Глава 180. «Покорение Голливуда»

Атланта, столица штата Джорджия, Пичтри-стрит.

Верхний этаж роскошного отеля «Уолдорф-Астория».

Дэвид Шефер изрядно перебрал. Этот толстяк в круглых золотых очках, на котором не было даже брюк, а на рубашке не хватало нескольких пуговиц, раздобрел еще сильнее, чем во времена их школьного летнего лагеря.

Лицо его покраснело от выпивки. Сжимая в руке бутылку бренди, в которую подмешали эфир или еще какую-то дрянь, он замер перед огромным панорамным окном, откуда открывался вид на всю Атланту. Любуясь огнями ночного города, он пьяно вскинул бутылку и закричал в пустоту:

—Я знаю, как этот мир звал меня раньше! Жиртрест! Тупица! Нищеброд! Параноик! Обжора! Белый ублюдок с самым крошечным хером во всей Джорджии! Пошли вы на хрен! Посмотрите на меня сейчас! Те, кто меня поносил, теперь недостойны даже лизать мои сапоги!

Выругавшись, он обернулся к единственным мужчинам в этом развлекательном зале – Томми и Стивену.

—Они недостойны! — Продолжал Дэвид. — Я, этот белый ублюдок, женился на дочери сенатора штата! Все знают, что будет дальше. Те нищие родственники, что раньше на меня плевали, теперь натягивают фальшивые улыбки, надеясь, что в будущем я их пристрою! Черт с два! Даже не мечтайте!

Когда-то Дэвид был главным претендентом на звание самого бедного парня в банде «Си-Эс». Как и Томми, он принадлежал к числу абсолютных голодранцев, пролетариев, всё детство которых прошло в мучительных поисках центов. И, как и Томми, он мастерски умел действовать нестандартно, добиваясь своего любыми путями.

Благодаря связям из летнего лагеря он выбил себе полную стипендию в Университете Джорджии на факультете политологии. Пользуясь гибким умом и наработанными контактами, он после выпуска обошел многих однокурсников, сразу устроившись стажером в вашингтонский офис сенатора от Демократической партии Сэма Нанна.

Пусть это была лишь должность младшего помощника, но работа в офисе сенатора в округе Колумбия и работа в захолустье – это небо и земля. Уровень контактов там совершенно иной.

Этот парень дорожил шансом. Вскоре после выпуска он приметил девушку, тоже стажировавшуюся в Конгрессе. Она была дочерью сенатора-республиканца от штата Джорджия. Дэвид потратил весь свой запас красноречия и юмора, чтобы завоевать девицу, чей отец имел политический вес в Мейконе. Опасаясь, что удача ускользнет, он поспешил сделать предложение и начал подготовку к свадьбе.

Он не хотел годами пробиваться наверх. Он выбрал короткий путь, ценой которого стала необходимость провести остаток дней с женщиной, которую он совсем не любил.

Но Дэвид считал, что оно того стоило.

—Тот чертов выбор, что я сделал тем летом… когда нас стало много… это было лучшее решение в моей жизни, — он закатал рукав рубашки, демонстрируя маленькую татуировку на запястье, и искренне посмотрел на друзей. — Мой тесть напуган. Он больше не думает, что я женился на его дочери ради его влияния. Теперь он верит, что это из-за сраной любви! И всё благодаря вам! Теперь он знает, что за мной кто-то стоит! У меня есть за спиной нечто такое, что его по-настоящему потрясло! CSLS!

Томми и Стивен не стали размениваться на ложную скромность. В конце концов, они действительно помогли Дэвиду впечатлить его тестя, который раньше ни во что не ставил зятя, продемонстрировав тому его «скрытые связи».

При встрече Стивен и Томми дали понять старику: если Дэвид когда-нибудь решит баллотироваться – хоть на чертов пост президента – ему не стоит беспокоиться о деньгах. Они всегда готовы помочь.

Старикашка поначалу думал, что эти двое юнцов просто бахвалятся, пока не увидел подарки, которые они преподнесли Дэвиду.

Это были две обычные с виду книги.

Подарок Стивена – автобиография его отца, Питера Бинна, под названием «Вне славы и богатства». В ней описывался опыт Бинна-старшего на посту помощника министра здравоохранения и социальных служб при президентах Кеннеди и Джонсоне. Это было подписное издание, а на форзаце красовалась рекомендация, написанная лично Линдоном Джонсоном.

—Мой отец был под впечатлением от наших рассказов о лагере, — сказал Стивен тестю Дэвида, вручая книгу. — Ему было любопытно. Он понимал, почему я, будучи самым богатым, не стал премьер-министром нашего союза. Но он никак не мог взять в толк, почему даже пост министра внутренних дел достался парню по имени Дэвид. Он просил передать свои благословения.

Томми же подарил новую книгу известного биографа Уэйна Хандека «В поисках Бога в Америке», повествующую о благотворительной деятельности мисс Отилии Фаррелл.

В списке многочисленных титулов Отилии значился самый важный: самый молодой член совета директоров фонда «Новый мир» за последние десятилетия.

—Отилия не смогла приехать на свадьбу, но велела передать поздравления, — добавил Томми. — Она пообещала, что на нашей со Стивенсом свадьбе обязательно будет. Тогда ты сможешь лично спросить её, что же за дела помешали ей приехать сегодня.

После этих даров взгляд тестя на Дэвида изменился бесповоротно.

Сын бывшего помощника министра и жених члена совета директоров фонда «Новый мир» – оплота демократических интриг.

Такое окружение привело тестя лишь к одной мысли: Дэвид Шефер женился на его дочери исключительно по большой и чистой любви.

—Ты ведь понимаешь, что если унаследуешь политическое наследство тестя, тебе придется отказаться от позиций демократов? — Стивен, лениво потянувшись, закурил сигарету. — Давай сразу проясним: я помог тебе припугнуть старика, но если ты выдвинешься от республиканцев, чека от меня не жди. Отец меня просто прирежет.

Семья Стивена всегда была верна демократам.

—У меня похожая ситуация, — вставил Томми. — Отилия — лицо фонда. Политическая позиция важна. Тебе лучше заранее разобраться со своими взглядами.

—Надо было раньше сказать, что вы теперь такие важные птицы! — Буркнул Дэвид, тихо выругавшись. — Тогда бы мне не пришлось жениться на этой женщине! Особенно это касается тебя, Томми. Если бы я узнал хотя бы пару месяцев назад, что Отилия в совете директоров «Нового мира»! После этой новости завтрашний мальчишник кажется мне не таким уж привлекательным.

Завтрашняя вечеринка, организованная парнями из банды «Си-Эс» специально для Дэвида, должна была пройти в Атлантик-Сити – там можно было разгуляться по-настоящему. Остальные члены банды направлялись сразу туда, и только Томми и Стивен приехали в Атланту, чтобы сопроводить жениха.

Томми прибыл из Лос-Анджелеса, а Стивен уже некоторое время ошивался в Атланте. Этот засранец внезапно воспылал страстью к кино, сам написал сценарий и теперь носился по миру в поисках режиссеров и студий, чтобы пропихнуть свое творение на экраны. В Атланте была подходящая атмосфера, и он приехал сюда обсудить свои идеи с парой местных постановщиков.

—И что ты планируешь делать после завершения стажировки в Вашингтоне? — Спросил Томми.

—Тесть хочет, чтобы я стал менеджером кампании одного республиканца, метящего в страховые комиссары штата. Он думает, что моих мозгов хватит на какие-нибудь хитрые предвыборные ходы, — Дэвид плюхнулся на диван рядом с Томми. — Если бы я знал о влиянии Отилии, я бы в это не вляпался.

—Кто же знал, что ты так быстро решишь пожертвовать своим телом ради поддержки тестя-сенатора, — Томми встал, разминаясь, чтобы Дэвид окончательно не вытеснил его с дивана. — Моей вины тут нет.

—Конечно, виноваты вы со Стивеном! — Возмутился Дэвид. — Вы укатили на Западное побережье, в то время как мы все остались на Восточном. Мы видимся каждый год, а вы двое словно испарились из этого мира.

И правда, почти все члены банды «Си-Эс», кроме Стивена и Томми, учились на Восточном побережье.

Игрок Крис, благодаря успехам в летнем лагере, исполнил мечту своего отца-математика и поступил в Колумбийский университет – в Лигу плюща, куда не смог попасть даже его отец. Теперь он собирался в Стэнфордский университет на магистратуру по компьютерным наукам, чтобы продолжать изучение теории игр, вероятностей и моделировать покерные турниры на ЭВМ.

Здоровяк Фрэнк, послушавшись маму-итальянку, поступил в Нью-Йоркский университет и сейчас грыз гранит науки в бизнес-школе. После выпуска он наверняка станет одним из тех холеных финансовых стервятников с Уолл-стрит.

Бэтмен Кевин тоже учился в Нью-Йоркском университете. Однако из-за потери спортивной формы он выбрал факультет искусств. Сейчас он выступал в элитном комедийном клубе на Лонг-Айленде как комик-импровизатор. Кстати, этот громила, обожавший в минуты хандры вершить правосудие и избивать воришек, сменил имя на Кевин Джеймс.

Королева Кэтрин изучала экономику в Корнеллском университете в Нью-Йорке и теперь трудилась в семейном бизнесе в Нью-Гэмпшире.

Мегера Зои изучала лингвистику в университете Тафтса под Бостоном, а сейчас работала диктором новостей на канале WORC в Вустере, штат Массачусетс.

Добавьте к этому Денниса из Вест-Пойнта и Пама, изучавшего кораблестроение в Род-Айленде.

Действительно, почти вся компания была под боком друг у друга.

Томми знал, что нью-йоркская фракция виделась постоянно.

—Ладно, хватит о грустном, — Дэвид мотнул головой и, уткнувшись в подушку, начал проваливаться в сон. — Где девочки? Я хочу еще разок… Черт, мне всю жизнь придется смотреть на ту страхолюдину… Не хочу… Я должен потратить последние крохи свободы перед этой долговой ямой на что-то стоящее…

—Ты что, нанял для него местных деревенских девок, чтобы они его окончательно доконали? — Спросил Томми у Стивена, глядя на отключившегося Дэвида.

—Оставил бы ему сил. Я попросил Денниса заранее поехать в Атлантик-Сити и забронировать весь отель-казино «Тадж-Махал». Сейчас там вовсю отбирают девчонок по нашему вкусу, говорят, даже из филиала в Лас-Вегасе кого-то выписали.

—Ты думаешь, я способен только на деревенских? — Стивен обиженно фыркнул. — Я VIP-клиент Мадам Голливуд, сечешь?

Мадам Голливуд – так называли Элизабет Адамс, женщину, которая была «мамочкой» для множества голливудских актрис.

Больше сотни актрис из Калифорнии в перерывах между съемками принимали участие в тайном бизнесе, организованном Мадам.

В этой среде ходила поговорка: «Если до того, как ты прославилась, Мадам не берет тебя на свои закрытые приемы – значит, ты недостаточно хороша для Голливуда».

Многие будущие звезды, пока не начали получать баснословные гонорары, подрабатывали таким образом. И далеко не каждой желающей открывались двери: если девушка не соответствовала стандартам Мадам, она не получала права зарабатывать эти «грязные» деньги.

Несмотря на жесткие условия, актрисы держались за Мадам. Во-первых, это были легкие деньги. Начинающая актриса в сериале могла получать несколько тысяч за эпизод, а у Мадам за пару вечеров можно было заработать сто тысяч. Если же попадался щедрый гость с Ближнего Востока, такая сумма могла упасть и за один раз.

Во-вторых – свобода. Если актриса решала завязать, она просто уходила. Мадам никого не держала и гарантировала полную анонимность.

В-третьих – клиентура. Среди клиентов Мадам, работавшей с пятидесятых годов, числились самые богатые и влиятельные мужчины Америки. Если актриса умела очаровать гостя, она могла получить нечто большее, чем просто пачку купюр.

Поэтому её бизнес процветал десятилетиями. Она была честна с подопечными, вела прозрачную бухгалтерию и даже после четырех полицейских расследований не сдала ни одного имени – ни актрис, ни клиентов.

Ей доверяли все.

Стать клиентом Мадам было так же сложно, как и её работницей. Первым делом нужно было пройти проверку капитала. Мадам должна была убедиться, что вы – постоянный клиент, а не какой-нибудь нищеброд, скопивший пару тысяч, чтобы разок прикоснуться к голливудской мечте.

Стивен знал об этом не понаслышке. Будучи VIP-клиентом, он как-то раз, отдыхая в Швейцарии, одним звонком заставил Мадам отправить актрису ночным рейсом через океан.

Просто чтобы утром, открыв дверь номера, получить свой «заказ». Причем расходы на перелет Мадам брала на себя – можно только представить, сколько Стивен там оставлял, чтобы пользоваться такими привилегиями.

—И что с того? — Спросил Томми.

Стивен ответил как нечто само собой разумеющееся:

—Я попросил Мадам прислать пару актрис второго плана, чтобы они развлекли Дэвида. Иначе с чего бы он, наклюкавшись до такого состояния, всё еще грезил о продолжении?

—Послушай, а нет ли вероятности, что когда ты всё-таки снимешь свой фильм, окажется, что ты уже переспал со всеми актрисами по рекомендации Мадам? — Усмехнулся Томми.

—Это вряд ли… Хотя, черт возьми, почему бы и нет! Слушай, Томми, а давай устроим безумство? Выкупим завтра всех актрис Мадам, которые хоть раз светились в кино или на ТВ, и пусть они все летят в Атлантик-Сити на наш мальчишник! Если кто-то будет отнекиваться съемками — закидаем их чеками, пока не согласятся! Оплатим пополам.

Подстегнутый алкоголем, Стивен загорелся идеей. Видя, что Томми молчит, он добавил уже серьезнее:

—Да ладно тебе, Томми, не порти кайф. Следующий раз, когда мы все так соберемся, будет бог знает когда, на чьей-нибудь очередной свадьбе. Для чего еще нужны деньги? Чтобы ездить на лучших машинах, жить в лучших домах и спать с лучшими женщинами. Только так жизнь становится ярче. Мы давно не виделись, пусть это будет наш подарок самим себе, в память о нашей бесшабашной юности.

—Это влетит в копеечку. Я не клиент Мадам, но знаю, что тарифы у неё зависят от популярности. Ты уверен, что хочешь выписать всех? — Томми видел азарт в глазах друга и понимал: если он откажется, этот безумец всё равно сделает это в одиночку.

Стивен кивнул:

—Конечно. Не будь занудой, Томми, ты же в отпуске. Наслаждайся.

—Как председатель комитета CSLS, я постановляю… — Томми посмотрел на Стивена и кивнул:

—Я беру на себя все расходы по операции «Покорение Голливуда».