоверие…

—Вы что… до сих пор оба девственники?

—А ты типа нет?

—Смеетесь? Да ваш покорный слуга еще в семь лет уже все…

—Пришли, — перебил его Шэнь Цинчжу.

Он остановился у двери, провернул ключ в замке, и в нос парням тут же ударил легкий запах сырости и плесени. Слегка поморщившись, Шэнь Цинчжу первым переступил порог.

Комнатка оказалась крошечной, всего с двумя кроватями. Потолочный светильник, покрытый многолетним слоем пыли и пятен, заливал все пространство тусклым розовым светом, из-за чего атмосфера мгновенно стала двусмысленной.

—Тут две кровати, ложитесь на них, а я устроюсь на полу. — Шэнь Цинчжу подошел к окну и внимательно осмотрел улицу. Убедившись, что слежки нет, он задернул плотные шторы.

Байли Панпан кивнул: — Цао Юань, ты на какую присядешь… Э?

Он уставился на пустой коридор за своей спиной и удивленно хмыкнул.

Тем временем на первом этаже

—Добрый вечер.

—Что вам угодно?

—Подскажите, у вас есть… ну, знаете, такая штука, чтобы развлечься втроем? Очень захватывающая и интересная вещь.

—Хм… В принципе, найдется. А поконкретнее, что именно вас интересует?

—Колода карт.

—…

Убедившись, что с Панпаном все в порядке, Линь Цие покинул гостиницу. Скользя в ночи подобно бесплотному призраку, он бесшумно направился к дому Хун Ин.

Незаметно для него с ночного неба начали срываться первые редкие снежинки, мягко опускаясь на притихшие улицы. Линь Цие протянул руку, поймал одну из них и завороженно смотрел, как она тает на его теплой ладони…

После долгого молчания он с легкой грустью покачал головой.

—В этом году у нас не получится слепить снеговика, А Цзинь…

Спустя десять минут.

—Цие, почему тебя так долго не было? — Хун Ин, завидев вошедшего парня, пулей взлетела с дивана и сердито надула губы. — Еще бы немного, и я сама пошла бы тебя искать!

Лениво развалившийся на том же диване Вэнь Цимо сладко зевнул: — Подтверждаю. За последние полчаса она вспомнила о тебе не меньше двухсот раз.

Линь Цие смущенно почесал затылок: — Задержался на перекус… Прости, сестрица Хун Ин.

Хун Ин вздохнула: — Ладно, пора спать… Вэнь Цимо, ночью ухо держи востро, головой отвечаешь за безопасность Цие!

—Да знаю я, знаю, — снова зевнул Вэнь Цимо. — Пока я дежурю в гостиной, сюда даже мышь не проскочит.

Хун Ин бросила взгляд за дверь и уныло вздохнула: — Капитан со старым псом Сяннанем тоже хороши, взяли и смылись к себе… Никакой солидарности! Хм!

Бросив эту фразу, она ушла к себе. Линь Цие лишь снисливо улыбнулся и тоже отправился в свою комнату.

Щелк! Раздался тихий звук, и свет в коттедже погас, погружая дом в полную темноту…

А снаружи бушевала зима. Ночное небо казалось бездонным, а снегопад становился все гуще. Порывы ледяного ветра проносились над спящей Цаннанью, кружа в воздухе мириады снежинок и с воем унося их вдаль по городским улицам.

Всего в сотне метров от виллы, на крыше старой церкви, неподвижно лежал Лэн Сюань. Сжимая в руках снайперскую винтовку, он, подобно каменному изваянию, бдительно стерег окрестности.

Хруст. Позади него раздался отчетливый звук шагов по свежему снегу. Лэн Сюань резко обернулся и в следующий миг застыл от неожиданности.

—Как для зимы, не холодновато тут? — Чэнь Муе с зажженной сигаретой в зубах не спеша подошел ближе и уселся рядом.

—Нет, — коротко отчеканил Лэн Сюань.

—Я принес тебе пальто, — У Сяннань, закутанный в черный плащ, опустился с другой стороны от снайпера. Он набросил теплую вещь ему на плечи и с мягкой улыбкой устремил взгляд на темнеющую вдали виллу.

—А вы почему не спите? — спросил Лэн Сюань.

—Спать? Да как-то не спится.

—Понятно.

—Слышал, Цие сегодня ходил впрягаться за толстяка? Ну и как все прошло?

Лэн Сюань выдержал небольшую паузу, и его губы тронула едва заметная улыбка: — Отлично. Он стал намного сильнее. Думаю, сейчас даже я не могу с уверенностью сказать, что одолею его.

—Вот как… — Чэнь Муе усмехнулся. — Рад слышать.

—Угу.

—Ты караулил его весь день, давай мы подменим тебя на ночь.

—Не нужно. Если бы у меня не было выдержки, я бы не стал снайпером.

У Сяннань и Чэнь Муе переглянулись, горько ухмыльнулись, но настаивать не стали.

На церковной крыше воцарилась тишина. Без лишних слов трое мужчин замерли бок о бок, не отрывая глаз от далекого дома.

Хлопья падающего снега оседали на их плечах и головах. Под безмолвным ночным небом снежный покров становился все толще и толще…

Постепенно они превратились в трех снеговиков, безмолвно охраняющих покой этого города.