Том 1 · Глава 40. Атлантида (9)

Стоило им коснуться морской воды, как тела Айдена и Юриэль изменились, принимая облик морского народа.

Айден огляделся. Сияние барьера быстро угасало, и вокруг сгущалась непроглядная тьма. На такой глубине солнечный свет не пробивался вовсе. Каким бы острым ни было его зрение, без света он ничего бы не увидел. Йоны, знавшей дорогу наизусть, рядом тоже не оказалось.

Айден выпустил вокруг себя яркий ореол. На этот свет могли явиться морские чудовища, но тех, с которыми он не справился бы, здесь не водилось. Подобные твари обитали лишь у берегов неизведанного материка.

Обхватив Юриэль за талию, он поплыл вверх. Уже выбравшись из расселины, Айден бросил взгляд вниз. Дворец медленно уходил в бездну. Там, внизу, давление рано или поздно должно было раздавить дворец в щебень.

Юриэль выглядела плохо, и Айден заработал хвостом и руками изо всех сил. Найти восходящее течение, которое помогло им при спуске, было невозможно. Оставалось рассчитывать лишь на собственную выносливость.

Ориентируясь по обрыву у границы подводных владений, он двинулся назад тем же путём.

Через некоторое время Юриэль начала приходить в себя. Она опустила взгляд на руку Айдена, крепко державшую её поперёк груди. Объятие было тесным, почти болезненным, но вместе с тем дарило странное чувство защищённости.

На миг ей захотелось просто не шевелиться.

Юриэль тут же устыдилась этой мысли.

Я совсем рехнулась.

Покраснев, она попыталась оттолкнуть Айдена, однако тот даже не дрогнул. Лишь мельком посмотрел на неё и продолжил подниматься. Сколько бы Юриэль ни вырывалась, отпускать её он не собирался.

Бессилие раздражало, а спокойствие, которое она испытывала рядом с ним, сбивало с толку ещё сильнее. Для порядка Юриэль дёрнулась ещё пару раз, потом сдалась и обмякла в его руке.

Она опустила голову, терзаясь непонятным стыдом.

Между тем вода вокруг светлела, понемногу наливаясь синевой. Значит, они уже добрались туда, куда проникали солнечные лучи.

До поверхности оставалось около двухсот метров. Возможно, они успеют выбраться прежде, чем закончится превращение.

Айден ускорился. Отдача благословения ломала тело, словно кости вот-вот разлетятся на куски, но он подавил боль и продолжал плыть.

Когда вода стала совсем прозрачной, у Айдена вдруг защипало глаза. Свет вокруг померк, будто перед лицом опустили мутную плёнку.

Золотые плавники Юриэль поблёкли. Жабры на шее исчезали, дышать становилось всё труднее. Жабры уже не пропускали воду как прежде.

Зелёный панцирь Айдена тоже светлел и размягчался.

Инстинкт велел Юриэль больше не глотать морскую воду. Тело уже не могло извлечь из неё кислород.

Её охватил ужас.

Сердце заколотилось. Юриэль задрала голову, но поверхность была ещё далеко. Столько она не выдержит.

Хотя в лёгких оставался воздух, ей казалось, что она задыхается. Сознание помутилось, конечности свело, мышцы окаменели. Паника лишила её способности думать.

Она отчаянно забилась, пытаясь позвать Айдена, и в тот же миг вода хлынула в рот.

Вода обожгла горло и дыхательные пути. Юриэль захлебнулась, закашлялась — и тут же снова наглоталась воды. Боль была такой, что хотелось выть.

Айден резко обернулся. Притянул её к себе, не давая ей биться, одной рукой поддержал затылок и прижался губами к её губам.

Юриэль застыла.

Айден выдохнул ей в рот.

Она закашлялась, выплёвывая воду. Он втянул попавшую ей в рот воду и выплюнул её в сторону. Затем снова поцеловал Юриэль и отдал ей ещё один глоток воздуха.

Её зрачки расширились.

Чужое дыхание прошло по горлу, наполнило лёгкие и разлилось по телу живительным теплом. Юриэль вцепилась в этот воздух с жадностью младенца. Айден не препятствовал. Сам он мог не дышать несколько часов.

Не отдавая себе отчёта, она обвила руками его шею и прижалась всем телом. Айден выдыхал — Юриэль забирала его дыхание.

Так они и поднимались, не размыкая губ.

Когда выдыхаемый воздух стал тяжёлым от углекислого газа, над ними уже дрожал в волнах солнечный круг.

Они всё ещё не отстранялись друг от друга.

Айдена кольнуло странное ощущение. В следующий миг их языки едва заметно соприкоснулись.

Их губы тут же разошлись.

Они встретились взглядами. Лицо Юриэль постепенно налилось краской и вскоре стало таким красным, будто вот-вот вспыхнет. Она замерла, как кукла, несколько секунд смотрела на Айдена, а затем опустила глаза.

Поверхность была совсем близко. Сквозь воду уже виднелись днища множества кораблей.

Юриэль оттолкнулась от Айдена и первой вынырнула. Он последовал за ней.

Под палящим солнцем на воде стояло больше десятка судов.

Над морем гремел общий вой. Плач, крики, истерический хохот, вопли, проклятия и стоны сливались в чудовищный хор. Казалось, здесь собрали все звуки человеческого отчаяния и разом обрушили их на Айдена.

—Милорд!

Голос Дерила пробился сквозь гвалт. Юрон и Йона сразу сбросили им верёвочную сетку.

Юриэль рванулась к ней, будто спасаясь бегством, но повреждённую лодыжку пронзила боль. Айден догнал её и подхватил на руки.

Она посмотрела на него с отчаянной мольбой.

—О-опустите меня... пожалуйста.

—Нельзя. Вы сделаете только хуже.

Юриэль не могла смотреть ему в лицо. Недавнее прикосновение ещё жило на губах, а чувства были слишком свежи, чтобы их скрыть. Она продолжала просить, но Айден и на этот раз не уступил.

Святой рыцарь был невыносим. И всё же поделать с ним Юриэль ничего не могла.

—М-милорд! Да что ж с вашим лицом-то?!

Увидев разбитое лицо Айдена, Дерил остолбенел. Он не представлял, кто вообще способен довести его господина до такого состояния.

Юрон тоже растерялся.

—Сэр Айден, вы целы?

Передав Юриэль спутникам, Айден поднялся на палубу.

Йона смотрела на него, не желая верить собственной догадке.

—Святой рыцарь... неужели...

—Элпис мертва.

Йона побледнела. Она знала о злом духе. Уничтожить Элпис было последним долгом тех, кто служил морской богине напрямую.

При обычном развитии событий Йона со временем стала бы освободительницей Атлантиды, но спасти свой народ не сумела бы. Ей недоставало сил, чтобы противостоять Элпис. Лишь после пробуждения духа и гибели половины Сейрун Церковь собрала бы карательный отряд.

Йона хорошо понимала, насколько силён Первородный. О таком подвиге нельзя было сообщать тем же тоном, каким говорят о погоде.

—Э-это правда?..

—Не веришь — спустись и проверь.

На ложь его слова не походили. Да и лгать ему было незачем.

Айден подозвал Юрона и открыл ларец, вынесенный из руин. Внутри лежали Сфера Божественного Ранга, белая маска и Священное Писание.

Книгу он протянул Юрону.

—Передай святой.

—Будет исполнено.

Затем Айден снова посмотрел на Йону. Та приоткрывала рот, но никак не могла подобрать слова.

Он не только освободил её сородичей, но и уничтожил угрозу, от которой зависело будущее всего племени. Простым «спасибо» за такое не отделаться.

Айден заговорил прежде, чем Йона успела что-либо сказать.

—У меня была своя цель.

Никакой награды от неё он не ждал.

Йону это не успокоило. Слишком велик был долг. Она даже не представляла, чем можно отплатить.

Айден окинул взглядом корабли. Люди, ещё недавно бывшие морским народом, рыдали и отказывались принимать действительность.

—Им уже объяснили, что происходит?

—Да... в общих чертах. И предупредили, что на суше они погибнут.

Сфера простила им прежние грехи, но если они продолжат поклоняться морской богине, всё начнётся заново. Выжить они могли лишь после обращения в веру Барантеса.

В прежнем ходе событий две трети племени были бы сожжены на кострах за отказ отречься от своих убеждений. Айден не мог спасти всех. Оставалось хотя бы сократить число жертв.

—Несколько дней простоим в проливе. За это время постарайся убедить как можно больше людей.

Йона осторожно произнесла:

—Позвольте задать один вопрос.

Айден кивнул.

—Я не понимаю, зачем вы всё это делаете. Вы святой рыцарь Церкви. В ваших глазах мы должны быть всего лишь язычниками.

—Не выношу запах палёной плоти.

С этими словами Айден направился к каюте, куда унесли Юриэль.

Йона ещё долго смотрела ему вслед, не зная, что думать. ∗ ∗ ∗ Юриэль сидела на койке с пустым, расфокусированным взглядом. Священное Писание, которое принёс Юрон, так и лежало нераскрытым на одеяле.

Мысли не слушались.

Стоило вспомнить недавнее, как тело начинало биться в дрожи, а губы мелко тряслись.

Женщина, посвящённая Богу, целовалась со святым рыцарем. И не ночью, а средь бела дня, когда Бог видел её с небес.

Она совершила святотатство прямо у Него на глазах.

Стыд и вина терзали сердце.

Сказать, что она спасала жизнь, было слишком просто. Лучше бы задохнулась, чем позволила подобное. К тому же могла ли она честно утверждать, что всё дело было только в спасении?

Сначала — да. Тогда разум просто отключился, и Юриэль жадно забирала воздух Айдена.

Но потом сознание вернулось, а она всё равно не разомкнула губ.

Юриэль даже не могла вспомнить, кто из них отстранился первым.

Всё, что происходило с ней последние дни, казалось дурным сном. Но если бы её спросили, хочет ли она проснуться и забыть всё это, уверенного ответа не нашлось бы. Оттого становилось ещё больнее.

Теперь Юриэль хотя бы отчасти понимала Элпис. Ради избавления от такой вины человек способен на что угодно.

Её взгляд упал на книгу.

Айден отнял у неё Око Истины, поцеловал её, а теперь собирался отнять ещё и веру.

В сознание прокралась кощунственная мысль.

А что, если Айден говорил правду? Что, если Бог вовсе не таков, каким она Его знала? Тогда, может быть, станет хоть немного легче.

Юриэль медленно потянулась к Священному Писанию.

Если он заберёт ещё и её веру, чего потребует потом?

Ей было страшно.