Том 1 · Глава 233. Схождение божества (6)
Существует концепция пяти стадий принятия смерти.
Аббревиатура DABDA. Это теория, подробно описывающая процесс осознания приближающейся смерти смертельно больным человеком. У нас в стране она стала широко известна благодаря семейке психов с жёлтой кожей.
Хотя в медицинском сообществе эта теория и вызывала немало споров, Нарин, будучи дилетантом, не мог в неё не верить.
Ибо, переступив не просто через границу, а через саму Грань, он столкнулся с экземпляром, идеально подпадавшим под эту теорию.
Не может быть… Не может этого быть. Это просто нелепица. Безумцы! Как… после того как убивали и умирали снова и снова…
540-й виток.
Иными словами, когда начальная точка регрессии перевалила за отметку в девять минут, Владыка Меча начал шаг за шагом проходить все пять стадий принятия смерти.
Первая. Отрицание.
…Не может всё быть как ни в чём не бывало! Погибнув сотни раз, ты наверняка заработал провалы в памяти. Только представь! Смерти, прожить которые тебе не довелось осознанно, то, что стало с тобой в тех мирах, в какой уродливой позе ты там валялся!
Тебе этого никогда не узнать. Это тоже наверняка проклятие ведьмы. Неужели тебе не страшно от собственного неведения? Неужели не закрадывается ни единого сомнения? Нарин убил тебя! С чего бы ему так поступать, если не ради собственной выгоды? Неужели ты всё ещё считаешь своим братом того, кто лишил тебя жизни?
Для Владыки Меча это было весьма точное замечание.
Нарин серьёзно кивнул:
Да, Заядлый курильщик. Сомнения
Дело дрянь. И почему это мы не мозги в колбе?
Реальность оказалась куда большим дерьмом, чем фэнтези, и вещи, пугающие сильнее любого воображения, происходили на каждом шагу.
Порой незнание – действительно благо.
541-й виток.
Вторая. Гнев.
…У-а-а-а-а!
Бум. Бум. Владыка Меча около пятидесяти секунд бился башкой о землю, после чего совершил самоубийство.
И снова воссоздал капитуляцию в год Чончхук… Похоже, его кумиром на самом деле был Инчжо.
542-й виток.
Третья. Торг.
Я… Я убью Ночь! Ни Небесный Демон, ни Небесный Владыка, никто здесь не способен противостоять Ночи! Умоляю, пойми искренность моих намерений! Дело не только в личной мести. Ради великой цели, ради этого мира я жил до сих пор! Это единственный способ уничтожить Ночь.
Даже если прогнать Ночь прямо сейчас, она всё равно когда-нибудь вернётся. Пока Нарин жив, так и будет! Выход один
Владыка Меча совершил самоубийство.
543-й виток.
Едва виток начался, он пал на колени.
Я не отбираю, а лишь беру взаймы. Как только убью Ночь, сразу же верну тебе тело! Ты сможешь стать героем, одолевшим ведьму. Это единственное заветное желание всей моей жизни. Я должен отомстить за Владыку Кулака, упокоить его душу, не сумевшую сомкнуть глаз… Умоляю…
Клянусь, я уйду без какого-либо сожаления! Нет, если захочешь, я убью и Ведьму Грани. Это не может быть невозможным. Клинок, способный убить Ночь, достанет и до Грани. Я положу конец этой чертовой регрессии. Лишь мне это по силам…
Владыка Меча совершил самоубийство.
544-й виток.
…
Владыка Меча всё так же стоял на коленях, уткнувшись головой в землю.
В этот момент начальная точка регрессии зафиксировалась.
Можно мне?
Если хочешь пустить этого ублюдка в жильцы.
…Кхм. Нахлебники
Хассель передал Нарину Слезу Луны.
Зарубить Владыку Меча прямо сейчас – значит сыграть по его правилам. Нельзя позволить ему усилиться до такой степени, чтобы захватить тело.
Нарин снёс Владыке Меча голову.
545-й виток.
Нарин убил тебя.
Четвёртая. Депрессия.
Хассель. Ты ведь тоже убивал Нарина. В не ведомых тебе мирах ты раз за разом вонзал Слезу Луны ему в сердце. Вы не можете быть братьями. Дерзнёшь ли ты сказать, что вы поделили сердца друг друга? Пережив подобное, видя правду, ты просто закроешь на это глаза?
…О-хо-хо, воистину вы
Подавленность.
Нарин понимал то чувство уныния, которое испытывал Владыка Меча.
Он и сам не был свободен от Богохульства, от врождённого шипа Богохульства. Ведь каждый рождается с собственным шипом в душе.
Возможно, Владыка Меча был прав.
Чада Богохульства. Если шипы и безумие формируют человека, то Богохульство, одарившее ими, приходится человечеству ни кем иным, как матерью.
Матерью, подарившей одну из двух граней – Рассудок или Безумие.
Чего этот урод плетёт?
Сам не знаю.
Понять-то Нарин понял, но сочувствовать не собирался.
Чтобы проявлять эмпатию, стоящий перед ним гад заслуживал смерти чуть более чем полностью.
Я атеист.
Нарин обезглавил Владыку Меча.
546-й виток.
Створили друг из друга богов, говоришь?
Строго говоря, это было неправдой.
Именно потому, что они были людьми, а не богами, они могли верить друг другу. Ибо они были теми, кто похоронил трупы друг друга в своей памяти, в канувшем в небытие мгновении.
Кьеркегор охарактеризовал веру как «скачок доверия».
Он описал безоглядную веру в недоказуемого бога как самоотверженный прыжок в неизвестность.
Ведь вера, вынужденная отбросить логику, и впрямь подобна азартной игре.
Глазам Владыки Меча связь, устоявшая сквозь бесконечные убийства и смерти, казалась религией.
Однако, пусть даже она и была близка к этому, верой она не являлась.
Человек не способен пережить смерть при жизни.
Пусть сон и называют репетицией смерти, настоящей смертью он от этого не становится.
Просто Нарин и Хассель знали, насколько невесомой порой может стать смерть.
Они осознали это через грехи войны, постепенно превращаясь в Палачей.
Отнятые жизни зависли на кончиках их клинков и пальцев, став их гравитацией.
Как ни парадоксально, они знали вес этих жизней.
Тяжесть могла стать невыносимой, а могла обратиться в ничто. Знание этой тяжести связало их как братьев.
Они признали смерть друг друга.
Поскольку они познали смерть, они научились управлять ею.
Кому бы эта смерть ни принадлежала. Даже если это было время, поглощённое регрессией.
Они вверили друг другу свои жизни.
Это было человеческое доверие, которое никогда не станет религиозной верой.
.
.
.
.
Пятая. Принятие.
Регрессия завершилась.
…Хр-р, хх-х!
Распластавшись на земле, Владыка Меча тяжело и прерывисто дышал.
Он принял около 600 смертей, а начиная с 546-го витка ему без единой секунды передышки сносили голову снова и снова.
Как бы он ни контролировал свою память, провал длиною почти в минуту вынести было невыносимо тяжело.
Неведение – самый жуткий страх, и тело Владыки Меча помнило каждую из этих смертей.
Владыка Меча принял смерть. Он смирился. Однако это был ещё не окончательный конец.
Заядлый курильщик.
Остался последний шаг.
Ты веришь мне?
Вопрос, который задавался раз за разом в самом начале регрессии.
Нарин знал, каков будет ответ Хасселя.
Верю.
Тук.
Голова Владыки Меча покатилась по земле.
Владыка Меча. Божественный меч темной ночи. Меч Империи. Великий герцог Астезия.
Он обладал бесчисленными прозвищами и титулами, но единственным настоящим именем этого человека изначально было Берн.
Даже не Астезия, а просто Берн. Сын обычного крестьянина.
И каждый раз, погибая и покидая плоть, он снова становился им.
В тот мизерный промежуток времени, когда лишь бестелесный дух готовился сменить оболочку – момент настолько короткий, что его неудобно было назвать и мгновением – Владыка Меча становился Берном.
Он ненавидел изгнанников.
Как и ведьму, но именно изгнанники, что следом за ней заполнили собой этот ад, казались ему самыми отвратительными тварями.
Строят из себя единственных пострадавших, заливаясь кровавыми слезами! На ущерб, нанесённый континенту по их вине, им, конечно же, плевать.
Берн был героем.
Он должен был стать героем.
Вскинув Священный меч, он заслуживал почтения всей этой темной черни. Он должен был быть благороднее всех. И искренне верил, что так оно и есть.
«Лишь мне это по силам».
Люди, сгинувшие на Грани, сметённые бедствиями вроде монстров и лютых зверей.
Берну предназначалось спасти их всех. Так было предопределено с той самой секунды, как он встретил ведьму.
«Лишь я был избран».
Ведьма отрицала его и насмехалась над ним, но никто не мог запретить ему мечтать. А без мечты ничего не добиться.
«Только я».
Он обожал эту свою исключительность.
И потому по-другому быть не могло.
Какие бы невзгоды и преграды ни вставали на пути, сдаваться нельзя.
Ведь он – регрессор. Шансы будут даваться ему бесконечно.
В следующий раз всё получится лучше. Он не оступится. Станет ещё сильнее. И в один прекрасный день добьётся успеха.
«… Весьма нескверный результат».
Он захватил тело Хасселя.
Впервые ли? Он толком не знал. Память о прошлых витках изобиловала ошибками.
Но как минимум за последние десять жизней это был первый подобный успех.
Условия для захвата тела? Это не проблема.
Внутреннее и внешнее, дух и плоть не так уж разнятся; если есть хотя бы кровное сходство, дух легко пустит корни.
Он лишь проделал хлопотную работу, чтобы продвинуть проклятие.
«Первым делом нужно подавить Нарина».
Для Берна, завладевшего телом Хасселя, это не составит труда. А затем он займётся Ночью.
Наверное, победить не удастся.
Платы оказалось недостаточно. Проклятие ведьмы так и не было завершено.
«Но есть следующий раз».
Смерть Нарина дарует Берну новый шанс.
Пока мир не погрузился в регрессию, он скрестит оружие с Ночью и оценит её мощь. Чего сможет достичь нынешний Хассель?
Времени предостаточно. Заполучив новое тело, он обрёл право ещё раз применить авторитетную силу.
Ограниченная регрессия. Вся она обратится в ценный опыт Берна.
Когда-нибудь он сумеет убить Ночь.
Сможет отомстить за брата…
Смотри, Доран. Этот урод ведь на полном серьёзе. Какая ещё к черту месть? По-моему, он тут самый ушибленный.
Полный отстой.
Не отстой, а отстоище.
Одно и то же.
Дальше предаваться размышлениям ему не дали.
Здесь были незваные гости.
…Как?
Заждался я, — То есть не тебя, а самого себя. Как хорошо, что я заранее внедрил сюда наши с Дораном личности.
Держи фак.
Внутренний мир Хасселя.
Там расплывшийся в ехидной ухмылке Нарин приветствовал Берна.
Сидевший у него на плечах Доранъи дерзко показал ему сразу два средних пальца.
Я прямо сжался весь, наблюдая за тем, что снаружи происходит, — С чего это Заядлый курильщик превратился в какого-то психа? Вот уж действительно, не стоит бездумно перекраивать чужие личности.
Это всё из-за папы, — Если бы добавили только мою личность, он стал бы очень добрым и послушным.
Как бы то ни было, вот почему так важно встретить хорошего учителя, — Искусство Небесной Звезды и Тысячи Превращений
На старт…
Вытянув руку, Доранъи указал пальцем прямо на Берна.
Падение Рассудка. Триггер для воспроизведения воспоминаний с помощью Искусства Небесной Звезды и Тысячи Превращений.
Марш!
Доранъи спустил курок.
Этак дело не пойдёт.
Берн смотрел снизу вверх на Ночь.
Ведьма Грани, заслонив половину его обзора и ровно половину Ночи, сокрушённо поцокала языком:
Бесплатно я тебя не починю. Ты что, всегда был таким слабаком? Ц-ц-ц… Говорила же тебе, не получай столько ран.
…А Ночь?
Владыка Кулака сейчас с ней сражается. Судя по всему, он кое-как держится. Впрочем, в итоге с ним станет то же, что и с тобой.
…
Что будешь делать?
Воспоминание, давным-давно скрытое за бесчисленными регрессиями.
Я о плате. Будь сообразительнее, догадайся сам. Моя авторитетная сила не создаёт что-то из ничего. Я спасу тебе жизнь. Что дашь взамен?
…
Положи на весы хоть что-нибудь. Что-то, что близко тебе физически или душевно, и что ты можешь отдать прямо сейчас. Как насчёт продолжительности жизни или силы?
…Воспоминания.
О, тоже неплохо. Но этого маловато.
Скрытое.
Искажённое до нелепости воспоминание.
Ну вот. Я сделала так, чтобы ты мог двигаться. Но ненадолго. По сути ты всё ещё едва ли лучше трупа. Зато твои воспоминания обо всём, что ты увидишь и услышишь сегодня… они будут слегка отличаться от реальности. Переделай их так, как тебе душе угодно.
Дам тебе выбор. Всё равно апостола достаточно и одного. Как раз Ночь отступила. Хочешь попрощаться с другом или уплатишь дополнительную цену?
Не бойся. Память запечатлеет всё так, как ты того пожелаешь. Я бывает проявляю такую заботу. В конце концов, мне куда интереснее наблюдать, не вмешиваясь лишний раз.
Выбирай смело.
.
.
.
.
…А я считал тебя своим братом.
Он сделал выбор.
Он отдал в качестве платы воспоминания и своего единственного брата.
«Разве мы были братьями?»
Разумеется. Ты мой единственный и незаменимый брат. Если понадобится, я отдам за тебя жизнь. Будь я на твоём месте, поступил бы так же.
Всё, что он видел и слышал, подстраивалось под желания Берна.
Самая идеальная, самая героическая смерть.
Она стала подношением цветов для его брата и для него самого.
Пусть даже этот цветок был лишь уродливой искусственной подделкой.
Нет, вовсе нет. Я бы не стал тебя продавать. Я бы лучше выбрал смерть.
«Ночь угасла».
Ночь убоялась тебя. Она сбежала до того, как сгорела дотла. Твоё пламя сияло ярче спящего гиганта. Быть может, она приняла его за дневное солнце.
Берн.
«Это я испепелил Ночь?»
Без остатка.
Взгляни на меня, Берн.
«Был ли я велик?»
Величественнее любого героя.
Ты убил меня.
Мы не потерпели поражения. Разве Ночь не отступила? Такой финал должен наступать всегда и неизбежно. Разве не исключительны мы, отдающие жизни ради континента?
Это заблуждение. Мы вовсе не исключительны.
Нельзя бояться смерти. Ты ведь велик! Подожди немного. Рано или поздно я последую за тобой. Верну отнятое, завершу начатое… Ты умрёшь, я умру, а после…
Ты сын крестьянина. А я был всего лишь мелким торговцем. Ты ведь и сам знаешь. Мы были лишь марионетками в руках ведьмы. Мы сами шагнули навстречу гибели.
Вот только что дальше? Эх, надо было и мне воспитать учеников, как ты. Точно! Может, открыть Академию? В любые времена взращивать таланты крайне важно. Я стану председателем, а ты
Брат мой.
Нам ведь не обязательно мучиться даже после ухода на покой, верно? Ты ведь всегда любил книги больше сражений. Признаться, те дурацкие очки тебе даже шли. И как только эдакий книжный червь умудрился стать мастером кулачного боя?
Умоляю.
Эй. Ты меня слышишь?
А-а…
.
.
.
.
Это… Это не твоя вина… Пф-ха-ха-ха-ха!
«Это не твоя вина».
Ух ты-ы, а он реально отбитый наглухо! Продал товарища, чтобы спасти собственную шкуру? Ученик, ты тоже видел? Этот урод тут в одиночку какую-то драму разыгрывает!
«Любой на твоём месте сделал бы такой же выбор. Смотри, Владыка Кулака ведь тоже упокоился с миром».
…Да, учитель.
Он умер ради вас.
Чего? Ты про какую чушь несёшь, придурок? А-а, точно. У тебя же память искажалась, да?
«Нет. Он умер ради этого мира, а не ради тебя или меня. Как жаль».
Можно было спасти его.
Ладно, так и быть, подпою тебе! Пф-ха-ха, животик колет! Кхм-кхм. Эй, ты чего? Я же говорила, что выживет только один. Ты что, серьёзно решил, будто моя авторитетная сила безупречна?
«Эй, ты чего? Я же говорила, что выживет только один. Ты что, серьёзно решил, будто моя авторитетная сила безупречна?»
Владыка Меча, в этом мире не бывает бесплатной… кхм… силы. Ох, сдерживаться просто сил нет.
«Владыка Меча, в этом мире не бывает бесплатной силы. У всякого результата есть своя причина…»
.
.
.
.
…А.
Владыка Кулака погиб.
…А-а-а-а.
Единственный соратник, верный друг и брат… сгинул от рук Ночи.
От рук Божественного меча темной ночи. От рук героя. От рук брата, которому он так верил. Пронзённый в грудь Священным мечом.
И так сгинул.
Даже регрессия…
Не сможет вернуть его снова.
…А-а-а-а-а-а!
То был первородный грех этого человека.