Глава 144. «Обыватели обожают истории о противостоянии»

Бенджамин Розен посмотрел на возникшего перед ним Томми. — Похоже, ты уже вкусил прелестей этого бизнеса?

—Буду краток, мистер Розен. У меня нет времени расписывать все те мерзости, что я повидал в Куинси. Мне нужно десять миллионов. В Lotus сменился вице-президент по операционной деятельности, и этот новенький, держу пари, еще не успел войти в курс дела. Сейчас идеальный момент, чтобы со всей силы огреть его бейсбольной битой по голове, — Томми не стал тратить время на светские беседы и сразу перешел к делу.

Бенджамин окинул взглядом Томми, который стал куда решительнее, чем прежде. — Но я только два дня назад договорился о встрече с мистером Коэном из IBM по поводу персональных компьютеров. Судя по твоим словам…

—IBM согласится, — Томми глубоко вздохнул, давая утвердительный ответ за Бенджамина.

Бенджамин с улыбкой кивнул. — Хорошо, Томми. Я велю секретарю все устроить. Ты хочешь, чтобы я выкупил твои пятнадцать процентов акций как частное лицо, от имени Compaq, или ты надеешься, что это будет просто инвестиция?

—Я хочу, чтобы это было пожертвование. Наша сделка должна выглядеть как дар, — Томми подался вперед, к Бенджамину, и с нажимом добавил:

—Дар доброй воли.

Бенджамин вздохнул. — Но я не хочу ничего дарить.

—Недавно я зарегистрировал некоммерческую организацию по защите интересов компьютерной индустрии под названием Фонд электронных рубежей. Я хочу, чтобы вы пожертвовали ей десять миллионов. В знак признательности за вашу поддержку я безвозмездно передам вам пятнадцать процентов акций компании Actor, а вас лично приглашу занять пост первого исполнительного директора фонда, — Томми покосился на стоявшего поодаль дворецкого и чуть понизил голос.

Бенджамин слегка сузил зрачки. Он молчал несколько секунд, буравя Томми взглядом, прежде чем медленно произнести:

—Подозреваю, дело тут не только в желании уйти от налогов.

—Основателями выступили я, Джейсон Уайт и Сьюзан Кертис. Юридическим директором назначена мисс Дилия Кейс. Наша цель — способствовать процветанию и здоровому развитию компьютерной отрасли, — серьезно ответил Томми.

Услышав это, Бенджамин рассмеялся. — Ты – основатель, я – спонсор, но то, чем занимаются наши компании, никак нельзя назвать благом для индустрии. Ты воруешь у Lotus, я ворую у IBM.

—Electronic Future Foundation, сокращенно EFF. Он создан, чтобы помогать малым и средним компаниям. К примеру, предоставлять финансирование на этапе разработок или поддерживать тех, кто столкнулся с судебными тяжбами. Мы будем представлять их интересы в суде или выступать в качестве amici curiae, защищая разработчиков и технологии от юридических угроз. Мы будем бороться со злоупотреблениями патентным правом, чтобы несчастные маленькие студии и фирмы не становились жертвами патентного шантажа, как это случилось с Actor. Мы должны максимально защитить свободу творчества, — Томми проигнорировал иронию Бенджамина. Он продолжал с глубоким пафосом излагать миссию фонда, и лишь когда улыбка окончательно сползла с лица Бенджамина Розена, задал встречный вопрос:

—Теперь вы почувствовали мою совесть, мистер Розен?

—У него есть участники? — Спросил Бенджамин, помедлив.

Томми ответил мгновенно, почти не задумываясь:

—На данный момент двадцать семь индивидуальных членов, в основном основатели небольших компаний, которых Lotus засудила до банкротства. Плюс несколько корпоративных участников — сплошь стартапы стэндфордских студентов, открытые в гаражах.

—Звучит как Ассоциация компьютерной и коммуникационной индустрии, с той лишь разницей, что там высокий порог входа, а ты собираешься сначала всех всосать, а потом уже перебирать, — Бенджамин привел аналогию, делясь сложившимся впечатлением.

Та ассоциация была создана гигантами вроде Microsoft, IBM, AT& T, Motorola и Intel. Другим компаниям туда вход был заказан. Несмотря на конкуренцию, гиганты часто действовали сообща через эту организацию. Например, когда IBM сталкивалась с антимонопольными исками, Microsoft и остальные жертвовали деньги в ассоциацию, чтобы та нанимала лоббистов или выступала в суде как amici curiae в поддержку IBM.

—Нет, это скорее «задний двор» для больших корпораций. Под лозунгом патентной реформы мы привлечем мелочь. Заодно выставим Lotus в глазах общественности патентным троллем и предоставим крупным игрокам списки перспективных стартапов для инвестиций. EFF станет внешней вспомогательной структурой для вашей Ассоциации, они не конфликтуют. Наличие EFF позволит Ассоциации заявлять, что она не монополизировала отрасль, — объяснил Томми.

Бенджамин кивнул и медленно произнес:

—Все в тебе ошиблись, и я в том числе. Тебя считают жадным, но на самом деле ты делаешь доброе дело. Для малых компаний, пусть им и придется согласиться на скрытые условия вроде преимущественного права выкупа акций спонсорами EFF, это шанс выжить. А крупные компании будут рады получить такой доступ к инвестициям и подбирать стартапы под свои планы. В итоге мелочь верит, что работает в открытой среде, а гиганты через EFF выбирают себе «питомцев». Внутри организации идет обмен патентами и выстраивание экосистемы. Те же, кто не вступит, окажутся под ударом. Если бы это создал кто-то другой, молодежь бы заподозрила неладное. Но ты — идеальный кандидат. После того, что случилось с Actor, люди поверят, что ты пришел к этому через боль. Хотя теперь я понимаю: ты сначала задумал этот фонд, а уже потом выбрал несчастную Lotus своей жертвой.

—Приберегите похвалы до лучших времен, мистер Розен, — Томми прямо посмотрел ему в глаза.

—Можешь идти, — сказал Бенджамин. — Деньги догонят тебя по пути. Ты прав: IBM согласится. Разве может корпорация отказаться от искушения приручить всю отрасль, имея при этом повод лгать правительству об отсутствии монополии и честной конкуренции?

—До свидания. Ах да, позвольте воспользоваться вашим телефоном, — получив ответ, Томми стремительно поднялся.

Он набрал номер:

—Дилия, следи за счетом. Как только деньги упадут, начинай работу от имени EFF. Мне нужны сто семьдесят шесть юристов наготове. Я хочу видеть новости об этом деле в газетах и на ТВ Нью-Йорка, Лос-Анджелеса, Сан-Франциско и Бостона. Мне нужны интервью, мне нужны полосы в прессе. Основатель компании Actor Томми Хоук решил стать послушным мальчиком и начать делать правильные вещи.

—Первым делом я расскажу обывателям, с каким чудовищным сопротивлением столкнулась Actor, пытаясь обучить бедных людей компьютерной грамотности. Они специально уволили бездарного вице-президента и наняли высокомерного и всесильного члена клана Кеннеди, чтобы остановить меня. Обыватели обожают такие истории о противостоянии.

…

Когда в его заведении не было клиентов, фотограф Пит ОБрайен большую часть времени проводил перед телевизором в своей крошечной студии в Саут-Энде, Бостон.

Зазвенел дверной колокольчик. Пит встал и с вежливой улыбкой направился к посетителю:

—Сэр, желаете сделать фото?

—Мистер ОБрайен, рад встрече, — гость в костюме от Armani и с аккуратно зачесанными назад волосами лучезарно улыбнулся и пожал руку опешившему Питу. — Я Юджин Браун из Нью-Йоркского центра креативной фотографии.

Пит замер. — Сэр, простите, откуда вы?

—Нью-Йоркский центр креативной фотографии, NCCP, — повторил гость.

У Пита невольно вырвалось:

—Ого! Это же святыня для любого американского фотографа.

—Верно. Каждый фотограф мечтает, чтобы его работы попали в коллекцию NCCP. Собственно, поэтому я здесь. Поздравляю вас, мистер ОБрайен, — мужчина с любопытством оглядывал обстановку студии.

Пит застыл как громом пораженный. Потребовалось время, чтобы осознать услышанное. — Но я ведь обычный фотограф. Я хочу сказать… я никогда ничего вам не посылал…

—Один из ваших женских портретов по счастливой случайности попал на глаза Розалинд Соломон, нашему ведущему фотографу. Она была в восторге. Розалинд хочет, чтобы NCCP навсегда сохранил этот шедевр, воплощающий женскую силу и непокорность. Поэтому я здесь, — Юджин улыбнулся. — После подписания контракта мы выплатим вам гонорар, сумма составит около пятнадцати тысяч долларов за исключительные права на снимок.

Питу казалось, что это сон. Розалинд Соломон – легенда, женщина, которая в годы правления Кеннеди создала серию портретов «Вне Белого дома».

Наверное, каждый фотограф в Америке изучал её работы, надеясь перенять хоть каплю мастерства. И теперь эта великая женщина оценила его труд? И рекомендовала его NCCP?

Пятнадцать тысяч за один снимок?

—Сможете ли вы в ближайшее время приехать в Нью-Йорк? Нам нужно подписать бумаги, да и мисс Соломон лично хотела бы побеседовать с вами о фотографии, — поинтересовался человек, назвавшийся Юджином.

У Пита подгибались колени. Он усиленно закивал:

—Конечно, я найду время. Могу временно закрыть студию, я… О, точно! Меня выбрали присяжным в одно судебное разбирательство. Это гражданский долг, я не могу отказаться, но… Думаю, если Розалинд Соломон хочет меня видеть, я подам прошение в суд, чтобы меня заменили кем-то из резерва.

—Это то дело, где софтверная компания судится с плагиатором? — Юджин повернул голову и в упор посмотрел на Пита.

Пит кивнул:

—Да. Вы слышали о нем?

—Разумеется. В NCCP пользуются софтом от Lotus, так что компания нам знакома. И чьей стороной вы были отобраны? Истцом, ответчиком или судом? — Как бы между прочим спросил Юджин.

Пит пожал плечами:

—Кажется, меня выбрала команда адвокатов со стороны ответчика при предварительном отборе.

—Тогда при встрече с мисс Соломон лучше об этом не упоминать. Она терпеть не может плагиаторов, её собственные работы когда-то воровали. Я знаю, что вы будете судить непредвзято, но боюсь, если она узнает, что вы лично симпатизируете тем, кто ворует чужой труд, вряд ли у неё возникнет желание с вами общаться, — Юджин произнес это с мягкой улыбкой, словно давая дружеский совет.

Но Пит не был так уж глуп. По взгляду Юджина он кое-что понял. — Кажется, я начинаю понимать, — медленно произнес он. — Я становлюсь присяжным, и внезапно мои работы находят признание и отправляются на вечное хранение.

—Похоже на совпадение. Надеюсь, это не помешает вам вынести верный вердикт, — Юджин кивнул, не подтверждая догадку, но и не отрицая её.

—Но я так полагаю, — продолжил Пит, — что официальное подписание контракта и встреча с мисс Соломон произойдут уже после окончания суда?

—Да, судя по срокам, именно тогда. Нужно подготовить много документов, да и… хоть мисс Соломон и решила забрать вашу работу, всякое может случиться. Вдруг она найдет что-то более выдающееся? Наши фонды ограничены, мы выбираем только лучшее из лучшего, — Юджин был доволен сообразительностью фотографа.

—И если я проявлю сочувствие к плагиаторам, мисс Соломон может передумать, — добавил Пит.

—Это лишь ваши домыслы. Поверьте, мы решили купить ваш снимок только потому, что он великолепен, — Юджин протянул руку, прощаясь. — Я лишь пришел сообщить добрую весть. Планируйте свое время, мы свяжемся с вами позже. До встречи, мистер ОБрайен.

—Я не буду сочувствовать плагиаторам… Не буду… — торопливо проговорил Пит ему вслед.

Юджин вышел, не оборачиваясь. На улице он сел в черный минивэн. — Передайте мистеру Кеннеди: еще один присяжный со стороны противника у нас в кармане.