Том 1 · Глава 143. Тоска по родине (3)

Ему предстоял долгий путь, отчего сам собой напрашивался вздох, однако Нарин ни за что не вздыхал.

Житейская мудрость: используя изворотливый ум и правильный настрой, находить во всём лишь положительные стороны.

Чем сидеть под конвоем в тесной карете, куда лучше идти пешком, смотреть по сторонам и чесать языком.

Нарин шёл по дороге в компании нескольких десятков воинов.

—Молодой господин, день сухой, пейте больше воды. Вот, держите бамбуковую флягу.

—Спасибо.

—Молодой господин, идите здесь, в тенёчке. На солнцепёке подхватите лихорадку.

—Сейчас ведь начало осени?

—Молодой господин, если ноги устали, я могу понести вас на спине…

Чесать языком – это, конечно, хорошо, но окружающие болтали чересчур много.

Нарин остановился и ненадолго прикрыл глаза. От непрерывного потока заботы у него слегка закружилась голова.

—Всем стоять!

Стоило Нарину остановиться, как замер и весь строй.

Несколько воинов со свирепыми физиономиями плотно обступили его с разных сторон.

—Молодой господин, вы в порядке?

—Молодой господин, что произошло?

—Молодой господин, вам не по себе?

—Молодой господин, разрешите поддержать вас?

—Молодой господин, я сейчас же добуду карету!

От ровного, монотонного гула голосов голова закружилась ещё сильнее. Судя по реакции, перед ним были не воины, а какая-то банда головорезов.

Эта нелогичная гиперопека абсолютно не укладывалась в голове.

Нарин пару раз моргнул и сухо произнёс:

—Пошли.

—Слушаемся.

Воины низко поклонились и возобновили движение. Судя по всему, субординация и цепочка командования здесь были поставлены как надо.

Нарин с механическим интересом разглядывал марширующих спутников, пока его взгляд не зацепился за одного типа, который с самого начала держался неподалёку.

—Слышь, дядя.

—Да, молодой господин.

—А можно перестать звать меня «молодым господином»?

—Разве звать молодого господина молодым господином — это ошибка?

—Меня так зовёт только старик Бэкян. Называй лучше по имени.

—Слушаюсь, молодой господин Нарин.

Понятно, договориться не выйдет.

—Как тебя звать?

—Командир отряда Чёрной Звезды, Чжан Тэун. Зовите просто Тэуном.

Хозяин голоса, звучавшего снаружи кареты.

Не рядовой боец, а командир отряда.

—Все здесь — из отряда Чёрной Звезды?

—Вторая половина — отряд Небесной Стали. Их командира зовут Чон Бэк, я представлю его позже.

—Не надо.

Наверное, тот самый боец, с которым Тэун разговаривал ранее. По крайней мере, было очевидно, что они оба настроены доброжелательно.

Нарин сделал знак головой, и Тэун подошёл ближе.

—Ты меня знаешь?

—В Тоске по родине каждый знает молодого господина.

—Я не про это. Лично меня знаешь?

—Я-то знаю, но молодой господин вряд ли меня помнит.

Тэун мягко улыбнулся и продолжил:

—Когда я был рядовым бойцом, мы оказались на одном поле боя. Там молодой господин спас мне жизнь.

—Не помню.

—Ничего страшного. Главное, что я помню. Командир отряда Небесной Стали тоже обязан вам жизнью. Потому мы и вызвались на это задание добровольцами.

—И в чём состояло задание?

—В конвоировании преступника.

Тэун качнул головой, отрицая саму суть задания.

—Но я не считаю, что молодой господин совершил преступление. Это наверняка недоразумение и навет.

—Не распускай язык. У стен есть уши.

—Не имеет значения. Как я помню молодого господина, так и весь отряд Чёрной Звезды вместе с отрядом Небесной Стали помнят вас. Кто посмеет оскорбить молодого господина, назвав преступником? Если таковой найдётся, я лично срублю ему голову за неверность.

Нарин мельком глянул вдаль, где шёл Император Громового Меча.

Тот лишь сверкал глазами, полными яда, но не делал никаких попыток наказать Тэуна за разговор с Нарином.

Левый Страж Закона Император Громового Меча. И Нарин – преемник главы Альянса.

Кому преданы сердца Тоски по родине – очевидно без слов.

—Отряд Чёрной Звезды принадлежит вам, молодой господин.

—Он принадлежит главе Альянса.

Если правильно разыграть карты, появится шанс выжить.

Нарин напустил на себя невозмутимый вид.

—Командир. Я слышал твой разговор с Чон Бэком. Весьма проницательные догадки. Слегка отточить — и выйдет отличный великий стратег.

—Ваши слова!

—Причина, по которой я вернулся в Империю и стал учителем.

Нарин сделал серьёзную мину, создавая торжественную атмосферу. Он даже понизил голос, словно делился великой тайной:

—Всё ради того, чтобы присмотреть за моей сестрой-плаксой. Моя сестра с детства была плаксой и чуть что заливалась слезами, из-за чего у неё не было ни одного друга. Мне приходилось с ней играть, но каждый раз она тащила меня на поляны с ядовитой травой и заставляла дегустировать то, что насобирала.

—Ядовитую траву?!

—Скормленных мне видов ядовитых трав перевалило за сотни. Благодаря этому я с малых лет обрёл невосприимчивость к сотне ядов, а после экзекуций старика Бэкяна достиг и невосприимчивости к тысяче ядов. Вот насколько страшны воины клана Дан.

—Невосприимчивость к тысяче ядов?!

Выкрики Тэуна, переполненные изумлением, искренне веселили.

Подобная бурная реакция радовала. Этот парень явно был эмпатом от природы.

—А два года назад сестра уехала в Империю. Радость от избавления от отравлений длилась недолго — вскоре накатила скука. Я соскучился по нежному вкусу яда своей плаксы. Он отличался от ядрёной отравы старика, и, не в силах забыть этот вкус, я чуть не сошёл с ума. Весь этот год без сестры был невероятно тоскливым.

—Сходить с ума от тоски! Подумать только, как вы страдали!

—И я отправился в Империю на поиски вкуса родины.

Тем временем вокруг Нарина собралось уже немало воинов, затаивших дыхание.

Бурная реакция Тэуна привлекла всеобщее внимание.

Скрывать было нечего, и Нарин слегка повысил голос:

—Там я встретил сестру, и мы трогательно воссоединились. Однако душевный недуг лечить куда сложнее, чем телесный, и в итоге он оставил на мне неизгладимый след. А именно — частичную потерю памяти. Я и по сей день страдаю от приступов путаницы в воспоминаниях.

—Не может быть!

Услышав эту историю, воины пустили слезу. Они знали, что Нарин долгое время страдал от безумия.

Потенциальное безумие, нарастающее с каждым днём, достигло пика во время войны.

С тех пор Нарин плохо помнил прошлое, а после войны так и не получил должного лечения, поскольку вынужден был жить в Империи в качестве заложника.

К моменту возвращения в Тоску по родине помочь ему уже было нечем.

Знаменитые врачи всех стран лишь качали головами, а Небесный Демон указующим перстом указывал на даньтянь как причину безумия, но тоже не мог предложить лечения.

В глазах воинов Тоски по родине Нарин был юным владыкой, пожертвовавшим собой на войне.

—Но кое-что я помню чётко. Я — преемник Небесного Демона, и я обязан был вернуться в Тоску по родине. Я вернулся, чтобы вспомнить родной край.

Нарин задумчивым взглядом окинул пейзажи Тоски по родине.

Перед ним простиралась лишь унылая пустынная степь, но он заставил свои глаза увлажниться так, словно вернулся в родные пенаты.

У воинов же глаза и вовсе заплыли слезами.

—Я должен снова вернуться к сестре. Чтобы защитить вкус родины и свою семью. Но дом моего тела и духа не изменится. Земля, куда я однажды вернусь жить, — это Тоска по родине.

Нарин умолк, смакуя беззвучное эхо своих слов.

Шаг замедлился, но никто не обратил на это внимания.

«Молодой господин… вернулся».

Тэун отвернулся, смахнув слезу.

В этот миг он забыл о своём статусе командира отряда Чёрной Звезды. Его бойцы тоже пытались скрыть подступающие слёзы.

Честно говоря, они мало что поняли из речей Нарина.

Скучал по вкусу яда и потому стал учителем в Лорде? Иносказательное выражение стремления защитить единственную сестру, не иначе.

Суть не важна. Главное – господин, которому они верны, вернулся, и он невиновен.

«Я обязан отплатить за благодеяние».

Таково было решение Тэуна и остальных. Каждый из них либо обязан был Нарину жизнью, либо вырос на сказаниях о его подвигах.

Пусть он всё ещё немного тронут умом, но это не повод предавать преданность.

Разве сегодняшний мир не покоится на фундаменте его жертвы?

—Ты веришь в этот бред?

Находившийся вдали, в задних рядах, Император Громового Меча усмехнулся.

—А я вот не верю. Как ни украшай, Нарин — обычный предатель. Тоска по родине — не его дом. Это лишь могила, где сгниют его кости.

—Поди да скажи ему это в лицо, — насмешливо съязвил Чжин Муёль.

—Интересно посмотреть, как отреагируют воины. Неужели они, как и ты, рвутся убить Нарина?

—Они обнажат мечи против меня.

Император Громового Меча превосходно понимал, кем Нарин является для воинов Мурима.

И именно поэтому он не убил его при встрече.

—Они верны не мне и не тебе. Они верны Небесному Демону и его законному преемнику. Так было всегда.

—…Я недооценил ситуацию. Думал, полгода хватит, но ошибся. Иллюзия вокруг него оказалась слишком сильной.

Глядя на окружённого воинами Нарина, Император Громового Меча сузил глаза.

—Надо было убить его.

—Но ты не убил. Старость взяла своё, и мастерство заржавело?

—Заткнись. Если бы я не расслабился…

Император Громового Меча замолчал.

Расслабился. Не стоит произносить столь жалкие оправдания. Факт остаётся фактом – он не смог его убить.

Теперь жизнь и смерть Нарина были вне его власти.

—…Решать главе Альянса.

Небесный Демон не оставляет предателей в живых.

Если не произойдёт чуда, так тому и быть.

В Тоске по родине на территории земель нет варп-врат.

В этом заключалось главное отличие от времён Альянса Мурима.

Предыдущий глава Альянса Мурима активно налаживал дипломатические отношения с Империей, но ставший новым главой Небесный Демон придерживался прямо противоположного курса.

Самым радикальным решением стал снос варп-врат.

Небесный Демон не доверял имперским штучкам и начисто стёр следы магии. Он не только уничтожил все варп-врата, но и выслал из страны магов, поддерживавших их работу.

Официальной причиной называлось сходство с Гранью, но истинных мотивов никто не знал.

«Хорошо хоть территории не такие огромные».

Нарин шёл ровно неделю, пока не добрался до столицы – города Совон. Чтобы вернуться, придётся идти ещё неделю, но при неясном завтрашнем дне жаловаться не приходилось.

Однако у него возникли сомнения насчёт названия.

«Совон», по идее, означает «западный сад», но это место находилось далеко от запада.

—Осторожнее, командир. Вдруг Император Громового Меча пырнёт меня в спину.

—Ха-ха, ну и шуточки у вас, молодой господин!

Тэун хоть и посмеялся, но встал позади Нарина.

Причин он не знал, но было очевидно, что Левый Страж Закона враждебен к Нарину.

—Молодой господин вернулся!

Крикнул кто-то в толпе. Шествие с воинами и двумя Стражами Закона не могло не привлечь внимания.

Стоявшие по обочинам воины Мурима почтительно склонили головы.

Некоторые сомневающиеся смельчаки даже выскочили из строя и сунули в руки Нарину сладости.

—С возвращением, молодой господин.

—Рады видеть вас в здравии.

Нарин с охотой уплетал угощения и махал рукой.

Ещё в Персиковом источнике он понял: нет ничего приятнее, чем получать еду.

—Молодой господин, сладости выглядят так аппетитно…

—Руки убрал.

—Слушаюсь.

Доев сладости, он получил пирожок. В знак благодарности за верность Нарин отдал половину Тэуну.

Радушный приём стал неожиданностью, но по пути всплыло и то, чего следовало ожидать.

—Вы в своём уме?! Называть этого предателя молодым господином?!

Молодой парень брызгал слюной, оря во всё горло.

На вид ровесник Нарина – из того поколения, что не участвовало в войне.

—Он бросил Тоску по родине! Продажная тварь, спутавшаяся с Империей! Чтобы этот преступник безрассудно ступал по Совону…

—Бей его!

Разъярённая толпа мгновенно вспыхнула.

—Нечестивец! Как ты смеешь оскорблять молодого господина?!

—Неблагодарная тварь!

—Ты даже на войне не был, щенок!

—Затопчите его!

—На дерево его!

Парень жалобно закричал под градом ударов со всех сторон.

—Оперативно сработано, — довольно улыбнулся Тэун, и Нарин в знак согласия кивнул.

Наконец-то прояснился его статус и восприятие в Тоске по родине.

Здесь он был не военным преступником, а героем.

—Мы подождём здесь.

По мере приближения к покоям главы Альянса Тэун с бойцами отступил. Сдавать оружие не потребовалось – похоже, такой процедуры не существовало.

Да и кому в здравом уме придёт в голову совершать покушение на Небесного Демона?

—Долго ещё идти?

—Заткнись и шагай.

Покои Небесного Демона находились на бессмысленно высокой верхотуре.

Для этого срубили целую гору и выстроили лестницу, пролёты которой были настолько узкими и крутыми, что восхождение больше напоминало подъём по вертикальной стремянке.

Нарин поднимался бок о бок с Императором Громового Меча. С Чжин Муёлем посередине опасаться удара мечом не приходилось.

Он считал ступени, разглядывал раскинувшийся внизу Совон, следил за парящими птицами… И коротал время за всякими глупостями, пока лестница наконец не закончилась.

От ежедневных подъёмов на такую высоту ноги тренируются на славу – неудивительно, что искусство лёгкости у Небесного Демона должно быть феноменальным.

—Левый Страж Закона, Император Громового Меча Пэк Иджин, — произнёс Император Громового Меча, входя в павильон.

—Правый Страж Закона, Юун Гёнчхон Чжин Муёль.

Они шли по длинному коридору. Эхо от их шагов гулко разносилось в пустом пространстве.

—Преступник Нарин прибыл.

Оба Стража Закона опустились на одно колено и сложили руки в приветственном жесте. Вопреки ожиданиям, банальных приветствий вроде «Приветствую Небо» не последовало.

Нарин же остался стоять, прямо глядя перед собой.

Какой смысл соблюдать приличия, когда твоя леность и предательство уже раскрыты?

Завеса, свисавшая подобно мрачной тени, полностью закрывала обзор. Внешняя видимость перекрывалась полностью – разглядеть, что внутри, не удавалось.

Там, за ней, восседал Небесный Демон.