Том 1 · Глава 171. Усыпальница (1)

Все дела в Священной Ночи были завершены.

Превратил Бессмертного Змея в ручного Кянъянъи, встретил ведьму, разыгрывающую драму в стиле одержимого мстительного отчаяния, и вместо Наджи Пастии обнаружил следы, оставленные Небесным Демоном.

Пусть всё пошло совсем не по плану, но, по крайней мере, потраченное время себя оправдало.

Нарин сообщил Шикшики и всей братии змей-гробовщиков новость о закрытии газеты «Илган Примера».

—Шик-шик-шикр!

—Шик-ши-и-и…!

—Ша-а-а-ак!

—Что они говорят?

—Говорят, что подадут на вас в суд за нарушение контракта!

Змеи-гробовщики, неплохо подпортившие себе репутацию газетной рекламой, гордо задрали головы и объявили о создании профсоюза.

Так они пытались изо всех сил отрицать реальность, в которой в один миг остались без работы.

—Кянъянъи, твой выход.

—Кянг.

Клин клином вышибают. Варваров укрощают варварами, а мелких змей – мелким змеем.

Бывший Бессмертный Змей Кянъянъи подавил бунт змей-гробовщиков.

—Кянъянъ!

—Шик-шик-шик…!

—Ши-ши-шик!

—Шик-шик, шик-шик!

—Кяль! Кянъянъ, кянг-кианг!

—Ши-и-ик…

—Ши-ик…

После бурной выговорки предка змеи-гробовщики со слезами на глазах разошлись.

Перевод Каи и на этот раз оказался неоценим: выкрик «Кяль», вырвавшийся у Кянъянъи, означал суровое «Цыц!».

Нарину это было ни капли не интересно.

—Не переживайте, дядя. Я беру предка под свою ответственность! Буду подавать ему мясные блюда трижды в день, укутывать в мягкое шерстяное одеяло перед сном и каждый вечер обильно смазывать чешую питательным кремом!

—Кя-а-анг!

—Ши… ши-ик…?

—Хотите поехать с нами? Э-э, дядя, вы же вожак змей-гробовщиков, вам надо остаться здесь и управлять сородичами. Когда будет время, заскочим в гости, вот тогда и увидимся!

—Шик-ши-и-ик! Шик-шик-шик!

—Ц-ц-ц, кянъянъ.

Несмышлёный не по годам Шикшики закатил истерику.

Кянъянъи лишь сокрушённо качал головой, глядя на столь бестолкового потомка.

Оказалось, если змея становится лютым зверем, она вполне способна цокать языком.

—Что-о? Сегодня закрытие?!

Распрощавшись со змеями-гробовщиками, Нарин отправился прощаться с людьми запекшейся крови.

—Не может быть! Сканворды были единственной радостью в моей жизни…!

—Ха-а, эх, прошли золотые времена…

—Господин журналист, неужели ничего нельзя сделать? Умоляю вас!

—А-а-а, небеса оставили меня! Умереть, так и не узнав развязку комикса из четырёх кадров…!

Зависимость людей запекшейся крови от газеты была тяжёлой. Подобно современным людям, пристрастившимся к смартфонам, их порог удовольствия задрался до небес.

Решение, предложенное Каей, было простым:

—А почему бы вам, дяденьки, самим не начать её выпускать?

—Хм, а ведь верно?

Если читать нечего – напиши сам. Люди запекшейся крови перестали быть просто читателями и ринулись на стезю журналистики.

—Тащите всё из склада шкур чёрных призраков! С сегодняшнего дня я — колумнист!

—Соберите всех, кто умеет писать, и марш на площадь!

—Вожак змей-гробовщиков — мой троюродный дядька. Если нужны курьеры, могу сосватать!

—Спасибо, брат! А можно нам продолжить рисовать тот комикс? Обещаем чтить оригинальную рисовку и сюжет!

—Э-э, вообще-то он основан на реальных событиях, так что финал ещё не написан… Хотите, расскажу синопсис, а дальше сами скомпонуете?

Наступила великая эра журналистики.

Священная Ночь превратилась в рай для гуманитариев.

Если Прометей подарил человечеству огонь, то Нарин и Кая принесли людям запекшейся крови гуманитарные ценности.

Нарин пару дней наставлял начинающих акул пера, после чего вернулся на остров Ириан.

Зимние каникулы прошли настолько продуктивно, что он вернулся ровно в срок.

Начался новый учебный год, а вместе с ним и церемония поступления.

«… Приветствую всех абитуриентов, поступивших в этом году. Академия Лорд прошла короткий, но насыщенный путь…»

Усыпляющая напутственная речь ректора ничем не отличалась от той, что звучала год назад.

Прошёл уже целый год. Год назад Ким Уджун вселился в тело Нарина именно здесь.

Как и тогда, прямо под боком стоял Хассель.

—Дружище.

—…Что за мерзость? Лучше зови меня Заядлым курильщиком, как обычно.

—Просто подумал: надо же, уже год прошёл. Тогда я тоже назвал тебя другом, а знаешь, что ты мне ответил? «Не смей звать меня так».

Нарин со всей серьёзностью скопировал тон и голос Хасселя.

Не получив ответа, он повторил пародию:

—Не смей звать меня…

—Заткнись, пока я меч не выхватил.

—И угрозы прикончить точно такие же, как тогда. Заядлый курильщик, почему ты за целый год ни капли не изменился? Это всё оттого, что ты нигде не бываешь, кроме работы, кафешки, курилки и дома. Выходи в люди, общайся.

—Хватит болтать, смотри вперёд. Первокурсники смотрят.

—Хм.

Хотя, кажется, изменения всё же есть. По сравнению с прошлым годом он стал чуточку сдержаннее.

—…Что это за змея у тебя на шее?

Сам только что учил смотреть вперёд, а сам не спускал с Нарина косого взгляда.

Кянъянъи, обвивавший его шею, поднял голову:

—Кянг.

—Новейшая модель голема из Башни магов. Модель «Мини-Бессмертный Змей». Великий маг попросил протестировать её работу.

—Голем? Как ни крути, выглядит как живая змея…

—Выглядит как живая, но это голем. Что-то вроде гиперреалистичного произведения искусства. Заядлый курильщик, все современные големы нынче такие.

—Кянг!

—В-вот как.

Обвести его вокруг пальца оказалось проще простого. Что ещё может сказать не-маг, если ему твердят, что это новейший голем?

Позже он, конечно, раскроет правду, но для публики Кянъянъи числился големом.

Церемония закончилась.

Вечером состоялся приветственный вечер для первокурсников специального отделения. Местом проведения стал любимый мясной ресторан Нарина, арендованный целиком.

Памятное место, где его однажды пырнули ножом в живот, пока он курил у входа.

—Рад вас видеть, первокурсники!

Нарин, будучи преподавателем, совершил непростительный грех, заявившись на студенческую вечеринку.

Обычно преподаватели лишь оплачивают счёт и уходят, но здесь присутствовали и столетняя лисица-третьекурсница, и выпускница – водяная змейка-ископаемое, так что стесняться было абсолютно некого.

—Я куратор третьего курса, а вот господин Дан Бэкян, стоящий здесь, будет руководить вами. Он для меня почти как дедушка, так что если будете дерзить, ваша академическая жизнь станет чрезвычайно весёлой. Имейте в виду.

—Просим любить и жаловать!

—Аплодисменты!

Под предводительством Сёльён раздались бурные аплодисменты.

Первокурсники вытянулись в струнку, с натянутой улыбкой замерев, словно партийные чиновники перед диктатором.

Лишь третий принц Рудель искренне и размеренно аплодировал.

Слышно было, что он поступает в этом году, но почему именно в специальное отделение – загадка.

—Старшекурсники с четвёртого курса тоже пожаловали. Вы, конечно, ходячие аммониты, но, сломав стереотипы о стариках, пришли сюда, а значит, имеете полное право насладиться праздником. Ешьте от души!

—Есть, господин Главнокомандующий!

—Для нас честь служить вам!

—И где этот гад Амутар?

Четверокурсники специального отделения. Они уже состояли в Обществе странствующих рыцарей и благодаря промывке мозгов от Амутара искренне считали Нарина великим господином Главнокомандующим.

—Внимание всем!

Как раз в этот момент вперёд вышли сестры-лисицы, руководившие Обществом странствующих рыцарей.

Сёльхян раздала первокурсникам рекламные листовки клуба, от которых так и веяло духом второсортности:

—Объявляется набор новых членов в Общество странствующих рыцарей! Крепкие здоровьем, умеющие собирать информацию, мастаки в бумажной работе… подойдут все! Но самое главное — совсем другое! В наши ряды вступит лишь тот, кто считает Праведность высшей ценностью! Лишь тот, кто готов работать на общее благо, ничего не требуя взамен! Есть желающие?

—Я! Я!

—Глава Сёльён! Я прибыл из самого дальнего края Тоски по родине, чтобы узреть ваш лик!

—Умоляю, зачислите меня в первый отряд!

—Готов работать, не жалея жизни!

Слава и влияние Общества странствующих рыцарей были колоссальны.

Все первокурсники тут же заполнили анкеты и, не раздумывая, вытащили кошельки, чтобы внести вступительный взнос.

—К слову, вступительный взнос составляет триста тысяч руэлей, а регулярный взнос — сто тысяч руэлей в семестр. Средства расходуются абсолютно прозрачно: на вечеринки, выезды, деятельность и содержание помещения, так что не переживайте!

Кая, командир и казначей пятого отряда, со счастливой улыбкой проводила сбор средств.

По её физиономии ей только растратчицей быть, но, как ни странно, обязанности казначея она исполняла безупречно.

Специальное отделение сплотилось во имя Общества странствующих рыцарей и уплетало мясо.

—Ён, дай мне тоже заявление, я вступлю.

—Вот, держите! Но… Ирин, разве ты ещё не окончила академию?

—А я теперь поступила в ассистентки к учителю.

—…Что?!

Нарин прихватил тарелку с приборами и тихонько перебрался на другое место.

Взгляд Лисицы, испепелявший его издалека, был чересчур свирепым.

—Ням-ням.

—Русалка.

—Сейчас меня зовут Киара.

Теневой Владыка явился вслед за Русалкой, чтобы отдать должное мясу.

Поскольку изначально они составляли единое тело, разделение и слияние плоти происходило для них абсолютно свободно.

—Понятно. Значит, у тебя отобрали престол, страна катится в ад, а ты безмятежно уплетаешь говядину, глава демонов?

—…Обязательно говорить об этом за едой?

—Познакомься. Это Бессмертный Змей.

—Кянг.

Выражение лица Теневого Владыки при виде Кянъянъи стало запредельно глупым.

—Не шути так.

—Я и не шучу.

—Ты реально его поймал? Как?!

—Есть свои способы. Но главное не это. Ты случайно не слышал о ведьмах?

—Разве женщин-магов не называют ведьмами?

—Я имею в виду знамения беды. Богохульство, Ночь, Грань…

—Кроме Ночи, о других двух ничего не знаю. А что, её истинное имя — Ведьма Ночи?

И надо же быть настолько бесполезным.

—Ладно. Ешь мясо. И супом с рисом запивай.

—Понял!

Теневой Владыка сияюще улыбнулся и в миг уплёл рис с мясом.

—И тут рассвело, а ночные зомби как побегут! И давай громоздить башню к небесному свету…

Кая собрала вокруг себя друзей и младших и вдохновенно травила байки о Священной Ночи.

Девчонка хоть и озорная, но с каждым днём в ней всё ярче проявлялась жилка заводилы.

Нарин вернулся к взрослой компании.

—Добро пожаловать, Злое Знамение.

—А, вот и ты, Злое Знамение.

—Вы поели, Злое Знамение?

Аделия, Хассель и Белал заговорили один за другим. Эта Змейка-сказитель разнесла новое прозвище Нарина по всей округе.

Нарину безумно захотелось закурить.

—Эй, лекарь.

—Да, Злое Знамение?

—Что-то ты меня ни разу Малым Небесным Демоном не назвал, а вот «Злое Знамение» говоришь направо и налево. В чём причина?

—Прозвище «Злое Знамение» звучит идеально. Будто слово, созданное специально для вас, брат. Ах да, это ведь и есть ваше прозвище, так что оно и должно вам подходить.

—Сколько же тебе пришлось перебить лютых зверей, чтобы получить такое прозвище? Можешь гордиться. Это куда лучше, чем Малый Небесный Демон.

—Поздравляю, брат. Вы ведь всегда хотели вырваться из тени Небесного Демона. Наконец-то у вас появилось собственное прозвище.

Они это всерьёз? Чистая похвальба без грамма злобы не давала даже повода по-настоящему разозлиться.

Нарин разрывался между Малым Небесным Демоном и Злым Знамением, а потому первым делом просто опрокинул рюмку.

Жизнь была горчащей, поэтому алкоголь казался сладким.

—Кянг.

—…Эта пигалица — действительно Бессмертный Змей? Не банальную ли змею-гробовщика ты приволок?

—И правда не голем. Кричит совсем не так, как змея-гробовщик. Да и глаз три пары… Один глаз ему твой батюшка выбил?

—…Рад познакомиться, предок. Наш род совершил перед вами тяжкий грех. Как члену семьи Примера, мне нет оправдания.

—Кянъянъ.

Кянъянъи благосклонно качнул головой, словно всё прощая.

Вид у него был до того милый, что Аделия потянулась было погладить его мягкую головку, но осеклась.

—…Кхм. Не желаете ли кусочек мяса?

—Кя-а-анг!

Кянъянъи с чавканьем принял угощение.

Куда его ни брось – от голода этот змей точно не сдохнет.

Хотя он и так бессмертен.

—Слушайте, а вы слышали что-нибудь о ведьмах?

—Об охоте на ведьм? Это было популярно сотни лет назад.

—Да не про то.

—Впрочем, и в наши дни это явление не исчезло окончательно. Когда кого-то невинного травят насмерть…

—Да не про это я!

—Ведьма… А-а, разве это не прозвище Первого Великого мага?

—Расскажи поподробнее.

Случайно удалось зацепить ниточку.

—Хассель знает об этом получше меня. Для уроженцев Империи это знакомая история.

—О чём разговор? О Первом Великом маге? О Ведьме Милосердия?

—И с чего это ей дали такое имя?

Кто бы из троих это ни был, ни одну из них нельзя было назвать милосердной.

—Это старая сказка, которую знает любой житель Империи. Ну, помните? Владыка Меча, Владыка Кулака, Великий маг. Трое героев Империи.

—Я знаю троих братьев — Лю Бея, Гуань Юя и Чжан Фэя.

—Не надо приводить тут примеры, понятные только воинам Мурима.

История, поведанная Аделией, сводилась к следующему:

Троица – Владыка Меча, Владыка Кулака и Великий маг – занимала положение, схожее с троицей братьев, вот только вместо объединения Поднебесной они провозгласили мир во всём мире и принялись истреблять лютых зверей и знамения беды.

В процессе они даже призвали к порядку тогдашнюю головную боль – Безумную Луну, но, переоценив свои силы, нарвались на какое-то знамение беды и потерпели поражение.

—…Они не потерпели поражения. Всё закончилось ничьей.

—Сэр Хассель, не надо из принципа защищать Астезию! Если Первый Владыка Кулака отправился на тот свет — это поражение, какая ещё ничья?!

—Кхм-м…

Аделия весьма строго относилась к исторической правде.

—Как бы то ни было, Божественный меч темной ночи и Первый Владыка Кулака едва не отправились на тот свет вместе, но Великий маг со слезами на глазах спасла Божественный меч темной ночи. А вот Владыка Кулака из-за задержки в лечении скончался.

—Ого, и поэтому её прозвали Ведьмой Милосердия?

—Не знаю, при чём тут это, но да. Будь я на её месте, спасла бы обоих. Всё-таки исцеляющая магия уступает священной магии… Ох, только не говорите об этом никому!

—Кажется, она перебрала, — Белал ловко отобрал у Аделии бокал.

—А то знамение беды, что разделалось с героями… По моему личному мнению, это была Ночь.

Захмелевшая Аделия выложила свои домыслы.

—Та самая Ночь, которую я знаю?

—Да. Если сравнить описания, всё сходится. Чёрное туловище с кучей ног, похожих на щупальца… А вы как думаете, сэр Хассель?

Это было один в один похоже на то, что Нарин видел на фреске.

—Это было не поражение, а ничья!

—Опять за своё…

Ведьма Милосердия.

Нарин мысленно повторил прозвище Первого Великого мага.

Неужели она и вправду была одной из ведьм?

«Ночь отпадает».

Нарин решил пока поверить домыслам Аделии.

Оставались Богохульство и Грань.

Пусть их объединяло лишь слово «ведьма», но выяснить всё не помешает. Ведь эти твари явно действуют ради того, чтобы разрушить жизнь Нарина.

Нарин знал, как выглядит Ведьма Грани.

«Проще увидеть всё своими глазами».

Определённо, стоит наведаться к усыпальнице.