Том 6 · Глава 255. Прощай оружие

Книга 6. Глава 7: Прощай, оружие

—Речь о сыне моей сестры, — сказал капитан Атлас. — Она уехала около десяти лет назад, чтобы жить с мужем, хорошим поваром, насколько я слышал. Они в Атрене.

Клянусь, я почти чувствовал, как где-то в мире Вратт вскинула голову при упоминании повара, несмотря на то, что в комнате находились только отец, Кват, капитан и я. Никогда не недооценивайте слух Пера или, в частности, её желудок.

—Они работают в ресторане, который открыли на заёмные средства Квата, — продолжил капитан, не подозревая о потенциальном голодном гремлине, которого он пробудил по ту сторону стены. Технически, конечно, это просто моё воображение; она вполне могла просто сидеть в конвое, болтая о том о сём с кем-нибудь из рыцарей или торговцев.

—Последнее сообщение, которое я получил от неё около четырёх месяцев назад, было с просьбой помочь её сыну, — закончил Атлас. — Она ищет помощь везде, где только может её найти.

Отец вскинул бровь:

—Кажется, это нас не касается.

—Я бы хотела послушать, — раздался голос Вратт по связи. — В Атрене может быть другая культура питания и другие ингредиенты. Возможно, у капитана есть что-нибудь сохраненное в памяти его брони?

Значит, я ничего не выдумал. У меня теперь появилось официально отточенное шестое чувство, когда дело касается её, и я почувствовал себя немного самодовольным по этому поводу.

—Мы не станем отклонять экспедицию, чтобы набить твою утробу, — сказал отец по приватному каналу связи пищевому гремлину. — Уж ты-то должна понимать, что стоит на кону.

Моё шестое чувство подсказывало мне, что именно сейчас Вратт сердито надула губки и дуется там, где сидит.

Атлас слегка кашлянул, чтобы разрядить неловкую обстановку.

—Это... немного касается вас, господин Бессмертный, — сказал капитан, не подозревая о нашем параллельном разговоре. — Раньше у меня было несколько возможностей добраться до Атрены, но уверенность сестры в моих навыках... ошибочна. Помощь, которая ему нужна, не под силу никому в местном городе, как и мне.

—Хватит юлить. Какая помощь? — спросил отец.

Атлас глубоко вздохнул, затем оглянулся через плечо, скорее всего, на чистых рефлексах. Убедившись, что никто его не подслушивает и не смотрит в их сторону, он медленно прошептал:

—Он стал Бессмертным. Но ему всего четырнадцать! Он просто мальчик, и, судя по тому, что написала Саманта, он до ужаса боится своих сил. Всю свою жизнь мальчик учился печь, а не сражаться. Если бы город узнал, его бы призвали. Или бросили бы в какую-нибудь боевую программу, заперли бы под надежный замок и лишили свободы.

—Заперли? — переспросил я, слегка заинтересовавшись. — Бессмертного? Что?

Кват кивнул, печально нахмурившись:

—Новое поколение Бессмертных. Превратило старую парадигму, которая была хорошо понятна и легко поддавалась оценке, в сплошное крысиное дерьмо.

—Объясни, — сказал отец, теперь уже заинтересовавшись. — Я слышал только слухи. Хочу услышать правду.

—Ветераны-Бессмертные, вроде многоуважаемого мастера, уже зарегистрированы, о них знают. И им доверяют, — ответил Атлас. — Раньше появление нового Бессмертного было поводом для праздника. В наши дни... уже нет.

Вокруг нового поколения Бессмертных творился настоящий хаос. У То'Аакара – упокой боги его злую, чёрную и, надеюсь, навсегда мёртвую душу – было на их счёт твёрдое мнение, и ему нужно было, чтобы об этом знал каждый, кто мог его услышать.

Цуя говорила, что теперь выбор стал в основном случайным, и это была её последняя отчаянная попытка улучшить предыдущий замысел.

А отец слышал лишь слухи о том, что новые Бессмертные – зловещие, эгоистичные и думают только о личной славе и о себе самих.

И вот теперь, прямо от капитана, я узнаю, что одним из этих эгоистичных и жаждущих славы Бессмертных, о которых слышал отец, оказался четырнадцатилетний подросток. Это вполне согласовывалось со слухами о том, что они – нахальные эгоистичные искатели славы, вот только он был подростком-пекарем, который не хотел сражаться и сейчас прятался от городской стражи, а не каким-то малолетним хулиганом, которому только что дали в руки пушку.

Это совпадало с представлениями То'Аакара о них; он бы, наверное, счёл пекаря оскорблением для своей любимой добычи. Скалка – не то смертоносное оружие, которого он ожидал бы для хорошей драки.

Кват погрозил указательным пальцем отцу:

—Бессмертных из предыдущих поколений, таких как присутствующий здесь Ивэйн, легко понять. Они традиционные герои, всегда неуклонно следующие строгому моральному компасу, и на них можно смело положиться. Новое поколение — это скорее... антигерои. В целом понятно, что они будут сражаться на стороне человечества, но делают они это так, что доверия к ним гораздо меньше. Один-два не стали бы проблемой, но в наши дни их довольно много, и это только те, кто вышел из тени, чтобы заявить миру о себе.

—Скорее всего, они с самого начала не просили об этом и не хотели брать на себя такую ответственность, — сказал Атлас. — Как и сын моей сестры.

—Возникают некоторые проблемы, когда силы получают преступники, — добавил Кват. — Они привыкли к тому, что насилие — это инструмент торга, а воровство у других — это право, которое сильные получают над слабыми, и так далее. Именно обретение ими сил создало больше всего проблем. А не бабушки или дети. Поэтому городам пришлось ввести призыв, чтобы брать таких Бессмертных под контроль и вбивать в них дисциплину, пока они не стали слишком могущественными. Или пока их не прибрали к рукам не те люди.

—А что случается, если они становятся слишком могущественными? — спросил я, немного обеспокоенный последствиями всего этого.

—Случается именно то, о чем ты и думаешь, — ответил Кват. — Вот почему Атлас хочет, чтобы парня поскорее обучили. Ему нужно быть в безопасности не только от городских властей, но и от других Бессмертных, стремящихся укрепить свою власть против своих же соперников-Бессмертных. Мрачные настали времена.

—Вы хотите сказать, что если бы Ивэйн вошёл в город, кто-то из тамошних Бессмертных набросился бы на него? — спросил я, указывая большим пальцем на отца.

Ничем хорошим для этих Бессмертных это бы, конечно, не закончилось, но, вероятно, вызвало бы много сопутствующего ущерба.

—Они не идиоты, — ответил Атлас. — Те, кто воспользовался своими силами для захвата власти, прекрасно понимают, что не стоит затевать драку со старыми Бессмертными, которые воспринимают новое поколение как личное оскорбление. Не говоря уже о том, что старшие Бессмертные — это воины, которые достаточно сражались за свои жизни, чтобы чувствовать себя в бою уверенно. Новые Бессмертные всё ещё учатся. Нет, если бы мастер Ивэйн пошёл с нами, Бессмертные, рыскающие по теням Атрены, совершенно точно спрятались бы от него с глаз долой. А портовые власти, скорее всего, не стали бы вставлять палки в колеса, если бы доверенный Бессмертный решил взять себе ученика.

—Тогда почему твоя сестра обратилась с этим к тебе, а не к старшему Бессмертному? — спросил я, всё ещё немного озадаченный. — Ты им не являешься и даже не работаешь с ними часто. С таким же успехом она могла бы попросить помощи у случайного стражника.

Как ни странно, на это ответил отец:

—Она гражданская. В её глазах Бессмертные и солдаты — это две стороны одной медали. Все они — воины. А чтобы обучить воина, ей нужен был воин. Чтобы уберечь сына, ей нужен был тот, кому она могла бы доверять.

Атлас кивнул:

—Мастер Ивэйн прав. Но я не могу ей помочь. Я руковожу здесь ротой и ничего не смыслю в обучении Бессмертных. А те, кого я знаю, находятся глубоко в нижних слоях, и с ними никак не связаться. Они не возвращаются наверх долгие годы, пока их снаряжению и оборудованию не потребуется ремонт или их разуму — отдых от войны. — Затем он повернулся к отцу и низко поклонился. — Пожалуйста, вы — единственный знакомый мне Бессмертный, который потенциально мог бы спасти моего племянника. Если бы вы вошли в этот город, все её проблемы были бы решены, а вы бы наставили нового Бессмертного на истинный путь.

Это был неловкий поклон, сделанный кем-то, кто не привык к таким движениям или не знал точных углов, необходимых для разных типов просьб. По-хорошему, о таком нужно было просить, например, касаясь лбом пола, но культура подземников в большей степени строилась на воинских приветствиях, преклонении колена и игре слов, чем на поклонах. Хотя он очень старался.

—Я не могу тебе помочь, — сказал отец, выглядя крайне неловко. Затем он повернулся ко мне: — Объясни.

Я видел, что отец и вправду был не силен в таких вещах.

—У него есть веские причины, — сказал я Атласу, который выглядел немного убитым горем, но при этом ничуть не удивлённым. — Четырнадцатилетний необученный солдат окажется в ужасных руках в этой группе. Поверь мне, мы здесь не в отпуске, и там, куда мы направляемся, четырнадцатилетнему подростку не место для взросления. У нас также нет времени, чтобы заехать в ваш город на пару месяцев и помочь обучить парня. Когда я так говорю, это звучит бессердечно, но это правда. В нашем задании есть ограничение по времени.

Кват кивнул, протянув руку и похлопав меня по плечу. Из-за моей брони я ничего этого не почувствовал, но всё равно оценил жест.

—Капитан знал, что, скорее всего, ответ будет именно таким, он просто попросил минутку, чтобы хотя бы задать вопрос.

—Я не говорил, что всё безнадёжно, — произнес я, заставив замолчать обоих подземников и даже отца, который прищурился, глядя на меня, словно требуя, чтобы я не делал того, что, по его мнению, собирался сделать. Я отмахнулся от него, давая понять, чтобы он не волновался. — Ты упомянул, что все известные тебе Бессмертные находятся глубже в подземелье, но не думал ли ты о Бессмертных, живущих в противоположном направлении? Наверху, а не внизу?

Похоже, это было специфическое слепое пятно подземников. Они знали про кланы поверхности, но те словно не существовали с ними в одной реальности. Почти как местные машины. Ироб и остальные знали о существовании поверхности, просто никогда о ней особо не задумывались. Как о какой-то далёкой стране или о чём-то из книг, что теоретически существовало где-то там.

До Квата дошло мгновенно:

—Ах, ну конечно! Известно, что в клане Альтоск есть лорд клана — Бессмертный! Кажется, его звали лорд... Амарус? Адриус? Что-то на «А».

—Лорд Атиус, — тут же отозвался отец; выучка сработала даже в другом теле.

—Именно он, — сказал Кват, не заметив ничего подозрительного. Затем он повернулся к капитану. — Это могло бы сработать в твоей ситуации. Пусть мальчик отправится с паломничеством на поверхность, это будет проще простого. Я уверен, что Бессмертный поприветствует собрата, и тому не придётся карабкаться по социальной лестнице ради возможности поговорить с лордом клана.

Атлас согласно закивал:

—Полагаю, нет лучшей системы тренировок, чем у рыцаря поверхности, чтобы научить мальчика давать отпор другим Бессмертным, пытающимся насильно заставить его служить. К тому же, суровая жизнь наверху научила бы его не воспринимать всё как должное. Единственной проблемой будет найти способ убедить парня, что это не тюремный срок, а жизнь куда лучше той, что ждала бы его в рядах местных военных сил подземников.

—Мать согласится, — уверенно произнёс отец. — Она сделает то, что лучше для мальчика, даже если сам мальчик этого пока не понимает.

У меня была немного другая точка зрения:

—В кланах поверхности есть пекари. Мы не какие-то дикари. Ему, возможно, придется привыкнуть к употреблению насекомых в пищу, но у нас нет недостатка в сахаре, соли и муке для работы.

Кват неистово закивал, его глаза загорелись новыми планами.

—О, и это стало бы отличной рекламой для пекарни: повар, обученный в кланах поверхности, который принесет с собой как опыт седого ветерана и душераздирающие истории, так и новые методы и техники кулинарии. Это продавалось бы просто потрясающе! — Он повернулся к капитану: — Уверен, парня будет довольно легко убедить во всем этом.

Капитан пожал плечами.

—Лишь бы он был в безопасности и умел за собой постоять. Это всё, что нужно услышать моей сестре.

—Тогда решено, — сказал Кват, хлопнув в ладоши, а затем с улыбкой похлопав себя по животу. — Мы отклонимся в Атрену, и я подготовлю конвой, чтобы доставить парня на поверхность. Торговля с кланами поверхности обходится довольно дорого, — он бросил на меня быстрый взгляд. — Не в обиду вам, прайм Найтхейвен, но, вероятно, паломничеств не было уже давно, так что спрос должен быть достаточно умеренным, чтобы выйти в ноль.

Я отмахнулся.

—Никаких обид.

В ответ он радостно кивнул:

—Мне нужно будет составить хороший список потенциальных товаров для приобретения и продажи на обратном пути. Во всём есть свои возможности! Да, всё идёт просто замечательно. Великолепно!

—Думаешь, лорд Атиус примет парня? — спросил я с легким любопытством, пока мы смотрели, как конвой уезжает.

—Примет, — ответил отец без тени сомнения в голосе.

Я тоже мог себе это представить. Лорд Атиус сделал бы это уже только для того, чтобы помочь собрату-Бессмертному встать на ноги. А уж тем более имея прямой пример Бессмертного нового поколения, чтобы понять, что происходит, да ещё и источник из первых рук о том, что творится в подземелье и в городах со всеми этими новыми Бессмертными.

То, что существовали небольшие преступные банды Бессмертных, было... немного сложно понять. Рационально это, конечно, имело смысл: дай власть не тем людям, и не те люди будут творить с ней плохие вещи. Неудивительно, что за ними начала закрепляться репутация эгоцентричных, тщеславных искателей славы.

По-настоящему хорошие люди действительно прятались, боясь, что их силой заставят служить либо бродячие банды, либо сам город в попытке защитить их от этих самых банд. Так или иначе, всё заканчивалось тем, что их призывали в солдаты.

—Мне было бы любопытно встретиться с этим новым Бессмертным когда-нибудь в будущем, когда я вернусь на поверхность, — сказала Вратт, подбегая к нам.

—Ты просто хочешь сахарных печенек, — парировал я.

—Почему ты произносишь это как обвинение? — ответила Вратт, искренне не понимая, как кто-то может не хотеть пару бесплатных сахарных печенек.

—Сосредоточьтесь, — сказал отец, делая несколько резких поворотов на местности.

У нас был прямой путь к терминалу клещей, а также целая наложенная карта местности. Пока что реальность в точности совпадала с картой. Кват сделал свою работу как надо.

Мы не стали сосредотачиваться, как бы отец ни настаивал.

Мы с Вратт скатились до обсуждения различных методов готовки, инструментов и приспособлений для печенья, и она даже достала книги, чтобы показать рецепты выпечки печенья из разных древних культур. Некоторые из них были интересными, а другие казались откровенно еретическими.

Использование насекомых в традиционной клановой выпечке было для нее в новинку, но я сказал ей, что ореховые жуки на вкус напоминают корицу подземников, судя по тому, что мне довелось попробовать в её городе, если, конечно, извлекать нужные части. У них рядом с почкой был небольшой мешочек с кровоподобной жидкостью, которую смешивали со сливочным маслом и всеми традиционными ингредиентами для печенья. Именно так мы получали нашу версию печенья с корицей.

Судя по тому, что рассказывали мне друзья из агрофермеров, ореховых жуков было довольно легко разводить, но их рацион должен был состоять исключительно из орехов и нескольких особых сортов настенной коры. Накормишь жуков не тем – и они изменят вкус или станут откровенно горькими.

Когда она спросила, зачем крупному насекомому понадобился мешочек с жидкостью со вкусом корицы, у меня не нашлось ответа. По словам Вратт, у растительной версии, с которой работали подземники, этот вкус был скорее побочным продуктом для защиты от насекомых и других паразитов. Мы понятия не имели, для чего служил этот орган или какую функцию выполнял для жука.

Стало только хуже, когда мы начали перебирать теории.

У Вратт также не было никаких записей о существовании ореховых жуков во всей её коллекции насекомых, что завело нас в очередные дебри. Почти всех наших видов жуков и насекомых не оказалось в её каталоге, за исключением сверчков, мокриц и изоподов. Но её вариации были крошечными и практически несъедобными, если не считать изоподу, которая была скорее водным животным, вроде рыбы.

Голень из лапки сверчка не относилась к той же категории, что и куриная голень в её записях. Тогда как для меня единственная разница заключалась в том, что лапки сверчков были более волокнистыми, с немного другим вкусом, а твёрдый шипастый экзоскелет не предполагалось есть.

Я спросил её, как она не заметила этого среди всей той новой еды, которую пробовала на поверхности. Я знал, что у Логи были целые графики дежурств, посвящённые тому, чтобы подавать ей на каждый приём пищи что-то новое и необычное. В те месяцы, что она пробыла там, это была одна из главных тем для сплетен всех Логи.

Поэтому мне пришлось спросить, что за еду она вообще ела, раз ей ни разу не попалась целая лапка сверчка, чтобы она начала задавать вопросы, и я получил свой ответ:

Логи были по-настоящему заботливы. Они давали ей еду, которую, как они знали, паломники ели без страха, поскольку она была из подземелья. Так что она никогда не видела наших более традиционных продуктов. Благослови боже сердца Логи, они же не могли знать. Некоторые из блюд, описанных Вратт, казались слепленными на ходу из разных блюд, и всё это было сделано, чтобы скрыть их истинное происхождение и природу. Так что Логи в буквальном смысле требовали от поваров и кухонного персонала находить способы скрывать количество насекомых, которых Вратт приходилось есть, делали упор на блюда из курицы, фруктов и овощей, и им удавалось поддерживать такой темп на протяжении многих месяцев.

Также никаких декоративных тарелок. Одно из блюд ей подали на спиралевидной тарелке, где еда была выложена по спирали, и Вратт запуталась: была ли сама тарелка частью блюда, которую можно съесть, или нет. Этот вопрос она решила единственным способом, которым Вратт могла бы решить любой вопрос о еде. Логи усвоили этот урок быстро.

Всё это вызвало у неё желание вернуться на поверхность и потребовать аутентичного кулинарного опыта, а не той разбавленной версии для паломников, которую она получила.

К этому моменту отец уже практически полностью отключился от нашей дискуссии, оставив нас бежать трусцой позади, пока мы с Вратт обменивались теориями о том, как такое количество насекомых осталось совершенно не каталогизированным во всех машинных и человеческих архивах за всю историю.

Пол дня пролетели незаметно, но в конце концов нам пришлось прервать наш разговор, когда мы выбежали прямо к самому терминалу клещей, в точности там, где Кват указал его вероятное местоположение.

И Абраксас, очевидно, находился здесь с того самого момента, как мы открыли двери, чтобы войти внутрь.