Том 1. Глава 830

Глубокий след, как будто от плети, тут же налился кровью, скрывая неприглядное зрелище ошметков мышц и белеющей кости.

—Ты как? — обеспокоенно воскликнула Су Ло. Цзы Янь едва сдерживала бившую её дрожь.

—Это было… быстро. Я даже увернуться не успела!

Невдалеке уже заслышался шум шагов, до ушей слегка шокированных прытью кровожадного деревца подруг долетели обрывки разговора.

—Второй Брат, мы почти на месте. Я нашла его в прошлый раз, когда школа заслала нас сюда, опыта набираться. — самодовольно вещал звонкий женский голосок.

—Ну, молодчина, — безразлично отвечал ей мужской.

—Второй брат, как думаешь, это и впрямь может быть вариацией дерева акации?

—Не факт.

—Если это действительно окажется тем, что мы ищем, — продолжала рассуждать вслух девушка, — как было бы замечательно. Тогда старший брат сможет повысить свой уровень Аптекаря до Продвинутого!

—Угу.

—Весь континент обыщи — не найдешь такого эксперта, как старший брат, кто достиг бы подобных высот в столь юном возрасте!

—Гроссмейстер Рон Юн стал Аптекарем Элитного уровня в двадцать, — холодно осадил её восторги мужчина. Впрочем, мимо ушей слушателей не проскользнул намек на искреннюю, сжигающую изнутри зависть.

—Гм! У Гроссмейстера Рон Юна явно проблемы со зрением. Или лучи славы настолько застлили ему глаза… Посчитать такого талантливого Аптекаря, как старший брат, не достойным роли его ученика!.. Зато девчонка на начальном уровне была, видимо, в самый раз, — язвительность в тоне девушки можно было руками черпать. — На безрыбье — и бесполезная каракатица рыба.

—Если бы я проиграл Яояо, то еще ладно, я бы просто это принял. Но проиграть какой-то никому не известной, гадкой девчонке — нет уж, с этим я не смирюсь.

—Да-да! Ей же просто повезло, как она могла занять место старшей сестры Яояо? Одна мысль об этом выводит меня из себя!

Голоса все приближались и приближались…

Цзы Янь молча и выразительно уставилась на Су Ло. Но та, театрально отставив одну ногу и прижав руку ко лбу, скорбно прикрыв глаза – но при этом неизменно наблюдая сквозь ресницы за единственной зрительницей, патетично (но не очень громко) воскликнула:

—Ты что, хочешь сказать, будто решила, будто та самая девушка — умная, талантливая, везучая и, несомненно, прекрасная, о которой так несправедливо отзываются эти двое — это я?... — и, дождавшись утвердительного кивка, продолжила уже в обычном тоне: — Да, это я. Поздравляю, тебе несказанно повезло — ты была удостоена чести путешествовать по этому страшному месту с любимицей богов в лице меня. Если хочешь, можешь прикоснуться к святыне, только осторожно и недолго — я щекотки боюсь.

Девушка не преминула воспользоваться данной возможностью и увесисто хлопнула Су Ло по плечу:

—Да, от скромности не помрешь.

Су Ло хотела было язвительно ответствовать, что, помимо этого недуга есть целая очередь желающих сократить годы её жизни, когда люди из Чертога Луйон появились из-за зарослей. Возглавлял этот небольшой отряд (семья Луйон основательно подготовилась к этому походу – в кого ни плюнь, в эксперта боевых искусств явно не первого ранга попадешь) высокий по росту и самомнению юноша. Красная вышитая золотыми нитями мантия, красивые черты лица, не изуродованные излишним выражением человеколюбия, холодные глаза. От одного его присутствия температура окружающей среды падала на несколько градусов, а свежие зеленые листья угнетенно вяли.

Рядом с ним грациозно вышагивала девушка в белом платьице, лет пятнадцати-шестнадцати на вид (девушка, разумеется, не платье). Овальное личико, белая нежная кожа, огромные ясные глаза – несмотря на поистине ангельскую внешность, одного взгляда на неё было понятно: малявка незаслуженно избалована и даже в своем нежном возрасте чрезмерно жестока.

Су Ло переглянулась с Цзы Янь, обе безмолвно пришли к неутешительному выводу: с этой толпой разобраться будет довольно хлопотно.

—Вы кто такие, и что здесь делаете? — воскликнула девчонка, заметив, наконец, Су Ло.

Цзы Янь скрестила на груди руки и фыркнула:

—Ло Деи, какие люди почтили нас своим присутствием.

—Ты… ты… — девчонка явно силилась вспомнить говорившую, которая и впрямь показалась ей смутно знакомой.

—Я, я. Что, память девичья, али склероз подкрался незаметно, да в столь юном возрасте?