Том 1 · Глава 232. Схождение божества (5)
Почему именно изгнанники?
Их можно было бы назвать иномирянами или чужаками, но континент нацепил на лишенных родины пренебрежительное клеймо «изгнанников».
Наверное, потому, что их изгнали из их первоначальной роли.
Чтобы заполнить ад новую землю, выбранную сценарием, Ведьма Грани наняла потерянных скитальцев в качестве актеров. Она вытолкнула их в мир, обреченный на гибель.
Соткать еще один ад из душ тех, кто уже познал ад…
Это было самым кощунственным изгнанием.
С Гранью всегда так. Стоит туда попасть
Это единственное известное мне правило Грани. Если взглянуть на это как на проездную плату, все сходится.
Сколько еще ей надо сожрать, чтобы наесться?
Вторая встреча с Ведьмой Грани.
Ступив в ее владения, Нарин вывел закономерность Грани.
Если сравнить с платой за проезд, всё становилось предельно ясно.
Шансы фифти-фифти. Избранный благополучно минует Грань, а неудачник превращается в жертву и сгорает.
Неугадала.
Не Грань их убила. Их смерть призвала Грань. Даже если бы Грань не явилась, их жизни все равно пресеклись бы там.
Ведьма лишь оспорила порядок причин и следствий, но не опровергла гипотезу Нарина целиком.
«Что было раньше
Сила, способная опустить процесс, заплатить нужную цену и выдать идеальный результат.
Иными словами – «Равноценный обмен».
«Вот в чем истинная суть ее Власти».
Жизни и воспоминания – лишь медь, уплаченная за проход через Грань.
Косвенных улик для этой теории хватало с лихвой.
Например, утраты, понесенные изгнанниками перед тем, как их сожрала Грань.
Мать и старший брат погибли. Мы с отцом выжили.
Ледяная Нефритовая Бессмертная лишилась дома и семьи.
Мой глупый выбор стёр Хуашань с лица земли. Хотя Хуашань дал мне все, я неблагодарно предал его!
Бессмертный Меча Цветов Сливы не сумел уберечь Хуашань.
Дедушка умер. И теперь ничего не осталось. Ни красивой одежды, ни вкусной еды, ни звуков… Без дедушки все бессмысленно.
Ирин проводила в последний путь единственного родного человека.
Клан Дан пал.
У Бэкяна Демонический культ отнял его семью.
Твое имя
Старый пес Юран издох.
И Теневой Владыка, и Демон Меча.
Все они свыклись с потерями. Все они познали муку утраты.
Это и была плата, требуемая Гранью.
«В моем случае
Даже для попаданца проход через Грань неизбежен.
Очнувшись в этом мире, Нарин позабыл часть прошлых воспоминаний Кима Уджуна.
Моменты с Юран. Оставленное ею наследие. Финал этого мира.
Именно эта утрата и натолкнула его на разгадку.
«Астезия зиждется на Власти ведьмы».
Пусть и не по своей воле, но даже за получение силы на 40 лет Божественный меч темной ночи выложил целый феод.
У его потомков дела не могли обстоять иначе.
Проклятие ведьмы кажется справедливым и логичным. Оно дает ровно столько, сколько уплачено за проезд.
В случае с Хасселем, близким к идеалу, потребуются колоссальные жертвы. Чем больше сосуд, тем труднее набить его до краев.
Пусть он и пожрал жизнь матери, неужели одной-единственной жертвы хватит, чтобы раскрыть весь потенциал?
«Эту проблему решили через регрессии».
Берн Астезия. Родной отец Хасселя, носящий то же имя, что и Божественный меч темной ночи.
Он лишился тела сразу после похода на Бессмертного Змея. Это Нарин узнал из воспоминаний его брата, Джамаля Астезии.
Берн пробыл в кабинете главы семьи около десяти минут.
Десять минут. Весьма символичная цифра. Нарин прекрасно знал, что это время можно растягивать в десятки и сотни раз.
Дальше шли одни догадки.
«Завязался бой».
И все же он не сомневался.
Владыка Меча запер Берна в регрессии. Самоубийство, убийство противника – неважно, время неизменно скатывалось к стартовой точке.
Сколько гибелей произошло там?
Отец убивал сына, сын – отца. А Владыка Меча наверняка снова и снова провоцировал обоюдную гибель или суицид.
Он сделал свое собственное тело питательной средой.
Как он обставил смерть матери под трудные роды, так и здесь подстрекал дитя стать убийцей. Загонял в угол. Перекладывал вину.
Кровавая междоусобица сородичей.
Вот она – самая ценная плата за проклятие.
Словно Владыка-Завоеватель, бросивший детей в кувшин с ядовитыми гадами, Владыка Меча взращивал проклятие на резне с собственной кровью.
И когда проклятие созревало, а талант плода расцветал, превосходя умения отца, он в экстазе срывал спелый плод.
Он захватывал тело.
До сих пор не пойму, каковы условия захвата тела. Хотя нет, поставлю на то, что они выполнены с самого начала. Просто Заядлый курильщик еще не стал достаточно сильным, чтобы удовлетворить твои аппетиты, вот ты его и не трогал.
Хассель встретил смерть стоя.
В сквозной дыре в его груди болтались обломки раздробленного сердца, словно повешенные на виселице.
Даже Нарину было тошно сносить ему голову собственными руками.
Похоже, обмен срабатывает, даже если просто нанести рану. А та попытка, где вы погибли одновременно, оказалась переломной. Ну да, я сразу заподозрил неладное. Набрать такую силу за короткое время
…Псих.
Опешивший Владыка Меча извлек из себя горький смешок.
И поэтому ты убил его? Даже не задумавшись, прикончил того, кто называл тебя братом и шел за тобой?
Не забивай голову этой херней, лучше запомни момент своей смерти.
Ведь только так у них получится сойтись в битве выдержки.
Шорк. Нарин вытер липкую кровь с рук об плечо Хасселя. Когда тот завалился в сторону, он подхватил его за шкирку.
Ты чего ждешь? Сдыхай давай.
…
Три минуты семь секунд, восемь секунд… Время капает. Если Заядлый курильщик окончательно покрестится, тебе же хуже будет. Что, страшно? Помочь отправить тебя на тот свет?
Ты не пожалеешь?
Владыка Меча приставил Черный Меч к собственному горлу.
Начав это, остановиться уже невозможно. Я забуду смертный миг, а ты сохранишь в памяти каждую мелочь. Сможешь ли ты убивать брата раз за разом, пока не истечет срок?
Тем и лучше.
Разумеется, он пожалеет. Да он уже наполовину жалел.
Но разве он не должен нести этот крест?
Главное, что помню только я.
Владыка Меча резанул себе по горлу.
Тик…
132-я попытка.
Слушай внимательно, Заядлый курильщик. Сейчас я тебя убью.
Чего?! Ты сдурел посреди боя?
Отвечай. Ты веришь мне?
…Блядь, делай что хочешь!
Нарин убил Хасселя.
Владыка Меча совершил самоубийство.
133-я попытка.
Заядлый курильщик. Ты веришь мне?
Чует мое сердце недоброе, но пока верю. Худшее, что случится,
Точно в цель.
…Сука, так я и знал!
Нарин убил Хасселя.
Владыка Меча совершил самоубийство.
134-я попытка.
135-я попытка.
136-я попытка.
И в 137-й тоже.
Способы немного менялись, но итог оставался прежним: Нарин убивал Хасселя, Владыка Меча совершал самоубийство.
К 140-й попытке…
…А, понятненько.
Едва начался раунд, Хассель опустил Слезу Луны.
Кончай с одного удара.
Ухмыляясь, он раскинул руки и поторопил свою смерть.
Нарин исполнял просьбу брата.
В 141-й попытке Нарин спросил причину.
У меня вообще-то тоже мозги есть. Если из памяти вылетают куски по десять секунд, тут и идиоту все ясно.
Из-за повторяющихся смертей в его памяти образовалась брешь.
Пусть Хассель и дрался как безумный напролом, совсем уж тупым он не был.
Ему хватило и сущих мелочей, чтобы разгадать замысел Нарина.
142-я попытка.
Убеждать Хасселя больше не требовалось, и вереница смертей помчалась со свистом.
То ли сохраняя обрывки прошлых воспоминаний, Владыка Меча в некоторых раундах успевал прикончить Хасселя первым.
Он, видимо, рассчитывал на инстинктивное сопротивление, но Хассель принимал ауру меча голым телом.
Парадоксально, но он заучивал смерть, чтобы выжить.
157-я попытка.
«[02:37]»
…Нарин убьет тебя! Хассель! Он использует твою жизнь как расходный материал!
Знаю, кретин.
Владыка Меча пытался вбить клин еще пару раз, но был сразу же послан нахуй.
Его провокациям было далеко даже до подметок Доранъи – главного мастера по разжиганию срачей.
191-я попытка.
«[03:11]»
…Все еще не сдался? Сколько раз еще ты его убьешь, пока не насытишься?! Чем ты, убивающий брата ради жизни, отличаешься от меня?! Ты остался тем же забойщиком людей, что и в детстве!
Тот лез из кожи вон, привлекая внимание, но Нарин его попросту игнорировал.
Время и смерти закружились еще быстрее.
274-я попытка.
«[04:34]»
Когда лимит времени сократился почти наполовину, Владыка Меча впал в ярость.
Едва сердце Хасселя прекращало биться, он бросался на Нарина.
Раз с гибелью Хасселя ничего сделать не удавалось, он решил заняться Нарином.
Сражаясь насмерть в полную силу, он не давал Нарину продержаться и пяти минут.
Оставшаяся до откате минута превращалась в сущую пытку.
Как и подобает выходцу из деревенских, его методы не отличались изяществом. Никакого 0.1 Тёплого бриза и ласкового солнца – только рубить, крошить и колоть.
Смысла терпеть изо всех сил не было.
Ах, мне так больно! Зачем мне жить дальше?! Пойду-ка я покончу с собой и устрою регрессию!
Стоило запугать его и запустить энергию меча, как Владыка Меча торопился покончить с собой первым.
Где уж какому-то поддельному регрессору уследить за техникой шага настоящего.
321-я попытка.
«[05:21]»
Доранъи заплакала.
«[Папа]»
Убивать Хасселя сотни раз подряд… Естественно, это не могло пройти бесследно.
Он раз за разом усомнился, единственный ли это способ.
Может, есть путь проще и легче?
Другой план, позволяющий сорвать заговор Владыки Меча без убийства Хасселя?
«[Если тяжело, ты можешь отдохнуть]»
«[Ненадолго, совсем ненадолго можно]»
«[Я могу умереть вместо тебя]»
Такого пути не существовало.
Он до тошноты усвоил, что жить нелегко и каждому приходится несладко.
Форма и число смертей. Тепло тела, затухающее под пальцами. Последнее дыхание, похожее на пред смертный хрип, и широко распахнутые остекленевшие зрачки.
Оболочка, из которой утекла жизнь.
Омякшие кости и куски внутренностей.
«Доранъи».
Он хоронил все это в собственном сердце.
В срезке сгинувшего времени боком лежало очередное тело Хасселя.
Нарин считал смерти. Память о них была единственной скорбью по брату.
«Это отвратительный поступок».
Убивал Хасселя Нарин, и помнил обо всем тоже Нарин.
Так и должно быть. Ведь эту смерть выбрал сам Нарин.
Однако насчет передышки он согласился.
462-я попытка.
«[07:42]»
А-а-а-а-а-а!
Бам, бум! Владыка Меча с воплями и рыданиями колотился головой о землю. Вот оно – Самджондо континентального масштаба.
Что бы он ни предпринимал, Хассель все равно подыхал – тут у кого угодно крыша съедет.
Давай передохнем.
Зачем? Быстрее прикончишь
Я убил тебя уже более трехсот раз. Думаешь, это так легко?
Хм. Ну ладно, никуда не денешься.
Смирившийся со смертью Хассель демонстрировал стальную выдержку.
Казалось, он даже начал получать от этого удовольствие.
Заядлый курильщик, скажи честно. Ты случайно не из тех извращенцев, кому нравится умирать?
Че за бред ты несешь?
Ну согласись, нормальный человек не будет так спокойно относиться к тому, что для победы надо подыхать! Со стороны кажется, будто ты бессмертный, как Кянъянъи.
Ну отчасти так и есть. После регрессии я все равно оживу.
Мышление у тебя, конечно, специфическое.
И как он только превратился в такого психа?
Умирать, вообще-то, страшно. Видишь, руки трясутся? Если б мог, я б с удовольствием продержался до десяти минут и закончил все без смертей.
На восьмой минуте это нереально, а вот с девятой давай так и сделаем. В этой попытке должно получиться. Сдохни еще раз шестьдесят.
Мне радоваться, что ли?
Кто знает… О, смотри, Ночь падает.
…Да ну нах?
473-я попытка.
Ты какую попытку назвал?
473-ю.
Да не эту. Сколько ты всего прожил через регрессии?
Тысячи с гаком, плюс еще сотня сверху. Регрессии, не задуманные Гранью, идут отдельно.
…Хм? Впервые слышу.
Вообще-то я попаданец.
474-я попытка.
…А-а, так вот почему ты кричал Небесному Демону имя «Ким Уджун»! Расскажи подробнее, я ж ничего не понял из двух слов.
За те две минуты, что у нас есть, этого с головой хватит. Когда все закончится
Честно говоря…
475-я попытка.
Меня напрягало, что в других попытках я тебя убивал. Если их была тысяча, значит, раз пятьсот тебя прикончил я?
Хвастаешься, что победил меня полтысячи раз?
Не перекручивай. Считай, своей смертью я отдаю долги. Ты убил меня раза триста, так что почти квиты. Да и память все равно стирается.
Ну ладно. Убью тебя еще две сотни раз.
Да я не про то… Э-э, этот гад Владыка Меча поднимается!
Расправь грудь, Заядлый курильщик. Сейчас пропишу сочный удар.
…Может, уже девятая минута, попробуем просто продержаться?
И наконец, долгожданная 540-я попытка.
«[09:00]»
Финал был близок.