Том 1 · Глава 44. Повторяющийся сон
Давайте немного поговорим об игре Endless. В ней персонаж по имени Гарнет — это кнопка гибели, но… на самом деле её способность уничтожить мир не имеет особого значения.
В конце концов, если оставить Гарнет в покое, ничего не произойдёт. Эта принцесса не доставляет никаких проблем, пока её не трогают, поэтому сам титул „кнопки гибели“ звучит даже смешно. К тому же, даже проникнув в императорский дворец, спровоцировать конец света не так-то просто. Гарнет не мрёт от каждого чиха, в отличие от остальных носительниц этого титула. И хотя из-за своей способности она рано или поздно сама станет причиной гибели этого мира, она, по крайней мере, благополучно доживает до финальной главы.
Следовательно, сама по себе Гарнет не так уж и важна для прохождения. Но при сближении с ней опасаться стоит вовсе не конца света, а кое-чего похуже...
...невозможности когда-либо достичь финала.
Если симпатия Гарнет превышает определённый порог, запускается временная петля — принцесса начинает бесконечно отматывать время игрока в прошлое.
В сообществе Endless этот феномен прозвали „Бесконечной Восьмёркой“, объединив название игры с эпизодом из одного известного аниме. Это зацикленный ивент, из-за которого пройти игру дальше попросту невозможно.
В таком случае остаётся лишь принудительно закрыть игру и начать всё сначала. Это наихудший из возможных провалов.
Да, худший, но… это не геймовер. Игра не заканчивается, и классическое системное сообщение [Вы не смогли защитить этот мир.] так и не появляется. Просто игрок навсегда теряет возможность увидеть концовку.
Мир не разрушен. Значит, в конечном итоге, этот рут — верный.
Это сюжетная ловушка, в которой игрок неминуемо терпит поражение. Обитатели этого мира не замечают временной петли, поэтому игроку приходится бесконечно страдать от невыносимой скуки. И для геймера, желающего просто насладиться процессом, нет ничего страшнее рутины.
Именно монотонное повторение и бесконечное ожидание доставляют настоящие страдания. Прямо как финальная атака того знаменитого скелета из одной инди-игры, решившего просто ничего не делать.
Скука пожирает игрока изнутри, поэтому такой исход считается наихудшим.
Точнее, так было бы, оставайся этот мир обычной игрой. Но сейчас, когда я оказался по ту сторону экрана, этот рут может стать оптимальным решением.
Теперь я — не игрок. Не сторонний наблюдатель. И уж тем более не Сизиф, обречённый на вечные муки. У меня есть только один шанс. И поэтому победителем в этом ивенте однозначно стану я.
«У нас есть только один шанс, Кана».
«Что, простите?»
«А, не оценила пафоса».
«…Вы это к чему?»
Ведь у меня право на ошибку всего одно. А вот у Гарнет этих попыток будет бесчисленное множество!
Просыпайся, Га-пиппи! Нас ждёт поистине чудесный день!
«Ещё минуточку… ма-а-ам…»
Мир не станет ждать! А ну живо поднимайся и умывайся, Ю Идиот!
«Ой… а это не ма-а-ама…»
Гарнет потёрла глаза и приподнялась.
«Ха-а-а…»
Широко зевнув, всё ещё не проснувшаяся принцесса сладко потянулась. Растрёпанные со сна волосы придавали ей слегка нелепый облик. А приоткрытый рот и струйка слюны только добавляли комичности, хотя на деле сон выдался не из приятных.
Га-пиппи! Хватит пускать слюни с открытым ртом, как какая-то Факинг Пусси! Закрой рот и вылезай из постели!
«На улице такой прекрасный день... Птички поют, цветочки благоухают...»
Идеальная погода для прогулки!
«Идеальная погодка, чтоб сладко вздремну-у-уть…»
Её невнятное бормотание могло сойти за осмысленную беседу с галлюцинацией по имени Гигачад. Но на деле она просто говорила сама с собой. А учитывая, что принцесса всё ещё витала в полудрёме, это и вовсе походило на сонный бред.
Хобби
«Посплю до обеда, а потом проваляюсь до ночи-и-и…»
Ю Факинг Эссхол!
«Как же шумно-о-о…»
Слегка нахмурившись, принцесса позвонила в колокольчик у кровати. Вошла служанка и помогла ей переодеться.
Натянув домашнее платье, Гарнет вяло поплелась по коридорам дворца.
«Надо пойти поесть... но это так далеко-о-о...»
Гуд Джоб! Лучший день всегда начинается с малого усилия! Дыши ровно и продолжай идти, Май Дотер!
Императорский дворец состоял из шести павильонов, соединённых между собой исполинскими галереями, причём каждый павильон занимал лишь один член императорской семьи. Казалось бы, поистине чудовищная трата пространства. Впрочем, если учесть сотни слуг, проживающих в каждом здании, свободного места оставалось не так уж и много. Но несмотря на это, во дворце всегда царила мёртвая тишина.
«Наверное, просто попрошу принести еду в спальню-ю-ю…»
Ва Та…
Принцесса остановилась, обернулась и тут же застыла на месте. Она осознала, что зашла гораздо дальше, чем ей казалось, и спальня теперь находилась пугающе далеко.
«Угх, как же много я прошла-а-а…»
Оф Корс! Насколько долог и тернист был пройденный путь, можно осознать, лишь оглянувшись назад! Ты всё время жаловалась, но только посмотри, сколько ты преодолела! Тот, кто привык валяться в кровати и клевать носом, никогда бы не осилил такую дистанцию! Га-пиппи, ты уверенно идёшь вперёд! Гуд Джоб!
Пугающе позитивная и до абсурда страстная похвала Гигачада… Подобный напор и впрямь сбивал с толку.
Подумаешь, прошлась немного по коридору, разве это заслуживает столь бурных оваций?
Из-за излишней напыщенности и многословности его слова могли показаться издёвкой, но… принцесса нутром чувствовала: Гигачад восхищается ею абсолютно искренне.
«Пу-ху-ху… Дрёма такой странны-ы-ый…»
В итоге Гарнет, до этого лишь бездумно бормотавшая себе под нос, не удержалась и прыснула со смеху. Она понемногу открывала Гигачаду своё сердце, хоть и продолжала называть его дурацким прозвищем Дрёма.
Так ты собираешься возвращаться в спальню?
«Не-е-ет… дойду уж до столово-о-ой… Остывшая еда невкусна-а-ая…»
Гуд Джоб!
Гигачад улыбнулся, и в коридоре вновь повисла тишина.
«…»
Но, несмотря на повисшую тишину, гнетущее одиночество отступило. Наоборот, атмосфера стала даже теплее, чем во время их недавней бессвязной болтовни.
«…Дрё-ё-ёма...»
Я слушаю, Га-пиппи! Что такое?
«Мне вдруг расхотелось идти-и-и…»
Ю Факинг Эссхо-о-ол!
«Пу-ху-ху...»
Покончив с трапезой, принцесса намеревалась сладко вздремнуть, но вместо этого ей пришлось нехотя плестись вслед за служанкой. Ей предстояло исполнить свой долг — стать главным столпом империи.
«Угх... Как же мне не хочется-я-я… Пусть бы эта империя просто рухнула-а-а…»
«Ваше Высочество, вы
«Единственный столп в нашей семье батюшка-император матушке по ночам стави-и-ит…»
«Ваше Высочество».
Принцесса брезгливо скривилась, но служанка невозмутимо взвалила её на спину и куда-то понесла. И этим „куда-то“ оказалась императорская купальня.
«Бе-е, хуже некуд-а-а… И где на этот раз пото-о-оп?..»
«В морском городе Нимуэ из-за гигантской волны погибло около двадцати тысяч горожан. Место эвакуации
«И какому только идиоту пришло в голову объединить морские острова в один кусок суши и выстроить там горо-о-од…»
«Его Высочеству наследному принцу».
«Передай моему брату, чтоб он сдо-о-ох…»
«Слушаюсь».
«Хотя не-е-ет… Передай ему, чтобы он обязательно жил долго-долг-о-о… Так будет даже лучш-е-е…»
«Вынуждена отказать, так как мне ещё дорога моя голова».
«Пу-х-у-у…»
Принцесса прямо в домашнем платье медленно переступила бортик ванны и, согнув колени, присела в воду. Вода скрыла её ноги, затем талию, и когда подступила к самым плечам…
«Я начинаю».
«М-м-мф-ф!?!»
Служанка с силой погрузила голову принцессы под воду.
«…»
Буль-буль…
На поверхность воды всплыли пузырьки воздуха.
Охваченная паническим страхом утонуть, принцесса отчаянно забарабанила руками, но её хрупкое тельце не могло противостоять силе служанки, безжалостно давящей ей на голову.
Погребённая под толщей воды, она медленно захлёбывалась и умирала.
Больно…
Нечем дышать…
Я хочу жить…
Сны имеют свойство стираться из памяти сразу после пробуждения. Чем счастливее сон, тем он скоротечнее, и чем он приятнее, тем легче рассыпается, словно морская пена. И принцесса, чья жизнь протекала в сновидениях, не была исключением. Она не запоминала свои сны и была не в силах вспомнить те варианты будущего, которые сама же развеяла в виде грёз.
Это просто кошмар...
Всего лишь дурной сон…
Нужно поскорее проснуться…
П-Пожалуйста…
Но до чего же абсурдно. Ведь единственные сны, что намертво въедаются в память после пробуждения — это именно кошмары. Плохие воспоминания сродни трясине: чем отчаяннее барахтаешься, тем глубже она засасывает. Чем сильнее пытаешься их забыть, тем чётче они становятся, и чем больше стараешься их избежать, тем ближе они подступают.
Проснись...
Проснись же, кому говорю!..
Для имперской принцессы Гарнет весь этот мир был одним сплошным кошмаром. Вот почему она так отчаянно цеплялась за сон — чтобы больше никогда не видеть сновидений. Ну, или хотя бы провалиться в забытье на как можно больший срок.
И даже если зловещие отголоски кошмара всё же всплывали в памяти, она просто оттягивала свою точку сохранения как можно дальше, вплоть до момента, когда катастрофу уже нельзя предотвратить. Она топила большую часть своих дней в беспробудном сне.
Га-пиппи!
…Ах.
Вейк Ап!..
Точно...
Вспомнила...
Я ведь всё ещё… вижу сон.
Вейк Ап Стронг, Га-пиппи!
Пробудившись ото сна, принцесса достала из прикроватной тумбочки дневник и перо. В этом и заключался её долг: предсказывать грядущие кошмары, менять будущее и служить опорой великой империи.
«Мне приснился жуткий кошмар».
***Сон
Она наспех набросала в дневник несколько обрывков из своего сновидения: вода, удушье, смерть… Но на этом её перо замерло. Погодите-ка, а что конкретно ей приснилось?
«…Забыла».
В итоге эти строчки: „Морской город Нимуэ. Из-за огромной волны погибло двадцать тысяч человек. Место эвакуации — ярусный город Уминэ“ появились в её дневнике лишь после того, как она пробудилась от „сна во сне“ ровно тринадцать раз.