Том 1 · Глава 231. Схождение божества (4)
3-я попытка.
…Только что совершил регрессию? Значит, если его убить, он опять вернется в этот момент?
Вообще-то ты сдох уже дважды. Один раз тебе снесли голову, второй
Ах ты трусливый ублюдок, Владыка Меча! Ах вот ты как заговорил?! Ну давай, посмотрим, кто подыхнет первым! Я буду убивать тебя, пока ты сам не умоешься соплями и не захочешь сдохнуть!
Заядлый курильщик, ты меня слышишь? Эй, Заядлый курильщик?
Нервная система Хасселя вспыхнула ярким пламенем.
То ли из-за побочного эффекта Искусства Небесной Звезды и Тысячи Превращений его личность исказилась, то ли еще почему, но от прежнего спокойствия и хладнокровия не осталось и следа – пред ним стоял конченый псих.
Дух его стал крепче, зато кровь закипела сверх всякой меры.
Сейчас, Нарин! Пока я его держу, убей Владыку Меча! Живее!
…
Волна взаимного убийства.
Тело Хасселя разлетелось надвое, а Владыку Меча разорвало на куски.
Разумеется, произошла очередная регрессия, и они снова оказались на старте.
Никаких изменений по сравнению со второй попыткой.
4-я попытка.
…Только что совершил регрессию? Значит, если его убить, он опять вернется в этот момент?
Да, урод ты эдакий. Умоляю, не надо разгоняться и лететь напролом, давай вести себя умнее.
Ах ты трусливый ублюдок, Владыка Меча!
Мать твоя в канаве…
«[Эх]»
Никаких изменений.
5-я попытка.
Только что совершил…
…так что закрой рот, а то прибью. Крикнешь «Ах ты трусливый ублюдок, Владыка Меча»
Откуда ты знаешь, что я… Понятно. У тебя сохранилась память.
Заядлый курильщик, у меня плохие предчувствия, так что завали хлебало и слушай. Наша цель сейчас — просто кивни.
А, предельно ясно.
Да заткнись ты.
Нарин заставил Хасселя замолчать и сошелся в бою с Владыкой Меча.
Он продержался ровно четыре минуты.
«… Четыре минуты? Серьезно? Да ладно».
Это просто в голову не укладывалось. Будь на свете бог, подобного не случилось бы.
Даже в одиночку Нарин держится против Владыки Меча пять минут.
Но как только вступил Хассель, боя хватило на рекордно короткое время.
Как, черт возьми, нужно драться, чтобы продолжительность жизни вдвоем сократилась на целую минуту по сравнению с соло?!
«[Он дерется слишком безрассудно]»
«[Сразу видно, ему плевать на смерть]»
«[На самом деле регрессор
О Бог правосудия… нет, о Юран, за что мне это…
Именно. Хассель был хрупкой хрустальной вазой вроде Огненного кулака Эйса или Сюнь Юя.
Стоило ему с минуту пофехтовать, как он внутренне орал: «Ах, как скучно драться аккуратно! Зачем жить дальше?!» – и бросался грудью на амбразуру.
Так продолжаться не могло.
Требовались крайние меры.
6-я попытка.
Заядлый курильщик, слушай сюда. Сначала дерусь я, а ты подменишь меня, если станет совсем туго. Никаких азартных забегов напролом! Почувствую хоть намек
Д-да ладно тебе. Чего разорался-то?
Фух… Признаю. Я немного вспылил. Извини.
Ты отдохни, остынь. А я пока возьму Владыку Меча на себя…
Сдохни, Владыка Меча!
Крайними мерами назывался командный бой со сменой участников.
Это давало хотя бы призрачный шанс, пусть и небольшой.
Как минимум, пока держался Нарин, Хассель оставался бы невредим.
…Самое время! Теперь моя очередь! Нарин, свали в сторонку и не отсвечивай!
Рано! Еще рано! Эй! Заядлый курильщик!
«[Эх]»
Из-за того что Хассель влез в драку уже через минуту, план провалился.
В итоге они поставили антирекорд: 2 минуты 37 секунд.
…Заядлый курильщик. Делай что хочешь, я умываю руки. Только постарайся не сдохнуть слишком быстро.
Ты за собой следи. Если умрешь ты
Как говорят, лучшая модификация – заводская сборка.
Нарин забросил глупости с командным боем и вернулся к старой доброй толпе.
Подыхая раз за разом, он рано или поздно поймет сам.
7-я попытка. 4 минуты 16 секунд.
Заядлый курильщик. Мне вот искренне интересно: почему ты ни капли не ценишь свою жизнь?
8-я попытка. 4 минуты 21 секунда.
Ты правда не понимаешь? Владыка Меча все равно не может меня убить.
9-я попытка. 4 минуты 18 секунд.
К тому же он регрессор. Если я помру, он расшибется в доску, но вернет все в исходное положение.
10-я попытка. 4 минуты 35 секунд.
Я тоже регрессор, между прочим.
У нас разная весовая категория. Если угаснешь ты, мир обнулится целиком. Владыка Меча вернется на 300 лет назад, к моменту гибели Владыки Кулака.
11-я попытка. 4 минуты 40 секунд.
Так разве не я должен рисковать без оглядки? Подыхай пореже и держись позади. С меня хватит твоего трупа.
Да ладно тебе. Если посчитать все попытки, я убивал тебя на пару сотен раз больше.
12-я попытка. 4 минуты 7 секунд.
Смешно? Весело тебе?! То, что ты меня убивал, по-твоему, шутка?!
Не ори… Я же говорю это, чтобы ты сам не подыхал. Если сгинешь ты, вот тогда наступит катастрофа.
13-я попытка. 5 минут 2 секунды.
Лучше бы никакой регрессии вообще не было. Сколько уз ни заводи, всё превращается в ничто. Мои ученики, девчонка Лисица, брат Белал, младший соученик Аделия… Мне страшно, что они полностью сгладятся из памяти и станут чужими.
14-я попытка. 4 минуты 51 секунда.
Жизни достаточно и одной. Пусть это лишь результат одной из бесчисленных попыток, я ведь не регрессор. Для меня эта жизнь
15-я попытка. 5 минут 9 секунд.
Нарин. Ты должен жить. Только тогда не умру и я. Моя нынешняя смерть
16-я попытка. 5 минут 15 секунд.
Я умираю, чтобы жить. Если это единственный путь, я сдохну хоть сотню, хоть тысячу раз. Как ты умирал от моих рук, чтобы мы дошли до сегодняшнего дня.
17-я попытка. 5 минут 11 секунд.
Не умирай. Брат.
.
.
.
.
102-я попытка. 8 минут 10 секунд.
Три минуты. Чтобы увеличить время всего на три минуты, потребовалось пережить больше сотни смертей.
Смерть Хасселя в 102-й попытке была особенно жуткой.
Черный Меч и Слеза Луны – клинки Ночи и Богохульства – одновременно пронзили сердца двух Астезий.
Миг, когда целая эпоха или сам мир были преданы смерти.
…А-а-а-а!
Ночь пала.
Даже истекая кровью с пробитым сердцем, Владыка Меча содрогался в оргазме ликования.
Ведь за бесчисленные, неизмеримые века регрессий он жаждал лишь этого.
«Ты пришла встретиться со мной?»
Если очи Ночи – это звезды, то Ночь, лишенная хотя бы единого лучика, была самым одиноким слепцом на свете.
Не для того ли она рассеяла черных призраков, словно звезды, чтобы скрасить вековую тоску?
Нарин протянул руку к Ночи, словно край тьмы погладил мир.
«Ты тоже хочешь меня убить?»
Едва ли у Ночи был разум.
Идиот или бесформенная тьма. Доранъи и Грань прямо говорили, что с ней не договориться.
Но у нее имелась цель, близкая к инстинкту, отпечатанная в самом сердце бездны.
Ночь падает на землю далеко не впервые.
300 лет назад, 10 лет назад и прямо сейчас. Трижды она проявлялась на континенте.
Каждый раз случались горы трупов. Вскидывался Черный Меч. Происходило Схождение божества – миньона Грани.
Схождение божества. Явление бога или ритуал, призывающий его с небес.
Как при раскуривании благовоний или поднесении вина, чтобы призывать бога, требуются жертвы и строгий порядок.
Первый раз. 300 лет назад эту роль сыграли Черный Меч и Грань.
Словно на шаманском обряде, они ублажали бога, регулируя цикл падения Ночи и утихомиривая ее капризы.
Второй раз. Во время Войны Святой Ночи Ночь явилась внезапно.
Ее не призывали намеренно, как в первый раз. Владыка Меча тогда еще не был готов к убийству Ночи.
Но там был Нарин.
Как и в повторяющихся снах Юран, Ночь пришла, притянутая Нарином.
И в третий раз.
Ночь пала.
Тик…
Стрелка часов пошла вспять.
.
.
.
.
130-я попытка.
Владыка Меча совершил самоубийство.
«Доранъи».
Снова.
131-я попытка.
«[Да]»
«[Ровно 9 минут 42 секунды]»
«[Он убил себя сразу, как посмотрел на время]»
«[Судя по всему, предел времени
«Спасибо. С этого момента показывай только прошедшее время».
«[02:16]»
Точка отсчета регрессии подбиралась к двухминутной отметке. Беспорядочные ругательства Хасселя и разъяснения про регрессию остались далеко позади.
Чем заменялось вырезанное время? После смерти Хасселя клинок Владыки Меча неизменно оказывался у самого горла.
Разговоры вслух стали невозможны: грань между началом и концом заполнилась непрерывной резней.
Заядлый курильщик.
Вернулись? Какая это попытка?
131-я.
…Проклятье. Наподыхались от души.
Кошмар непрерывных смертей касался и Владыки Меча.
Если забвение Хасселя было естественным, то у Владыки Меча – искусственным. Сколько ни стирай, моменты гибели неизбежно откладывались в глубине души.
Нарин разглядел отвращение, мелькнувшее в глазах Владыки Меча.
Страх перед смертью тускнел перед жаждой и восторгами при виде Ночи.
Терпение Владыки Меча казалось исчерпанным, как и груз прожитых им столетий.
Я выяснил ограничение регрессии. Десять минут. Продержимся десять минут
Раз сейчас 131-я попытка… значит, осталась еще 469? Раз плюнуть, сука.
Чисто теоретически.
На восьмой минуте случится падение Ночи, но Небесный Владыка наверняка сможет сдерживать ее несколько минут.
К тому же нападать на Ночь толпой бесполезно. Скажем так, с ней возможны только дуэли по очереди.
Создаваемая ею Грань вынуждает драться строго один на один.
Затянуть регрессию до 10 минут
А то! Отдать свою тушку я не согласен ни за какие коврижки.
Фырк! Хассель укутал Слезу Луны черным пламенем и ухмыльнулся.
Лунный свет поглотила мрачная тьма стиля Черного Меча.
К тому же это куда проще, чем кажется.
Это были не пустые понты и не само внушение.
Хассель верил, что сможет завалить Владыку Меча или покончить с регрессиями через собственную смерть.
И он действительно мог.
Проблема была лишь в пытке повторений, но расклад полностью играл на руку Нарину и Хасселю. У Владыки Меча почти не оставалось шансов на победу.
С каждой смертью развязка регрессий становилась ближе.
Как и уверял Нарин, Владыка Меча был обречен на провал с самого начала.
Все казалось гладким.
«… Проще, чем кажется?»
Так быть не должно.
Что-то пошло коту под хвост.
Слишком легкая и проторенная тропа. Разве такое может решаться так просто?
Перед ними Владыка Меча.
Пусть он и уступает Небесному Демону, но при силах Нарина и Хасселя завалить его было бы чудом!
А Хассель кличет его «простым соперником»?!
«Я должен понять!»
Основа Рассудка – сомнение. Нарин усомнился в сладком комфорте, в который угодил.
Они узнали про 10-минутный лимит. Но этот выход дался бесконечными смертями Хасселя.
«Что я упускаю?»
С каждой попыткой Хассель погибал все позже. А точнее, сам бой становился легковеснее.
Потому что раскусили паттерны Владыки Меча?
Нет. Владыка Меча непрерывно меняет тактику.
Будь его движения полностью просчитаны, они прикончили бы его без всяких 10 минут ожидания.
Предел Нарина – пять минут. Если удавалось сдерживать врага дольше, то лишь благодаря Хасселю.
Хассель по-прежнему плевал на смерть.
Он действовал дерзко и отчаянно.
«… О боги».
Изменился только Хассель. Все остальное оставалось прежним.
С каждой новой регрессией.
Каждый раз, когда стрелка часов совершала полный круг.
«Он становился сильнее. Понемногу, но неуклонно».
Причин для этого не было! Хассель не помнит прошлые попытки!
Ощущение странности, дежавю, неловкий фальшивый тон – дальше этого дело не заходило.
Не было никаких предпосылок для постепенного роста, кроме разве что внезапного прозрения!
Как он умудрялся убивать Владыку Меча, пусть даже ценой обоюдной гибели?
Почему расти начал именно Хассель?
Корни Хасселя. Результат. Проклятие ведьмы. Жертва.
Захват тела. Условия. Регрессия. Повторяющиеся смерти и убийства.
Единственное правило Грани.
«… Понял».
Вот к чему он клонил с самого начала!
Заядлый курильщик.
Нарин остановился.
Неестественная передышка. И Хассель, и Владыка Меча, будто подсознательно ждавшие этой паузы, разорвали дистанцию.
Ты веришь мне?
Он не назвал его братом.
Неизвестно, въелся ли тот момент в память Хасселя или сгинул в песках времени.
Но пусть слово и не прозвучало, их негласные отношения без слов определились как братские.
Ни один из них не сомневался в этом.
Верю.
Хассель кивнул.
Как и при провокации Владыки Меча, он выронил меч, убрал энергию меча и раскинул руки.
Он просто вверил свою жизнь брату, словно это само собой разумеющееся.
Хорошо.
Нарин убил его.