Том 1 · Глава 3. Заветная фантазия офисного планктона: Швырнуть заявление об увольнении прямо в рожу боссу
После того как зрение разлетелось на куски, словно разбитое стекло.
Сознание ухнуло в непроглядную тьму.
Место, куда я провалился, было пространством абсолютного ничто: ни зрения, ни слуха, ни осязания. В этой пустоте даже нельзя было с уверенностью сказать, жив я вообще или нет.
Сколько же времени прошло в том мраке?
Без предзнаменований и предупреждений осколки сгинувшего мира начали стремительно слетаться к центру, будто при перемотке видео назад. Один за другим.
И в мгновение, когда последний фрагмент встал на своё место с легким щелчком, —
Зрение вернулось словно по волшебству.
Я несколько раз моргнул. Взору открылись серые офисные перегородки, монитор со заставкой и клавиатура.
«Офис?»
Неясно, частная ли это компания или какое-то ведомство, но место явно рабочее.
Вот только кое-что настораживало. Рука лежала на клавиатуре, но... она была не моей.
Бледная, изящная мужская кисть с отчетливо выступающими венами. Почуяв неладное, я попробовал шевельнуть пальцем.
Палец послушно поддался. Но рука совершенно точно принадлежала другому человеку.
«Я... стал кем-то другим? Переселился или переродился, что ли?»
Сам бы я назвал себя опытным читателем. Благодаря этому удалось довольно быстро, хоть и смутно, осознать происходящее.
Проблема заключалась лишь в том, что я понятия не имел, в чьё тело попал, где нахожусь и почему вообще это произошло.
Оглядев стол, я заметил обклеенные повсюду стикеры и бумажный стаканчик с остывшим кофе.
Стоило подсознательно поднять стаканчик и вдохнуть аромат, как в голове всплыли чужие воспоминания.
Прошлой ночью... а точнее, сегодня в два часа ночи.
Прежний хозяин тела работал. Прямо здесь, на этом самом месте.
А утром снова вовремя пришел на работу. Само собой, почти без сна. Чтобы хоть как-то разлепить глаза, пришлось замешать сразу три пакетика растворимого кофе и выпить залпом.
Угх.
Дикая усталость из чужих воспоминаний ощущалась настолько отчетливо, будто была моей собственной.
«И насколько же жестоко прежний владелец этого тела вкалывал, как проклятый?»
Едва я поморщился от накатившего раздражения, как в правом нижнем углу монитора весело звякнуло уведомление мессенджера.
В небольшом всплывающем окне высветилось имя отправителя.
«Чего...»
Не глядя в зеркало, я почувствовал, как с лица сходит вся краска. Вне зависимости от моего желания по спине побежали мурашки, а лицо покрылось холодным потом.
«Ч-что это? Почему тело само по себе реагирует на это имя?»
Вместе с инстинктивным страхом в разум, подобно молнии, ударили обрывки воспоминаний.
Первым эпизодом оказалась переговорка.
На глазах у многочисленных коллег она ткнула пальцем в написанный мною код и произнесла:
Коллеги молчали. Они даже боялись встретиться со мной взглядом.
Возможно, кто-то и сочувствовал, но что толку, если сама генеральный директор рвала и метала? Все просто молча наблюдали за моим унижением.
Второе воспоминание — кабинет генерального.
Когда я осторожно заикнулся о том, что изнемогаю от постоянных переработок и хотел бы уволиться, если ситуация не изменится (похоже, это было не реальным желанием уйти, а лишь попыткой договориться).
На её лице застыла улыбка, но взгляд оставался совершенно ледяным.
[Уволиться? Разумеется, можешь. Правда, это будет довольно больно. Почему?
Перечитай трудовой договор. Там есть пункт о запрете на работу в этой сфере сроком на пять лет.
Думаешь, это всё? Как бы не так. Попробуй использовать хоть строчку написанного здесь кода в другом месте — я затаскаю тебя по гражданским и уголовным судам до конца твоих дней.]
Её улыбка до сих пор стояла перед глазами.
«Психопатка... Да что эта баба вообще себе позволяет?»
Требовалось срочно вырваться из бури хаотичных воспоминаний. Оперевшись рукой о подлокотник, я попытался встать с кресла.
Прикосновение ладони к холодному пластику стало триггером, запустившим третье воспоминание, прошившее мозг насквозь.
Полночь накануне, пустой офис. Едва я встал, собираясь уйти домой, как она преградила путь.
Вслед за ледяным голосом рука вцепилась в моё плечо. От неожиданно хваткого сжатия тело оцепенело.
Голос прошептал прямо на ухо. Я хотел сбежать, но тело не слушалось. Полнейшая беспомощность сковала всё существо.
«......»
Теперь разрозненные кусочки пазла наконец сложились воедино.
Имя этого тела... моё имя — Хан Мин Со.
А женщина, довевшая меня до такого состояния, — Чхве Со Ри.
Я схватился за голову. Память Хан Мин Со сплелась с моими собственными воспоминаниями настолько тесно, что стало трудно определить, где заканчиваются мои мысли и начинаются его чувства.
В этот момент с соседнего места раздался голос:
Мин Со, ты в порядке? Опять вчера за полночь засиделся? Выглядишь как краше в гроб кладут.
Голос казался одновременно знакомым и чужим. Это был Замначальника Ким. Не в силах поднять головы, я лишь буркнул в ответ:
А, да... Просто немного устал.
Мне требовалось время. Хотя бы немного времени, чтобы адаптироваться к этой чехарде. Но Замначальника Ким огорошил оглушительной новостью:
Понимаю, что устал, но надо взяться за ум. Через 10 минут у тебя личный код-ревью с генеральным.
Она с самого утра не в духе... Ты ведь подготовился?
Э-э...
«Чхве Со Ри», «один на один», «код-ревью».
Найдется ли сочетание кошмарнее этого?
Я почувствовал себя приговоренным к смерти, которому только что объявили дату казни. В глазах потемнело.
……………
Звук закрывающейся двери кабинета генерального директора прозвучал словно хлопнувшая крышка гроба.
В кабинете Чхве Со Ри царила стужа. Просторно помещение обставлено по минимуму, лишь морозный воздух наполнял пространство, да огромный монитор во всю стену притягивал к себе всё внимание.
На экране краснел код, над которым я — а точнее, вчерашний и сегодняшний Хан Мин Со — просидел всю ночь. Всё полотно было пестро испещрено пометками об «исправлениях».
Не поворачивая головы, она въелась взглядом в экран и произнесла:
Садись.
Я молча опустился на стул напротив. Только после этого она наконец изволила посмотреть на меня.
Чёрные волосы Чхве Со Ри аккуратно ниспадали на плечи, а фарфорово-белая кожа глянцево отсвечивала в лучах ламп.
Спорить не о чем, она была безупречно красива. Вот только от этого идеального лица не исходило ни капли тепла.
Чхве Со Ри взяла лазерную указку. Красный луч уткнулся в первую правку.
Что за имя переменной
Ты вообще понимаешь, что такое командная разработка?
Э-этот момент я пояснил в комментариях...
Код, для понимания которого требуются комментарии,
Ты проигнорировал мои слова или твой интеллект настолько низок, что ты не способен даже запомнить и усвоить сказанное?
«И из-за такой ерунды стоит так поливать дерьмом?»
Тело Хан Мин Со откровенно дрожало от запечатленного в нем страха. Ладони взмокли от пота, а сердце бешено колотилось, готовое выскочить из груди.
Однако в моем собственном сознании закипала злость: ставить под сомнение умственные способности из-за имени одной-единственной переменной — абсурд чистой воды!
И вот эта часть.
Луч указки сместился.
Обработка ошибок отсутствует начисто. Ты вообще не учел исключительные ситуации?
Я протестировал все базовые сценарии.
Только базовые? То есть при возникновении нештатной ситуации программа просто упадет.
Хан Мин Со. Вчера ты просидел со мной в компании до двух часов ночи. И чем ты занимался всё это время?
Без малейшего намека на эмоции она методично забивала меня своими придирками.
Уж не знаю, мозгов тебе не хватает или силы воли. А может, и того, и другого.
...Вот так, щедро пересыпая разбор оскорблениями.
Чхве Со Ри закончила разбор. Взяв со стола стакан воды, она сделала глоток, после чего вынесла окончательный вердикт:
Всё переделать. Сегодня, прямо здесь. Я буду следить, так что даже не думай уходить, пока не закончишь.
Снова переработка, притом что сегодня я ушел с работы тоже после двух ночи.
Это перешло все черты.
Что-то в моей голове с треском лопнуло. Это не метафора — звук показался мне совершенно реальным.
Тело Хан Мин Со рефлекторно дернулось отвечать. Оно попыталось выдавить из себя рабское «Да, я понял...»
Но я напряг всю волю, чтобы сжать губы и подавить этот порыв.
А затем Хан Мин Со сделал то, чего не делал никогда в жизни. Почти склонившаяся голова напряженно поднялась, и он уставился прямо в глаза Чхве Со Ри.
Я увидел её черные зрачки. Наглая выходка обычно трусливого подчиненного, избегавшего взглядов, заставила её бровь слегка дернуться.
Я не стану этого делать.
Голос сам сорвался с губ. В нем ещё пробивалась дрожь от страха, пропитавшего тело Хан Мин Со, но суть фразы предельно точно отражала мою волю.
Чхве Со Ри переспросила, словно не сразу уловила смысл:
Что... ты сказал?
Пути назад больше не было. Четко выговаривая каждое слово, я повторил:
Я не останусь на переработку. И переделывать этот код тоже не буду.
Но этого показалось мало. Помедлив секунду, я поправился:
Точнее, я этого делать не хочу. Я увольняюсь.
……………
Кабинет погрузился в мертвую тишину.
На идеально безупречном лице Чхве Со Ри впервые проступили трещины. Сквозь них проглядывали явное потрясение и растерянность.
Она лишь беззвучно раззивала рот, пыталась что-то сказать, но связные слова никак не выходили.
Хан... Хан Мин Со. Ты... ты...
Она заикалась. Сама Чхве Со Ри, генеральный директор компании-единорога, за которой охотились крупнейшие IT-гиганты Америки!
И эта женщина была выбита из колеи заявлением об увольнении обычного рядового сотрудника.
Ощущение было потрясающим. Сколько бы я ни перерывал память Хан Мин Со, я ни разу не видел Чхве Со Ри в таком виде.
«Хех. Не знаю, с чего она так перепугалась, но так ей и надо».
Не дав ей прийти в себя, я развернулся, толкнул дверь и вышел из кабинета.
Когда я вернулся в рабочий зал, все взоры сослуживцев устремились на меня. Кажется, все просекли: случилось что-то вопиющее.
Я проигнорировал взгляды. Какая разница, если я здесь больше не работаю?
Проследовав к своему рабочему месту, я сгреб скромные пожитки в сумку. Руки слегка подрагивали — то ли от выброса адреналина, то ли от пережитого.
Э-э, Мин Со?
Осторожно окликнул Замначальника Ким, но я ничего не ответил. Закинув сумку на плечо, я просто покинул офис.
Лифт съехал на первый этаж. Толкнув вращающуюся дверь, я ступил на улицу.
Городской воздух с примесью выхлопных газов, яркие солнечные лучи на асфальте... Вещи, которые обычно мало радуют, сейчас казались безумно освежающими.
А-а-ах... Я свободен!..
Вздох облегчения и дикого восторга вырвался из груди. И тут же на губах появилась самоироничная ухмылка.
Надо же, простое увольнение способно подарить столько счастья.
Захотелось с кем-нибудь поделиться радостью. Мог бы я связаться хотя бы со знакомыми Хан Мин Со?
С этой мыслью я вытащил смартфон из кармана и активировал экран.
БР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р.
Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Дзинь.
Телефон заколотило, точно в припадке. Один за другим в безумном темпе затараторили звуки уведомлений.
Весь экран заполонило одно и то же имя.
На заблокированном экране каскадом всплывали превью сообщений.
Вибрация смартфона всё не умолкала.