Том 1 · Глава 125. Появление (2)
К вечеру к концертному залу стекалась толпа.
До начала выступления оставался ещё целый час, но просторный вестибюль уже был полон длинных очередей зрителей.
Из-за строгой процедуры проверки документов продвижение затягивалось.
Словно считая это частью этикета, зрители без единого ропота наслаждались неспешно текущим временем. Сёльхян, беря с них пример, тоже терпеливо ждала своей очереди.
Проподождав минут десять, она заскучала и стала разглядывать людей вокруг.
Куда ни брось взгляд, везде виднелись самые разнообразные лица и наряды.
Сестрёнка, смотри, те люди, кажется, из пустыни! Видишь, у них ткани на головах? Неужели им не жарко?
Говорят, в пустыне даже в жару приходится так ходить. Солнце там настолько палящее, что запросто можно получить солнечный удар.
Но мы же не в пустыне?
Должно быть, дело в религиозных традициях, — Это всё равно что мой кулон с символом Церкви. Так сказать, заповедь, которую следует неукоснительно соблюдать.
Значит, для тебя, сестрёнка-жрица, они еретики? Ты их убьёшь?
Не убью.
Почему?
Сестра Сёльхян… — Пусть мы и Бюро инквизиции, Бекет не враждует бездумно со всеми подряд верованиями. Силу мы применяем лишь против бесчеловечных сект вроде Культа Алой Крови.
Но изгнанников-то вы притесняете.
Я знаю, что это неправильно. Именно поэтому я и вступила в Бекет.
Аделия не отрицала само Бюро инквизиции.
Изначально Бекет был лишь наставляющим органом для верующих. Его задача заключалась в исправлении ложных трактовок священных текстов. Лишь с разгаром войны он постепенно переродился в то, чем является сегодня.
Понятненько.
Сёльхян равнодушно отмахнулась и отвернулась. Для неё, изгнанницы, всё это звучало жалким оправданием. Ведь притеснения изгнанников Бекетом были суровой реальностью, происходившей наяву.
На-надо же, как много народу собралось,
Аделия, горько улыбнувшись, оценила эту маленькую заботу.
Да. Приехали гости не только из Империи, но и из других стран. Слава сестры Ирин поистине впечатляет.
Популярность Ирин давно вышла за пределы Империи. Из южных малых государств, где предвзятость к изгнанникам была слабее, съехались представители самых разных народов, с трепетом ожидая выступления. Искусство без границ. Слушать и смотреть может каждый, и разница в культурах ничуть не мешала наслаждаться представлением.
О, вы йосоны из «Лунного ореола»! Документы при себе?
После долгого ожидания подошла очередь лисиц. Сёльён предъявила их с сестрой удостоверения. Проверяющий, зная, что они знакомы с Ирин, держался подчеркнуто вежливо.
Всё в порядке. Приятного просмотра! Следующий…
При виде следующего гостя лицо контролёра слегка окаменело. Аделия с невозмутимым видом протянула заранее заготовленный фальшивый документ.
Я с ними. К слову, сама госпожа Ирин лично пригласила меня.
Мэри Браун?
Да, это я.
Контролёр подозрительно смерил стоящую перед ним женщину взглядом. Белоснежная блузка контрастировала со смоляными волосами. На шее повязан мягкий шарф, а тёмная широкая юбка явно подбиралась для удобства движений. Внешний вид совершенно иной, однако прикрытые глаза упорно напоминали об одной жрице из Церкви Правосудия. О той самой злостной перекупщице, которую пару дней назад внесли в пожизненный чёрный список.
Сестра Аделия?
За честь почитаю, мне часто говорят, что я на неё похожа. Но моё имя
Почему вы с закрытыми глазами?
Потому что я слепая.
Сестра Аделия тоже слепая.
Надо же, какое совпадение! Быть может, она моя разлучённая в детстве сестра?
Замершие у входа сёстры-лисицы нервно сглотнули. Они видели сузившиеся глаза контролёра и его стиснутые губы. Подозрения были более чем обоснованны: покрась волосы и сними сутану, но слепота – слишком приметная черта, её никуда не спрячешь.
У вас на шее кулон. Из-за ткани плохо видно, могу я взглянуть?
Спокойствие на лице Аделии на миг пошатнулось. На шее висел кулон-весы – символ Церкви Правосудия. Стоит ему его увидеть, и никаких оправданий не останется. Её мгновенно вытолкают вон. В такие моменты нужно действовать с безумной наглостью.
Аделия вдруг возопила на весь вестибюль:
Какая несказанная несправедливость! Неужели вы притесняете меня только из-за того, что я слепая?! Слепому человеку уже и нарядиться нельзя?!
Ч-что?
У меня, Мэри Браун, тоже есть девичья мечта! Естественное знакомство в концертном зале! Мечта взрастить сладкие чувства с прекрасным кавалером! Я с душой покупала новое платье и кулон, а всё оказалось впустую! Весна моей жизни увяла, так и не распустившись! Ну конечно, слепым место только в углу комнаты
Исполненная праведного гнева Аделия с силой застучала кулаком себе по груди. Лицо контролёра мгновенно побледнело:
Д-да нет же, я вовсе не…
О, никогда ещё день не был столь скорбен и печален! Неужели незрячесть
Ещё как права!
Проверяющий очень плохой!
Переодетые в гражданское инквизиторы, обменявшись быстрыми взглядами, тоже подключились к провокации:
Эх, ну и бессердечие…
Совершенно несправедливо!
О Боги, неужели для незрячих нет места в этом мире?!
Поднялся гул возмущения. Прежде чем скандал разгорелся вовсю, Аделия протянула контролёру спасательный круг:
Мэри Браун.
…Приятного просмотра…
Аделия пожала ему руку и проследовала в концертный зал. Жрица и две лисицы отыскали свои места и уселись в ряд.
И только тут на Аделию обрушилась волна стыда и самоедства. Она закрыла лицо руками. Сидевшая рядом Сёльён осторожно оглядела её мрачную физиономию.
Внезапно мне страшно захотелось прикончить брата Нарина,
…Почему?
Потому что я попала в чёрный список, пытаясь достать для него билет. А у него, оказывается, уже было приглашение! В итоге я страдала ерундой и впустую сгубила драгоценный билет.
А-а…
Но я не могла провалить охрану, поэтому выкупила его оставшийся билет. Из своего кармана, а не из средств на задание. Я потратила двадцать миллионов руэлей!
Кажется, его и правда можно прикончить…
Не зная, как ещё утихомирить жрицу, Сёльён немного подумала и подставила ей свой пушистый хвост – предмет собственной гордости. Помяв мягкий хвост, Аделия мгновенно расплылась в довольной улыбке:
Вот оно, райское наслаждение…
К счастью, она оказалась куда более простой, чем казалась.
Кстати, а господин Нарин что-то запаздывает,
Да наверняка где-нибудь дымит,
Двери ведь скоро закроют… Ой, закрыли.
В середине будет антракт. Придёт, когда посчитает нужным, не переживайте. О, кажется, начинается.
Свет в зале угас, и три удара гонга возвестили о начале. Вспыхнули яркие софиты, заполнив сцену светом. Грохнули аплодисменты и радостные возгласы зрителей.
Наша сестрёнка самая красивая!
Великолепно!
После выступления оркестра и артистов на сцену вышла Ирин с веером в руке. Изысканный традиционный наряд и чонмо на голове остались прежними. Но макияж стал ярче и выразительнее, придавая её облику строгие и даже хищные черты. Она скрыла свою привычную кротость, чтобы полностью завладеть вниманием зала.
Дробь ударных слилась с её движением. Ирин запела:
Утренний туман над Красным замком стелется, увядающая весна у зелёных вод ветром цветущим дышит…
Аделия не смотрела на сцену – все её чувства были обострены. Она солгала Сёльён: Нарин не станет смотреть представление. Он появится здесь, но к тому моменту зал погрузится в крики и ужас, и от сцены мало что останется.
«Где же они?» В её мыслях сплелись три вещи: вампиры, тени, запах крови. Зная осторожность Кейгана, он наверняка заранее расставил здесь своих слуг. Нужно думать как вампир. Где бы она спряталась, чтобы посягнуть на жизнь Ирин? Где тьма всего гуще?
И где же они?
«Любовь, любовь, моя ты любовь! Э-эх, дун-дун, милая моя! Как старый тигр в глубоких синих горах, утащивший жирную суку, да зубы у него все выпали, и съесть её не может…»
А снизу звучала «Песня птиц» в исполнении Ирин. Нарин расслабил тело, отдаваясь плавному мотиву. Здоровый дух в здоровом теле: когда тело расслаблено, и голова соображает лучше. Вместе с голосом Ирин текло и сознание Нарина: «Вампиры, идите сюда. Тени, покатайтесь у меня на спине. Запах крови, любовь моя. Любовь, любовь, любовь, вампиры – любовь моя…»
Да бляха-муха!
В его серьёзные размышления постоянно вклинивались строчки из песни. Расслабившееся тело само по себе срывалось в пляс. Нарин шлёпнул себя по произвольно подёргивающемуся плечу и поспешил откреститься от только что сделанного «признания»: вампиры – никакая ему не любовь.
Неужто я из народа плясунов?
«В песни „Ссукдэмори“: растрёпаны волосы, будто у призрака, на холодном полу одинокой темницы лишь о любимом мысли мои. Увидеть хочу, увидеть! Суженого из Ханьяна увидать хочу…»
Слова песни звучали печально, но Нарин всё равно продолжал качать плечами: аранжировка оказалась настолько заводной, что голова сама ходила ходуном. И пока он так наслаждался музыкой под ночным ветерком…
…У тебя что, психическое расстройство?
Это с небес спустился Кейган. Нарин, увлечённый музыкой, толком не расслышал:
Что ты сейчас сказал?
Я спросил, нет ли у тебя расстройства психики.
Что ты сейчас сказал?
Первый раз Нарин спросил из чистого любопытства, второй – в качестве предупреждения. Кейган, кажется, понял всё по-своему и на миг опешил:
Точно псих.
Что ты сейчас сказал?
…И долго ты будешь это повторять?
Долго? Да пока ты, срань господня, не сдохнешь, вот до тех пор!
Нарин перекосился от злости и поднялся. Он только-только вошёл в кураж, а его так бесцеремонно прервали – тут сдержать брань было просто невозможно.
Сядь. Я пришёл не драться,
Нарин подскочил и со всей дури врезал ему ногой прямо по башке!
Хрясь!
Получивший неожиданный удар Кейган прокувыркался по крыше и замер. Он насупился и резко поднялся, а Нарин, наоборот, уселся на его место:
Сядь. Нам надо поговорить.
Кейган проглотил ругательства и сел напротив. Похоже, он был курящим: извлечь из портсигара сигарету и сжать её в губах заняло пару секунд. Его пальцы мелкой дрожью выдавали ярость, которую он из последних сил сдерживал.
…Не куришь?
С теми, кого собираюсь прикончить, не курю. День сегодня отменный для смерти, сигарета должна быть слаще некуда.
Нарин, — Спрошу в первый и последний раз: не хочешь стать сородичем?
Кровавый Святой приказала?
Прими это с благодарностью. Владыка Крови оценила твои способности.
Ну спасибо тебе, Кровавый Святой,
На лбу Кейгана залегли глубокие складки. Нарин же стал покачивать выставленным пальцем влево-вправо, словно маятником:
Она и сейчас смотрит? Ах да, у неё там война в самом разгаре, не до того. Что ж, передам лично, когда встретимся.
…Приму это за отказ, — А теперь выбирай: отдашь Ирин и сохранишь жизнь или же твоё сердце вырвут вместе с её жизнью?
Вообще-то я мастер решать тесты с вариантами ответов.
Нарин провел рукой по поверхности крыши и медленно поднялся. Ответ был готов.
Но когда варианты составлены через жопу, я подаю апелляцию. Может, найдётся вариант, где мы все дружно подружимся и останемся живы?
Как думаешь, есть такой?
Мне он и сам не по душе. Настоящий труп должен молчать, а передо мной стоит труп, который болтает без умолку.
Посмотрим, замолкнет ли твой рот, когда ты сам станешь трупом.
Кейган поднялся, но Нарин уже смотрел не на него. Он въелся взглядом в погружённую во тьму крышу и прислушался к тому, что происходило снизу.
«И тогда инспектор потянулся и молвил: „Слышь, наместник! Хорошо я откушал, хорошо погулял, да пора и честь знать, только вот веселье как-то угасло…“»
Первое отделение концерта подходило к концу. Идеальный момент.
Я вчера на репетиции видел: софиты над сценой жарят будь здоров,
Выражение лица Кейгана резко изменилось.
Под светильником темно, но под софитами
Наверху Нарин сжал кулак, а снизу продолжалось пение Ирин. Вслед за рокотом барабанов взвилась мелодия множества инструментов.
«Инспектор поднялся, огляделся вокруг: десятки стражников тайного инспектора стоят рядами да на инспектора поглядывают…»
Мой светлый ум, отлично отличающий небеса от земли, подсказывает…
«Взмахнул он веером
Внизу.
Кулак Нарина взмыл в воздух, а Кейган рванулся вперёд, выставив перед собой тени. Мелодия инструментов оглушительным рёвом билась под потолком. Струны рвались и стенали, духовые изрыгали воздух. Нарин слышал оглушительный клич дерева и металла. Слышал и раскатистый выкрик Ирин:
Любо!
Нарин подхватил её клич и обрушил кулак вниз.
«Вскинули мапэ, подобно солнцу и луне, и, нагрянув со всех сторон, прокричали: „Королевский тайный инспектор…“»
БА-А-АМ!
Крыша концертного зала разлетелась вдребезги, и оттуда, брызгая кровью, посыпались вампиры. Тьма, куда не дотягивался свет софитов: прямо над ними и было темнее всего. Словно воины, на головы зрителей посыпались мёртвые и полуживые вампиры.
Появление!
Нарин устремился вслед за ними вниз.