Том 6 · Глава 278. Интерлюдия — Крес (2)
Книга 6: Интерлюдия — Крес (2)
Серые странники могли буквально плыть сквозь лес, как рыбы в ручье, и Кресу приходилось держаться крепко, перебирая лапами в такт бегущему под ним волку. Это не утомляло его крылья, а лапы были достаточно сильными, чтобы выдерживать такой темп.
Падаль, которую серые странники принесли с собой, вскоре исчезла в их глотках – чтобы продолжать путь, гигантам требовалось гораздо больше еды, чем Кресу. Это не сильно замедляло миссию, так как во время охоты Крес поднимался в воздух и с легкостью высматривал для них добычу.
К тому времени, как они добрались до Великого Древа, оказалось, что территория почти очищена от заражения. Почти, но до полной безопасности было далеко. Миазмы находились дальше, в покатой долине – парящие в воздухе споры не могли подняться в гору. Зараза медленно пожирала дерево за деревом, чтобы забраться выше, и этот процесс явно шел вяло. Здесь ей нечему было сопротивляться, поэтому она никуда не спешила.
Сильверфур смотрел на заразу с высокой скалы, тихо порыкивая.
Опасность,
Крес издал утвердительный клекот:
Слишком близко. Надо разобраться. Не уверен, что миссия займет всего один час, может, и больше.
Серый странник рядом с ним кивнул:
Готов.
Именно это Кресу и нравилось в их виде. Казалось, они организуются и понимают друг друга почти инстинктивно. Планы формировались за считанные секунды, от идеи до воплощения. Не было ни долгих приготовлений, которые так любили Одины, ни бесконечных перебранок.
И вот Крес сорвался со своего насеста, прихватив с собой небольшие бомбы. Сейды отвечали за их изготовление наряду с другими тониками и лекарствами, но именно этот рецепт Крес потрудился изучить сам. Удивительно, но в этом было меньше алхимии и больше ремесла. Странно, что за это отвечали Сейды, а не Смидья.
Настолько смертоносным его делала сама сердцевина взрывчатки. Капля жидкости из энергоячейки. Та самая мощь и сила, которая питала машины и даже саму Икону. Все это брало начало из фонтанов клещей, поэтому данные бомбы были воплощением гнева клещей.
Неудивительно, что эффект от них был столь катастрофическим. Зараза быстро отреагировала на его приближение. Они не были глупцами. Движимые безумием, иллюзиями и нашептываниями заразы – ума не было среди тех черт, которых их лишили.
Они знали, что пролетающий над ними Один означает бомбардировку. Чумные летучие мыши вылетели из-за деревьев паникующей тучей; среди них были два ястреба и другие боевые птицы, которым хватило глупости попасться. Крес привык работать в команде, но сейчас ему придется справляться в одиночку. Единственная реальная опасность исходила от ястребов.
Он сложил крылья, а затем обрушился вниз, подобно грому, совершая крыльями микроскопические движения, чтобы лавировать сквозь небольшое облако врагов. Именно для этого он прихватил подходящее оружие. Его коготь отпустил небольшой металлический стержень, привязанный к лапе эластичным шнуром. Тот потянулся прямо за ним. В нужный момент он развернулся, позволив инерции поднять стержень из-за спины.
Его текущая скорость сделала все остальное: стержень с размаху ударил в крыло ястреба, пока сам Крес едва увернулся от когтей. Костоломам не нужно было бить сильно, не нужно было даже убивать. Все, что от него требовалось – это сначала сбить ястребов в воздухе. И оружие сделало именно это, сломав ястребу крыло.
Минус один.
Он вышел из пике и снова взмыл вверх, оказавшись уже далеко за тучей врагов. Он летел вперед изо всех сил, медленно набирая высоту, пока не оказался над долиной, где сквозь увядающие деревья струился тусклый рыжевато-коричневый туман. Чтобы освободиться, ему нужно было разобраться со вторым ястребом, и тот скоро его нагонит.
Так и вышло: птица ринулась на него, выкрикивая бессвязную тарабарщину, широко разинув клюв и выпустив когти; ее движениями руководили чистые ярость и бешенство. Крес извернулся вокруг своей оси, позволив костолому взлететь по дуге за его лапой и врезаться прямо в макушку ястреба, отшвырнув зверя вниз. Недостаточно сильно, чтобы проломить череп, но вполне достаточно для сотрясения мозга.
После этого Крес сделал в воздухе «бочку», заставив костолом просвистеть по кругу и врезаться в правое крыло приходящего в себя ястреба. Он услышал, как оружие с легкостью ломает полые кости. Дело было сделано: ястреб закувыркался в воздухе и камнем полетел вниз.
Крес выровнялся, затем начал забирать вверх. Его клюв потянулся вниз, к приспособлениям у нагрудного оперения, и он дернул за шнурок, услышав щелчок и звук высвобождения одной из бомб. Он увидел, как она стремительно падает прямо на пораженную болезнью землю леса. Крес полетел еще выше, теперь следуя своей подготовке почти на инстинктах.
«Так. Примерно… сейчас».
В следующее мгновение он перешел из набора высоты в пике, защитно поджав крылья к груди, направив клюв прямо туда, где должен был прогреметь взрыв. С начала его пике не прошло и двух секунд.
Огонь и разрушение озарили весь лес, вспыхнув, словно небольшой ослепительный шар. Крес был слишком далеко, чтобы жар и разрушительная сила могли нанести ему вред, но последовавшая ударная волна и турбулентность воздуха ощутились моментально.
Он разрезал волну без особых проблем. Туче летучих мышей и птиц, гнавшихся за ним, повезло меньше: они летели почти параллельно взрыву. Оказавшись слишком близко, почти полностью открытые удару, они массово получили переломы и вывихи костей от ударной волны, а воздушная турбулентность раскидала их в стороны – некоторые полностью потеряли равновесие и рухнули в пламя.
Проскользнуть мимо остатков врага было легко, и Крес произвел еще один взрыв. После этого все, что оставалось от воздушной обороны, полностью рухнуло, и Крес смог свободно бомбить заразу во всех критических узлах. Пламя выжигало лес, очищая миазмы и заставляя выживших животных спасаться бегством.
С ними разбираться было не ему. И действительно, серые странники уже расправлялись с дезорганизованным противником; древние человеческие клинки безнаказанно рубили лапы и шеи. Лишенные воздушной защиты, наполовину сгоревшие заживо и разрозненные в хаосе, лучшей добычи серые странники и желать не могли.
За вторую половину дня с заразой было покончено, и все, что осталось позади – это медленно обугливающаяся долина, отбить которую заразе будет куда сложнее.
Он прилетел обратно и приземлился на спину волка, как на насест, давая крыльям отдохнуть от тяжелого испытания. Всего было использовано пять бомб. Он рассчитывал потратить больше, но заражение здесь оказалось слабым.
Хорошая битва,
Крес кивнул, слегка уставший и позволяющий себе расслабиться после нескольких моментов на волосок от смерти.
Миссия, — Я проведу разведку.
Серые странники кивнули, решив устроить быструю охоту за пропитанием в еще не поглощенных участках леса, пока Крес полетел к Великому Древу. Заметить его не составляло труда: оно возвышалось над всеми ними.
У местоположения, которое прислали клещи, было три координаты, а это означало, что дело было не только в точке на плоскости, но и в высоте. Икона велела ему искать что-то на высоте крупного дерева, но, скорее всего, ему нужно было найти нечто на самом Великом Древе или внутри него.
Он подлетел ближе, высматривая что-нибудь необычное. Вверх по гигантскому стволу росли серебряные платформы, подобно гнездам на корпусе иконы. Приземлившись на них, он не обнаружил ничего из ряда вон выходящего. Это были обычные платформы – то ли для украшения, то ли для помощи сухопутным перемещаться по дереву.
У основания дерева гигантские корни расходились в стороны, прежде чем сомкнуться у центрального ствола, и все они явно опирались на серебряные гигантские кубы, застывшие в воздухе. Но там было кое-что чужеродное.
На земле лежала плоская абсолютно черная панель, и Крес принялся изучать эту странность. Металл здесь казался почти живым: черные прожилки ползали по нему, как черви, а вся конструкция медленно... пожирала сама себя? Крес не был уверен, но мог сказать, что раньше она была крупнее. На земле остались углубления, слишком ровные, чтобы быть естественного происхождения. Как будто раньше вся плита была гораздо больше и упала прямо вниз.
Крес посмотрел вверх и обнаружил свою цель. Высоко внутри дерева было что-то, вмурованное прямо в один из толстых корней, ведущих к стволу. Как раз на высоте большого дерева, в точности как и упоминала Икона.
Некий черный куб, одна из панелей которого была сброшена вниз. Там он обнаружил нечто вроде металлического круга; провода, словно шелковые нити, соединяли его со стенкой куба. Он безмолвно парил в пустоте. Крес подлетел к нему, чтобы осмотреться, и нашел лишь новые вопросы.
Круг был массивным, и перелететь от одного его края до другого оказалось задачей не из легких. Но кроме того, что он парил среди остатков черного куба, пришвартованный внутри толстыми кабелями, Крес больше ничего не увидел.
Гигантская конструкция, в которой было мало смысла.
Прошли часы, пока он искал вокруг хоть какую-то зацепку к механизму клещей, скрывавшемуся в корне дерева. Он даже спускался вниз, чтобы проверить башню, о которой упоминал прошлый Виндр. Она больше не стояла: треснула у основания и повалилась там, где прошел один из массивных корней дерева. Должно быть, он медленно давил на башню, пока та не сломалась под мощью растения. Остальная часть кратера под деревом также постепенно отвоевывалась корнями, которые извивались среди парящих серебряных кубов.
Серые странники устроили здесь свой временный дом, соорудив небольшое логово в руинах у основания башни.
Мы остаемся, — Миссия важна. Мы доведем ее до конца.
Крес полагал, что это из-за того, что самому ему после этого нечем было заняться. К тому же, у него еще оставалось полно бомб. Для такой стаи, как серые странники, иметь под рукой Одина, способного создавать и использовать их, определенно стоило месяца ожидания. Не говоря уже о том, что его клюв и когти могли смастерить множество вещей, которые бедная сухопутная стая не смогла бы сделать сама без найма кольцехвостого.
Сильверфур разглядел здесь возможность и был совершенно готов выжидать. Умный зверь.
Кресу действительно потребовалось несколько дней, чтобы во всем разобраться. В гигантской конструкции не было ничего похожего на разъем, куда можно было бы вставить куб, но это потому, что управление ею осуществлялось не там. Он нашел терминал клещей, встроенный в пещеру неподалеку, откуда открывался удобный обзор на наполовину поглощенный черный куб вдали. Там он обнаружил пьедестал с единственным углублением, точно совпадающим по размеру с кубом, который был у него. Именно сюда нужно было поместить безумное творение Астрид. Крес понял это почти в тот же миг, как только заметил терминал, и тут же полетел обратно к серым странникам, чтобы сообщить о находке. Они быстро последовали за ним, прыгая по скалам и горам, чтобы добраться до скрытой пещеры.
Кресу хотелось подождать, чтобы побольше изучить внутреннее устройство механизмов здесь, в пещере, но он понимал, что это в нем говорит натура Одина. Сильверфур же просто попросил его положить куб, едва войдя в пещеру. Решительный народ эти серые странники.
Что он и сделал: один из серых странников приподнял его, чтобы он смог как следует установить куб. Для его клюва эта штуковина была громоздкой, но когтя оказалось достаточно. Как только куб встал на место, он начал светиться ярко-синим светом.
Ничего не произошло.
Но Крес чувствовал, что ничего не должно было произойти именно здесь. Вместо этого он перевел взгляд на черный куб и таинственный гигантский круг, парящий внутри него.
И там действительно кое-что изменилось. Если раньше круг был пустым, то теперь там зияла чернота, сквозь которую он не мог разглядеть противоположную сторону.
Что это?
Не уверен, — Буду изучать.
Сильверфур кивнул ему:
Будем защищать. Зачистим всех отставших.
Очаги заражения были разбросаны повсюду, но это продлится недолго. Как только выжившие после бомбардировки перегруппируются, они сбегутся в рой, используя остатки жизненных сил, чтобы кусаться и пытаться заново распространить заразу, прежде чем ожоги и внутренние повреждения оборвут их жизни. Но эту грядущую стаю можно было бы значительно проредить, если бы серые странники постоянно преследовали всё, что находили. Это также служило хорошим источником пищи, при условии, что зараженные животные были полностью прожарены, а кости оставались нетронутыми. Серые странники были достаточно ловкими, чтобы справляться с этим самостоятельно, без помощи Креса, хотя подобная пища и не была их любимой.
Прошло еще четыре дня, а чернота внутри гигантской конструкции так и осталась загадкой для Одина-отступника. Чем бы это ни было, ему нужно разобраться в этом до прибытия Гунгнира. Времени прошло достаточно, чтобы Таник пустился в погоню за ним. Единственным препятствием, с которым мог столкнуться жрец-воин — это получение копии карты с координатами, которые предоставила Астрид.
За эти дни Крес кое-что узнал. Во-первых, в пещере клещей не было никаких элементов управления. Он мог только поставить куб на пьедестал или забрать его. Если он поднимал его, чернота исчезала, оставляя только металлический круг. Если он ставил его на место, чернота возвращалась в центр круга, заполняя его до самых краев. Положение куба, казалось, не имело никакого значения.
Во-вторых, он выяснил, что эта чернота не была каким-либо физическим барьером, а скорее вуалью. Любой брошенный в нее камень просто поглощался. Исчезал. И больше не возвращался.
Он подозревал, что это было некое оружие, способное уничтожить любую материю, прошедшую сквозь него. Возможно, клещи хотели, чтобы они обратили такую мощь против заразы? Он не мог сказать наверняка.
С заразой становилось всё труднее справляться: с каждым днем серые странники натыкались на всё большее число целей. Многие из них были совершенно здоровы – своего рода разведчики из материнской колонии. Сильверфур предсказывал, что у них есть от силы два-три дня, прежде чем рой окончательно сформируется и устремится через долину, чтобы отвоевать ее обратно. Крес велел им не волноваться; достаточно лишь вовремя обнаружить место сбора роя, и он потратит огненную бомбу, чтобы расправиться с ним.
Это значительно успокоило серых странников. В этом и заключалась выгода присутствия среди них Одина, вооруженного до самого клюва.
К счастью, они не столкнулись с этой проблемой. Когда настал четвертый день, Крес понял, что ответ на загадку клещей не нужно было разгадывать. Скорее, на него оставалось лишь наткнуться.
Он бросил в черноту сотни камней, проверяя, как она справляется с любой материей – от животных до растений и даже насекомых. Всё, что он швырял внутрь, исчезало навсегда, из этой пасти ничто не возвращалось.
Пока на четвертый день светящийся куб не приподнялся над пьедесталом, не перевернулся на одно ребро и со стуком не опустился обратно на место.
А затем из черноты что-то появилось.