Глава 48. «Возвращение»

—Господин генерал-губернатор, господин премьер-министр, сегодня наше предварительное знакомство подходит к концу. Благодарю вас за два чудесных дня в Кингстоне. Однако у меня осталось несколько вопросов. К примеру, если в рамках нашего Летнего саммита мы действительно решим запустить программу моделирования госуправления для американских старшеклассников, как и предлагали вы оба, сколько нам придется заплатить за содействие вам лично или, скажем так, вашему государству?

В здании правительства Кингстона, в приемной, которая выглядела куда скромнее самого старого кабинета в школе имени Линкольна, Томми Хоук обратился к двум лидерам этого миниатюрного государства.

Заметив, что Томми первым делом посмотрел на него, шестидесятидевятилетний генерал-губернатор Аллен Льюис, сидевший на диване, лишь усмехнулся. Он не проронил ни слова, лишь картинно указал пальцем на сидящего рядом премьер-министра Мадуфа Комптона, напоминая Томми: он здесь глава государства лишь номинально и для протокола, а всеми делами заправляет Мадуф.

—Господин премьер-министр? — Томми, следуя его жесту, перевел взгляд на Мадуфа.

Мадуф Комптон застыл с бесстрастным лицом, словно погрузившись в глубокие раздумья. Лишь спустя несколько секунд он осторожно произнес:

—Я все еще размышляю. Пожалуй, мне стоит заглянуть в словарь, чтобы лучше во всем разобраться.

—Вам нужен словарь, чтобы понять, что такое Летний саммит? — Вставил Деннис.

Мадуф Комптон качнул головы:

—Нет. Чтобы понять, кто такие старшеклассники.

Этот ответ заставил четверых американцев оторопеть. Увидев их ошеломленные лица, Мадуф весело расхохотался и, указывая на застывшую четверку, обратился к генерал-губернатору:

—Видал? Я же говорил, что смогу их огорошить!

Затем он самодовольно добавил, глядя на Томми Хоука:

—Я знаю, в американских стендапах чернокожие комики часто используют этот прием…

—Да, я в курсе, господин премьер-министр, конечно, знаю. Просто не ожидал встретить такие приемы у лидера страны, — Томми наконец пришел в себя, осознав, что двое чернокожих стариков просто разыграли их, работая в паре.

Отсмеявшись, Мадуф заговорил серьезно:

—Никакой платы не нужно. Вы помогаете нам: делаете так, чтобы о нашей стране узнало больше людей, чтобы они приезжали сюда, путешествовали, знакомились с нашей историей. Зачем нам брать за это деньги?

—Я того же мнения, — Аллен Льюис посмотрел на гостей. — Для Сент-Винсента это благое дело.

На лицах троих спутников Томми отразились восторг и признательность, но сам он тут же нахмурился:

—Безвозмездно? Почему?

—В Америке, когда ваш президент или, скажем, министр иностранных дел вступают в должность, они платят государству ежемесячно или все же получают от него зарплату? — Вопросом на вопрос ответил Мадуф, изобразив крайнее недоумение.

Томми кивнул:

—Тут без вариантов. Конечно… получают зарплату.

—Сынок, в этом мы с американцами солидарны. Мы тоже люди, а не пришельцы, и соблюдаем нормальные человеческие правила. Так что никакой платы не нужно, я не шучу. Более того, мы назначим жалованье тем американским школьникам, что вступят в должности. Оно будет символическим — одна наша монета, на нее даже связку бананов не купишь, но память останется, — объяснил Мадуф.

Сидевшая рядом и до этого хранившая молчание Сьюзан Райан, директор школы, взглянула на хмурого Томми и мягко напомнила:

—Однако это при условии, что вы поможете собрать средства для наших средних школ. Мистер Хоук, не забывайте о своем обещании.

—Разумеется, я помню, — Томми ответил Сьюзан вежливой, но дежурной улыбкой, после чего снова на мгновение замолчал, опустив голову. Затем он посмотрел на премьер-министра:

—Господин Мадуф, можем ли мы подписать протокол о намерениях, чтобы закрепить основные рамки? Что касается этого летнего лагеря, я бы хотел, чтобы все было официально, а не просто на словах.

—Конечно, без проблем. Последний раз я подписывал контракт год назад. Составляй, сынок, пиши сам. Я знаю, что подписанный договор — это обязательство. Не беспокойся, мы не потребуем платы, — серьезно произнес Мадуф.

Томми Хоук с некоторым сомнением поднялся и достал свои записи:

—Хорошо. Я набросал несколько пунктов, которые могут послужить основой для соглашения о сотрудничестве. Когда я вернусь в Штаты, я попрошу руководство школы подготовить официальные документы с юристами и прислать их вашей стороне на подпись.

Видя такое поведение Томми, Отилия слегка нахмурилась, а Деннис и Пам были явно застигнуты врасплох. При всей разнице эмоций, всем было очевидно, что Томми перегибает палку: его действия прямо говорили о глубоком недоверии к этим двум старикам.

—Конечно, можно, — Мадуф, сохраняя все то же благодушие, кивнул юноше. — Ты все правильно делаешь, Томми. Лидер обязан чтить дух контракта.

…

Лишь оказавшись в самолете, летящем обратно, вдали от премьер-министра, провожавшего их на велосипеде, Отилия обратилась к Томми, который все никак не мог оставить в покое подписанный протокол о намерениях:

—Томми, по-моему, твои расспросы в той комнате были верхом неприличия. Что с тобой? Ты вел себя совершенно ненормально.

—Мисс Фаррелл, я могу объяснить вам, что такое «нормально». Вот, к примеру, этот рейс, на котором мы летим. Билеты дешевые, поэтому никакого сервиса в аэропорту, никакой еды на борту, только этот дрянной кофе у меня в руках. Авиакомпания не будет работать себе в убыток — это нормально. — Томми Хоук пристально посмотрел на контракт, а затем помахал им перед лицом Отилии:

—А ненормально — это когда ваш крестный отец и этот премьер-министр Мадуф вкладывают гораздо больше, чем получают взамен. Вот у меня вопрос: ваш крестный — выпускник Принстона и попечитель системы образования Род-Айленда. Почему же он в свое время не отправил вас в Принстон по рекомендации?

Отилия задумалась и выдала свою версию:

—Наверное, потому, что тогда он был всего лишь сенатором штата и губернатор еще не назначил его попечителем?

—Если бы он любил вас так сильно, как это кажется сейчас, он бы точно пристроил вас в Принстон. Чем вы тогда отличались от себя нынешней в его глазах? Подумайте, мисс Фаррелл, — Томми уверенно покачал головой и продолжил ждать ответа.

Отилия отвела глаза, изображая напряженную работу мысли, а затем снова посмотрела на Томми и растерянно покачала головой.

—Потому что сейчас рядом с мисс Фаррелл есть молодежные лидеры Америки во главе с Деннисом Хербсом, — подал голос Деннис, оборачиваясь с переднего сиденья и снимая маску для сна.

—Деннис, сиди смирно во время полета, не заставляй меня повторять дважды, — Отилия пропустила его подколку мимо ушей, заботясь лишь о безопасности.

Томми Хоук же, вглядываясь в лицо Денниса, задумчиво произнес:

—А ведь в словах Денниса есть доля истины.

—Ну еще бы! Я же говорил, все из-за нас…

Отилия строго взглянула на парня:

—Сядь на место, Деннис, и не льсти себе.

Увидев, что Отилия всерьез рассердилась, Деннис вернулся в кресло, но тут же снова высунулся:

—Как лучший друг Пама, я обязан предупредить вас, мисс Фаррелл: возможно, вам стоит обратить внимание на душевное состояние учеников?

—Что с Памом? — Отилия заволновалась и попыталась привстать, чтобы разглядеть Пама, сидевшего в одном ряду с Деннисом.

—С Памом все в порядке, этот тип дрыхнет в обнимку с фотографией Карли, — остановил ее Деннис. — Я к тому, что у Пама появилась девушка. Как лучший друг, я должен бы за него порадоваться, но совесть шепчет мне, что я не справляюсь. Кажется, мне нужна психологическая помощь.

Томми Хоук тем временем медленно перевел взгляд на Отилию и вполголоса повторил:

—А в словах Денниса и правда что-то есть.