Глава 285. «Долг праведника»

В Вашингтоне, у приливного бассейна Тайдал-Бейсин, отыскался тихий, безлюдный уголок.

Пейдж, привалившись к кузову автомобиля, раскурил трубку и покосился на дорогу. Пространство у самой воды он оставил трем молодым людям в безупречных костюмах, а сам принялся сосредоточенно нести караул.

Троица, на каждом из которых даже носки стоили по две сотни долларов, с виду походила на отпрысков самых благородных семейств. Однако сейчас эти «аристократы», расстегнув ремни, мочились прямо в Тайдал-Бейсин, на спор выясняя, кто выдаст струю мощнее.

—Послушай, Томми, я должен быть с тобой честен, — ухмыляясь, проговорил Тед, нынешний владелец «Вашингтон Дейли Ньюс» и в прошлом куратор новичков в стэнфордском братстве SSD. — С тех пор как я посмотрел пару программ на твоей телесети BT, я не раз порывался отправить официальное письмо в штаб-квартиру SSD. Хотел гневно спросить руководство: неужели наше братство, которое теперь боится поджарить даже одного ниггера, не рискнет сжечь белого предателя? Чего они ждут? Пора уже ставить крест и палить этого подонка Томми Хоука, который наплевал на клятву при вступлении. Я бы пять кусков отвалил за билет, чтобы поглядеть, как ты горишь.

Пока Чарльз застегивал брюки, Тед натужно выдавил из себя еще десяток капель и с триумфом объявил себя чемпионом:

—Вы, засранцы, совсем не уважаете традиции SSD. Один я верен духу. Знаете, почему я предложил этот конкурс? Кровь SSD, текущая в моих жилах, жжет меня, подстегивает! Я хочу, чтобы чернокожие, когда придут пить воду из этого бассейна, почувствовали нашу доброту. Я ведь только что обогатил их питье ценными микроэлементами. Думаете, я ради победы в пустяковом соревновании влил в себя пять галлонов воды? Нет! Я сделал это ради здоровья ниггеров. Честное слово, я даже свою девчонку так жестоко не заставлял делать клизму, как сегодня заставлял свой желудок.

Окончив университет, Тед унаследовал дело отца – серьезную политическую газету «Вашингтон Дейли Ньюс». Он затеял радикальные реформы и, опираясь на инвестиции Томми, выкупил «Вашингтон Стар», которую конкуренты из «Пост» и «Таймс» довели до банкротства. В итоге Тед успешно сменил целевую аудиторию: вместо политиков, ценивших влияние и аналитику, газету стали читать обыватели, падкие на сплетни о знаменитостях и политические скандалы. Как орган политического влияния издание умерло.

Благодаря столь блестящим реформам почтительный сын едва не довел папашу до инфаркта. Старик, едва сорвав кислородную маску, улетел в Австрию, объявив, что навсегда остается в Европе и больше в жизни не откроет ни одного листка, выпущенного его отпрыском.

—Ну и что, штаб-квартира тебе ответила? — Томми достал сигареты и угостил друзей. Когда три головы склонились над одной зажигалкой, он с улыбкой спросил Теда:

—Сказали, где будут меня сжигать?

Тед выпустил струю дыма, глядя на темную гладь воды, и с досадой ответил:

—Да уж, ответили. Написали, что если я еще раз побеспокою их своими письмами и буду клеветать на братьев, они рассмотрят вопрос об исключении меня из SSD. Представляешь? Я — самый преданный адепт, и меня хотят выгнать! А на тебя, предателя, который крутит развлечения для черных, им плевать. Ты ведь даже не подумал снять сериал для своих братьев по SSD.

—Как только выкрою время, я непременно, не считаясь с расходами, сниму что-нибудь специально для таких верных братьев, как ты, — легко отозвался Томми, прикрыв глаза и подставив лицо свежему ветру с озера.

Тед задумался, а потом с сомнением спросил:

—А ты уверен, что то, что нравится мне, можно показывать по телевизору?

Томми приоткрыл глаза и взглянул на него:

—Я не собираюсь снимать порнушку. Я о том, что когда закончу свои дела, когда ниггеры доиграют со мной в эту игру и когда я завоюю доверие всех братьев в SSD, я сниму сериал под названием «К. Ш. А.». Не США, а КША — Конфедеративные Штаты Америки. Сериал о Конфедерации.

—Историческая драма? Хочешь, чтобы мы пускали слюни по временам рабовладения и предкам в белых балахонах? — Тед мгновенно потерял интерес. — Чарльз, ты бы стал смотреть такую тухлятину? — Обратился он к молчавшему доселе другу.

Чарльз вскинул руку, проверяя часы, и бросил:

—Я бы лучше пошел помогать Теду воду наливать, пока он свою подружку промывает.

—Нет-нет, кто вам сказал, что это обычная история? — Томми, видя, что его идею не оценили, принялся расписывать сюжет. — В каком-то смысле да, история, но вот мой сценарий: первый сезон, Гражданская война. КША побеждают США. Южане захватывают Белый дом, Линкольн бежит, но его ловят на канадской границе. Его везут в Ричмонд и судят — его и всю северную клику — за нарушение Конституции.

—В следующих сезонах можно дать волю фантазии. Каким бы стал мир через сто лет, если бы не было США, а были КША? В каждом сезоне берем ключевое событие американской истории и переиначиваем. Как бы КША вели себя в Первой мировой? Во Второй? Что стало бы с движением за права черных в шестидесятых? Стал бы Майкл Джексон, живя в КША, трогать детей? И рискнула бы хоть одна черная душа с Гаити нелегально перебраться в такую Америку?

—И так дойти до современности, высмеивая нынешний строй. Показать людям: если бы Юг победил, сейчас бы не было такого, чтобы богатый ниггер смел трахать белую цыпочку, как свою ровню. Уверен, в том мире чернокожие, хоть и не были бы богаты, стали бы куда культурнее и покорнее.

—Круто! — Тед загорелся. — Твою мать, Томми, ну ты и загнул! Стоит только послушать завязку — и ясно, что «Эмми» у нас в кармане. Вот такая история нам нужна. Суд над Линкольном, сжечь его на хрен! Шикарная идея!

Чарльз покосился на восторженного Теда:

—Он не просто «загибает», Тед. Он собирается это сделать. Этот парень — самый безумный в SSD. Все живые братья только и ждут, когда он выполнит свое обещание.

—Какое обещание? — Не понял Тед.

—Он дал его прилюдно на совете ордена. Содержание не для твоих ушей, ты слишком мелкая сошка. Это случилось, когда я был магистром, — Чарльз похлопал друзей по плечам. — Пойдемте, я угощаю.

—Жаль, Эрика нет, — с сожалением произнес Томми, глядя в лазурное небо. — Я звонил ему, звал в Вашингтон выпить, но он сейчас торчит в Калифорнии. Изучает тектонические разломы то ли для Министерства нацбезопасности, то ли для земельного управления.

Хотя Чарльз и Тед были его близкими друзьями, Эрик всегда оставался для него «Большим братом», – их негласным лидером еще со времен Стэнфорда. Жаль только, что Эрика не интересовали ни политика, ни бизнес – лишь компьютеры, сейсмические данные и география.

Троица доехала до бара, где часто бывал Чарльз. Тот принялся рассказывать о своей работе в аналитическом центре, но Тед быстро заскучал. Его внимание привлекла симпатичная официантка, и он тут же укатил к барной стойке. Благодаря внешности и подвешенному языку он быстро окружил себя парой хохочущих девиц.

Лишь Томми слушал внимательно. Когда они проговорили достаточно долго, Чарльз произнес:

—До меня дошли слухи, что Япония, Корея и Китай сообща обвели Америку вокруг пальца. Корейцы и китайцы подыгрывали нашей шумной пропаганде, но пару дней назад выяснилось: Япония, которая должна была дышать на ладан, выдает Китаю льготный кредит на пять миллиардов семьсот миллионов долларов. В то же время «Санва Банк», «Панасоник», «Мицукоси», «Дайва», «Сумитомо», «Сони», «Тошиба» и прочие японские гиганты пачками засылают сотрудников в Китай. Они занимают ниши, оставленные западными компаниями, поддержавшими санкции США. Японцы используют китайский рынок, чтобы остановить собственное кровотечение и зализать экономические раны от наших санкций. С Южной Кореей еще нет официальных дипотношений, но они уже ведут переговоры о рыболовстве, туризме и судоходстве, обмениваются чиновниками. И корейцы тоже собираются открывать там совместные предприятия под японским патронажем.

—Понятно, что Китай выбрал Японию, — спокойно ответил Томми. — Америка хотела, чтобы Китай отказался от сотрудничества и помог нам добить японские дзайбацу. Но какой им прок гробить Японию? Америка ведь не вложит эти миллиарды в китайскую экономику. Пусть Япония спасается, но Китай в этом союзе получает шанс выкачать технологии и ресурсы японской промышленности низшего и среднего звена.

Чарльз отхлебнул из бокала:

—В Институте политических исследований говорят, что правительство готовит почву для антиазиатской кампании. Основной посыл: японские корпорации крадут рабочие места американцев, корейцы в Штатах объедают нашу социалку. А насчет Китая… Ну, вспомнят старые методички про СССР.

—Народ это проглотит и взбесится. Начнут ненавидеть азиатов, — Томми серьезно посмотрел на друга. — Я, конечно, могу заставить свои телесети подпевать этой пропаганде. Но у меня вопрос, Чарльз: твой наставник, который консультирует президента, не говорил, что делать с одним наглым австралийским евреем? С тем, который гребет американские доллары, трахает американских баб, но постоянно прет против воли американского правительства?

—А разве не этого ты добивался? Ты ведь давно хотел, чтобы этого австралийца возненавидели в Штатах. Ты даже готовился к этому. Еще до того, как ты спросил, я, зная тебя, задал похожий вопрос наставнику, — Чарльз посмотрел в глаза Томми. — Мой наставник сказал: если такой человек объявится, найдутся американцы, любящие свою страну, которые выйдут и проучат его. Заставят убраться с этой земли.

—Именно так, — глаза Томми блеснули. Он чокнулся бокалом с Чарльзом. — Долг праведника — не оставаться в стороне.