Том 1 · Глава 13. Тщетные надежды

Третий и Четвёртый принцы стояли на берегу Реки времени. Воздух был насыщен водяным паром, в который сгущалось само время, и даже с их уровнем совершенствования удержаться здесь на ногах было нелегко.

Вместе они направились вверх по течению. Река времени несла свои необъятные воды, и каждая её капля заключала в себе отрезок времени, связанный с определённым местом. Отыскать среди них одну конкретную каплю было всё равно что искать иголку в стоге сена. К счастью, оба принца находились в Лазурном городе, и благодаря привязке к местности поиск значительно упростился. В конце концов они нашли каплю, заключавшую события десятидневной давности, и увидели, как глава клана Цзян и городской правитель Цзэн тайно сговариваются под покровом ночи послать людей разрушить пространственно-временной узел.

Продвинувшись ещё дальше вверх по течению, принцы отыскали каплю времени, запечатлевшую кровавое жертвоприношение детей, совершённое Цзян И-сином. Однако их магическая сила была ограничена: они могли разглядеть лишь события последних трёх лет, а дальше прошлое становилось неразличимым.

Все эти три года Цзян И-син ежегодно приносил детей в кровавую жертву и благодаря этому поднялся с поздней ступени стадии Зарождения души до её пика. Груды костей возле жертвенника говорили сами за себя.

Истина была очевидна: Цзян И-син практиковал Демонический путь, а когда всё раскрылось, глава клана Цзян и городской правитель Цзэн сообща попытались уничтожить улики.

С того мгновения, как принцы вошли в Реку времени, внешний мир для них застыл. Поэтому остальные увидели, как оба исчезли и тут же появились вновь, — не прошло и единого вдоха.

—Я уже всё выяснил. Цзян И-син не практиковал Демонический путь, а городской правитель Цзэн не уничтожал улики. Вас обоих устраивает такой вывод? — Третий принц стоял в воздухе, с высоты взирая на Цзян Ли и Юань Усина. Четвёртый принц безмолвствовал рядом с ним.

Он выступал наблюдателем, и его молчание означало согласие со словами Третьего принца.

Услышав этот вывод, глава клана Цзян и остальные поняли, что дело решено, и принялись размышлять, как отомстить Цзян Ли и Юань Усину. Эти двое едва не погубили их. Если не подвергнуть обоих жестоким мучениям и лишь потом убить, ненависть в их сердцах не утихнет!

Цзян Ли беззаботно указал на едва заметно дрожавшего человека в чёрном одеянии:

—Неважно, довольны ли мы двое. Боюсь, этот господин не вполне согласен с вашим выводом.

Заметив, что незнакомец вот-вот разгневается, Юань Усин поспешно спрятался за спиной Цзян Ли.

«Держаться за сильного покровителя не стыдно».

—Два позорища! А ну живо спускайтесь!

Грозная и властная аура хлынула от человека в чёрном одеянии во все стороны. Среди присутствующих было немало культиваторов стадии Преображения духа, однако ни один не мог понять, насколько силён обладатель этой ауры.

Знакомый голос прогремел в ушах обоих принцев, словно гром среди ясного неба. Они вздрогнули и едва не утратили контроль над духовной энергией, чуть не рухнув наземь.

К счастью, оба быстро опомнились, поспешно опустились перед человеком в чёрном одеянии и без промедления преклонили колени.

—Ваши сыновья приветствуют вас, отец-император.

Император Чжоу Цзи Чжи с холодной усмешкой откинул капюшон:

—Выходит, вы всё-таки помните, что я ваш отец-император.

Увидев его, остальные тоже поспешно опустились на колени и хором провозгласили здравицу в честь императора. Юань Усин немного поколебался, но также преклонил колени.

Глава клана Цзян и его сообщники дрожали всем телом, чувствуя, как по спинам пробегает холод. Почему Его Величество здесь? Почему он на стороне Цзян Ли? Почему говорит с такой явной неприязнью?

Всё указывало на то, что события принимают крайне неблагоприятный для них оборот.

Во всём окружении на ногах оставались лишь император Чжоу Цзи Чжи и Цзян Ли. Присутствующие недоумевали, но никто не осмеливался заговорить. Третий принц чувствовал за собой вину и решил первым перейти в наступление, чтобы отвлечь внимание императора Чжоу.

—Как ты смеешь, Чжан Ли! Увидев отца-императора, ты не преклонил колени!

—Замолчи! Ты ещё недостаточно опозорился?! — взревел император Чжоу Цзи Чжи.

Третий принц испуганно умолк. Цзи Чжи повернулся к остальным:

—Встаньте.

Затем он спросил сыновей:

—Что именно вы увидели в Реке времени?

Третий принц колебался и не произнёс ни слова. Четвёртый боялся чуть меньше и потому ответил:

—Отец-император, здесь слишком много посторонних глаз. Дозволите ли вы доложить обо всём после возвращения?

—Тут нечего скрывать. Говори здесь, перед всеми. Ты вечно темнишь и напускаешь загадочности. Не припомню, чтобы я тебя так учил!

Четвёртый принц немного помедлил, а затем признался:

—Мы с третьим братом увидели, как Цзян И-син приносил детей в кровавую жертву, практикуя Демонический путь, а глава клана Цзян и городской правитель Цзэн сообща скрывали улики.

—Зачем вы солгали? Неужели вы не понимали, что, если бы Цзян И-сина отпустили, эти двое подверглись бы нескончаемой мести? От них, возможно, даже костей бы не осталось! — Император Чжоу Цзи Чжи посмотрел на всё ещё стоявшего на коленях Юань Усина и с интересом наблюдавшего за происходящим Цзян Ли, словно тот и впрямь находился всего лишь на стадии Зарождения души.

—Я опасался, что это дело затронет Императора человечества Цзяна и навредит как государству, так и ему самому. Ради общего блага я решил скрыть правду.

—Какая похвальная забота об общем благе. Не знал, что мой четвёртый сын видит общую картину лучше меня, — холодно усмехнулся император Чжоу Цзи Чжи. — Так объясни, какое именно видение общей картины заставило тебя навредить судьбе государства?

Четвёртый принц поведал обо всём, что знал и что успел домыслить.

—Император человечества практикует Демонический путь — вот до чего ты додумался? На пустом месте выдумал себе, каков Император человечества и как он поступает, хотя в действительности всё обстоит ровно наоборот.

Четвёртый принц понимал, что терять ему уже нечего, и осмелился спросить то, чего прежде никогда не решился бы произнести:

—Отец-император, почему вы так уверены, что Император человечества не практикует Демонический путь?

Третий принц сознавал: подделав результаты возвращения времени вспять, он с этого дня лишился всех надежд на престол. Поэтому он тоже заговорил:

—Цзян И-син — старший двоюродный брат Императора человечества. Неужели без дозволения Императора человечества он осмелился бы практиковать Демонический путь?

—Почему я уверен? Да потому, что Император человечества Цзян лично схватил Цзян И-сина и передал нам на суд! — Цзи Чжи рассмеялся от ярости, вызванной словами двух глупых сыновей.

Стоило им лишь попросить у него совета — и истина сразу же открылась бы. Но два глупца предпочли самовольно принимать решения в вопросе, в котором ничего не смыслили.

—Император человечества Цзян верил, что Великая Чжоу — правовое государство, где любое преступление подлежит справедливому суду. А что сделали вы? Обманывали вышестоящих, держали в неведении подчинённых, сколачивали свои группировки и не останавливались ни перед чем, лишь бы замять дело Цзян И-сина! Вы хоть понимаете, что Император человечества уже десять дней наблюдает за обезьяньим представлением, которое устроила наша Великая Чжоу?!

Последние слова Цзи Чжи почти выкрикнул. Судьба государства сгустилась в смутные очертания бессмертного зверя сечжи, который беззвучно взревел. [Прим. пер.: Сечжи (獬豸) — мифический зверь, символ правосудия, распознающий виновных.] Третий и Четвёртый принцы никогда прежде не видели отца в такой ярости.

«Постойте… Император человечества сам схватил Цзян И-сина?»

Только теперь присутствующие осознали, какой важный смысл таился в словах императора Чжоу.

—Брат Цзи, не горячись. События последних дней и впрямь дают немало поводов задуматься. Я вовсе не воспринимал их как представление.

Цзян Ли вернул себе истинный облик, и со всех сторон тут же послышались потрясённые возгласы.

Император Чжоу Цзи Чжи внушал людям страх, а Император человечества Цзян Ли — почтение.

Жители Лазурного города слишком хорошо знали это лицо: у самого входа в город их встречала бронзовая статуя Цзян Ли.

Третий принц застыл на месте. Все возражения, которыми он собирался осыпать отца, бесследно утекли, словно вода.

Одному Юань Усину было не под силу разоблачить Цзян И-сина. Но раз Цзян Ли сам схватил его и передал властям, это доказывало, что прежде он ничего не знал и сам никогда не практиковал Демонический путь.

Оказывается, Третий принц лишь выдавал желаемое за действительное, думая, будто хранит тайну Императора человечества Цзяна.