Том 18. Глава 199

—Он говорит с ней о Котле, — сказала я. — И о Выверте.

Я дала сигнал остальным выйти из фургона, и мы собрались вокруг Бентли и Ублюдка.

—О Котле? — спросил Тектон.

—Котёл разработал рецепт, который может давать людям силы, а кейпы с чертами монстров — это их неудачные попытки, — сказала я.

—Случаи 53, — сказала Грация.

Сплетница кивнула.

Я поднесла палец к губам. Точнее, к той части маски, за которой были губы. Затем просунула ладони по бокам от маски и заткнула уши, в надежде заглушить лишние звуки. Помогло не очень.

Сплетница что-то сказала Мраку, и он окружил нас пузырём тьмы, оставив чистую область вокруг, чтобы мы могли общаться. Через секунду я поняла зачем. Они со Сплетницей, видимо, надеялись скрыться от других чувств Ноэль.

Кажется, собаки Суки чуяли запахи даже сквозь тьму? Если Ноэль и вправду чувствует наш запах, это ей не помешает.

—… говорил, что знает их… — сказала Ноэль. Это был вопрос? Я с трудом улавливала тон.

—… говорю именно об этом, Ноэль, — ответил Эйдолон. — …самого начала. Выверт связан … людьми, которые сделали это с тобой.

—Я в это не верю... Нет.

—Эйдолон только что сказал, что Выверт был связан с Котлом. И что Котёл в ответе за то, что с ней случилось, — сообщила я остальным.

—Ещё один план Выверта? — спросил Мрак. — Но зачем ему создавать Ноэль? Для каких целей?

—Он не создавал её, — сказала Сплетница. — А вот остальное похоже на правду.

Я говорила, поскольку боялась, что не смогу потом повторить либо из-за усталости мешавшей запоминать, либо из-за начавшегося боя. Я пропустила что-то, что сказал Эйдолон:

—… помочь тебе.

—У меня было слишком много… — следующее слово было слишком длинным, и я его не разобрала, — …помощи. Не могу надеяться…

Ограниченность чувств насекомых была удручающей. Да, они были полезны, но тактильная основа информационного потока не передавала интонации людей, кроме того, мне приходилось выхватывать отдельные звуки и пытаться составлять из них слова, причём достаточно быстро, чтобы не отстать от разговора. Жаль, что я не потратила больше времени на тренировку использования зрения и слуха роя.

Эйдолон сказал что-то, какое-то непонятное слово. Однако потом была пауза, и у меня появилась возможность подумать. Что-то, что кончалось на -тива или -шива… Прерогатива?

Альтернатива. Всё стало ясно, когда он снова заговорил:

—Ты хочешь умереть..?

—Да, — ответ Ноэль был чётким.

—Я ...оже… …тов умереть, — сказал Эйдолон. В середине фразы опять попалось длинное слово, на анализ которого не было времени. — Моё чувство опасности говорит, что ты … одна.

—Нет, — ответила Ноэль. Она сменила положение, и когда переставляла ногу, которая, кажется, была более трёх обхватов в толщину, зацепила часть моих насекомых. Я перестала их чувствовать.

—Почему бы тебе не… …нас… — сказал Эйдолон. "Представить". Смысл появлялся, только если это вопрос: "Почему бы тебе не представить нас?"

—Показать мои…

—Почему не… — сказал Эйдолон, и я не поняла конец фразы. Ещё один вопрос? От напряжения у меня начала болеть голова.

Что-то отщепилось от Ноэль и столкнулось с насекомыми. Они не были поглощены. Телосложение, длинные волосы… ещё одна Виста.

Сначала я подумала, что Ноэль произвела ещё одного клона, но затем из окружающих зданий начали появляться другие. Они выходили прямо из стен, словно до этого прятались под поверхностью.

И здесь были не только Висты. Я заметила какого-то клона, непропорционально тонкого, горбатого, использующего для ходьбы костяшки пальцев, кажется, это была Цирк. Была одна Виста, ещё две крупные фигуры, вероятно Уберы. На втором этаже здания позади Эйдолона появился молодой человек с голым торсом, вооружённый оружием, превышающим его собственные размеры. Элит.

—… не ожидал… … ловушку, — сказал Эйдолон. Насколько я могла судить, он не сдвинулся с места, и тон его голоса не изменился.

Ноэль не ответила. Со своей возвышенной позиции ей было видно за спиной Эйдолона окно с выбитыми стёклами, в котором Элит беззвучно устанавливал свою пушку.

—У нас проблемы, — сказала я.

Мрак убрал тьму.

—Проблемы?

—Она приготовила засаду. В здании позади него прячется Элит с огромной пушкой. Скорее всего, технарской.

—Эйдолон знает, что делает, — сказала Грация.

—А если нет? — ответила Сплетница. — Что если эта пушка может пробить любую его неуязвимость и щиты?

—Он что-нибудь придумает, — сказала она. — Он Эйдолон.

—Он человек, — сказала я. — А людям свойственно ошибаться.

—Он Эйдолон, — повторила она.

—Согласен с Грацией, — сказал Тектон. — Слишком опасно. Она точит на вас зуб. И это не стоит риска испортить его план.

—Тогда зачем мы здесь? — спросила я.

—Если его план провалится, тогда и вмешаемся, — сказал он. — Силы Эйдолона слабеют после смены. Если она его клонирует, клон впервые выберет силы. Будет промежуток времени, когда его можно будет вынести.

—Если только мы сможем подобраться достаточно близко, — сказал Мрак.

—Возле неё ещё полдесятка кейпов, — сказала я. — Одна Цирк, одна Виста, которая явно умеет скрывать людей в двумерном пространстве, два Убера и Элит с пушкой.

—Компромисс, — сказала Сплетница. — Рой, рисуй на земле стрелки, неброские, но понятные. Укажи путь к Элиту, ладно? Остальные останутся на месте и будут ждать. Если возникнет сложная ситуация, мы поможем Эйдолону.

Я начала рисовать стрелки, и уже собиралась спросить зачем, но вдруг осознала, что я не слежу, о чём говорят Эйдолон и Ноэль.

—... думаешь, ты можешь победить... — сказал Эйдолон.

—Надеюсь, что не смогу, — ответила Ноэль.

—… хочешь умереть, тогда … драться…

—Мысли путаются. Мои… мозги …запутаны. Не позволит мне сдаться. … слишком… бес…ный — Безжалостный? Беспокойный?

Элит всё ещё возился с пушкой. Чтобы хватило места расположить оружие горизонтально, ему пришлось найти участок напротив открытой двери. Конструкция была грубой, сделанной наспех. Исходя из того, что подсказывало чувство роя, она напоминала работу Скрип. Значит в ней остаётся множество отверстий и зазоров. Самая горячая часть, должно быть, источник питания. Он располагался с наиболее удалённой стороны от мутанта-Элита.

Я послала тараканов пробраться через щели внутрь и заставила их грызть проводку.

—... ты уверена, что тебе полегчает, если они умрут? — спросил Эйдолон.

—Я не уверена. ... Я зла, но с моих эмоций словно ... сдёрнули. Злоба, ...ние, боль, ненависть, ... настолько сильнее. ... не моё. Не мои эмоции, так что я всё ещё могу думать...

—Они оба тянут время, — сказала я.

—Эйдолон выбрал силы, которые, по его мнению, обеспечат ему победу, — сообщила Сплетница, — он только ждёт, пока они наберут полную силу. Ноэль ждёт, когда выстрелит клон Элита.

—Я пытаюсь повредить оружие, — сказала я. — Но похоже, что он будет готов выстрелить в любой момент.

Тектон и Грация молча посмотрели друг на друга. Что их смутило? Описание ситуации подорвало их веру в Эйдолона? Или это из-за меня?

—Меньше минуты, — сказала Сплетница.

—Я абсолютно уверена, что ещё меньше, — сказала я.

Не успела я договорить, как Элит сел рядом с пушкой и приложил глаз к окуляру. Ствол оружия повернулся на треноге, клон прицелился.

Эйдолон немного повернул голову, как будто краем глаза смотрел на Элита.

Тот нажал на спусковой крючок.

—Вот и всё, — сказал Эйдолон. Выстрела не прозвучало. Клон снова попытался выстрелить, из источника питания вылетел разряд электричества, поджарив половину насекомых, расположенных на Элите. Клон упал на пол, но уже через секунду вскочил на ноги и вырвал панель на источнике питания. Он гораздо более крепкий, по сравнению с обычным человеком.

—В атаку! — закричала Ноэль.

Её прислужники бросились на Эйдолона, но он среагировал первым. Он провёл перед собой рукой, словно отмахиваясь от мошкары или сдвигая в сторону занавеску. Раздался удар, который был слышен даже рядом с нами, земля затряслась.

В одно мгновение, Эйдолон убил почти всех насекомых, которых я держала рядом с ними. Мне понадобилось время, чтобы понять, что он сделал.

Оставшиеся в живых насекомые были неспособны двигаться, поскольку их прижимало к земле, настолько сильно, что они погружались в почву. Там, где поверхность была недостаточно мягкой, даже самые прочные тараканы погибли.

Немногие выжившие насекомые позволяли мне оценить кое-что из происходящего. Пучки сорняков, торчащие между плит тротуара, сейчас лежали на земле, словно кто-то накрахмалил их и наутюжил.

Эффект продлился всего несколько секунд. Я осторожно запустила насекомых в область действия силы и обнаружила, что воздух стал плотным и странно тёплым. Почва сдвинулась, дорога и бетонные плитки тротуара были разломаны. Груды щебёнки были стёрты в пыль, кучи мусора вдавлены в землю. Фанера, сайдинг и деревянные рамы соседних зданий были вырваны и раздроблены. Каждый кусочек пластика и дерева был смят либо вдавлен в трещину или полость.

Уберы и Цирк мертвы — расплющены о землю. Конечности переломаны во множестве мест, а грудные клетки и черепа раздавлены как сырые яйца. Висты нигде не было видно.

Эйдолон не двигался, а предварительный поиск подсказал, что Ноэль всё ещё стоит. Рой обнаружил кровь, стекающую на землю с её массивного тела.

Эйдолон что-то сказал, но рядом с ним было недостаточно насекомых, чтобы я могла расслышать.

—Он только что раздавил всё вокруг неё, — сказала я. — Как будто обрушил огромную невидимую наковальню.

—Вокруг Чертёнка? — спросила Сплетница, сжимая мою руку.

—Вокруг Ноэль, — сказала я. — Причём тут Чертёнок?

—Он задел здание, в котором был Элит? — спросила Сплетница, дёргая меня за руку.

—Нет.

—Разверни стрелки! Напиши предупреждения! Мы только что послали Чертёнка разобраться с Элитом!

Я сделала, как она сказала, развернула стрелки и задействовала каждое доступное насекомое для предупреждающих надписей.

—Проклятье! — сказал Мрак. — Зачем мы послали её туда?! Нам нужно к ней, вдруг кто-нибудь...

—Стой, — сказал Тектон, — эвакуируйте её, но нельзя путаться у Эйдолона под ногами.

Раздался ещё один удар. И снова почти все насекомые рядом с Ноэль исчезли. Очень немногие обладали достаточной прочностью или везением, чтобы выдержать давление. Летающие над Ноэль насекомые оказались вдавлены в её плоть.

Они подсказали мне, что она начала движение, выдвинув вперёд массивную ногу и опустив её, позволяя давлению Эйдолона впечатать конечность в мостовую с силой достаточной, чтобы по ней пошли трещины. Таким же образом она переставила вторую ногу.

Эйдолон взлетел выше, сохраняя дистанцию.

Она пригнулась к земле, словно под тяжестью давления, затем прыгнула. В этот момент последние насекомые в её плоти были поглощены, и я не могла следить за тем, что было дальше.

Снова раздался удар, ещё раз земля затряслась, и даже выжившие ранее насекомые погибли. Я полностью потеряла возможность следить за происходящим. Я выдвигала вперёд отдельных насекомых, чтобы оценить, действует ли ещё эффект, но как только они пересекали границу, их вмазывало в землю, и они умирали, словно под ударом молота.

Позади Эйдолона Элит воспользовался тем, что разряд убил всех тараканов-диверсантов, и закончил ремонт оружия. В то же мгновение как он приготовился стрелять, Эйдолон развернулся и поднял руку в его направлении.

Появилась Чертёнок. Она провела ножом по горлу клона-Элита. Эйдолон замер, наблюдая, как Элит пошатнулся и упал на подоконник, заливая всё вокруг кровью из открытой раны.

Я на секунду почувствовала себя сбитой с толку. Элит умер? Эйдолон, кажется, тоже растерялся, но оправился быстрее. Он резко развернулся и вновь обрушил на противника свой эффект.

—Элит мёртв, — сказала я.

—Как? — спросила Сплетница.

—Перерезанное горло.

—Чертёнок. Она не выполняет наши указания. Эйдолон атаковал Элита?

Я покачала головой.

Она отпустила мою руку, которую схватила после первой атаки Эйдолона.

Подобные эмоции были ей не свойственны. Обычно у неё было больше информации, она лучше понимала что происходит, но даже это не объясняла её реакцию. Жаль, что я не могу понять выражение её лица.

Элит почти полностью вывалился из окна. Слабеющей рукой он потянулся к оружию и ухватился за ствол. Он не ослабил хватку, даже когда выпал.

Тренога заскользила по полу, инерция и вес Элита потянули оружие наружу.

Эйдолон взглянул через плечо на тело, падающее из окна третьего этажа, и стрелой взмыл в небо.

Я уже соскользнула со спины Бентли и бросилась к идущей битве. Движения и реакция Эйдолона — всё говорило о преднамеренной и разрушительной опасности со стороны Элита.

При ударе о землю источник питания оружия сдетонировал. Насекомых вокруг было немного, и то, что они чувствовали одно краткое мгновение, было похоже на то, как они сгорали или погибали от электрического разряда. Насекомые погибли, и все ощущения пропали.

Я даже смогла увидеть сам взрыв, вспышку белого света, которая была видима как глазам насекомых, так и моему испорченному зрению. Зарево, которое вздымалось над зданиями.

—Нет, — воскликнул Мрак за моей спиной. Увидев вспышку, мы оба остановились.

Чтобы понимать происходящее, я заполнила район насекомыми. Ноэль удирала к высокому зданию. Она была в зоне поражения, но её это не замедлило. Я надеялась, что её это не замедлило, поскольку она двигалась безумно быстро.

Конечно, она не могла сравниться с Левиафаном, но всё равно это была скорость машины на автостраде. Возможно, сравнение было не совсем подходящим, поскольку она двигалась как живое существо. Она рванула словно хищник из засады, и в мгновение ока набрала скорость сто тридцать километров в час. И всё же она была нескладна, бег заставлял вспомнить скорее носорога, чем лесную кошку. Насекомые с трудом следили за передвижениями её ног, однако хорошо воспринимали вибрацию земли. Было ясно, что движения конечностей не были синхронны. В движениях ног, не было никакого ритма, казалось, что каждая нога обладает своим собственным разумом.

И всё же, неимоверная мощь несла её вперёд, а шесть или даже больше ног позволяли удерживать равновесие, поскольку несколько из них всегда касались земли.

Она достигла высочайшего в районе здания и, практически не теряя скорости, начала взбираться на него. Когда она цеплялась за поверхность в поисках опоры для каждой из своих ног, со здания срывались куски бетона. Обломки сыпались на землю, но её подъём был непрерывным и целеустремлённым.

Эйдолон развернулся к ней, снова направил на неё давление, вминая почти треть здания в землю. Большая часть верхних этажей, отделённая от каркаса здания, рухнула вниз. Обломки летели вниз с такой силой, что проламывали не меньше пяти-шести этажей снизу. Ноэль уже покидала зону поражения, перебравшись на противоположный фасад и продолжая подъём.

Ещё до того, как нас настигло облако пыли разрушения Эйдолона, она добралась до вершины. Я задержала дыхание. Нельзя допустить нового приступа кашля.

Мы достигли места, где началось сражение. Там, где действовала сила Эйдолона, мостовая была вмята почти на полметра от своего первоначального уровня.

—Чертёнок, — выдохнул Мрак, спрыгнул на вдавленную мостовую и побежал в направлении места взрыва. Мы направились за ним, Сплетница подала мне руку, чтобы помочь спуститься. В этом не было необходимости, но я не стала протестовать.

Взрыв разрушил одну из внешних стен здания и опалил внутреннее пространство. Насекомые начали обыскивать помещения. Я нашла её на третьем этаже. Она была так засыпана пылью и битым кирпичом, что я чуть не спутала её с крупным обломком.

—Третий этаж, задняя часть, лестница с той стороны.

Я осознала, что Ноэль изрыгает что-то из пасти в нижней части тела. В сгустке слизи было человеческое тело — обнажённое, покрытое язвенными наростами. Цирк.

А ведь Ноэль её не касалась.

—Блядь, — выругалась я.

—Она ранена? — спросил Мрак. У меня ушло несколько секунд, чтобы понять, что он имеет в виду Чертёнка.

Я покачала головой.

—Я не знаю. Это Ноэль... Она создаёт клона, и ей для этого не нужен прямой контакт с целью.

—Нужен, — сказала Сплетница. — На это указывает всё, что рассказали Скитальцы, и моя сила это подтвердила. Она уже касалась людей раньше, и не создала ни одного клона за то время, как была у Выверта.

—Может быть, это временный эффект, — сказала я. Мы достигли лестницы. Во время подъёма я несколько отстала. Я изрядно растеряла свою выносливость, и когда начинала чаще дышать, грудная клетка вопила от боли. Стало труднее говорить: — Она поглощает кого-то и затем, в течение некоторого времени, может создавать клонов.

—Возможно, — сказала Сплетница.

Мы добрались до нужного этажа, который оказался так серьёзно повреждён, что Суке и её собакам пришлось остаться. Наружная стена была выломана, и я почувствовала, как солёный ветер шевелит мои волосы.

Мы достигли Чертёнка. Она лежала возле уцелевшей стены. Я помогла Мраку убрать доски и куски бетона, которые были отброшены взрывом вместе с Чертёнком.

—Отвернитесь, — приказала Сплетница Тектону и Грации.

Тектон послушал, а когда Грация не отреагировала, он взял её за плечи и развернул.

Мрак снял её маску. Насекомые обыскали её, и обнаружили кровь, идущую из уха.

—Ай, ай-ай, — пробормотала Аиша. — Больно.

—Ты ранена? — спросила я.

—Ухо болит. И всё, чем я ударилась об стену.

—В этом ухе порвана барабанная перепонка, — сказала Сплетница.

—Дерьмо, — сказал Аиша, — Смогу сэкономить на акустике, когда буду покупать себе медиацентр.

—Тебе не повезло, это излечимо, — ответила Сплетница.

—Ты ударилась головой? — спросил Мрак.

—Нет, — одновременно ответили Чертёнок и Сплетница.

Мрак легонько стукнул её по голове.

—Идиотка, ты обязана слушаться, когда мы отдаём приказы.

—Я знаю, почему вы приказали убираться, — сказала Чертёнок. — Не хотели, чтобы я оставалась в здании, которое он может раздавить. Но я знала, что не успею быстро выбраться, и решила покончить с тем парнем с пушкой.

—Элитом, — сказала я.

—Да, Элитом.

Мрак дал ей ещё один подзатыльник.

—Эй! — сказала Аиша. Затем поморщилась, словно от боли. — Ай!

—Что?

—Ухо болит, когда говорю громко. Хватит меня бить. Я всё сделала правильно, — тихо сказала она.

—И всё равно ты не послушалась, — сказал Мрак. Он забрал маску у Сплетницы и помог Аише надеть её. — Вставай.

Чертёнок встала и пошатнулась.

—Голова кружится.

—Это из-за порванной перепонки, — сказала Сплетница. — Идём. Посмотрим, чем мы можем помочь Эйдолону…

По дороге к лестнице Мрак и Сплетница с двух сторон поддерживали Чертёнка. Я вернула внимание к бою:

—Эйдолон пока справляется и сам.

—Я же говорила, — сказала Грация.

—Он использует давление…

—Гравитацию, — сказала Сплетница.

—Точно. Он использует сверхмощную гравитацию, чтобы удержать её на месте, одновременно уничтожая клонов, которых она производит. Когда он в воздухе, он вне её досягаемости, и он что-то говорил о чувстве опасности. Я так понимаю, предвидение?

—Оно не помогло ему предотвратить взрыв, — сказал Регент.

—Оно помогло ему убраться в сторону до того, как тот произошёл, — сказала я. — И оно помогает ему, когда Ноэль пытается его обхитрить. Она… не знаю даже, как сформулировать. Она носит Висту, которая может делать объекты двумерными, и эта Виста помогает сохранять клонов в живых. Каждый раз, когда движения Эйдолона подсказывают, что он собирается использовать гравитацию, она складывает клонов в поверхности, которых они касаются, а сама приклеивается к Ноэль.

—Мы можем помочь Эйдолону, уничтожив Висту? — спросил Мрак.

—Я не знаю, как добраться до Висты, не нападая на Ноэль, — сказала я.

—Эйдолон может пользоваться тремя способностями одновременно, — сказал Тектон. — Если он выбрал полёт, предчувствие опасности и управление гравитацией, то это всё. Иногда он выбирает четыре, но тогда две или три очень слабые. Улучшенная точность или типа того.

—Если только полёт не связан с управлением гравитацией, — заметила Сплетница. — Я думаю, он выбрал какой-нибудь вид неуязвимости на случай, если Ноэль сумеет сократить дистанцию или если один из клонов атакует издалека.

Я ощутила, как Ноэль прыгнула на крышу соседнего здания. Во время прыжка она не могла увернуться, и если бы Эйдолон смог уделить ей внимание, она была бы беззащитна, однако в этот момент герой отражал пирокинетическую атаку Цирк.

Эйдолон уничтожил Цирк ударом гравитации, и, кажется, одновременно нейтрализовал все огненные шары, которые она в него бросила. До него не дошёл даже горячий воздух. Верхушка здания, на котором стояла Цирк, продолжала рушиться, когда он направил гравитацию в точку приземления Ноэль. Но та уже двигалась, скользнув на фасад здания, который не был виден Эйдолону.

Скорость передвижения обоих противников весьма затрудняла процесс расстановки насекомых и наблюдение за боем. Я поднимала насекомых по нескольким зданиям, пыталась распределять их максимально эффективно.

Когда насекомые перемещались по зданиям, я могла оценить разрушения, нанесённые Эйдолоном и определить, где находятся гражданские.

—Он прикладывает много усилий, чтобы его удары не задели гражданских.

—Ну я же говорила, — сказала Чертёнок, подражая голосу Грации, в то время как сама Грация сказала, — Конечно же.

Чертёнок засмеялась и тут же скривилась от боли.

—Возможно, это одно из свойств его чувства опасности, — предположила Сплетница.

Мы добрались до лестничной клетки и начали спуск к фургону. Чертёнок и я сели на Бентли. Я расположилась позади, чтобы не дать ей упасть. Мы не афишировали этого перед Тектоном и Грацией, но я и сама была не в лучшей форме. Может быть, Бентли и не самый удобный способ для передвижения, когда у тебя трещина в ребре, но на нём было явно лучше, чем на своих двоих.

Я указала путь, и мы направились в сторону схватки. Я не знала, чем именно мы могли помочь. Это была битва титанов. Эйдолон атаковал Ноэль в тысячу раз сильнее, чем смог бы любой из нас, а её это даже не замедляло.

Я начинала всё больше беспокоиться, что исход битвы может решить какой-то незначительный фактор, который я должна была найти, но до сих пор не находила. Ситуацию усложняло то, что я не до конца понимала силы, доступные как Ноэль, так Эйдолону. Ноэль явно создавала клонов из ниоткуда, ведь у неё не было доступа ни к Висте, ни к злодеям. Понять суть любой силы, учесть все потенциальные возможности было трудно само по себе, но Эйдолон плюс ко всему имел несколько сил сразу, да ещё и мог менять их на ходу.

Эйдолон ударил по скоплению клонов, укрывшихся в полуразрушенном здании, затем направил удар гравитации на себя. И он, и его костюм остались невредимыми, но насекомые на нём погибли. Я потеряла способность видеть его.

Но зачем? У атаки не было цели. Поблизости не было прислужников Ноэль.

Или это было послание мне? Он хочет, чтобы мы отступили?

Ноэль постоянно уклонялась от гравитационных ударов или быстро покидала зону эффекта, когда её всё-таки задевало. Она держалась так, чтобы между ней и Эйдолоном оставались многоэтажки. Он же при малейшей возможности использовал гравитацию. Он сменил тактику: теперь он поднимал в воздух куски зданий и вбивал их в землю гравитационными ударами. Силы он не менял, хотя к текущим Ноэль уже приспособилась. Вполне возможно, что он уже и не мог: теперь, если он откажется от одной из сил в пользу более подходящей, то он будет слишком уязвим, пока сила набирает мощь, или же он просто не сможет вернуть потерянное за это время преимущество.

Одна из голов в нижней части тела Ноэль выплеснула поток слизи с двумя голыми телами. Виста, покрытая ногтеподобными пластинками из твёрдой кожи и Элит, у которого одна рука и ладонь были толщиной с туловище. Оба клона почти мгновенно вскочили на ноги. Виста побежала в направлении Эйдолона, а Элит бросился ко входу в ближайший торговый центр.

Я послала за ними рой насекомых, в первую очередь за Элитом. Насекомые были не из быстрых, но они, как я надеялась, смогут помешать его попыткам что-либо смастерить.

Мы прибыли к границе поля битвы между Эйдолоном и Ноэль. Я собрала рой из окрестных насекомых, нашла Эйдолона и пометила его несколькими мухами и осами. Лучше заранее знать, когда он полетит в нашу сторону, чтобы убраться с его дороги.

—Зайдите с другой стороны, — сказала я. — Будем присматривать друг за другом, но основная наша задача — максимально очистить местность от клонов, так что нам нужно расширять периметр.

—Понял, — сказал Мрак, а Тектон кивнул.

Рейчел дала сигнал, и Бентли бросился вперёд. Тектон и Грация действовали как одно звено, Регент, Мрак и Сплетница составили вторую группу.

Элит вошёл в торговый центр. Место было разграблено, но после поисков он раздобыл себе одежду. Он отломал от вешалки кусок, острым концом отрезал рукав и расширил отверстие, чтобы смогла протиснуться его гипертрофированная левая рука.

К этому времени насекомые его выследили. Они напали, и он начал судорожно отбиваться. Я уже хотела переключиться на что-то другое, когда заметила что-то необычное.

Крыса.

Крыса сама по себе не была чем-то необычным. Может быть, слишком большая. Но она двигалась за моим роем и была покрыта слизью.

Рвотой?

Я вела насекомых в воздухе на достаточной высоте, чтобы выявлять людей. Вести их на уровне земли было бы тратой энергии и насекомых, так как я уже знала, что дорога была в основном ровной, а любое препятствие высотой меньше полуметра не стоило моего внимания.

Когда насекомые спустились ближе к земле, то обнаружили других крыс, таких же мокрых от рвоты Ноэль.

Она поглощает крыс? Значит, она не ограничена клонированием одних только людей.

Я направила усилия на поиск паразитов и их уничтожение насекомыми. Я уже занималась подобным истреблением. Не в таком масштабе, но это привычное дело.

Я указала направление на Ноэль, и Рейчел сменила курс. Эйдолон разбирался с последним порождённым Ноэль клоном Висты. Девочка не пыталась атаковать, вместо этого она использовала свою силу для быстрого перемещения и каждое свободное мгновение возводила из дорожного покрытия и бетона грубые изваяния, похожие на Ноэль. Скоро будет рассвет, но до тех пор в сумерках они могли отвлечь внимание Эйдолона и привлечь огонь на себя.

Он приостановил уничтожение статуй и свои попытки убить девочку-мутантку, чтобы обрушить на себя очередной гравитационный удар. И снова всех насекомые на нём погибли.

Может быть, он знает что-то, чего не знаем мы?

Ноэль развернулась в сторону людей, эвакуирующихся из повреждённого здания. Не успела я открыть рот, выкрикнуть предупреждение или хоть что-то предпринять, как она уже ворвалась в вестибюль.

Люди, которых она касалась, поглощались быстро и неотвратимо, словно трясиной. Некоторых практически втягивало внутрь.

Чтобы создать внутри своей туши новых клонов ей потребовалось полторы минуты. Пока её туловище набухало, мы подошли ближе. Как только она достигла критической массы, все три пасти в нижней части её туловища разверзлись и выплеснули наружу поток крови и слизи с восемнадцатью-двадцатью людьми. Половина из них была одета. Другая половина была с мутациями. Едва найдя точку опоры в слизи, мутанты вскакивали на ноги. Обычные люди, судя по всему, едва были способны двигаться.

Я осознала, что одной из этих из людей была Виста. Не клон — она была в костюме. Длинная конечность — щупальце или язык — выдвинулась из одной из нижних пастей Ноэль и обвилась вокруг её пояса. Девушка была втянута обратно и в одно мгновение поглощена.

—Она хранит их, — сказала я.

—Что? — спросила Сплетница.

—Кейпы, которых она продолжает клонировать. Цирк, Убер, Элит и Виста. Она держит их внутри себя и поэтому может пользоваться ими.

—Ей не обязательно выпускать их, — сказала Сплетница. — Блядь. Мы не сможем уничтожить её, не убив всех, кого она держит внутри.

Клоны начали избивать и душить своих почти беззащитных жертв, а их создательница чуть сместилась, ступая по рукам и ногам, и повернулась в сторону Эйдолона. Я не хотела тратить насекомых на то, чтобы точно узнать её позу, но, судя по всему, она смотрела вверх — прямо на героя, несмотря на то, что между ними было несколько зданий.

Она повернулась и посмотрела на нас, зацепив при этом насекомых кружившихся вокруг неё.

Затем она побежала в другом направлении.

—Спасаем людей, которых она только что изрыгнула, устраняем клонов, — сказала я, используя насекомых рядом с другими двумя группами. — Затем даём сигнал Эйдолону и преследуем Ноэль. Нужно связаться с другими героями. Какой бы у Эйдолона ни был план — он не работает.

Я заметила крыс, выбирающихся из рвоты. Их было около десятка, и они бросались на людей, жадно кусая и разрывая любую попадающуюся им плоть. Чтобы удержать крыс в ограниченном пространстве, мне пришлось собрать насекомых в максимально плотный рой. Те, которые не попали в этот рой, старались атаковать и отвлекать обычных клонов.

Если бы у меня не было такого количества насекомых, собранных вместе для удержания крыс, я бы не заметила. Это уже много раз ускользало от моего внимания. Из сгустков слизи, оставленных Ноэль, выползали осы, шершни и тараканы. Они нападали на моих насекомых и на людей, которые им попадались.

Я не могла их чувствовать и не могла контролировать.