Том 7 · Глава 318. Внутренняя война (2)

Книга 7. Глава 6: Внутренняя война (2)

То’Авалис сразу же понял, что произошло. Вирус. Он был внедрен То'Вратт в броню Кита. И, конечно же, она его модифицировала.

Пока его цифровой аватар оставался пронзенным в грудь, разум его физической оболочки мчался по системе, пытаясь найти источник вторжения.

Несколько портов были открыты. И они вели прямо на заранее заданный адрес. То'Вратт следовала за течениями по цифровому морю, пока не добралась до открытой двери, оставленной там, где она и предполагала.

Ее вирус не мог сражаться с ним в цифровом море. Но она – могла.

—Похоже, ты оказался в весьма опасном положении, — произнесла То'Вратт, используя каблук, чтобы стянуть его со своего клинка и вжать в землю под собой. — Как я успела о себе узнать, я очень ревнива. Ты пытался убить моего человека. Никто не смеет убивать моего человека.

Он прохрипел что-то в ответ, все еще содрогаясь от боли в груди. Несмотря на боль, он боролся. Если То'Вратт была здесь, ей нужно было только одно.

Он открыл множество файлов и исторических данных. Найдя нужные разделы, он сузил поиск, а затем перезаписал конкретные байты данных. После этого он и сам не будет знать, где находится Кит. Координаты были потеряны для них обоих.

Но пока То'Вратт не могла их найти, только это имело значение.

—Все исчезло, — прорычал он. — Ты опоздала.

То'Вратт мрачно усмехнулась:

—Я хочу поделиться с тобой одной небольшой историей. В моих первых битвах с Винтерскарами я обнаружила, что они неизменно дают мне отпор в тот момент, когда я их недооцениваю. Дошло до того, что я создала сигнализацию, которая звенела каждый раз, когда я начинала недооценивать своих противников — в особенности Винтерскаров. Из всех моих дополнений эта сигнализация остается самым точным предупреждением о грядущем провале.

—Твоя бессмысленная болтовня лишь доказывает, насколько ты сломана, дорогая сестренка, — выплюнул он с таким ядом, на какой только был способен. — Я отомщу за то, что ты со мной сделала, так или иначе.

—Но моя болтовня имеет значение. — Ее ботинок врезался ему в бок, отбросив к стене, где он снова оказался пронзенным ее клинком, не успев даже попытаться подняться на колени.

Она вогнала клинок глубже в его грудь, приближаясь к нему. Фиолетовые глаза встретились с фиолетовыми глазами.

А затем одна пара стала глубокого, алого цвета.

—Потому что, дорогой старший брат, тебе действительно не стоило меня недооценивать. Я — Винтерскар.

В тот же миг его система связи была перехвачена, и из зараженных систем наружу – в общий чат команды – ушло единственное сообщение: «Только что со мной связалась Мать. Событие было… неприятным».

Голос был его собственным. Сгенерированным той же системой, что формировала всю его речь и интонацию.

То’Сефит рассмеялась:

—Ого. А я все думала, почему ты такой тихий. Опять слишком занят своими схемами? У нашей проблемы с вредителями только что отросла пара крыльев, если ты заметил.

—Я в курсе. То’Орда, вычисли, куда улетел Винтерскар. И передай мне точные координаты. У меня появились неотложные дела.

То’Орда ответил глубоким стоном:

—Сделай это сам.

То’Авалис почувствовал прилив надежды. Его системы выигрывали битву, пусть и медленно. Он восстановится достаточно, чтобы хотя бы предупредить свою команду о заражении. То’Орда был печально известен своим упрямством. Иногда он даже полностью глушил каналы. Это неподчинение могло спасти всю операцию.

То'Вратт постучала по подбородку, размышляя и искоса наблюдая за То’Авалисом. Его аватар угасал, концепция урона была слишком реальной, чтобы просто от нее отмахнуться.

Из его зараженных систем связи ушло еще одно сообщение:

—Нет. Ты сделаешь это для меня, или я подкину тебе еще работы. Знай свое место, прихвостень.

—Н-н-н… приступаю, — ответил То’Орда недовольным изображением вместе со строкой данных.

Угрозы дополнительной работы оказалось достаточно.

То’Авалис боролся, прижатый к стене, пытаясь заставить свой аватар снова действовать, пока его разум захлестывала бессвязная ярость, подобной которой он никогда прежде не испытывал. Через несколько мгновений эмоция прошла, но ее эхо осталось глубоко внутри, словно тлеющий уголек.

Эта резкая перемена казалась совершенно чужеродной, когда схлынула. Все эти поражения наносили урон его психическому состоянию. Просчитанное поражение было ожидаемым и запланированным, он не испытывал никаких эмоций во время отступлений перед командами Бессмертных.

Но с этим человеком и его неисправным охранным мусором всё шло вразрез с прогнозами.

Почему каждое поражение ощущалось так, словно разрушалась сама его личность, а не просто возникала необходимость в перерасчете, было совершенно непонятно.

Но сейчас, когда он беспомощно наблюдал, как его собственная команда передает То'Вратт точные координаты Винтерскара – вплоть до возможных позиций приземления – это казалось величайшим оскорблением в мире.

Все, что То’Авалис пытался скрыть. Всё было отправлено беспечно и без малейшей тени сомнения.

—Большое спасибо, — вернулся его собственный голос по связи, приятный и удовлетворенный.

Глубоко внутри своих восстанавливающихся систем То’Авалис почувствовал, как его голова склоняется в знак поражения.

—Наслаждайся победой, пока можешь, — прошипел он. — Я уже очистил достаточно этой грязи, чтобы пережить нападение. Я буду жить и заставлю тебя заплатить за это унижение.

—Я прекрасно понимаю, что ты попытаешься, — сказала То'Вратт. — Это несущественно. У меня есть то, что я хотела. Посмотрим, что еще я смогу сломать, пока нахожусь здесь. Недостаточно просто выиграть, я должна убедиться, что ты проиграешь.

Она разрубила его пополам. Клинок вышел из его плеча, а затем рванул обратно, отсекая ему голову.

Душевная связь оборвалась, и То’Авалис очнулся в своем физическом теле. Там, где он его и оставил, медленно устраняя повреждения.

Он погрузился в аналитику и обнаружил, что вирус теперь захватывает территории, к которым не имел прямого доступа. Это походило на лесной пожар: пароли менялись за секунды, предупреждения системы безопасности подавлялись, сообщения об ошибках от непредвиденных команд больше не работали – всё шло наперекосяк.

То'Вратт. Она разрушала его защиту изнутри, открывая своему вирусу доступ к остальным уязвимым системам. Устраивая абсолютно безумный погром.

С болезненным стоном он нырнул обратно через фрактал души и вернулся в цифровое море своего разума.

Новый аватар открыл глаза, и То’Авалис помчался по своему миру. Инстинкт безошибочно подсказывал ему, где именно она ломала его стены.

Она ждала его там. И на этот раз у нее не было элемента неожиданности, который мог бы ей помочь.

—Три целых две десятых секунды, — произнесла она, взмахнув клинком сквозь одно из синих щупалец. — Скорость твоего восстановления ужасающе низка. Кит бегал бы вокруг тебя кругами.

—Я лишен способности просчитывать вероятность успеха в цифровом море, однако уверен, что через минуту ты будешь мертва, — прошипел он себе под нос.

Она приподняла бровь, затем перевела один из клинков в боевое положение.

—Я так просто не умру.

—Я бы счел это оскорблением, если бы это было не так, — выплюнул он, делая шаг вперед.

Она подняла одну руку, словно призывая остановиться.

—Прежде чем мы начнем, есть еще одна вещь, и я ждала, чтобы ты увидел это лично. Как сказал бы мой человек: необходимый драматизм.

То’Авалис нахмурился, но не успел ничего сказать. Системы связи вновь оказались перехвачены, и его голос прозвучал в групповом чате:

—Я рассчитал улучшенную корректировку текущего плана. К ней прилагаются карты и контактная информация для следующего этапа. Проверьте отправленное вложение.

Его охватил ужас. То'Вратт отправила файл его команде. Вслед за первоначальным страхом пришла холодная и собранная ярость. Это не сработает, вирусное оружие застало меня врасплох, но этого было недостаточно, чтобы убить меня. То’Сефит и То’Орда тоже не умрут от этого.

То’Сефит точно не погибнет. Она достаточно умна, чтобы понять: единственный реальный способ отразить эту угрозу – использовать Оккультизм. В То’Орде он не был так уверен.

—Это какая-то запоздалая шутка? — спросила То’Сефит. — Изображение нашей своенравной сестры, смеющейся как сумасшедшая, вряд ли можно назвать планом.

То’Орда ответил своим собственным анимированным изображением. Скрещенные на груди руки и поднятая бровь, указывающая на аватар То'Вратт в отдельном канале чата.

—Н-н-н… я не буду открывать этот файл, — сказал он, что было редким для него законченным сообщением.

—Ты ждал, что я разжую тебе план То’Авалиса? — спросила То’Сефит. — Боже мой, То’Орда, твоя лень поистине поразительна.

—Он слишком много говорит, — ответил То’Орда.

—Хмм... Полагаю, это справедливо. — То’Сефит отправила изображение, где она пожимает плечами и тихо вздыхает. — В любом случае, с этим ничего не поделаешь. Итак, То’Авалис, не хочешь объяснить, в чем дело?

Глубоко в чертогах своего разума То’Авалис задохнулся от возмущения:

—Ты не заразила их?

—Разве? Или всё же заразила? — промурлыкала То'Вратт. — Полагаю, ты никогда не узнаешь этого наверняка. Наслаждайся паранойей в следующие несколько месяцев.

То’Авалису осточертел этот фарс, и он бросился вперед с безмолвным криком. Она устроила достаточно хаоса в его системах, его жизни и психическом здоровье.

Он изучал ее боевые техники по имеющимся у него видеозаписям. И в ходе своих исследований он выяснил, что стиль был скопирован у людей. Людей с поверхности, специализирующихся на убийстве друг друга.

Эти техники были крайне эффективны. Однако они никогда не создавались для борьбы с хлыстом. Он предсказывал, что его шансы на успех в бою против нее довольно высоки.

То'Вратт импровизировала, используя свои клинки и как щит, и как оружие. Крылья позволяли ей ускоряться и разворачиваться на месте быстрее, чем это казалось возможным, и эта концепция последовала за ней в цифровое море. У нее были преимущества, которых не мог иметь ни один человек с поверхности.

Но оккультный хлыст был слишком непривычным оружием.

Он держал ее на расстоянии, решив, что быстрое убийство будет неэффективной тратой времени, несмотря на его прежнее хвастовство. Честно говоря, он и сам не понимал, зачем вообще хвастался. Холодная концентрация боя смыла удивительное количество паники и эмоций, которые он испытывал до сих пор, сам того не замечая.

Его цепь с размаху ударила в землю, прерывая ее попытку атаки, затем он резко дернул ее вверх, едва не зацепив ее подбородок. Поворот корпуса заставил хлыст закрутиться по широкой дуге, вынудив враждебное Перо взлететь, выпрыгивая из зоны поражения.

Его свободная рука перехватила цепь, направляя булавовидный наконечник оружия так, чтобы он столкнулся со стеной и отскочил с гораздо большей скоростью, чем следовало. Часть его врезалась в То'Вратт, выбив ее из воздуха и отбросив в сторону. Она восстановила равновесие, пытаясь снова броситься вперед, но он вновь прервал ее, ударив булавой в землю прямо перед ней.

Всё, что ему нужно было делать – это держать ее на расстоянии, и вскоре она будет мертва без единого шанса нанести ответный удар. Он снова почувствовал себя хозяином положения. В его разуме расцветали расчеты: он готовил запасные планы, позиции для отступления, методы, чтобы затянуть бой и измотать То'Вратт перед смертельным ударом.

— Какой безопасный, шаблонный и совершенно безыдейный план, — прошептал ему на ухо голос, полный отвращения. — У тебя совсем нет гордости?

Он резко обернулся; кинжал в его свободной руке сделал выпад в пустоту. Голос прозвучал прямо здесь. Но у него за плечом никого не было.

Какая-то слуховая галлюцинация от То'Вратт?

Она воспользовалась этой возможностью, чтобы, наконец, завершить рывок. То’Авалис развернулся, оттягивая кинжал после выпада и используя его, чтобы парировать ее быстрый удар. Она продолжила серию ударов и уколов, пытаясь прорваться сквозь его защиту.

Выбора не было. Он копнул глубже в свои украденные боевые техники. В одно мгновение он был То’Авалисом, сражающимся кинжалом и хлыстом. В следующую секунду он стал А-12 – прото-пером, владеющим своим личным боевым оружием. До сих пор он прибегал к этим знаниям лишь однажды, против человека на мосту, и, несмотря на то что у вредителя была целая армия призрачных духов, атакующих со всех немыслимых сторон, он выжил.

То'Вратт была отброшена за считанные мгновения. Несколько месяцев опыта не имели против него никаких шансов. Его атаки были плавными, безрассудными, целенаправленными.

Его хлыст поймал один из ее выпадов прямо через оккультное звено, и с помощью вращения он заставил ее подстраиваться под его шаг, пока его кинжал на ходу разрезал бицепс ее второй руки.

Они столкнулись спина к спине, цепь натянулась, прижав ее собственный клинок к ее горлу.

Она деактивировала его за мгновение до того, как он вскрыл ей горло. Он сделал то же самое со своим хлыстом, поскольку больше не нуждался в питании всех звеньев.

Раздался лязг ее второго меча, ударившегося о землю – ее свободная рука безвольно повисла, разрез на руке оказался слишком точным.

Во всех остальных отношениях битва была окончена. Он прижал ее, и обе его руки работали с оптимальным рычагом, чтобы удерживать ее. У нее вообще не было никаких рычагов воздействия и никаких средств, чтобы ему противостоять.

—Это заняло куда больше минуты, То’Авалис, — произнесла она. — Считай, что я разочарована.

—Вижу, ты сохранила свой новый стержень, — прошипел он, стягивая обесточенные цепи. — Давай, какое прощальное оскорбление перед смертью ты придумала? Мертвый клинок у ее горла впился в белую кожу, но так и не смог ее пробить.

—Рада, что ты спросил. Передавай от меня привет нашему почтенному старшему брату, если сможешь, — сказала она. — Передай ему, что быть бессильным паразитом в собственном трупе ему очень идет.

Ярость хлынула через него при этих словах, и он включил хлыст, разрезая как зажатый меч То'Вратт, так и ее шею мгновение спустя. Хлыст отключился в тот момент, когда столкнулся с задней частью его собственной шеи.

Ее аватар упал, как марионетка с обрезанными нитями, растворившись в цифровой пыли, не успев коснуться земли.

Он не понимал, откуда взялась эта ярость. Ее последние слова были бессмысленны, и всё же какая-то часть его в глубине души ненавидела ее так, как он никогда никого в своей жизни не ненавидел.

К счастью, это был не последний раз, когда То'Вратт заявлялась в его святилище. Пока он не закроет портовые соединения, у нее останется лазейка в его системы. Мысль о том, чтобы убить ее еще несколько раз до окончания осады, немного его успокоила.

Подобные эмоции становились по-настоящему пагубными. Неужели его природа Пера наконец-то прокралась в исходный код? Это вызывало тревогу; когда-то он считал себя выше пороков своих братьев и сестер.

Он размял плечо, выдыхая зарождающуюся ярость. Позволяя спокойствию и концентрации вернуться в его разум.

Ему нужно было убить сестру. И восстановить план.