Том 1 · Глава 12. Нефрит цвета синих вод Часть 3

Нин Цици застыла, отрешенно глядя на букет белых хризантем на столе. Помолчав немного, она вдруг тихо спросила:

—А если… если всё так и останется, что нам тогда делать?

Она и сама не знала, почему эти слова сорвались у неё с языка. Возможно, на подсознательном уровне она уже окончательно поверила, что Сяо Цзи не был её убийцей, а потому мысли естественным образом переключились на будущее.

Сможет ли она и дальше жить, занимая чужую телесную оболочку? Даже если ей этого очень захочется, разве сам Сяо Цзи, как законный хозяин, позволит ей это? Но и смириться с тем, что её так глупо и непонятно лишили жизни, она тоже не могла…

В темноте раздался тихий, непринужденный смешок Сяо Цзи:

—Глупышка, не забивай себе голову всякой ерундой раньше времени. А ну-ка, посмотри вверх, в правый угол кабинки.

Нин Цици подняла голову и заметила в указанном месте едва заметную светящуюся красную точку. Она испуганно ахнула:

—Э-это… это камера наблюдения?

—Именно. И я думаю, что на ней должно было записаться всё, что произошло той ночью. Пошли, наведаемся в комнату охраны.

«Сказать-то легко», — мысленно выругалась Нин Цици, а вслух добавила:

—Пусть я и стерла отпечатки пальцев с ножа, но ведь в самой кабинке наверняка должны были остаться следы убийцы?

Сяо Цзи тяжело вздохнул:

—Сколько людей проходит через одну такую кабинку за день? Там скопилось бесчисленное множество чужих отпечатков, они наслоились друг на друга, так что провести нормальную экспертизу и использовать их как улику практически невозможно.

Нин Цици накинула на голову капюшон куртки. Едва она развернулась, как дверь кабинки с тихим скрипом отворилась. На пороге стояла Ло Цзя, бережно сжимая в руках букет уже слегка увядших белых хризантем.

—Вы всё-таки пришли, господин Сяо, — глухо произнесла Ло Цзя. Опустив взгляд на цветы, она тихо добавила: — Я… подруга Нин Цици, той самой девушки, которая погибла здесь… Я прихожу сюда каждый день в надежде дождаться вас, ну и заодно меняю цветы. Вообще-то Цици терпеть не могла белые хризантемы, но я… я просто…

Голос Ло Цзя сорвался, и она беззвучно заплакала. У Нин Цици мгновенно защипало в носу. Оказывается, Ло Цзя каждый день приходила сюда, чтобы почтить её память, а она еще совсем недавно смела подозревать свою лучшую подругу!

—Вам, должно быть, кажется странным, почему я караулю вас здесь, — Ло Цзя немного успокоилась и продолжила: — Не знаю, помните ли вы, но в ту ночь, когда убили Цици, мы с вами разминулись в коридоре.

У Нин Цици екнуло сердце. «Помню ли я?! Конечно, помню! Я тогда чуть от страха не умерла!»

—Я ваша преданная фанатка, но в тот момент я вас просто не узнала — вы были такой бледный, словно на вас лица не было, будто совершенно другой человек.

—Ха-ха… Вы ждали меня здесь… неужели только ради автографа? — Нин Цици занервничала до предела и попыталась перевести всё в шутку, чтобы хоть как-то скрыть внутреннюю дрожь.

—После того как вы ушли, я… я обнаружила тело Цици… — Ло Цзя сделала глубокий вдох. Лицо её побледнело — судя по всему, воспоминания о страшной находке до сих пор давались ей с трудом. Однако она нашла в себе силы продолжить: — Я закричала и бросилась к стойке администрации за помощью. И в этот момент из боковой комнаты охраны в панике выскочил какой-то человек и сильно толкнул меня. Я успела мельком разглядеть его лицо, и только тогда до меня дошло, что вы — это Сяо Цзи…

—Вы видели убийцу?! — Нин Цици в волнении сделала шаг вперед.

В этот самый момент из соседней кабинки вышел незнакомый молодой мужчина. Он хладнокровно достал из кармана удостоверение и предъявил его:

—Моя фамилия Сяо. Господин Сяо Цзи, прошу вас проследовать со мной в полицейский участок для дачи показаний.

Нин Цици крепко сжала кулаки. Боковым зрением она заметила, как на стеклянной панели отразилось самодовольное лицо Сяо Цзи, и в эту секунду она всем сердцем возненавидела его за то, что у него нет осязаемого тела.

Будь у него плоть, она бы точно ему врезала!

Нин Цици впервые в жизни оказалась в полицейском участке. Её сразу же препроводили в комнату для допросов.

Помещение выглядело точь-в-точь как в криминальных сериалах: один стол, два стула и полное отсутствие окон. В комнате царил полумрак, и лишь единственная лампа на столе била прямым, резким светом ей в лицо, заставляя нервы натянуться до предела.

—Расслабься, ты же не преступник, чего так дергаться? — сбоку донесся ворчливый голос Сяо Цзи, явно недовольного её малодушием.

«Легко сказать, у меня же рыльце в пушку!» — Нин Цици до смерти хотелось огрызнуться и поспорить с ним, но в нынешней обстановке она не могла вымолвить ни слова, поэтому ей оставалось лишь пучить глаза и молча выслушивать его причитания над ухом.

В этот момент дверь допросной со скрипом отворилась, и вошел тот самый молодой офицер из караоке. С суровым выражением лица он опустился на стул напротив неё.

Нин Цици внутренне подобралась. Сяо Цзи над ухом продолжал шумно и настойчиво требовать, чтобы она взяла инициативу в свои руки. Сжав губы, она наконец набралась храбрости и произнесла:

—В караоке-кабинке ведь установлена камера видеонаблюдения, верно? Наверняка там записано всё, что произошло той ночью. Можно мне взглянуть на запись?

При одной только мысли о том, что ей придется своими глазами увидеть события той ночи, Нин Цици обдало волной ледяного страха. Несмотря на то, что она уже пережила смерть, детали случившегося напрочь стерлись из её памяти, и она даже не помнила предсмертной боли. Ей было до безумия страшно, что она просто не выдержит, если увидит собственную гибель со стороны.

Офицер Сяо немного поколебался, но всё же кивнул. В комнату тут же принесли ноутбук. Офицер открыл нужный файл, и на экране появилось окно, заполненное сплошными серыми помехами и рябью.

Нин Цици недоуменно уставилась на монитор. Офицер Сяо включил четырехкратную перемотку и остановил запись на определенном моменте, переключив в режим обычного воспроизведения.

Экран какое-то время шипел белым шумом, как вдруг сквозь помехи проступила четкая картинка. На ЖК-дисплее было видно, как «Сяо Цзи», пошатываясь, резко сел, выудил из кармана лежащего напротив трупа бумажную салфетку и с пугающим хладнокровием принялся тщательно стирать отпечатки пальцев с рукоятки оружия. Затем он поднялся, набросил плащ и стремительно покинул помещение. Дверь кабинки на видео еще какое-то время продолжала покачиваться, лазерные лучи цветомузыки хаотично скользили по стенам, а безжизненное тело Нин Цици так и осталось неподвижно лежать на полу.

—Проклятье, запись смонтировали. Кто-то намеренно стер основную часть, оставив только тот кусок, который выставляет тебя виновным, — встревоженный голос Сяо Цзи прозвучал глухо, будто доносился издалека или вообще из другого мира.

Впрочем, а из какого еще мира ему звучать?

—Что… что же мне теперь делать… — едва слышно пробормотала Нин Цици под нос.

—Не паникуй. Расскажи полиции то, что говорила твоя подруга. Тот человек, который выбежал из комнаты охраны, с огромной вероятностью и есть настоящий убийца! — голос Сяо Цзи раздался у самого её уха.

Нин Цици сглотнула и уверенно произнесла:

—Я никого не убивал. Та Ло… кхм… подруга погибшей, она лично видела, как из комнаты охраны в спешке выбежал какой-то мужчина. Это определенно он стер запись с камер, чтобы подставить меня.

—Касательно этого момента, госпожа Ло уже дала нам аналогичные показания, — спокойно ответил офицер Сяо.

Нин Цици и Сяо Цзи одновременно перевели дух. Однако следующая фраза полицейского заставила их застыть на месте:

—Но это не исключает версии, что вы могли действовать в соучастии.

Оба притихли, пораженные таким поворотом. Офицер Сяо строго посмотрел на подозреваемого:

—Господин Сяо, сколько деталей той ночи вы вообще способны вспомнить?

«Да ничего я не помню!» — мысленно вскричала Нин Цици. Собрав волю в кулак, она оперлась руками о стол и сухо отчеканила:

—Я имею право хранить молчание. Я буду отвечать на вопросы только в присутствии моего адвоката.

Призрачный Сяо Цзи обреченно заметался по комнате. Эта девчонка явно пересмотрела американских детективов… Какого, к черту, адвоката? Откуда у него адвокат?!

Нин Цици сидела на автобусной остановке у обочины дороги, безучастным взглядом уставившись на здание крематория на противоположной стороне. В небо медленно поднимался густой серый дым, унося с собой чью-то оборвавшуюся жизнь, и от этой картины на душе у неё скребли кошки.

Сегодня её собственное тело предали огню.

По логике вещей, пока ведется расследование дела об убийстве, тело не должны были выдавать так быстро, но, судя по всему, вмешались родители — они хотели, чтобы их дочь как можно скорее обрела покой.

Но ведь она была жива и здорова, просто… в чужом теле.

Нин Цици поправила наводящие тоску солнцезащитные очки. На её новом подбородке уже успела пробиться легкая щетина, которую она так и не догадалась побрить. Никому и в голову бы не пришло, что этот помятый, понурый мужчина — знаменитый автор бестселлеров Сяо Цзи.

Хотя теперь, судя по всему, в глазах общественности он стремительно превращался в Сяо Цзи-убийцу.

Нин Цици горько усмехнулась. Хотя полиция официально не разглашала имя главного подозреваемого, её действительно вызывали на допрос, к тому же возле караоке-клуба нашлись свидетели, запомнившие приметное лицо писателя. Что уж говорить о том, что в самой кабинке осталась его кровь. Газетчики, обожающие ловить хайп на пустом месте, уже вовсю строчили сенсационные статьи, соревнуясь в красноречии.

И всё же она не смогла удержаться и пришла на «собственные похороны». Из дверей траурного зала показались её родители. Всего за несколько дней они постарели на десять лет, а их виски густо покрыла седина. Ей до безумия хотелось подбежать к ним, обнять и закричать, что она жива.

Спрятанные в карманах черного плаща руки сжались в кулаки. Нин Цици изо всех сил сдерживала рвущиеся наружу эмоции, до боли стиснув зубы и низко опустив голову, чтобы никто случайно не разглядел её лица.

Пока она отрешенно рассматривала узор на тротуарной плитке, в поле её зрения внезапно появились изящные красные туфли на высоком каблуке. Она удивленно вскинула голову и столкнулась взглядом с потрясающе красивой девушкой с кукольным лицом и безупречным макияжем.

Увидев Сяо Цзи, незнакомка сердито топнула ножкой и капризно надула губы:

—Сяо Цзи?! Ах ты негодник, ты куда пропал на столько дней?! Где тебя черти носили? До тебя же невозможно дозвониться! Ты хоть понимаешь, что сорвал автограф-сессию в книжном магазине позавчера?!

Нин Цици недоуменно захлопала глазами, спрятанными за темными стеклами очков. Старую сим-карту писателя она, разумеется, использовать не рисковала и сразу вставила новую, поэтому до неё никто и не мог дозвониться. Столкнувшись с выжидающим взглядом красавицы, Нин Цици решила прибегнуть к самому банальному, но проверенному приёму — симуляции амнезии.

—Вы… вы кто?

Лицо девушки вытянулось от изумления. Смерив его подозрительным взглядом, она представилась: оказалось, её зовут Шаша, и она — личный литературный редактор Сяо Цзи. Они приехали в этот город как раз ради презентации новой книги, но несколько дней назад писатель внезапно бесследно исчез. Шаша, не умолкая ни на секунду, крепко схватила Нин Цици за рукав, утащила с территории крематория и усадила в свою машину, направившись обратно в центр города.

Эта Шаша определенно что-то знала. Иначе с какой стати ей ехать к крематорию, где прощались с «Нин Цици»? Ведь полиция прессе имя жертвы не называла. Но Нин Цици понимала: чем больше вопросов она задаст, тем быстрее проколется. Поэтому она послушно сидела на пассажирском сиденье, изо всех сил стараясь держать марку человека, потерявшего память.

Шаша привезла её в роскошный пятизвездочный отель в центре. Оказавшись в номере, Нин Цици тихонько примостилась на диване, взяла со стола бутылку минералки и сделала глоток.

Редактор долго и пристально разглядывала её, а затем вдруг прыснула со смеху:

—Сяо, дорогой, когда ты наплел мне про потерю памяти, я не поверила ни единому слову. Но сейчас, глядя на то, как ты жмешься на диване словно скромная невестка перед свекровью, я начинаю улавливать долю истины.

Нин Цици смущенно улыбнулась. Она успела навести справки о том, кем был настоящий Сяо Цзи — пока она отлеживалась дома у доброго Врача, она перерыла весь интернет в поисках информации о нём. Сяо Цзи прославился еще в юности, отличался высокомерием, никогда не лез за словом в карман и умудрился переругаться чуть ли не со всей литературной тусовкой, что, впрочем, не мешало ему иметь многотысячную армию преданных фанатов. Вдруг Нин Цици почувствовала, как кулон из нефрита шуйцан на груди резко потеплел. Она поняла: Сяо Цзи явно не выдержал и снова подал знак, но поскольку поблизости не было ни одного зеркала, увидеть его она не могла.

Нин Цици слегка прижала ладонь к кулону через ткань одежды, сняла очки и прямо посмотрела на Шашу:

—Шаша, ты знаешь, что на самом деле произошло той ночью?

Тонкие, идеально очерченные брови Шаши на мгновение сошлись на переносице:

—Понятия не имею. Я сегодня к крематорию-то поехала чисто на удачу, даже не думала, что действительно тебя там встречу.

Нин Цици внимательно ловила малейшие изменения в мимике её лица. Она ровным голосом продолжила:

—Я ведь той ночью вряд ли пошел в караоке один, чтобы просто попеть песен, верно?

В прекрасных глазах Шаши на долю секунды промелькнул странный блеск:

—Ты тогда сказал, что собираешься встретиться со своими читателями, ну а я пошла навестить старых друзей. Кто же знал, что всё обернется таким кошмаром…

—Вот как? — протянула Нин Цици с явным недоверием.

Внезапно ей до смерти надоело играть в эти кошки-мышки. Она хладнокровно запустила руку в карман плаща, нащупала телефон, нажала кнопку вызова и абсолютно спокойно произнесла в трубку:

—Офицер Сяо, заходите. Убийца сидит прямо передо мной.