Том 1 · Глава 34. Домашнее задание (1)

Едва вернув контроль над телом, Сёльхян тут же прибавила шаг.

Она направлялась туда, где находилась её сестра – к той из двух кровавых стен, что была крупнее.

—Чем больше думаю, тем интереснее. Лисий нефрит! Надо же было додуматься создать такое?

Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: барьер разрушается. По нему во все стороны расползались широкие трещины.

Кто же выжил? Вдруг она опоздала?

—Младшая, расскажи ещё про Лисий нефрит! Такое священное сокровище наверняка стоит безумных денег, да? Его и за несметные богатства не купишь — это ведь сгусток ци бессмертных, передаваемый сотни лет!

Кая семенила вслед за Сёльхян, не замолкая ни на секунду.

—Раз оно исполняет желания, не удивляйся, что за ним охотятся со всех сторон. Ты, небось, и спишь-то с оглядкой, боишься, что отнимут?

Сёльхян откровенно раздражал этот блеск алчности и любопытства в её глазах.

—Если тяжело хранить, я могу подержать у себя. Хочешь, сделаем операцию? У нас в роду полно умелых лекарей.

—Его не вырезать операцией, — огрызнулась Сёльхян.

—Это всё равно что моё сердце. Понимаешь? Извлечёшь его — и я умру. Что, тоже позарилась на Лисий нефрит? Вдруг захотелось меня прикончить?

—А можно?

Сёльхян рассчитывала на бурю эмоций, но лишь прибавила ходу, молча устремляясь по лесной тропе.

Потеряв интерес, Кая разочарованно причмокнула:

—Да шучу я. Сделай я так, и весь Лунный ореол откроет на меня охоту. Не охота становиться загнанным зверем.

—Тогда заткнись, пожалуйста. И не задавай глупых вопросов.

—Куда ты так спешишь?

Кая пожала плечами:

—Туда пошёл учитель Нарин. Судя по запаху крови, там вампир, но неужели ищейка Тоски по родине не справится с каким-то вампиром?

—Эта стена…

Сёльхян подняла голову, разглядывая медленно рушащийся барьер.

—Это не простая кровавая магия. Раз уж даже профессор Хассель оказался заперт, там как минимум высший вампир. Нет никакой гарантии, что учитель Нарин победит.

—И зачем тогда идти туда? Чтобы просто умереть ни за что?

—Кто-то же должен спасти тех, кто ещё жив.

Улыбка сползла с лица Каи.

Она пристально посмотрела на спину Сёльён, погрузившись в раздумья.

«Может, стоит снова её связать?»

Девчонка вознамерилась спасать выживших, совершенно не думая о собственной безопасности.

Если Нарин проиграл Феликсу, следующей жертвой станет Сёльхян.

Она сама несёт Лисий нефрит в руки врагу. Отдать артефакт, исполняющий желания, какому-то вампиру – глупее не придумаешь.

Какой скучный финал. Не лучше ли забрать Лисий нефрит прямо сейчас или защитить Сёльхян, заставив Лунный ореол ходить у неё в должниках?

Пальцы Каи коснулись потайного оружия.

—…Что? Вы-то откуда здесь?

Она мгновенно отдёрнула руку от оружия, столкнувшись с неожиданными персонажами.

Трое йосонов. Сидевшие кучкой на земле, они уставились на Сёльхян изумлёнными глазами.

—Что ты имеешь в виду? — Сёльхян нахмурилась, разглядывая их.

У Чжуын и Бию лица опухли от побоев. А Ёрён, выглядевшая относительно целой, виновато отвела взгляд.

Отношение этих двоих к Сёльхян заметно изменилось.

Они словно боялись осквернить её взглядом. Ладно Ёрён, та всегда была трусливой, но даже двое других, прежде задиравших Сёльхян, теперь не смели поднять на неё глаз.

Чжуын прижала уши и хвост, промямлив:

—В… в смысле? Ты разве не была заперта внутри той странной стены? Ты ведь отпустила нас и осталась там. Как ты оказалась с другой стороны?

Внезапно до Чжуын что-то дошло, и её лицо смертельно побледнело.

Ёрён и Бию сменились в лице и судорожно сглотнули. Лишь сейчас до них дошло, что противник, с которым они сражались, вовсе не был Сёльхян.

Сёльхян тоже поняла расклад и вздохнула:

—Вы встречали сестру?

—Д-да…

—У меня нет времени объяснять, — перебила Сёльхян, косясь на полуразрушенную кровавую стену. — Я иду спасать сестру. Заставлять не буду, выбирайте сами: либо помогаете, либо проваливайте.

—Но учитель Нарин велел нам не дергаться…

—Противник — высший вампир. Возможно, даже учитель потерпел поражение.

Лицо Чжуын окончательно окаменело.

Худший из возможных сценариев. Сёльхян и сама была в смятЕНИИ, но старалась держать себя в руках, восстанавливая сбившееся дыхание.

—Если выйдет, я и его спасу. Неизвестно, в какой он опасности. Вступать в бой глупо, наша задача — вытащить выживших и сбежать. Отвлекать вампира я возьму на себя.

—Ты… ты ведь можешь умереть.

—С каких пор вас волнует моя жизнь? — Попыталась отшутиться Сёльхян, чтобы сбросить напряжение.

Увы, дрожь в теле никак не унималась.

—Времени мало, отвечайте быстро. Кто со мной…

Грохот!

Мощный взрыв бесцеремонно оборвал её на полуслове.

Она вскинула голову. Центр острова. Кровавая стена оказалась объята бушующим пламенем.

Взметнувшийся столб огня достиг небес. Разлетающиеся капли крови закипали и испарялись на лету. Жар ощущался даже на таком расстоянии.

Кулак огненного колеса палящей ночи. Пламя, вызванное Хасселем.

—Там, похоже, тоже всё кончено, — пробормотала Кая, отводя взгляд.

Она уловила приближающийся запах крови.

Судорожные шаги человека, спасающегося от погони. Он спотыкался, падал и снова бежал. Прерывистое дыхание выдавало смертельный ужас.

Сёльхян тоже услышала это. Заметив приближение, она мгновенно воззвала к силе Лисьего нефрита, превращая огромный объём ци бессмертных в лютый мороз.

Вспыхнул ледяной вихрь!

Ранняя зима накрыла лес перед ними. Иней мгновенно окрасил деревья в белый цвет.

Сёльхян холодным, отстранённым взглядом вглядывалась в чащу.

Раздался короткий сдавленный крик. Тяжёлые шаги. Звук чего-то, волочащегося по земле.

Натянув нервы до предела, она…

—…А?

Выдала совершенно нелепый звук.

Из леса вышел вовсе не вампир, а Нарин. Его превосходный халат был изорван в клочья, а сам он с ног до головы оказался запятнан кровью.

Выглядел он невероятно измотанным.

—Молодцы, ничего не скажешь, — проворчал Нарин, таща за собой замёрзшего Феликса.

Сбегавшему вампиру просто не повезло. Надо же было рвануть именно в ту сторону и попасть под прямое попадание техники искусства льда Сёльхян.

Холод проник до самого сердца, так что двигаться он больше не мог.

Нарин поглядел на опешившую Сёльхян и цыкнул языком. Пусть и в меньшей степени, но досталось и ему.

—Чуть не ушатала меня своим хвалёным искусством льда. «Новый учитель Лорда замерз насмерть в бою с вампиром. Убийца — преемница Ледяной Нефритовой Бессмертной». Ты на меня зуб точишь, что ли?

—П-простите!

Перепуганная Сёльхян подбежала к нему.

Тяжело вздохнув, Нарин бросил Феликса на землю. Глаза объятого ужасом вампира судорожно вращались.

Шлёп! Раздражённый Нарин отвесил ему звонкую пощёчину.

—Забери свой мороз, а то я реально дуба врежу.

—Я… я не училась снимать его…

—Чего-о, Ах ты мелкий…

Вспыхнуло пламя! Прямо на земле разгорелся костёр.

Нарин заметил приближающегося издалека Хасселя и расплылся в ухмылке:

—Так-то лучше.

Он шлёпнулся перед огнём, грея руки.

Феликс тоже с мольбой уставился на пламя, но этого тепла явно не хватало, чтобы прогнать сковавший его холод.

—Пришёл?

Нарин прикурил траву маны, встречая Хасселя.

Пальцы, сжимавшие самокрутку, слегка подрагивали – верный признак истощения маны. Сознание понемногу ускользало.

Сёльхян морщилась от едкого дыма, но из чувства вины молчала.

Остальные йосоны тоже не шевелились.

—Что-то ты долго. Неужто с кем-то из Десяти великих сцепился?

—Нет.

Хассель сел напротив. Сквозь языки пламени его лицо казалось искажённым.

—Я… убил брата. Он стал сородичем вампира.

—Биргель?

Нарин слегка удивился, но быстро понял, что к чему.

Недавно Биргель приходил к нему, пытаясь нанять для убийства Хасселя. Разумеется, ничего у него не вышло, и он убрался восвояси, получив по полной программе.

Тот, кто презирал изгнанников, был избит изгнанником до полусмерти и на коленях молил о пощаде.

Его гордость была растоптана в прах.

Загнанный в угол, он мог пойти на любой шаг.

И связь с внешним миром оборвал, скорее всего, тоже он.

—Соболезную. Тяжело на душе, небось. Каким бы мерзавцем он ни был, убить сородича — дело непростое.

—…Я не жалею. Рано или поздно это должно было случиться. Брат всегда видел во мне кость в горле.

—Да ну?

Щёлк! Нарин швырнул в Хасселя полусгоревшую самокрутку.

Искры и пепел испачкали пальто Хасселя.

—Рад, что ты это понимаешь, идиот. А понимаешь ли ты, в чём твоя ошибка?

Нарин пристально смотрел на недвижного Хасселя.

—Ты заколебался и упустил время. Твой брат или ученики — надо было сразу выбрать, чья жизнь важнее! А ты не выбрал ничего.

—…

—Если ты опоздаешь, на кого останутся твои ученики? В этот раз просто повезло — я успел. А если бы и я опоздал? Они бы все погибли!

Нарин достал ещё одну самокрутку.

Зажёг, сделал затяжку и потушил её о лоб Феликса.

—Этот сукин сын убил бы всех. Он тут главный виновник. Натворил дел со своей непомерной силой, пришлось повозиться.

Нарин схватил Феликса за загривок.

Хруст! Стоило ему надавить, как вампир в панике закричал:

—П-постой…!

Раздался треск!

Не успел он договорить, как его шея переломилась, и он испустил дух.

Сёльхян в ужасе открыла рот, а другие йосоны от страха начали икать.

Даже Хассель, не ожидавший такого, округлил глаза.

—Спрашиваешь, можно ли было просто убить? Можно. Раз он вампир, за ним стоял Кровавый Святой, и его голова взорвалась бы раньше, чем мы вытянули хоть слово. К тому же они ему не настоящая семья.

Оставлять Феликса в живых не было никакого смысла.

Всё, что тот видел и слышал, передавалось его господину. Нарин больше не намеревался терпеть подглядывания этого подлого вампира.

—В следующий раз не опаздывай. Это твои ученики.

Погибни они, как в оригинале, и вину свалили бы на Нарина.

Он рисковал шкурой ради спасения, но вообще-то Сёльхян была ученицей Хасселя, а не его.

—…Спасибо, — после долгой паузы произнёс Хассель.

Нарин, не ожидавший этого, скривился.

Слышать от этого типа благодарность было странно и даже неприятно – по коже побежали мурашки.

Он просто сорвал злость. Нарин рассчитывал, что Хассель ответит руганью, как обычно. К его сегодняшней покладистости трудно было привыкнуть.

В этот момент Сёльхян, выждав паузу, тихо спросила:

—…А… а сестра?

—Жива. Пусть отдохнёт, ей сейчас не до ходьбы.

За Феликсом гнался только Нарин.

Остальных учеников он оставил отдыхать. Сёльён, хоть у неё и ноги подкашивались, до последнего порывалась идти следом.

Сёльхян с облегчением вздохнула, и Нарин тут же поднял кулак.

Бам! На макушку Сёльхян опустился увесистый щелчок. Девчонка ойкнула и уставилась на него с обидой:

—За что!?

—За то, что заставила меня побегать. Радуйся, что жива осталась. И береги Лисий нефрит.

—У-у-у…

—Вы трое, сюда.

Нарин поманил пальцем троих йосонов, и те несмело приблизились.

Для них его щелчки могли оказаться слишком сильными. Поэтому Нарин применил ладонь, вложив в неё всю «любовь».

—А вам и обижаться не за что. Сговорились и издеваетесь над землячкой?

Хлоп-хлоп-хлоп! Он честно отсыпал каждому по затылку.

—Я бы вам ноги переломал, да перед вашим профессором неудобно. Не будете жить дружно — поубиваю.

Чжуын и Бию сдерживали слёзы. Заплачешь – получишь ещё порцию ругательств.

А вот слабовольная Ёрён не сдержалась. Едва она опустила голову и залыкала, лицо Нарина сделалось свирепым.

—А ты чего нюни распустила, пигалица? Эти хотя бы злодеи, а ты просто дрянь бесхребетная! Бегаешь за ними хвостиком, своего мнения нет…

Гнев снова вспыхнул в нём.

Затылок Ёрён ощутил ещё один быстрый шлепок. Не выдержав обиды, девчонка зарыдала во весь голос:

—У-а-а-анг!

—М-да…

Хассель с сложным чувством наблюдал за этой картиной.

Методы воспитания грубые и топорные, но эффективность поразительная. В последнее время Хассель и сам всё чаще задумывался о пользе телесных наказаний.

Кая наблюдала со стороны. Редкое зрелище: учитель устроил разнос ученикам.

От одного вида этого у неё вырывался смешок.

—А с тобой я позже поговорю.

—Ой.

Едва Нарин обратился к ней, смех как рукой сняло.

«Похоже, утряслось».

Нарин бросил взгляд на труп Феликса.

Виновник ликвидирован, так что катастрофы из оригинала не случится.

«Своё я сделал».

Убив Феликса, он спас всех первокурсников специального отделения.

Лисий нефрит цел и невредим в груди Сёльхян. Нарин не стал виновником резни…

Он избежал судьбы стать Злым Знамением.

«Остаётся только ждать?»

Кое-что ещё оставалось нерешённым: приказ Тоски по родине отнять Лисий нефрит.

Нарин ослушался руководства и по своей воле сохранил жизнь Сёльхян.

Впрочем, серьёзных проблем быть не должно. Бэкян обещал уладить вопрос, да и Нарин сделал всё, что мог на данный момент.

—…Э? Вы в порядке?

Потирая ушибленную макушку, Сёльхян вдруг расширила глаза.

Бледное, бескровное лицо. Состояние Нарина выглядело крайне скверно.

На самом деле у него просто кончилась мана, но гордость не позволяла признаться.

—Это из-за яда. Посижу, отдохну — пройдёт.

—Яд? Какой яд!? — Перепугалась Сёльхян.

Хассель и остальные ученики тоже уставились на него во все глаза.

—В-вы ведь не умрёте прямо сейчас? Я угощу вас обедом, только не умирайте!

—Еда — это важно, — вполне серьёзно отозвался Нарин. Мир слишком суров, чтобы жить без радостей вкусной пищи.

—Но сейчас важнее вот это.

Нарин достал из-за пазухи потрепанное письмо. Сёльхян, приняв его, тихо ахнула.

Письмо, которое порвала сестра. Каждая порванная деталь была аккуратно склеена.

—Извини, что прочитал без спросу. Пришлось, пока собирал этот пазл. Почерк ужасный, еле разобрал.

—А… э…

—Отдай ей лично. Искренность — она такая. Пока не скажешь вслух, никто не узнает.

Навалилась дикая усталость, веки стали наливаться свинцом. Нарин продолжaл, с трудом моргая:

—Ты ведь хочешь помириться? Попробуй. Если не выйдет — приходи ко мне, устроим очную ставку. Считай это домашним заданием. Срок…

Моргать стало невмоготу, и он закрыл глаза.

Но даже с закрытыми глазами перед взором стояла тьма, освещаемая пламенем. Пламенем, что горело без звука. Скоро и оно перестанет волновать его.

—…пока я не проснусь.

С этими словами сознание Нарина окончательно погрузилось во тьму.