Том 1 · Глава 145. Обряд экзорцизма
Мастер живёт долго. Не вечно, но для человека довольно долго.
Гехер и Рейман постарели из-за испытаний, а обычно на таком уровне живут лет по триста. А вот святая, превосходящая обычного Мастера по силе, этим похвастаться не может.
Продолжительность её жизни равна человеческой, а то и меньше. Вот почему в каждом поколении святые меняются. Даже если один и тот же человек хочет остаться, он не может.
Всё потому, что плоть не выдерживает переполняющей её божественности. Святая Церкви Трёх Богов – воплощение богини и полубог. Земной представитель, созданный Тригемой Главных Божеств, не имеющей плоти.
Человеку вынести такую божественность крайне тяжело. Но если сосуд сменится с человека на дракона, всё станет совсем иным.
На самом деле Оберта испытывала почти восторг. Сосуд по имени Янид был поистине идеален.
Иное происхождение, иные чувства, абсолютно всё иное.
Какими бы далёкими ни были объекты, она просто видела их. Чешуя на груди вибрировала, улавливая любые колебания вокруг. Человек рождается с пятью чувствами, но у дракона их куда больше. Нечто недоступное человеку от рождения дракон ведает просто потому, что он дракон.
Имя «высший вид» появилось не на пустом месте, восхищалась она про себя. Это совершенное тело теперь принадлежит ей. Злой Бог осматривала своё новое тело с восхищением. Ардеин, считавшаяся Мастером, казалась ей не больше муравья. Ей не было до неё никакого дела.
Неми, Элисия, Хилай…
Она повторяла имена тех, с кем прежде боялась даже пересечься.
Оберта торжествующе улыбнулась. У неё получилось. Поистине грандиозный успех! Обладая этим телом, она больше не боялась ни Трёх Главных Божеств, ни кого-либо ещё.
Она уже мечтала о том, как расправится с этими девками, Альдехиром и станет единственным божеством этого мира. Впрочем, на этом пути оставалось одно препятствие.
Модриг – божество, рождённое из плода Древа Мира в качестве первоформы и также обладающее плотью. Если есть тело, способное выдержать божественность, божество со своим собственным телом(??) в отличие от духовных сущностей способно на куда большее.
Вы теперь… ничто.
Это было не просто сложение одного с другим. Синергия могла стать десятикратной или даже большей. На самом деле её божественность уступала даже Хилай, слабейшей из Трёх Главных Божеств.
Но теперь у неё есть тело Драконьей химеры. Одной этой детали было достаточно, чтобы уже Три богини начали трепетать перед Богом Зла.
Что ты делаешь?
Для неё человеческая принцесса была не более чем пылинкой. Намолотая соль казалась не то что пылью – истинной пылью, белой и солёной.
Похоже, ты совсем лишилась ума от страха. Жалкое зрелище для Мастера.
Неужели она думала, что Злой Бог, подобно слизню, струсит и отступит, если на него посыпать солью?
Не то что Злой Бог – даже мелкий дух не испугался бы подобного. Усмехнувшись, Оберта вытянула руку. Ей не терпелось опробовать новое тело.
Купив новую карету, естественно хочется на ней прокатиться. Что уж говорить о богине, долгое время лишённой плоти и наконец получившей тело, достойное её божественности.
Ей хотелось проверить, сможет ли это тело срубить Мастера с одного удара или потребуется два. Без малейшего милосердия Оберта выпустила сферу, сплотившую божественность и магию. Ощущавшаяся от этого пурпурного шара мощь превосходила всё, что Ардеин видела в жизни.
Принцесса никогда не встречала ничего подобного. Единственным исключением был Ангел Ночи, увиденный с Кайлом, но то создание не пришло убивать её.
Драконьей аурой это не заблокировать. Изливать силу до капли было бесполезно. А значит, оставалось уповать лишь на Пустотный меч, освоенный Безмолвным Рейманом.
В момент смертельной опасности человек напрягается, а мысли закручиваются вихрем. Ардеин, у которой пересохло во рту, рассеяла Драконью ауру на мече и попыталась воссоздать то, что видела тогда.
Кто ближе к нулю или бесконечности – неизвестно, но одно было ясно точно: эта богиня находилась куда ближе к бесконечности, чем она.
Если на прежнем пути нет шансов, остаётся лишь выбрать неизведанный путь. Метод безрассуден, но без него умереть – верная гибель.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…»
Прежние тренировки не позволяли воссоздать Пустотный меч. Даже то, что она видела его своими глазами, не помогало. Нельзя повторить такое, просто посмотрев пару раз. Опустошение даётся куда сложнее, чем наполнение.
Желание ухватить ещё хоть что-то – человеческая природа. Имея достаточно богатств, человек не откажется от возможности стать ещё богаче.
Пустотный меч – озарение, идущее вразрез с человеческой природой. Безмолвный Рейман от природы был лишён жадности, потому без труда принял Пустотный меч. Но разве Ардеин была такой?
Сбросить. Нужно всё сбросить. В мыслях она повторяла это, но на деле не смогла отбросить ничего действительно важного. Вместо истинной пустоты, как у Реймана, её Меч Драконьего Клыка окутала лишь незавершённая, половинчатая копия. Это был её предел. Пустотный меч не являлся её путем.
«Пожалуйста!»
Не проявляв интереса прежде, лишь перед лицом смертельной опасности она ухватилась за Бога Надежды и молилась. Она просила сидевшее где-то там далеко божество сотворить чудо.
Взмахивая несовершенным мечом, несущим не истинную Пустоту, а лишь Псевдо-пустоту, она возносила молитву. Оберта вскинула глаза. Поведение принцессы, бросившейся прямо на сферу, слегка её удивило.
Это ещё что… Самоубийство чужими руками?
Напав, она отклонила атаку мечом, а левой рукой бросила соль. Соль, брошенная с силой Мастера, полетела в Оберту.
Это было так глупо, что не хотелось даже тратить магию на защиту. Будь это хоть смертельный яд, Оберте было всё равно.
Идеальное тело дракона…
… а точнее, это тело Янид, так похожее на него, легко справится с ядом. Было даже любопытно проверить его стойкость.
Так должно было быть.
Всплеск!
Едва крупицы соли коснулись лица, как Оберту пронзила невыносимая боль, и она рухнула на землю. Она поползла, извиваясь, словно дождевой червь. Не вырывалось даже крика. Тело Янид и её духовная сущность существовали совершенно отдельно друг от друга.
«Ч-что это… Как такое… возможно…»
Соль – эти ничтожные крупицы – облепила лицо Янид и не отпускала. Она буквально впитала и стёрла начертанный на лице священный знак.
Не ограничившись этим, она начала по кусочкам пожирать духовную сущность Оберты. Ни магия, ни священная сила не могли сбросить этот ком соли, продолжавший разъедать её.
Мысли об убийстве Ардеин испарились. Разум захватил единственный инстинкт – выжить. Отчаянно ползя по коридору, Злой Бог спасалась бегством. Ардеин была не в том состоянии, чтобы преследовать её.
Кх-а…
Попытавшись отклонить атаку Злого Бога не истинным Пустотным мечом, а Псевдо-пустотным мечом, принцесса превратилась в живую руину и врезалась в стену. Меч Драконьего Клыка, сотворённый из кости дракона, выжил. Отлетев в сторону, он вонзился в пол, отделавшись лишь одной микротрещиной.
Проблема заключалась в том, что её собственные кости не были крепки, как драконьи, а плоть была куда мягче. По сравнению со временем, когда она угасала от проказы, её состояние сейчас было куда хуже.
Она лишилась чувств. Лишь попытка отбить сферу Оберты привела к столь плачевному исходу. Кожа потрескалась, словно панцирь черепахи, а кое-где плоть разошлась, обнажая кости.
Соль, выдаваемая Жерновом, молящим соль, в отличие от иных чудес, не обладала исцеляющей силой. Это чудо предназначалось исключительно для изгнания бедствий и нечисти.
Принцессе повезло хотя бы в том, что она не упала на соляную россыпь. Рухни она на усыпанный солью пол, соль попала бы прямо в раны, вызвав жуткие мучения.
К счастью для неё, подобные муки терзали не принцессу, а Злого Бога. Соль даже не попала в раны, но боль стояла куда страшнее.
«Что… Что это за дьявольщина?!»
Она не могла даже выдать звук. Не останавливаясь ни на миг, соль тянула её прочь от Янид.
Вода! Нужна вода! Запрыгнуть в воду и смыть соль! Боль стояла дикая, будто тело пожирают муравьи. Но тело Янид оставалось совершенно невредимым.
Ни муравьёв, ни сыпи, ни волдырей. На самом деле страдало не тело Янид – страдала прильнувшая к нему Оберта. Соль терзала исключительно незваную гостью.
［На это невозможно смотреть!］
И у этой незваной гостьи был ещё один попутчик. Злой дракон Азахадака взвыл и выплюнул заклинание. Наблюдая со стороны, он не ожидал такого исхода. На этот раз опасность была смертельной.
Таинственная сила, заключённая в соли, не походила ни на что из известного ему. Трудно было даже понять, сила ли это вообще.
Ясно было лишь одно: эта сила намеревалась изгнать его прочь. Ни за что! Это тело, это сердце принадлежали ему!
Хлынул поток!
Наверху сформировалась огромная капля воды и обрушилась водопадом. Лишь тогда соль растворилась и смылась. Священная сила и магия не могли с ней совладать, но соль оставалась солью.
«Ха-а… ха-а…»
［Ух… ух…］
Лишь тогда Оберта немного перевела дух и бессильно осела. Азахадака тоже облегчённо вздохнул. Пусть они соприкасались с солью лишь мгновение, оба понесли огромный урон.
«Это… магия? Кто…»
Придя в себя, Оберта огляделась в поисках мага, смывшего кошмарную соль. Кем бы ни был этот маг, она готова была щедро его наградить.
Опыт оказался настолько ужасным, что подобная мысль посетила даже Злого Бога. Разумеется, она не догадывалась, что маг находился прямо внутри этого тела.
Чёрт, что это за дрянь?
В итоге она увидела не мага, которого не существовало, а Короля-Волка Кисею, прибывшую в Драконью жилу. Два крыла, хвост и смердящая священная сила – одного этого взгляда Кисее хватило для вывода:
Что это за хрень?! Неужели Храм задействовал даже такое?
Что это за жуткий гибрид? Даже Король-Волк, успевшая поколесить по свету в качестве наёмницы, не встречала ничего подобного. Бог? Человек? Или монстр?
Назвать её простым демоном не поворачивался язык – слишком сильна и слишком странна. Понять её природу не удавалось.
Это…
Но какими бы сложными ни были тайны, в разбитых глазах они отражаются предельно чётко.
Существо одно. Но внутри этого тела находится далеко не один разум.
Рока. Госпожа Кисея. Попридержите её ненадолго. Кажется, в неё кто-то вселился.
В неё действительно кто-то вселился. Пришло время провести обряд экзорцизма.